Дело № 2-2-11/2023 №
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
20 февраля 2023 года р.п. Лысые Горы Саратовской области
Калининский районный суд (2) Саратовской области в составе
председательствующего судьи Трапезниковой Л.С.
при секретаре судебного заседания Батыровой Г,Г.,
с участием истца М.Е.С., представителя истца Б.Е.В.,
ответчика – главного врача ГУЗ СО «Лысогорская районная больница» С.Л.В., представителя ответчика ФИО1,
третьего лица З.С.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в р.п. Лысые Горы Саратовской области гражданское дело по иску М.Е.С. к Государственному учреждению здравоохранения Саратовской области «Лысогорская районная больница» о компенсации морального вреда,
установил:
М.Е.С. обратилась в суд с указанным выше иском к ответчику. В обоснование требований ссылалось на то, что в декабре 2021 года ее сын М.Н.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения получал амбулаторное лечение в ГУЗ СО «Лысогорская районная больница», в ходе которого ему был поставлен диагноз «ОРВИ» и проводилось лечение, соответствующее данному диагнозу, что фактически не соответствовало тяжести заболевания и в итоге привело к летальному исходу ребенка. В результате неквалифицированных действий сотрудников ответчика Государственного учреждения здравоохранения Саратовской области «Лысогорская районная больница» истцу причинен моральный вред, что выразилось в нравственных переживаниях в связи с утратой сына. Наличие связи между действиями ответчика и причиненным вредом подтверждается документально, заключением эксперта № 162, выданным ГУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы здравоохранения Саратовской области» и материалами проверки, проведенной Аткарским межрайонным следственным отделом. Истец просила взыскать с ответчика Государственного учреждения здравоохранения Саратовской области «Лысогорская районная больница» в пользу М.Е.С. денежные средства в размере 3000000 рублей в качестве компенсации за причиненный моральный вред.
Истец, его представитель в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении. В дополнение истец пояснила, что в рамках судебного разбирательства была проведена судебная медицинская экспертиза, в ходе которой эксперты не установили причинно-следственной связи между действиями врача и смертью ребенка. Экспертизой были установлены дефекты оказания медицинской помощи: несвоевременная диагностика пневмонии, недооценка тяжести состояния пациента, нарушение оформления медицинской документации. Эксперты еще раз подтвердили, что врач педиатр не назначила полное обследование, неверно оценила тяжесть состояния ребенка, не проконтролировала самочувствие пациента после своих назначений, ни разу не предложила госпитализацию или консультацию с участием иных специалистов. Истец получила тяжелейшую морально-психологическую травму, вызванную длительностью тяжелым течением заболевания сына и чувством беспомощности перед равнодушием медиков. М.Е.С. просила исковые требования удовлетворить.
Ответчик, представитель ответчика иск не признали., просили в удовлетворении отказать. Главный врач ГУЗ СО «Лысогорская районная больница» пояснила, что М.Н.В. с рождения наблюдался у невролога, эпилептолога, периодически проходил лечение в профильных стационарах с диагнозом – перинатальная энцефатология, локализованная симптоматическая эпилепсия и эпилептические синдромы с комплексными парциальными судорожными припадками. У ребенка выраженная задержка физического развития, статичное лежачее положение за счет имеющейся патологии головного мозга, искривление грудного отдела позвоночника с нарушением положения органов грудной полости, а следовательно нарушение нормального продвижения пищевых масс по пищеварительному тракту, нарушение нормальной вентиляции легких. Смерть М.Н.В.,В. имеет прямую причинную связь со всеми имеющимися заболеваниями, двухсторонняя бронхопневмония, энцефалопатия с эпилепсией. Дефекты в оказании медицинской помощи косвенно повлияли на утяжеление состояния, но не стали причиной наступления смерти. Имевшиеся недочеты в обследовании и лечении не имеют прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. М.Е.С. предлагалась госпитализация сына, но она от нее отказывалась. Судебно-медицинской экспертизой установлено, что в прямой причинно-следственной связи со смертью М.Н.В. находится совокупность врожденных заболеваний, что указывает на отсутствие вины медицинского работника в смерти истицы.
