Решение по делу № 2-173/2025 от 12.03.2025 - об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за нарушение сроков выплаты, компенсации за задержку выдачи трудовой книжки, компенсации морального вреда.

66RS0006-01-2024-004814-16

№ 2-173/2025 (2-5134/2024)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 12 марта 2025 года

Орджоникидзевский районный суд города Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Лащеновой Е.А. при секретаре Кузнецовой И.В. рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Пищевые технологии» об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за нарушение сроков выплаты, компенсации за задержку выдачи трудовой книжки, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась с иском к ООО «Пищевые технологии» взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплат, компенсации за задержку выдачи трудовой книжки, компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указано, что в начале апреля 2022 года истец устроилась на работу в буфет продавцом столовой № 3 ООО «Пищевые технологии», расположенной на территории завода Уралмаш, куда вход строго по пропускам. Заведующий столовой оговорил условия работы: работа только в столовой № 3 по сменно, смена 8 часов в день, заработная плата за смену 2000 рублей, суббота и воскресенье выходные дни, ежедневно на проходной завода истцу будут выдаваться разовые пропуска на территорию завода. Условия истца устроили и она согласилась с предложением работодателя. После чего заведующий взял у истца трудовую книжку, сказал, что приказ о приеме на работу и трудовой договор будут составлены, приступить к работе нужно 11 апреля 2022 года.

11 апреля 2022 года в назначенное время истец по пропуску прошла к месту работы, заведующий сказал, что она временно ввиду производственной необходимости, должна две недели временно поработать буфетчицей в другом месте на территории завода, остальные условия не меняются. Истец согласилась и две недели работала в другой столовой. Затем, в течение последующих четырех месяцев истца постоянно заставляли работать в других местах, что влекло существенное нарушение договоренности с работодателем достигнутой при приеме истца на работу. За время работы истец неоднократно просила выдать на руки трудовой договор и приказ о приеме на работу, но каждый раз заведующий уклонялся от выдачи истцу этих документов ссылаясь на занятость, отсутствие работника отдела кадров, у которого находятся документы.

Летом 2022 года заведующий в очередной раз заставил истца поработать в буфете «Купава» две недели, так буфетчица этой точки ушла в отпуск. После того, как истец отработала две недели, она сдала все остатки продуктов подменному буфетчику и сверила с ней все остатки по продуктам. Выручку забирал каждый день под роспись водитель, привозивший продукты. За период работы в буфете «Купава» в течение 10 рабочих дней истцу не выплачена заработная плата в размере 17400 рублей. Кроме того, ответчик обязан выплатить денежную компенсацию за задержку выплат на день обращения в суд в размере 804460 рублей.

16 апреля 2024 года истец прошла на территорию завода к заведующему и поинтересовалась, почему ей не оплатили две недели работы, где письменный приказ о приеме на работу, трудовая книжка. В течение двух часов в ответ на законные требования истца заведующий стал кричать на истца, оскорблять в нецензурной форме, что никакой заработной платы за две недели она не получит, трудовую книжку не отдадут, она уволена за прогулы, при этом не назвал даты увольнения, сказал уходить и больше не приходить по данному вопросу. От такого приема у истца резко поднялось давление, произошел гипертонический криз, в здравпункте завода, куда истец обратилась за медицинской помощью, вызвали скорую помощь, отвезли в больницу экстренно положили в кардиологическое отделение ГАЗ ГКБ № 14 г. Екатеринбурга, где она находилась на лечении с 16 по 23 апреля 2024 года. Находясь в больнице, истец 16 апреля 2024 года по телефону подала заявление в ОП № 15 УМВД России по г. Екатеринбургу об отказе вернуть трудовую книжку работниками ответчика. На следующий день пришел участковый и опросил о произошедшем, а 19 апреля 2024 года в отделе полиции участковый вернул трудовую книжку, которую изъял у заведующего столовой ООО «Пищевые технологии». Поэтому срок увольнения истца с работы следует считать с момента вручения трудовой книжки с 19 апреля 2024 года.

22 апреля 2024 года по поводу невыплаты заработной платы и невыдачи трудовой книжки истец обратилась в прокуратуру Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга и Государственную инспекцию труда в Свердловской области за разъяснениями нарушены ли работодателем требования трудового законодательства, которые указали на право обращения в суд.

