63RS0043-01-2022-003262-38
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
25 ноября 2022 года город Самара
Красноглинский районный суд г. Самары в составе председательствующего Волкова М.В.,
при секретаре судебного заседания Громовой А.А.,
с участием истца ФИО1, ответчика ФИО2, ее представителя <данные изъяты>,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2195/2022 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в Красноглинский районный суд г. Самары с названным иском, мотивировав свои требования тем, что <дата> умер его сын <данные изъяты> после смерти которого, он вступил в права наследования. Истец знал, что сыну принадлежала квартира по адресу: <адрес>, которая была приобретена для него и он был уверен в том, что его сын обеспечен жильем. В рамках наследственного дела истцу стало известно, что <данные изъяты> подарил данную квартиру своей матери ответчику ФИО2 (его бывшей супруге) по договору дарения от <дата>, который он считает недействительным, поскольку полагает, что его сын был обманут, введен в заблуждение, а также в момент совершения сделки он мог находиться в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, поскольку состоял на учете у нарколога.
В связи с чем, ФИО1 просил суд признать недействительным договор дарения от <дата> заключенный между <данные изъяты> и ФИО2, применить последствия недействительности сделки, возвратив квартиру по адресу: <адрес> наследственную массу <данные изъяты>
Представитель Управления Росреестра по Самарской области в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания не заявлял, об уважительности причин неявки суду не сообщил.
В силу ст. 167 ГПК РФ и с учетом мнения явившихся в судебное заседание участников процесса, не возражавших относительно продолжения рассмотрения дела, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Истец ФИО1 исковые требования поддержал, просил удовлетворить их в полном объеме, дал объяснения по своему содержанию соответствующие изложенному выше, дополнив, что его требования основаны на нормах морали и справедливости, он считает, что подарив матери квартиру, его сын ущемил свои жилищные права, произвел отчуждение единственной квартиры, в связи с употреблением наркотиков мог находиться в состоянии не позволяющим ему понимать значение своих действий или руководить ими, считает, что его сын был введен в заблуждение и обманут матерью, от проведения судебной психолого-психиатрической экспертизы отказался.
Ответчик ФИО2, ее представитель <данные изъяты> по письменному ходатайству возражали относительно удовлетворения иска, так как <данные изъяты> заключил спорную сделку добровольно, был в здравом уме и твердой памяти, под воздействием наркотических средств не находился, понимал последствия заключения договора дарения и желал наступления указанных последствий, его никто не обманывал и в заблуждение не вводил, претензий по сделке никогда не предъявлял, договор дарения заключен добровольно, жилья его никто не лишал, <данные изъяты> переехал в комфортную двухкомнатную квартиру ФИО2, а она в его однокомнатную квартиру, делала в ней ремонт и содержала.
Заслушав объяснения участников процесса, исследовав имеющиеся в материалах гражданского дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд находит иск ФИО1 не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.
В силу ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.
Как следует из ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:
1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;
2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;
3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;
4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;
5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.
Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.
Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.
Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.
В силу ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки.
Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Из материалов дела усматривается, что <дата> <данные изъяты> заключила с <данные изъяты> договор участия в долевом строительстве № по которому за 1127549 рублей приобрела право требования передачи в собственность однокомнатной квартиры, расположенной на 1 этаже секция №, строительный № в строящемся многоквартирном доме №, по адресу: <адрес>.
<дата> <данные изъяты> за 1127549 рублей уступила свои права участника долевого строительства своему внуку <данные изъяты> по договору об уступке прав требования.
После завершения строительства и ввода объекта в эксплуатацию, <данные изъяты> <дата> зарегистрировал право собственности на объект долевого участия: квартира с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от <дата> серии <адрес> №.
По договору дарения от <дата> <данные изъяты> подарил своей матери ФИО2 данное жилое помещение, право собственности на которое зарегистрировано за ней <дата>, без ограничений и обременений, что усматривается из выписки из ЕГРН от <дата>, согласно которой ФИО2 и в настоящее время является единоличным собственником данного жилого помещения.
<данные изъяты> умер <дата>, после его смерти нотариусом г. Самара ФИО3 открыто наследственное дело №, из которого видно, что с заявлениями о принятии наследства обратились отец ФИО1 и мать ФИО2
В нарушение требований ч. 1 ст. 56 ГПК РФ сторона истца не представила суду ни одного доказательства в подтверждении наличия порока воли дарителя <данные изъяты> при совершении сделки дарения квартиры по адресу: <адрес> в пользу одаряемой ФИО2 по договору дарения от <дата>.
В деле нет свидетельств того, что <данные изъяты> был при совершении сделки дарения обманут или введен в заблуждение одаряемым или третьими лицами.
Допрошенная судом в качестве свидетеля <данные изъяты> показала суду, что знает семью Н-ных, отношения матери и сына были хорошими, они заботились друг о друге, помогали, скандалов между ними не было, при общении с <данные изъяты> у нее никогда не возникало сомнений в его адекватности, дополнила, что он был улыбчивым парнем, вежливым, уверенным в себе, никогда не жаловался, жилищный вопрос никогда не был спорным.