Третье лицо З.С.В. с исковыми требованиями не согласна. Полагает, что ее вины в смерти ребенка нет.
Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему:
Правовое регулирование медицинской деятельности осуществляется ст. 41 Конституции РФ, Гражданским кодексом РФ, Федеральным законом от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее по тексту- Федеральный закон № 323-ФЗ), иными нормативными актами.
Согласно ст. 10 Федерального закона № 323-ФЗ доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются в том числе предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи. Граждане имеют право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, включая право на диагностику, лечение в медицинских организациях в условиях соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям; облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, доступными методами и лекарственными препаратами; возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи (статья 19).
Медицинские организации в силу ст. 79 указанного закона обязаны осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи. При этом качество медицинской помощи определяется совокупностью признаков медицинских технологий, правильностью их выполнения и результатов их проведения. Некачественное оказание медицинской помощи- оказание медицинской помощи с нарушением медицинских технологий и правильности их проведения. Невыполнение, несвоевременное или некачественное выполнение необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий является оказанием медицинской помощи ненадлежащего качества.
Медицинские организации несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ст.98).
Согласно ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В соответствии со ст. 1551 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягательствами на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Согласно ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размере компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В силу разъяснений, содержащихся, содержащихся в п.14 Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.
Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса РФ, положениями статей 150,151 ГК РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровья гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им ( то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу ( Обзор судебной практики Верховного Суда РФ № 2, утвержденным Президиумом Верховного суда РФ 17.07.2019).
В абзаце 3 пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 « О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие применения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.
По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями ( бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.
При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий – если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязательным возместить вред.
Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинские учреждения должны доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда истцам в связи со смертью их близкого родственника, медицинская помощь которому была оказана ненадлежащим образом.
Разрешая заявленные требования, суд установил, что М.Н.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерший ДД.ММ.ГГГГ, является сыном истца.
Судом установлено, что с 06 декабря 2021 года М.Н.В. находился на амбулаторном лечении в ГУЗ СО «Лысогорская районная больница» с диагнозом ОРВИ.
17.12.2021 года – вызов на дом. Жалобы на повышение температуры тела, кашель, повышение слюноотделения. Поставлен диагноз: ОРВИ, острый фарингит, лечение скорректировано. 19.12.2021 года по рентгенографии выявлена правосторонняя застойная полисегментарная пневмония.
Согласно заключению специалиста № 4381 от 16.02.2022 года Бюро судебно – медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Саратовской области смерть ребенка М.Н.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, имевшего врожденную прогрессирующую патологию головного мозга с резкой задержкой психо-физического развития, наступила в результате воспалительного заболевания дыхательной системы (трахеит, гнойная бронхопневмания, очаговый гнойный плеврит) с развитием дыхательной недостаточности и общей интоксикации, о чем свидетельствует изменения, установленные на трупе, данные дополнительных исследований. Данное заключение вынесено при исследовании трупа ребенка.
Внеплановая проверка Территориальным органом Росздравнадзора по Саратовской области в отношении ГУЗ Саратовской области «Лысогорская районная больница» по факту смерти М.Н.В. не проводилась. ( письмо от 16.12.2022 года № 6411-3322/22).