Моральный вред, причиненный истцу, выразился в следующем: истец пенсионер по возрасту получает незначительную пенсию, остро ощущает нехватку денежных средств в приобретении лекарств, продуктов, одежды, оплаты коммунальных услуг и поэтому невыплата заработной платы резко сказалась на ее здоровье, появилась бессонница, головные боли и боли в сердце, в результате чего она вынуждена на всем экономить. Вследствие грубого, циничного и оскорбительного обращения с истцом в течение длительного времени – двух часов со стороны заведующего столовой и его заявление, что истец уволена за прогулы и трудовую книжку он не вернут, повергло истца в шок, в левом глазу лопнули кровяные сосуды, произошел гипертонический криз и на скорой помощи она была доставлена в больницу, где находилась на стационарном лечении семь дней. Истец всегда добросовестно относилась к работе, выполняя все задания, никогда на работу не опаздывала, прогулов не допускала. Из-за криков и брани заведующего потеряла веру в справедливость, в доброту и порядочность людей. Компенсацию морального вреда оценивает в 100000 рублей. За услуги представителя истцом оплачено 30000 рублей.

На основании изложенного истец просила взыскать с ответчика задолженность по невыплаченной заработной плате и за задержку возврата трудовой книжки общую сумму 804460 рублей, компенсацию морального вреда 100000 рублей, расходы по оплате услуг представителя 30000 рублей.

Кроме того, истцом подано заявление о восстановлении срока подачи искового заявления в суд (л.д. 59), где истец указал, что 16 апреля 2024 года на личном приеме у заведующего столовой истец со слов работодателя узнала что она уволена якобы за прогулы, при этом дату увольнения ей не назвали, приказ об увольнении трудовую книжку не выдали. Трудовую книжку истец получила от участкового 16 апреля 2024 года. 22 апреля 2024 года истец обратилась в прокуратуру Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга, Государственную инспекцию труда в Свердловской области, Налоговую инспекцию, которыми заявление истца не было разрешено, ответы поступили в середине июня 2024 года с предложением обратиться за разрешением спора в суд. Учитывая, что предусмотренный законом срок истец не по вине истца, просила восстановить процессуальный срок на подачу искового заявления.

Определением суда от 24 октября 2024 года к производству суда принято заявление истца об увеличении размера исковых требований о взыскании задолженности по невыплаченной заработной плате и за задержку возврата трудовой книжки до общей суммы 1694620 рублей, остальные требования оставлены без изменения (л.д. 61-62).

Впоследствии истцом также подавалось заявление об изменении предмета и основания иска, в удовлетворении которого судом было отказано, поскольку одновременное изменение и предмета и оснований иска Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации не предусмотрено, подано ходатайство об отказе от исковых требований в части (л.д. 92-94), которое позднее было отозвано истцом до его разрешения судом по существу.

Определением суда от 14 января 2025 года к производству суда принято новое требование об установлении трудовых отношений между ООО «Пищевые технологии» и ФИО1 в должности буфетчика с 13 апреля 2022 года по 22 июля 20222 года, с занесением записи о приеме на работу и увольнении в трудовую книжку (л.д. 118).

Истец ФИО1 в судебном заседании требования иска поддержала по изложенным в нем основаниям и настаивала на его удовлетворении, поддержала данные ранее в судебных заседаниях пояснения относительно обстоятельств согласования условий, режима и оплаты труда, места работы, периода начала и окончания работы. Указала, что поддерживает все заявленные требования. Размер задолженности по заработной плате составляет 17400 рублей, остальные суммы компенсации и проценты, а также моральный вред и расходы на представителя.