Суд предлагал истцу представить дополнительные доказательства в подтверждение обмана дарителя <данные изъяты> или введения его в заблуждение при совершении сделки дарения, но такие доказательства истец представить отказался, сославшись на их отсутствие.
На вопрос суда, истец пояснил, что его требования основаны на нормах морали, нравственности и справедливости.
Суд ставил на обсуждение сторон вопрос о проведении по делу судебной психолого-психиатрической экспертизы, истец от проведения экспертизы отказался, сославшись на то, что не может представить доказательства того, что его сын в момент совершения сделки дарения находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, дополнил, что это только его предположение, которое ничем не подтверждено и объективных подтверждений не имеет и потому экспертиза будет беспредметной.
Сторона ответчика также отказалась от проведения судебной экспертизы.
В соответствии с ч. 2 ст. 35 ГПК РФ при неисполнении процессуальных обязанностей наступают последствия, предусмотренные законодательством о гражданском судопроизводстве.
Согласно ответу ГБУЗ «Самарская областная клиническая психиатрическая больница» от <дата> № на запрос суда <данные изъяты> на учете у психиатра не состоял.
В соответствии с сообщением ГБУЗ «Самарский областной клинический наркологический диспансер» от <дата> № <данные изъяты> состоит на диспансерном наблюдении с <дата> с диагнозом: <данные изъяты>.
Тогда как спорная сделка заключена <дата>, то есть более чем за 4 года до постановки <данные изъяты> на учет нарколога.
Кроме того данное обстоятельство, само по себе не свидетельствует о том, что в момент совершения сделки дарения <данные изъяты> находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, учитывая также, что с 2013 до своей смерти в 2022, более 8 лет <данные изъяты> не оспаривал сделку, которую заключил с близким лицом (матерью), с которой он постоянно общался и поддерживал семейные отношения, никогда не заявлял о нарушении его прав, в суд или другие правоохранительные органы не обращался, сохранял в спорном жилом помещении регистрацию по месту жительства, что подтверждается сообщением начальника ОВМ ОП Красноглинского района от <дата> №.
Данные обстоятельства, с учетом показаний свидетеля <данные изъяты>, отметившей, что психическое состояние и адекватность <данные изъяты> никогда не взывали подозрений, указывают на соответствие сделки дарения от <дата> его собственной воле, порок которой стороной истца не доказан.
Доказательства нарушения прав ФИО1 сделкой дарения от <дата> совершенной <данные изъяты> в пользу ФИО2 суду не представлены.
Исходя из ответов на вопросы суда, истец защищает права сына, с которым, по его мнению, поступили несправедливо.
Однако в чем именно истец находит нарушения закона, ущемление именно своих прав и законных интересов, он пояснить не смог.
<данные изъяты>, <дата> года рождения дееспособности не лишался и в ней не ограничивался, являлся совершеннолетним гражданином и мог совершать любые не противоречащие закону сделки в отношении принадлежащего ему имущества в соответствии с положениями ст. 209 ГК РФ.
По форме и содержанию договор дарения от <дата> соответствует требованиям гражданского законодательства, он зарегистрирован в Росреестре, на его основании государственным регистратором произведена государственная регистрация перехода права собственности, жилое помещение не было ограничено в обороте или обременено правами третьих лиц, договор дарения исполнен сторонами.
Суд учитывает также, что ранее, а именно <дата> <данные изъяты> подарила <данные изъяты> 1/2 долю в двухкомнатной квартире по адресу: <адрес>.
После приобретения <данные изъяты> у <данные изъяты> в 2013 спорного жилого помещения по адресу: <адрес> между ним и его матерью ФИО2 имелись устные соглашения, по которым он также проживал в двухкомнатной квартире, а ФИО2 вселилась в однокомнатную, при этом оплачивала ремонт, все это время несла основные расходы на содержание указанных двух жилых помещений, что подтверждается представленными ей многочисленными квитанциями и чеками, приобщенными к материалам гражданского дела.
Сделку по отчуждению в пользу <данные изъяты> данной двухкомнатной квартиры ФИО2 не заключала также по соглашению с сыном, в целях сохранения права на дотацию, но она никогда не возражала относительно проживания в ней сына, была согласна с этим и это всех устраивало.
Таким образом, суд отклоняет доводы истца о нарушении жилищных прав <данные изъяты> заключением спорной сделки дарения от <дата>.
Доказательства в подтверждение своих доводов сторона истца суду не представила.
На иные обстоятельства в обоснование своих требований истец не ссылался и доказательства тому не представлял.
По иным основаниям признать сделку недействительной истец не просил.
Иные доказательства в обоснование своих требований сторона истца суду также не представила, в то время как имеющиеся в деле доказательства достаточными для удовлетворения иска не являются.
Таким образом, требования истца не основаны на законе, опровергаются представленными в дело доказательствами и потому не подлежат удовлетворению.
В связи с чем, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
иск ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле в Самарский областной суд через Красноглинский районный суд г. Самары в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья М.В. Волков
Мотивированное решение суда составлено 02.12.2022 года.