86RS0(номер)-23

Судья (ФИО)4 Дело (номер)

(номер)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

25 июля 2023 года г. Ханты-Мансийск

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты - Мансийского автономного округа - Югры в составе:

председательствующего судьи Гавриленко Е.В.,

судей Кармацкой Я.В., Кузнецова М.В.,

при секретаре Щербина О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску (ФИО)2, (ФИО)3 к Бюджетному учреждению Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Окружная клиническая больница» о признании врачебной ошибки и некачественно оказанной медицинской помощи, а также компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинской помощи, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора Департамент здравоохранения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, акционерное общество «Страховая компания СОГАЗ-МЕД»,

по апелляционной жалобе (ФИО)2, (ФИО)3, апелляционному представлению Ханты-Мансийского межрайонного прокурора на решение Ханты-Мансийского районного суда от (дата), которым в удовлетворении исковых требований (ФИО)2, (ФИО)3 к Бюджетному учреждению Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Окружная клиническая больница» о признании врачебной ошибки и некачественно оказанной медицинской помощи, а также компенсации морального вреда, причинённого ненадлежащим оказанием медицинской помощи, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора Департамент здравоохранения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, акционерное общество «Страховая компания СОГАЗ-МЕД»,

Заслушав доклад судьи (ФИО)16, объяснения представителя истцов (ФИО)2, (ФИО)3 – (ФИО)6, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, объяснения представителя ответчика БУ ХМАО – Югры «Окружная клиническая больница» (ФИО)7, представителя третьего лица (ФИО)1 Е.М., возражавших против доводов апелляционной жалобы, заключение прокурора (ФИО)8, поддержавшей апелляционное представление, полагавшей решение подлежащим отмене, судебная коллегия,

установила:

(ФИО)2, (ФИО)3 обратились в суд с иском к бюджетному учреждению Ханты-Мансийского автономного округа - Югры «Окружная клиническая больница» (далее - Окружная клиническая больница), в котором, уточнив заявленные требования, просили признать врачебной ошибкой качество оказанной (ФИО)9, умершему (дата), медицинской помощи в период с (дата) до (дата), взыскать с ответчика в пользу каждого из истцов компенсацию морального вреда в размере по 200 000 руб.

В обоснование заявленных требований истцы ссылались на то, что (дата) умер (ФИО)9, причиной смерти явилась атеросклеротическая болезнь сердца, осложнившаяся развитием левожелудочковой недостаточности. До момента смерти (ФИО)9 ежегодно проходил плановые медицинские осмотры по полису обязательного медицинского страхования. В период с (дата) по (дата) он находился на больничном с диагнозом острое респираторное заболевание. (дата) участковым терапевтом ему поставлен предварительный диагноз: бессимптомная ишемия миокарда. По результатам обследования (дата) (ФИО)9 поставлен заключительный диагноз: гипертоническая болезнь 2 стадии 2 степени, риск 2 предварительный, конкурентный: бессимптомная ишемия миокарда. Истцы считают, что (дата) после установления заключительного диагноза (ФИО)9 не была назначена консультация и лечение у врача кардиолога, неверно поставлен диагноз, не определена атеросклеротическая болезнь сердца. В выписке из амбулаторной карты не указано, проводилась ли комплексная диагностика на наличие или отсутствие у него атеросклероза, лабораторные исследования, инструментальная диагностика. Указывают на некачественное оказание медицинской помощи, которая привела к смерти близкого родственника (супруга и отца) истцов.

Судом постановлено вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе истцы (ФИО)2, (ФИО)3 просят решение отменить исковые требования удовлетворить. В обоснование жалобы указывают, что иски о возмещении морального вреда в связи с некачественным оказанием медпомощи родственнику могут удовлетворяться, даже если дефекты медицинской помощи не находятся в причинно-следственной связи с неблагоприятным исходом. Моральные страдания в данном случае проистекают от самого факта нарушения права умершего на получение качественной медицинской помощи. Отменяя принятые решения, суд кассационной инстанции, по сути, указал на право истцов требовать компенсацию морального вреда за некачественно оказанную медицинскую услугу, не связанную со смертью их члена семьи, если будет установлен сам факт некачественно оказанной медицинской услуги и факт сохранения родственных связей и близких семейных отношений с умершим (ФИО)9 Считают, что данные обстоятельства нашли свое подтверждение в материалах дела. Кроме того, суд кассационной инстанции также указал на неверное применение судами первой и апелляционной инстанций положений ст. 70 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» о полномочиях лечащего врача при оказании медицинской помощи пациенту. Таким образом, указания суда кассационной инстанции при новом рассмотрении дела не были учтены судом первой инстанции и повторно нарушены с применением норм материального права и ст. 70 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации». Вместе с тем, экспертизой качества оказанной медицинской услуги страховой компании, судебными экспертизами, привлечением врачей к дисциплинарной ответственности, установлено некачественное оказание медицинской услуги при жизни (ФИО)9, что является основанием для взыскания компенсации морального вреда в пользу истцов, даже при наличии прямой либо косвенной причинно-следственной связи между некачественным лечением и смертью пациента.