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности (л.д. 180), с требованиями иска не согласилась по доводам изложенным в письменных возражениях (л.д. 38-43, 101-105), где указала, что исковое заявление зарегистрировано в суде 27 августа 2024 года, из иска следует, что крайней датой выхода на работу ФИО1 указывает предположительно лето 2022 года, предусмотренный законом срок исковой давности ля обращения в суд пропущен, что является основанием для отказа в удовлетворении искового заявления. Требования о взыскании денежных средств не подлежат удовлетворению. Истец обращаясь с настоящим иском действует недобросовестно, поскольку действует с нарушением установленных законом сроков и истцу и ее представителю известно об этом. ФИО1 никогда не являлась и не является сотрудником ООО «Пищевые технологии», трудовой договор между сторонами никогда не заключался, заявление о приеме на работу истец не писала, заявление об увольнении не составляла. Действующее законодательство устанавливает два варианта возникновения трудовых отношений между работником и работодателем: на основании заключенного в установленном порядке между сторонами трудового договора либо на основании фактического допуска работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. Работодателем или его представителем данное поручение никогда не издавалось, приказ о приеме на работу ФИО1 не выносился. Кроме того, истцом не заявлено требование об установлении факта трудовых отношений. Ответчик ООО «Пищевые технологии» зарегистрирован в качестве юридического лица, истец в обоснование требований указывает, что работала в буфете «Купава». По мнению ответчика, с учетом совокупности представленных доказательств суду необходимо прийти к выводу, что сложившиеся между сторонами отношения нельзя квалифицировать как трудовые. Размер заработной платы истцу не согласовывался, поскольку ФИО1 работником ООО «Пищевые технологии» никогда не являлась. В трудовой книжке истца последняя запись об увольнении датирована 30 декабря 2016 года, требований о внесении записи в трудовую книжку о приеме на работу и об увольнении истцом не заявлено. Требование о взыскании компенсации морального вреда и расходов на оплату услуг представителя не подлежит удовлетворению, поскольку не подлежит удовлетворению основное требование о взыскании заработной платы и за задержку возврата трудовой книжки. Кроме того, услуги представителем истца оказаны ненадлежащим образом, поскольку лицу, имеющему юридическое образование должно быть достоверно известно о сроках давности при обращении в суд с настоящими исковыми требованиями. На основании изложенного просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Заслушав истца, представителя ответчика, исследовав материалы гражданского дела и представленные доказательства, оценив их в совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч. 3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

В ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно ч. 1 ст. 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 ст. 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» при установлении наличия либо отсутствия трудовых отношений суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату. О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения. К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем.

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте и другие (п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям»).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что трудовой договор между ФИО1 и ООО «Пищевые технологии» в период с 13 апреля 2022 года по 22 июля 2022 года не заключался, приказ о приеме истца на работу ответчиком не издавался. Вместе с тем представленными суду доказательствами подтверждается факт осуществления ФИО1 трудовой деятельности в ООО «Пищевые технологии» в период с 13 апреля 2022 года по 22 июля 2022 года в должности буфетчика.

Указанное подтверждается доводами изложенными истцом в иске, а также пояснениями истца данными в ходе судебного заседания, где она подробно изложила суду обстоятельства приема на работу, допуска к работе, особенности и порядок выполнения работы, обязанности, режим работы, обстоятельства и причины перемещения истца между буфетами и столовой.

При рассмотрении дела суду представлены сведения о проходах истца на территорию ПАО «Уралмашзавод». ООО УК «ИНПАРК УРАЛМАШ» 22 января 2025 года и ООО «ЭНЕРГОСНАБЖАЮЩАЯ КОМПАНИЯ» 03 февраля 2025 года, 24 февраля 2025 года представлены сведения о проходах ФИО1 на территорию ПАО «Уралмашзавод» и организации которой заказан пропуск, которой во всех случаях входа и выхода истца являлось ООО «Пищевые технологии». При этом 08 апреля 2022 года время пребывания истца на территории составило 30 минут, а начиная с 13 апреля и по 22 апреля 2022 года в течение рабочего дня, в отдельные дни до 20:30, 21:10 часов (л.д. 137-141, 144-152, 156-171), аналогичные сведения представлены ответчиком (л.д. 45-51). Из этих же документов следует, что после 22 июля 2022 года посещение истцом ООО «Пищевые технологии» мело место 07 сентября 2022 года, другой организации 16 и 25 апреля 2024 года.

Кроме того, из материала КУСП < № > от 16 апреля 2024 года следует, что 16 апреля 2024 года в ОП № 15 УМВД России по г. Екатеринбургу поступил материал проверки по сообщению ФИО1 по факту конфликта с работодателем.

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 17 апреля 2024 года, при опросе ФИО1 установлено, что работодатель не вернул ей трудовую книжку, из опроса ФИО3 установлено, что ФИО1 сама оставила документ и не забирала его.

В своих объяснениях от 16 апреля 2024 года ФИО1 изложила те же обстоятельства, что послужили основанием для предъявления настоящего иска о факте работы, о задолженности по заработной плате, о невыдаче трудовой книжки.