Следственным управлением Следственного комитета Российской Федерации по Саратовской области Аткарским межрайонным следственным отделом проведена проверка по факту причинения смерти по неосторожности малолетнему М.Н.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, вследствие ненадлежащего исполнения своих обязанностей медицинским работниками ГУЗ СО «Лысогорская РБ». В ходе данной проверки была назначена судебно-медицинская экспертиза, которая проведена на основании материалов проверки КРСоП № пр-22.Для проведения экспертизы предоставлены медицинские карты М.Н.В., записи осмотра врача педиатра, объяснения врача педиатра. Согласно заключению эксперта №162 от 06.09.2022 года смерть ребенка М.Н.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, имевшего врожденную прогрессирующую патологию головного мозга с резкой задержкой психо-физического развития, наступила в результате воспалительного заболевания дыхательной системы (трахеит, гнойная бронхопневмания, очаговый гнойный плеврит) с развитием дыхательной недостаточности и общей интоксикации, о чем свидетельствует изменения, установленные на трупе, данные дополнительных исследований. Указанные в заключении клинического эксперта дефекты в оказании медицинской помощи не стали причиной наступления смерти. Нарушение функций и систем (расстройство здоровья) развились до начала лечения и не были спровоцированы действиями медицинских работников. Имевшиеся дефекты в оказании медицинской помощи не имеют прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти и не рассматриваются как причинение вреда здоровью.
На основании данной проверки следователем по особо важным делам Аткарского межрайонного следственного управления Следственного комитета РФ по Саратовской области 23 ноября 2022 года было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.
Данное постановление истцом не обжаловалось.
Согласно п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 года « О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи ( статья 19 и части 2,3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента ( способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
В рамках рассмотрения гражданского дела судом была назначена судебная медицинская экспертиза. На разрешение экспертов поставлены вопросы: Какова причина смерти М.Н.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения? Какими заболеваниями страдал несовершеннолетний М.Н.В., исходя из представленных документов? Правильно ли и своевременно ли был установлен диагноз заболевания у М.Н.В. на всех этапах его лечения? Если нет, то чем это объясняется и имелись ли реальные возможности для установления точного диагноза? Правильно ли, в соответствии с установленным диагнозом, проводилось медицинским персоналом ГУЗ СО «Лысогорская РБ», а также ООО «Эпицентр Саратов», как медикаментозное, так и прочие виды лечения ? Соответствовало ли проводимое лечение действующим в РФ стандартам оказания медицинской помощи? Если лечение проводилось неправильно, то в силу каких причин и к каким последствиям это привело? Какая связь между неправильным лечением и возникшими неблагоприятными последствиями? Если исходом неправильного лечения явилась смерть М.Н.В., то какова причина смерти и возможно ли было избежать смертельного исхода при отсутствии упущений и недостатков в лечении больного? Если у М.Н.В.,В. в результате неправильной диагностики и лечения возникли нарушения функции органов и их систем, а также другие расстройства здоровья, то в чем это конкретно выразилось и какова тяжесть вреда здоровью? Возможно ли было избежать возникновения этих нарушений при отсутствии недостатков в лечении М.Н.В.? Возможно ли было М.Н.В., с имеющимися у него острыми и хроническими заболеваниями избежать смертельного исхода при амбулаторном лечении? Если исходом неправильного лечения явилась смерть М.Н.В., то какова причина смерти и возможно ли было избежать смертельного исхода при имеющихся у пациента хронических заболеваний?.
Согласно заключению экспертов общества с ограниченной ответственностью «Саратовского департамента судебных экспертиз» № 0352/2022 от 02.02.2023 года смерть М.Н.В.,В. наступила в результате воспалительного заболевания дыхательной системы (трахеит, гнойная бронхопневмония, очаговый гнойный плеврит) с развитием дыхательной недостаточности и интоксикации. В данном случае имеет место прямая причинно-следственная связь между заболеванием и наступившими неблагоприятными последствиями. В тоже время, были установлены дефекты оказания медицинской помощи (несвоевременная диагностика пневмонии, недооценка тяжести состояния пациента, нарушения оформления медицинской документации и другие).
В соответствии с Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 года № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», ухудшение состояния здоровья человека рассматривается как причинение здоровью лишь в том случае, когда оно (ухудшение), обусловлено дефектом оказания медицинской помощи (п25), чего не было установлено при исследовании материалов дела и медицинских документов М.Н.В..