В апелляционном представлении Ханты-Мансийский межрайонный прокурор просит решение отменить исковые требования удовлетворить. В обоснование представления указывает, что при вынесении оспариваемого решения суд неверно применил нормы материального права. Отменяя ранее принятые решения, суд кассационной инстанции указал на право истцов требовать компенсацию морального вреда за некачественно оказанную медицинскую услугу, не связанную со смертью их члена семьи, если будет установлен сам факт некачественно оказанной медицинской услуги и факт сохранения родственных связей и близких семейных отношений с умершим (ФИО)9 В ходе рассмотрения дела судом назначена повторная экспертиза. Согласно заключению от (дата) (номер) экспертами выявлены факты некачественно оказанной медицинской услуги (ФИО)9, а именно: при установлении диагноза артериальная гипертензия не проведена оценка скорости клубочной фильтрации, оценка микроальбинурии, не назначены суточное мониторирование артериального давления, осмотр офтальмолога; при первичном осмотре участкового терапевта (дата) при повышенном артериальном давлении до 150/90 мм.рт.ст, не назначена коррекция артериального давления; не назначены препараты группы В-адреноблокаторов, которые рекомендованы в схеме лечения при стабильной ишемической болезни сердца; при осмотре участкового терапевта (дата) не назначена повторная явка после прохождения всех назначенных исследований; диагноз «бессимптомная ишемия миокарда» кардиологом выставлен необоснованно; при осмотре участковым терапевтом (дата) не выставлен диагноз «мочекаменная болезнь», о наличии которой свидетельствуют данные ультразвукового исследования. Вместе с тем, судом установлен факт наличия теплых семейно-родственных отношений между истцами и (ФИО)9, а также факт оказания (ФИО)9 некачественно оказанной медицинской помощи. Как указал в своем определении суд кассационной инстанции - вывод суда апелляционной инстанции о том, что истцы не вправе предъявлять требования о взыскании компенсации морального вреда в связи с тем, что медицинская помощь с дефектами оказывалась ответчиком не им, а (ФИО)10, основан на ошибочном толковании норм материального права, регламентирующих ответственность за причинение морального вреда, поскольку при смерти пациента по причинам прямо или косвенно, связанным с некачественным оказанием ему медицинской помощи, нарушаются неимущественные права членов его семьи на здоровье, родственные и семейные связи, о чем обоснованно указал прокурор в кассационном представлении. Ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (постановка некорректного диагноза, не проведение пациенту всех необходимых диагностических мероприятий, не назначение адекватного лечения), причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда при доказанности истцами сохранения родственных связей и близких семейных отношений с (ФИО)9 Таким образом, неправильно выставленный диагноз, не в полном объеме назначенные исследования воспрепятствовали получению (ФИО)9 и членам его семьи полной и достоверной информации о наличии у него заболеваний.

В возражениях на апелляционную жалобу, апелляционное представление ответчик, третье лицо просят решение оставить без изменения, апелляционную жалобу, апелляционное представление без удовлетворения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истцы (ФИО)2, (ФИО)3, представитель третьего лица АО «Страховая компания СОГАЗ-МЕД» не явились, о времени и месте судебного заседания извещены в установленном законом порядке, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда Ханты-Мансийского автономного округа - (ФИО)1 в сети «Интернет».

С учетом изложенного, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с тем, что лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом и за срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебному заседанию, судебная коллегия определила о рассмотрении дела в отсутствие иных участвующих в деле лиц.

Заслушав объяснения представителя истцов (ФИО)2, (ФИО)3 – (ФИО)6, объяснения представителя ответчика БУ ХМАО – (ФИО)1 «Окружная клиническая больница» (ФИО)7, представителя третьего лица (ФИО)1 Е.М., заключение прокурора (ФИО)8, проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, возражений как установлено частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и обсудив их, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, что (ФИО)9 является супругом (ФИО)3 и отцом (ФИО)2

(дата) (ФИО)9 умер. Причиной его смерти явилась атеросклеротическая болезнь сердца, осложнившаяся развитием острой ишемии миокарда и острой сердечно-сосудистой недостаточности.