Директор ООО «Пищевые технологии» ФИО4, что подтверждается сведениями выписки из ЕГРЮЛ (л.д. 175-179), в своих объяснениях от 17 апреля 2024 года указал, что около двух лет назад к нему пришла устраиваться ФИО1, которая хотела устроиться неофициально, но он ей отказал, так она не стала писать заявление о приеме на работу, потом все таки согласилась, принесла бухгалтеру трудовую книжку. Так как первично она обучалась, за обучение ей было оплачено, но трудоустройство не возникло из-за ее непосещения рабочего места. Трудовая книжка лежала в бухгалтерии и ждала возвращения ФИО1, но связаться с ней не удалось. Почему она раньше не вернулась а документом, он не знает. Он вернул ей документ через сотрудников полиции.

Из протокола осмотра места происшествия от 17 апреля 2024 года следует, что в кабинете опорного пункта ФИО4 была предъявлена трудовая книжка ФИО1

Распиской ФИО1 подтверждается факт получения истцом трудовой книжки у участкового уполномоченного полиции 19 апреля 2024 года.

Указанными доказательствами достоверно подтверждается факт нахождения трудовой книжки ФИО1 у ООО «Пищевые технологии», ее передачи в связи с трудоустройством.

Более того, из объяснений директора ООО «Пищевые технологии» следует, что ФИО1 обучалась, то есть была допущена до рабочего места и выполняла трудовые обязанности, училась их исполнять.

Установленные судом обстоятельства обучения истца под руководством ООО «Пищевые технологии», нахождения трудовой книжки истца у ответчика безусловно свидетельствуют о возникновении между сторонами трудовых отношений.

Доводы ответчика о том, что трудовой договор между сторонами не заключался, приказ о приеме на работу не издавался, заявление о приеме на работу истец не писала свидетельствуют о невозможности возникновения между сторонами трудовых отношений, поскольку трудовые отношения в силу ч. 3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен, при этом факт наличия или отсутствия в штатном расписании соответствующей должности к работе по которой фактически был допущен работник, не имеет правового значения для разрешения спора об установлении факта трудовых отношений, поскольку фактический допуск к работе может иметь место и без соответствующей должности в штатном расписании работодателя.

Ссылки ответчика на то, что истцом не предоставлялись документы необходимые для трудоустройства, не свидетельствуют об отсутствии между сторонами трудовых отношений, при установленных судом обстоятельствах фактического допуска истца к работе, а также с учетом возложенной на работодателя законом обязанности надлежащего оформления трудовых отношений. В данной ситуации работодатель мог и должен был осуществить действия по надлежащему оформлению трудовых отношений, заключению трудового договора, изданию приказа о приеме на работу, истребования у работника соответствующего заявления и необходимых работодателю для оформления трудовых отношений документов, однако этого не сделал.

Таким образом, совокупностью представленных в материалы дела доказательств подтверждается факт наличия в период с 13 апреля 2022 года по 22 июля 2022 года между ФИО1 и ООО «Пищевые технологии» трудовых отношений в должности буфетчика.

Оснований для установления между сторонами трудовых отношений по иной должности, с учетом описанного истцом и выполняемого ею в заявленный период функционала и трудовых обязанностей судом не установлено. Ответчиком доказательств выполнения работы по иной должности в период рассмотрения дела не представлено и судом не добыто, сама должность названная истцом ответчиком не оспаривалась.

Учитывая, что ответчиком никаких доказательств опровергающих доводы истца и представленные ею доказательства осуществления трудовой деятельности в ООО «Пищевые технологии» не представлено, суд находит факт осуществления истцом трудовой деятельности у ответчика в период с 13 апреля 2022 года по 22 июля 2022 года в должности буфетчика установленным.

Доводы истца о том, что последним рабочим днем в ООО «Пищевые технологии» является 22 июля 2022 года и именно эту дату она считает датой увольнения, не оспорен, доказательств прекращения трудовых отношений в иную дату, в том числе и более раннюю, либо по иным основаниям, чем заявлено истцом (п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации) суду не представлено.

При таких обстоятельствах суд находит факт осуществления ФИО1 трудовой деятельности в ООО «Пищевые технологии» в период с 13 апреля 2022 года по 22 июля 2022 года в должности буфетчика установленным, а ее требования в данной части подлежащими удовлетворению. Таким образом, факт трудовых отношений между сторонами в должности буфетчика подлежит установлению в период с 13 апреля 2022 года по 22 июля 2022 года.