В соответствии с Письмом Министерства здравоохранения РФ от 05 ноября 2015 года № 14-1/10/2-6632 « О Методических рекомендациях « Порядок проведения судебно-медицинской экспертизы и установления причинно-следственных связей по факту неоказания или ненадлежащего оказания медицинской помощи», ятрогении – это любые нежелательные или неблагоприятные последствия профилактических, диагностических и лечебных вмешательств либо процедур, которые приводят к нарушениям функций организма, ограничению привычной деятельности, инвалидности или смерти; осложнения медицинских мероприятий, развившиеся в результате как ошибочных, так и правильных действий или бездействий врача. В случае оказания медицинской помощи М.Н.В. указанные нежелательные или неблагоприятные последствия профилактических, диагностических и лечебных мероприятий, которые бы привели к развитию неблагоприятных последствий – не установлено. Главными, определяющими факторами, обусловившими негативное влияние на состояние здоровья и способствовавшими неблагоприятному исходу у М.Н.В., следует считать врожденную прогрессирующую патологию головного мозга с резкой задержкой психомоторного развития, которая сопровождалась резистентной к терапии вторичной эпилепсией (эпилептические спазмы, тонико-клонические генерализованные приступы, эпилептические статусы), бульбарным и псевдобульбарным синдромами; выраженную задержку физического развития (уменьшение массы тела с выраженным уменьшением мышечной массы), статичное пассивное лежачее положение, искривление грудного отдела позвоночника с нарушением взаиморасположением органов грудной полости№ выявленную «особую» микрофлору (энрерококки, псевдомонады и кандиды), наличие инородных масс в просветах бронхов и альвеол, свидетельствующих об аспирационном генезе пневмонии; устойчивость выделенной микрофлоры к антибактериальной терапии; выраженное ослабление иммунитета и общей реакции организма.
Наличие оказания дефектов оказания медицинской помощи ГУЗ СО «Лысогорская районная больница» не оспаривает. Само по себе то обстоятельство, что между допущенными дефектами и смертью М.Н.В. отсутствует прямая причинно-следственная связь не свидетельствует об отсутствии оснований для взыскания с больницы компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинской помощи.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами предусмотренными главой 59 (статьи 1064-1101 Гражданского кодекса РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд также учитывает степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 года « О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых ( служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).
Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождает работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Обязанность компенсировать моральный вред, причиненный гражданином, выполняющим работу на основании гражданско-правового договора, может быть возложена на юридическое лицо или гражданина, которыми с причинителя вреда был заключен такой договор, при условии, что причинитель вреда действовал или должен был действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ ( абзац второй пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).
Согласно выписки из приказа № 48 –л/с от 27.07.2020 года по ГУЗ СО «Лысогорская РБ» З.С.В. принята на работу на должность врача-педиатра участкового кабинета врача-педиатра поликлиники на 1 ставку с 27 июля 2020 года.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя. При определении размере компенсации вреда суд учитывает требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Удовлетворяя требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в связи с перенесенными ей нравственными страданиями в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи ее сыну, вне зависимости от отсутствия прямой причинно-следственной связи между допущенными недостатками и наступлением смерти пациента, суд учитывает характер допущенных ответчиком нарушений при оказании медицинской помощи, степень тяжести перечисленных нарушений и последствия к которым такие нарушения привели, требования разумности и справедливости и определяет ко взысканию в пользу истца компенсацию морального вреда с ответчика в размере 100000 рублей.
В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленнымбюджетным законодательствомРоссийской Федерации.
Таким образом, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета, исходя из требований п. 1 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ, в размере 3200 рублей.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования М.Е.С. удовлетворить частично.
Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения Саратовской области «Лысогорская районная больница» ИНН /№ в пользу М.Е.С. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт № компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто) тысяч рублей.
Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения Саратовской области «Лысогорская районная больница» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3200 ( три тысячи двести) рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд в течении месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей жалобы через Калининский районный суд.
Судья: Л.С. Трапезникова
Мотивированное решение изготовлено 27.02.2023 года.