Данное заболевание протекало на фоне гипертонической болезни.

По утверждению истцов, до момента смерти (ФИО)9 ежегодно проходил плановые медицинские осмотры. Считают, что оказание (ФИО)9 некачественной медицинской помощи в период с (дата) по (дата) привело к его смерти.

В ходе рассмотрения дела определением Ханты-Мансийского районного суда от (дата) по делу назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено ФГБВОУ ВО «Военно-медицинская академия имени (ФИО)11» Министерства обороны РФ кафедра судебной медицины.

Согласно экспертному заключению (номер) от (дата) с января 2019 года по март 2019 года (ФИО)9 наблюдался у ответчика, ему устанавливались различные диагнозы. В январе у пациента имело место острое респираторное заболевание.(дата) на основании данных осмотра, лабораторных данных, а также проведенного ЭКГ, (ФИО)9 установлено следующее заболевание: реконвалесцент ОРВИ, ожирение, обусловленное избыточным поступлением энергетических ресурсов, гипертоническая болезнь 2 стадии 2 степени, риск 2, хроническая ишемическая болезнь сердца: полная блокада левой верви пучка Гиса. В этой связи ему рекомендовано выполнение ЭХО-кардиографии и консультация кардиолога.

(дата) (ФИО)9 осмотрен кардиологом, ему установлен предварительный конкурентный диагноз: бессимптомная ишемия миокарда, основной: гипертоническая болезнь сердца 2 стадии 2 степени, риск 2, в связи с чем рекомендована повторная консультация кардиолога ((дата)) и прием лекарственных средств.

(дата) при осмотре участковым терапевтом (ФИО)9 установлен прежний диагноз: Гипертоническая болезнь 2 стадии 2 степени, риск 2, предварительный Конкурентный: бессимптомная ишемия миокарда. С целью исключения злокачественного новообразования рекомендовано выполнение колоноскопии и эзофагогастродуоденоскопии в связи с выявлением скрытой крови в кале.

(дата) (ФИО)9 выполнена Эхокардиография, согласно результатам которой подтвердилось наличие хронической патологии сердца, а именно: Атеросклероза аорты, снижения сократительной и насосной функции левого желудочка, диастолической дисфункции левого желудочка, диастолической дисфункции правого желудочка, гипертрофии миокарда левого желудочка, органического поражения аортальных створок без нарушения гемодинамики.

Согласно выводам экспертов, оказанная (ФИО)9 медицинская помощь не соответствовала клиническим рекомендациям в части, касающейся правильности выбора методов диагностики, имевшихся у него заболеваний, а именно: не был выполнен расчет скорости клубочковой фильтрации, не было проведено суточное мониторирование АД, не было назначено выполнение анализа на микроальбуминурию. Указанные недостатки относятся к недостаткам диагностики по отношению к гипертонической болезни сердца.

Кроме того, сформулированные диагнозы следует считать некорректными, последняя запись осмотра терапевта датирована (дата) с назначением исследований ФГДС, колоноскопии по результатам положительного анализа кала на скрытую кровь. При этом ранее (март 2019 года) было назначено выполнение ЭХО-кардиографии. В ходе данного осмотра (ФИО)9 не была дана рекомендация о контрольной явке после исследований. С учетом наличия у (ФИО)9 ПБЛНПГ ему было показано плановое выполнение Тредмил-теста с целью оценки возможных ишемических изменений, которые пациент не выполнил (при назначенной повторной явке (дата)).

Комиссия экспертов пришла к выводу, что установленные (ФИО)9 диагнозы сформулированы некорректно: в них не отражена общепринятая детализация диагноза – атеросклероз аорты и коронарных артерий, атеросклеротический кардиосклероз, что комиссией отмечено как недостаток оказания медицинской помощи.