Что касается заявления ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, предусмотренного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, и ходатайства истца о его восстановлении, то суд полагает необходимым отметить следующее.

В соответствии со ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 данного Кодекса) у работодателя по последнему месту работы. За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Согласно ч. 5 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации при пропуске по уважительным причинам вышеуказанных сроков, они могут быть восстановлены судом.

В п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Из разъяснений, данных в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», следует, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин. В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п. К уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть также отнесено и обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок. Обратить внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке. Обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении (часть 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из указанных положений следует, что перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен, приведенный в названных Постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является; при определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, необходимо с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав; в случае пропуска срока обращения в суд работник имеет право на восстановление данного срока, при этом вопрос о причинах пропуска срока обращения в суд, необходимости предоставления соответствующих доказательств в соответствии с ч. 2 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен быть поставлен судом на обсуждение сторон, а при оценке уважительности причин пропуска срока суд должен исходить из всей совокупности обстоятельств, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Определяя момент, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права, суд полагает возможным согласиться с доводами истца о наступлении такого момента с даты получения истцом трудовой книжки – 19 апреля 2024 года, поскольку именно в этот день истец обнаружила отсутствие записей о трудоустройстве в ООО «Пищевые технологии» в период с 13 апреля 2022 года по 22 июля 2022 года. В связи с чем суд полагает, что предусмотренный законом срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора начал течь с 19 апреля 2024 года.

Доводы ответчика о начале течения такого срока с предполагаемого последнего рабочего дня (лето 2022 года) являются несостоятельными, поскольку в последний рабочий день трудовая книжки истцу выдана не была, с приказом об увольнении она ознакомлена не была, в связи с чем не могла знать об отсутствии в трудовой книжке записей о приеме на работу в ООО «Пищевые технологии» и увольнении.

Исковое заявление в Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга подано 27 августа 2024 года, то есть после истечения предусмотренного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации трехмесячного срока.

В качестве оснований для восстановления пропущенного процессуального срока истцом указано на обращения в прокуратуру Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга, Государственную инспекцию труда в Свердловской области, налоговую инспекцию по поводу сложившейся ситуации с работодателем.

Факт обращения истца в названные государственные органы подтверждается копией соответствующего заявления с отметками о получении 22 апреля 2024 года (л.д. 7). При этом в заявлении ФИО1 изложила доводы аналогичные доводам иска относительно возникшего индивидуального трудового спора с ООО «Пищевые технологии».

Прокуратура Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга, Государственная инспекция труда в Свердловской области в своих ответах от 06 мая 2024 года, 07 мая 2024 года, 23 мая 2024 года (л.д. 9, 10, 11-12), указали на наличие у истца права на обращение в суд за решением возникшего спора.

Кроме того, состояние здоровья истца, которая до подачи иска в суд проходила стационарное лечение, в период рассмотрения дела имела три периода нетрудоспособности, проходила амбулаторное и стационарное лечение с оформлением листков нетрудоспособности, что достоверно подтверждается представленными в материалы дела доказательствами (л.д. 14, 68, 84-85, 154), также не позволило ей своевременно обратится в суд с настоящим иском.

При таких обстоятельствах учитывая дату получения трудовой книжки истцом, обращение истца до подачи иска в суд в прокуратуру Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга, Государственную инспекцию труда в Свердловской области, состояние здоровья истца и наличие периодов прохождения стационарного лечения, в том числе и в юридически значимый период, социальную значимость рассматриваемого спора, объем и характер нарушенных прав истца, суд полагает возможным признать указанные истцом причины пропуска срока на обращение в суд уважительными и считает необходимым восстановить ФИО1 пропущенный срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Поскольку требования истца об установлении факта трудовых отношений судом удовлетворены, в силу ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации подлежат удовлетворению и требования истца о возложении на ответчика обязанности по внесению записей о приеме на работу и увольнении в трудовую книжку истца.

В соответствии со ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется). В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе. Сведения о взысканиях в трудовую книжку не вносятся, за исключением случаев, когда дисциплинарным взысканием является увольнение.

Суд полагает возможным возложить на ответчика обязанность по внесению в трудовую книжку истца записи о трудоустройстве, а именно о приеме 13 апреля 2022 года ФИО1 на работу в ООО «Пищевые технологии» на должность буфетчика и о ее увольнении 22 июля 2022 года по основанию п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации «расторжение трудового договора по инициативе работника».