При этом, экспертами рассмотрен вопрос влияния допущенных недостатков на тактику лечения имевшейся у (ФИО)9 атеросклеротической болезни сердца и установлено, что при условии отсутствия (недопущения) выявленных недостатков, относящиеся к диагностике по отношению к гипертонической болезни, назначение лекарственных средств в отношении гипертонической болезни не претерпело бы существенного изменения. Основной стартовой терапией при выявлении у пациента коронаросклероза является назначение статинов и антитромботических препаратов, что и было выполнено в виде рекомендации о приеме Ацетилсалициловой кислоты и ФИО1. Допущенный недостаток в виде некорректно сформулированного диагноза не мог повлиять на смену назначенных препаратов против атеросклероза, так как при некорректно сформулированном диагнозе была назначена верная стартовая терапия. Допущенный недостаток в виде отсутствия рекомендации о контрольной явке после исследований (с учетом результатов ЭХО-КГ и УЗИ сосудов шеи) не мог кардинальным образом повлиять на смену назначенных препаратов против атеросклероза.

С учетом верно назначенной фармакологической терапии, экспертная комиссия не установила причинно-следственной связи между допущенными недостатками и наступлением смерти (ФИО)9

Согласно выводам экспертов, недостатки медицинской помощи, допущенные в отношении (ФИО)9, как в отдельности, так и в совокупности, не находятся в причинно-следственной связи с развитием у него заболеваний и их осложнений, ставших непосредственной причиной смерти, поскольку последние непосредственно (прямо) обусловлены характером и тяжестью основной патологии сердечно-сосудистой системы (коронаросклероз).

Актами экспертизы качества медицинской помощи (амбулаторно) АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» от (дата) установлены следующие дефекты при оказании амбулаторной медицинской помощи (ФИО)9 в БУ ХМАО-Югры «Окружная клиническая больница» врачом (ФИО)12 в период с (дата) по (дата), (дата): не указана и не назначена контрольная явка после исследований, консультация кардиолога. Диагностические мероприятия не назначены в полном объеме: не определена СКФ, не назначен контроль глюкозы крови, не направлен ХМЭКГ, АД, консультация офтальмолога, коагулограмма, гредмил-тест, при блокаде левой ножки пучка Гиса для стратификации по риску ССО рекомендуется проведение стресс-ЭхоКГ или однофотонной эмиссионной компьютерной томографии миокарда с фармакологической нагрузкой, нарушены КР 62 «Артериальная гипертония у взрослых», приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 09 ноября 2012 года № 708н «Об утверждении стандарта первичной медико-социальной помощи при первичной артериальной гипертензии (гипертонической болезни)», КР 155 «Стабильная ишемическая болезнь сердца». Невыполнение необходимых обследований и консультаций для определения тактики ведения пациента создает риск прогрессирования основного заболевания. На момент осмотра 17 июня 2019 г. пациенту не назначены адреноблокаторы, не проведено дообследование и повторная консультация кардиолога, не назначено дообследование по результатам ЭГДС для подбора антитромоцитарной терапии (т. 1 л.д. 123-132).

Согласно акту ведомственной проверки качества медицинской помощи от 20.08.2020 года Департамента здравоохранения ХМАО - Югры, выявлено невыполнение специалистами Окружной клинической больницы в полном объеме специализированной медицинской помощи взрослым при болезнях, характеризующихся повышенным артериальным давлением: суточное мониторирование сериального давления, офтальмоскопия. Не выполнен стандарт первичной медико-санитарной помощи при первичной артериальной гипертензии: исследование на микроальбуминурию, исследование функции нефронов (клиренс), коагулограмма, ренгенографии легких, суточное мониторирование артериального давления (т. 1 л.д.135-138).

В связи с наличием в материалах дела противоречащих выводов, имеющихся в заключении судебно-медицинской экспертизы № 4 от 12.04.2021 ФГБВОУ ВО «Военно-медицинская академия имени С.М. Кирова» Министерства обороны Российской Федерации и актах экспертизы качества медицинской помощи (амбулаторно) АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» от 05.08.2020, определением суда от 22.09.2022 по делу назначена повторная судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам отдела особо сложных экспертиз КУ «Бюро судебно – медицинской экспертизы ХМАО – Югры» (т. 4 л.д. 207-213).