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика задолженности по заработной плате суд руководствуется следующим.

Статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации к основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений относит, в том числе обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

В соответствии с абз. 5 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы.

Данному праву работника в силу абз. 7 ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора.

Частью 1 ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Статья 129 Трудового кодекса Российской Федерации определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) (часть 1).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 состояла в трудовых отношениях с ООО «Пищевые технологии» в период с 13 апреля 2022 года по 22 июля 2022 года. Трудовые отношения прекращены 22 июля 2022 года, однако заработная плата в полном объеме истцу в день увольнения выплачена не была. Согласно пояснениям истца задолженность по заработной плате составляет 17400 рублей из расчета 10 отработанных смен по 2000 рублей за каждую за вычетом НДФЛ.

Вместе с тем, при определении размера задолженности по заработной плате суд не может согласится с доводами истца об установлении ей оплаты труда в размере 2000 рублей за смену, поскольку данное обстоятельство подлежит доказыванию только письменными доказательствами, которые истцом в подтверждение своей позиции не представлены.

Трудовой договор между сторонами заключен не был, приказ о приеме не издавался, относимых, допустимы и достоверных письменных доказательств установления истцу ответчиком размере оплаты труда 2000 рублей за смену, что при среднем количестве рабочих дней в месяце 21 составило бы 42000 в месяц, выплаты заработной платы в указанном размере суду не представлено и при рассмотрении дела не добыто.

Из ответа за судебный запрос предоставленного Управлением Федеральной службы государственной статистики по Свердловской области и Курганской области от 24 декабря 2024 года (л.д. 117) следует, что размер средней заработной платы по Свердловской области на октябрь 2023 года по профессиональной группе буфетчики (бармены) составляет 33 577 рублей, что значительно ниже заявленного истцом размера заработной платы.

В отсутствие совокупности относимых, допустимых и достоверных письменных доказательств установления истцу оплаты труда в размере 2000 рублей за смену, суд полагает необходимым при определении размера задолженности по заработной плате исходить из сведений, предоставленных Управлением Федеральной службы государственной статистики по Свердловской области и Курганской области и при проведении расчетов руководствоваться размером средней заработной платы в 33577 рублей.

Учитывая пояснения истца о том, что задолженность по заработной плате образовалась за 10 рабочих дней июля 2022 года (с 11 по 22 число), количество рабочих дней в июле 2022 года (21 рабочий день), количество отработанных истцом дней (10 рабочих дней), размера средней заработной платы 33577 рублей, задолженность ответчика по заработной плате перед истцом составит 13910 рублей 47 копеек и подлежит взысканию с ответчика в пользу истца. Расчет: 33577 : 21 х 10 = 15989 рублей 05 копеек (размер начисленной заработной платы), 15989,05 – 13% = 13910 рублей 47 копеек (размер заработной платы подлежащей выплате истцу).

Разрешая требования о взыскании с ответчика компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы за период с 25 июля 2022 года по 23 августа 2024 года, указанный в расчете цены иска (л.д. 65) суд находит их подлежащими удовлетворению частично ввиду следующего.

В силу ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно.

В силу ч. 6 ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Согласно ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Судом установлено, что трудовые отношения сторон имели место в период с 13 апреля 2022 года по 22 июля 2022 года, 22 июля 2022 года трудовые отношения сторон прекращены, следовательно, в последний рабочий день истца ответчик должен был выплатить всю причитающуюся работнику заработную плату, однако данную обязанность не исполнил.

При таких обстоятельствах компенсация за нарушение срока выплаты заработной платы подлежит начислению на сумму задолженности 13910 рублей 47 копеек за заявленный истцом период с 25 июля 2022 года по 23 августа 2024 года.

Представленный истцом расчет процентов суд не может принять, поскольку данный расчет является неверным, истцом проценты за задержку выплат начисляются с нарушением установленного ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации порядка и размера из начисления.

При таких обстоятельствах суд полагает необходимым произвести свой расчет.