В соответствии с заключением экспертизы от 26.01.2023 № 133 судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к выводам: 1. До обращения за медицинской помощью в БУ «Окружная клиническая больница» в январе 2019 года у (ФИО)13, имелась полная блокада левой ножки пучка Риса (далее БЛНПГ). Согласно специализированной медицинской литературе, блокада ножки пучка Гиса - это нарушение внутрисердечной проводимости, характеризующееся прекращением проведения импульсов возбуждения по пучку Гиса. Данная патология не рассматривается как самостоятельное заболевание, и, как правило, выступает следствием и симптомом какой-либо самостоятельной сердечной патологии. У 25% пациентов с хронической сердечной недостаточностью имеется БЛНПГ, которая в данном случае является фактором, ухудшающим прогноз, в частности, БЛНПГ приводит к укорочению диастолы левого желудочка, нарушению сократимости межжелудочковой перегородки и снижению сократимости левого желудочка. Полная БЛНПГ у (ФИО)9 подтверждается описанием электрокардиограмм в представленной выписке из «Центра профессиональной патологии» в период времени с 2015 г. по 2019 г. Исходя из анамнеза (ФИО)9 при обращении за медицинской помощью в январе 2019 г. в БУ «Ханты-Мансийская ОКБ», данная патология у него имелась с 2008 года. При прохождении медицинского осмотра (ФИО)9 в 2015 году, у него зафиксировано повышенное артериальное давление, которое составляло 145/97 мм. рт.ст., выявлено ожирение 1 степени и рекомендована консультация кардиолога с целью уточнения степени и стадии артериальной гипертензии, назначения гипотензивной терапии. Какие-либо данные в представленных медицинских документах об обращениях за амбулаторной или стационарной помощью до января 2019 года, в том числе записи кардиолога, отсутствуют. 2. (дата) (ФИО)9 обратился в БУ «Окружная клиническая больница» с жалобами на кашель, повышение температуры тела, насморк, головную боль. Артериальное давление было 150/90 мм. рт.ст. По данным анамнеза и объективного осмотра установлен диагноз: Острое респираторное заболевание, назначено лечение согласно установленному диагнозу, а также дана рекомендация вести дневник давления. По результатам объективного осмотра, мониторинга артериального давления дома, инструментальных и лабораторных данных (на электрокардиограмме - полная блокада левой ножки пучка Гиса, по данным липидограммы повышение холестерина до 7,1 ммоль/л, и липопротеидов низкой плотности до 5,34 ммоль/л) при осмотре участкового врача 15.01.2019г. (ФИО)9 установлен сопутствующий диагноз: Ожирение, обусловленное избыточным поступление энергетических ресурсов. Гипертоническая болезнь 2ст. Хроническая ишемическая болезнь сердца: полная блокада левой ветви п.Гиса; назначены эхокардиография, ультразвуковое исследование периферических сосудов шеи, консультация кардиолога. (дата) (ФИО)14 консультирован кардиологом, пациенту установлен предварительный диагноз (конкурентный): Бессимптомная ишемия миокарда и заключительный основной диагноз: Гипертоническая болезнь 2 стадии, 2 степени, риск 2. (ФИО)9 показано проведение тредмил теста, но не назначено, так как пациент планировал уезжать из города. Назначены повторная явка к кардиологу (дата) и лечение: иериидоприл (ингибитор АПФ), индапамид (диуретик), розувастатин (статины), ацетилсалициловая кислота (антиагрегант). В последующем при проведении ультразвукового исследования (дата) у (ФИО)9 выявлены гепатомегалия (увеличение печени), мочекаменная болезнь. При эхокардиграфии, проведенной (дата) выявлены атеросклероз аорты, снижение насосной и сократительной функции левого желудочка, диастолическая дисфункция левого желудочка и правого желудочка сердца, гипертрофия миокарда левого желудочка. По данным зофагогастродуоденоскопии с биопсией, проведенной (дата) выявлен хронический Helicobacter pylori - ассоциированный гастрит средней степени активности (степень колонизации высокая). Активная язва луковицы двенадцатиперстной кишки. Таким образом, (ФИО)9 исправно проходил все назначенные ему обследования, но на прием в поликлинику после (дата) не являлся, в период прохождения обследования пациент неоднократно не отвечал на телефонные звонки, не прошел показанный ему тредмил тест, в связи с выездом из города, о чем имеются соответствующие записи в амбулаторной карте. При оказании медицинской помощи (ФИО)9 в БУ «Окружная клиническая больница» выявлены следующие недостатки: Диагностики и лечения: - при установлении диагноза артериальная гипертензия на проведены оценка скорости клубочковой фильтрации, оценка микроальбуминурии, не назначены суточное мониторирование артериального давления, осмотр офтальмолога; - при первичном осмотре участкового терапевта (дата) при повышенном артериальном давлении до 150/90 мм.рт.ст. не назначена коррекция артериального давления; - не назначены препараты группы Р-адреноблокаторов, которые рекомендованы в схеме лечения при стабильной ишемической болезни сердца. Тактики: - при осмотре участкового терапевта (дата) ему назначена повторная явка после прохождения всех назначенных исследований. Оформления медицинской документации: диагноз: «бессимптомная ишемия миокарда» кардиологом выставлен необоснованно, какие-либо изменения на электрокардиограмме (например, снижение сегмента ST), свидетельствующие об ишемии, у (ФИО)9 отсутствовали; - при осмотре участковым терапевтом (дата) не выставлен диагноз «мочекаменная болезнь», о наличии которой свидетельствуют данные ультразвукового исследования. Установить, кем именно допущены данные недостатки по данным представленных медицинских документов, не представляется возможным. Данные недостатки частично установлены, в том числе в ходе проведения экспертизы качества медицинской помощи АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед». Установление причин несовпадения перечня «ошибок и упущений», указанных в выводах настоящей экспертизы и указанных в экспертизе АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» не входит в компетенцию экспертной комиссии. В остальном, медицинская помощь (в том числе диагностические мероприятия и назначенное лечение) в БУ «Окружная клиническая больница» (ФИО)9 оказана в достаточном объеме, своевременно, то есть сразу после установления диагноза, в соответствии с действующей нормативно-правовой документацией. Оценить степень достижения запланированного результата в данном случае не представляется возможным, так как отсутствуют сведения о результатах лечения пациента в связи в неявкой его в поликлинику. (Ответы на вопросы (номер), 2. 3, 4). 3. (дата) наступила смерть (ФИО)9 Причиной смерти по данным акта судебно-медицинского исследования трупа (номер), явилось заболевание атеросклеротическая болезнь сердца, осложнившееся левожелудочковой недостаточностью. Учитывая данные микроскопического исследования (акт судебно-гистологического исследования (номер)) - наличие склероза, гиалиноза стенок артерий сердца, почек, имеющееся ремоделирование сердца (масса сердца 618г, толщина стенки левого желудочка 2,0см), у (ФИО)9 в течение длительного периода времени имелось заболевание - артериальная гипертензия. Данное заболевание являлось фоновым, то есть оно отягощало течение атеросклеротической болезни сердца и способствовало наступлению смерти пациента. Согласно международной классификации болезней, атеросклеротическая болезнь сердца является вариантом хронической ишемической болезни сердца. Данный диагноз (хроническая ишемическая болезнь сердца) был при жизни установлен (ФИО)9 4. Таким образом, у пациента имели место длительно протекающие хронические заболевания и патологические состояния: атеросклероз коронарных артерий, артериальная гипертензия в стадии вторичных изменений внутренних органов, хроническая сердечная недостаточность. Позднее выявление данных состояний и заболеваний могло быть связано с отсутствием у пациента соответствующих жалоб и низкой приверженностью пациента лечению. 5. Учитывая вышесказанное, какая-либо связь (прямая или косвенная) между оказанием медицинской помощи (ФИО)9 в БУ «Окружная клиническая больница» и наступлением его смерти отсутствует (Ответ на вопрос № 5).