Задолжен-ность

Период просрочки

Ставка

Доля ставки

Формула

Проценты

с

по

дней

13910,47

25.07.2022

18.09.2022

56

8,00 %

1/150

13910,47 ? 56 ? 1/150 ? 8%

415,46

13910,47

19.09.2022

23.07.2023

308

7,50%

1/150

13910,47 ? 308 ? 1/150 ? 7,5%

2142,21

13910,47

24.07.2023

14.08.2023

22

8,50%

1/150

13910,47 ? 22 ? 1/150 ? 8,5%

173,42

13910,47

15.08.2023

17.09.2023

34

12,00%

1/150

13910,47 ? 34 ? 1/150 ? 12%

378,36

13910,47

18.09.2023

29.10.2023

42

13,00%

1/150

13910,47 ? 42 ? 1/150 ? 13%

506,34

13910,47

30.10.2023

17.12.2023

49

15,00%

1/150

13910,47 ? 49 ? 1/150 ? 15%

681,61

13910,47

18.12.2023

28.07.2024

224

16,00%

1/150

13910,47 ? 224 ? 1/150 ? 16%

3323,67

13910,47

29.07.2024

23.08.2024

26

18,00%

1/150

13910,47 ? 26 ? 1/150 ? 16%

434,01

Итого:

5054,81

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация за нарушение срока выплат за период с 25 июля 2022 года по 23 августа 2024 года в размере 8 054 рубля 81 копейка. Оснований для взыскания компенсации за нарушение срока выплат в большем размере судом не установлено, в связи с чем в остальной части данного требования истцу надлежит отказать.

Требования истца о взыскании с ответчика компенсации за задержку выдачи трудовой книжки не подлежат удовлетворению ввиду следующего.

Согласно части 4 статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у данного работодателя и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. По письменному заявлению работника работодатель также обязан выдать ему заверенные надлежащим образом копии документов, связанных с работой.

Работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки, предоставления сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса), внесения в трудовую книжку, в сведения о трудовой деятельности неправильной или не соответствующей законодательству формулировки причины увольнения работника (статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обращаясь в суд с данным требованием, истец указывает, что трудовая книжка не выдавалась ответчиком до момента обращения истца с заявлением в ОП № 15 УМВД г. Екатеринбурга и была получена истцом 19 апреля 2024 года от участкового уполномоченного полиции. Ответчиком данные доводы не опровергнуты, доказательств выдачи ФИО1 трудовой книжки в день прекращения трудовых отношений 22 июля 2022 года в материалы дела не представлено.

Более того, судом установлено и подтверждается материалами КУСП < № > от 16 апреля 2024 года, что трудовая книжка была передана директором ООО «Пищевые технологии» участковому уполномоченному полиции только 17 апреля 2024 года.

Вместе с тем, обязанность работодателя возместить материальный ущерб, причиненный работнику незаконным лишением возможности трудиться, в виде неполученного им заработка, в соответствии со ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации возникает в случае задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки.

По смыслу данной нормы обязанность работодателя по возмещению работнику материального ущерба в виде неполученного заработка по причине задержки выдачи трудовой книжки наступает в связи с установлением незаконности действий работодателя по удержанию трудовой книжки работника, что являлось препятствием для поступления работника на новую работу, и, как следствие, влекло лишение работника возможности трудиться и получать заработную плату.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию по данному делу, являются, в том числе установление факта обращения истца после увольнения к другим работодателям с целью трудоустройства и факта отказа в этом по причине отсутствия трудовой книжки. При этом обязанность по доказыванию указанных обстоятельств возлагается на истца.

Между тем, доводы истца о невозможности трудоустроится до настоящего времени в связи с отсутствием трудовой книжки не нашли своего подтверждения в судебном заседании, каких-либо доказательств данным обстоятельствам истцом не представлено.

Более того из пояснений самого истца следует, что за получением трудовой книжки она обратилась к ответчику только 16 апреля 2024 года, то есть более полутора лет она не имела интереса к получению трудовой книжки, никаких действий по ее получению не предпринимала, с заявлениями о выдаче трудовой книжки к ответчику не обращалась.

Доказательств наличия отказов работодателей в приеме истца на работу ввиду отсутствия трудовой книжки истцом не представлено и судом при рассмотрении дела не добыто.

Указанное свидетельствует о том, что отсутствие трудовой книжки не препятствовало устройству истца на работу, следовательно, факт незаконного лишения истца трудиться со стороны ответчика в период с 25 июля 2022 года по 15 апреля 2024 года отсутствует.

В связи с изложенным, суд критически относится к доводам истца о невозможности трудоустройства в связи с задержкой выдачи трудовой книжки и приходит выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания компенсации в порядке ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации.

Более того, исходя из положений ч. 5 ст. 65 Трудового кодекса Российской Федерации, отсутствие у работника трудовой книжки не является препятствием для трудоустройства и заключения трудового договора.

При указанных обстоятельствах, требования истца о взыскании с ответчика компенсации за задержку выдачи трудовой книжки за период с 25 июля 2022 года по 15 апреля 2024 года не подлежат удовлетворению.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. При этом, размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку ненадлежащим выполнением обязательств, вытекающих из трудовых правоотношений (ненадлежащим оформлением трудовых отношений, невыплатой заработной платы в установленном размере в установленные сроки), нарушены права истца как работника, в соответствии с положениями ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, суд с учетом принципа разумности и справедливости, исходя из фактических обстоятельств дела и учитывая длительность допущенного ответчиком нарушения прав работника, индивидуальные особенности истца, ее возраст и состояние здоровья, полагает возможным требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда удовлетворить частично в размере 20 000 рублей.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере судом при рассмотрении дела не установлено.

Разрешая вопросы распределения судебных расходов, к которым в соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, суд руководствуется следующим.

Согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 758 рублей 96 копеек (858 рублей 96 копеек за требования имущественного характера, 300 рублей за требование об установлении факта трудовых отношений, 300 рублей за требование о внесении записи в трудовую книжку, 300 рублей за требование о взыскании компенсации морального вреда).

В силу ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, соблюдения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, и тем самым - на реализацию требования ст. 17 Конституции Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего гражданского дела истцом были понесены расходы на оплату услуг представителя ФИО5 в размере 30000 рублей, что подтверждается квитанцией от 23 августа 2024 года (л.д. 25). Из текста квитанции следует, что истцом оплачены услуги по соглашению на оказание юридической помощи по иску ФИО1 к ООО «Пищевые технологии».

Данное гражданское дело рассмотрено судом первой инстанции по итогам одного длительного с объявлением перерывов предварительного судебного заседания (л.д. 74-77) и двух судебных заседаний с объявлением перерывов (120-124), при этом представитель истца участвовал только в предварительном судебном заседании и одном судебном заседании, впоследствии в судебные заседания не являлся. Также представителем истца составлены исковое заявление, расчеты, подготовлены заявления об уточнении исковых требований и об изменении исковых требований, часть из которых была удовлетворена судом.

Вместе с тем представителем истца давались пояснения и заявлялись ходатайства противоречащие позиции самого истца и основаниям предъявленного иска, в удовлетворении части ходатайств представителя истца судом было отказано в связи с отсутствием возможности изменения одновременно предмета и основания иска, а также в связи с отзывом самим истцом данных ходатайств.

В соответствии с п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле (п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Исходя из положений п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

С учетом конкретных обстоятельств дела, его сложности, объема и качества проведенной представителями работы, количества и продолжительности судебных заседаний в которых участвовал представитель истца, а также принимая во внимание объем оказанных услуг, качество и количество составленных представителями документов, учитывая возражения ответчика относительно завышенного размера расходов на оплату услуг представителя, суд полагает возможным заявление истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя удовлетворить частично в размере 10 000 рублей. Данная сумма, по мнению суда, отвечает требованиям разумности и подлежит взысканию с ответчика.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Пищевые технологии» с 13 апреля 2022 года по 22 июля 2022 года в должности буфетчика.

Возложить на общество с ограниченной ответственностью «Пищевые технологии» обязанность внести в трудовую книжку ФИО1 запись о приеме на работу 13 апреля 2022 года на должность буфетчик и об увольнении 22 июля 2022 года по основанию п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации «расторжение трудового договора по инициативе работника».

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Пищевые технологии» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт < № >) задолженность по заработной плате за период с 11 по 22 июля 2022 года в размере 13910 рублей 47 копеек, компенсацию за нарушение срока выплат за период с 25 июля 2022 года по 23 августа 2024 года в размере 8 054 рубля 81 копейку, компенсацию морального вреда 20000 рублей, расходы на оплату услуг представителя 10000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с общества с общества с ограниченной ответственностью «Пищевые технологии» (ИНН <***>) государственную пошлину в доход бюджета 1 758 рублей 96 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга.

Мотивированное решение будет изготовлено в течение десяти дней.

Судья Е.А. Лащенова

Мотивированное решение изготовлено 26 марта 2025 года.

Судья Е.А. Лащенова