Разрешая возникший спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, сославшись на положения статей 150, 151, 1064, 1068, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, положений Федерального закона Российской Федерации от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», а также разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», исходил из того, что какая-либо связь (прямая или косвенная) между оказанием медицинской помощи (ФИО)9 в БУ ХМАО-Югры «Окружная клиническая больница» и наступлением его смерти отсутствует. Стороной истца доказательств, опровергающих данное заключение экспертизы, не представлено, заключение полностью согласуется с материалами дела, научно обосновано, аргументировано, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Право требовать взыскания компенсации морального вреда связано с личностью потерпевшего и носит личный характер. Поэтому требование признать некачественной медицинской помощи (ФИО)9, умершему 25.03.2020 БУ ХМАО – Югры «Окружная клиническая больница» в период с 15.01.2019 до 17.06.2019, как не состоящее в прямой или косвенной причинно-следственной связью с его смертью, связано с личностью (ФИО)9 и носит личный характер, самостоятельного правового значения не имеет, стороной ответчика не оспаривалось.

Судебная коллегия с выводами суда согласиться не может.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство

или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких- либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относятся жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший предоставляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда освязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из содержания искового заявления (ФИО)2, (ФИО)3 усматривается, что основанием их обращения в суд с требованиями о компенсации морального вреда явилось ненадлежащее оказание их супругу, отцу (ФИО)9 медицинской помощи в Окружной клинической больнице, приведшее, по мнению истцов, к его смерти.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация Окружная клиническая больница должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда истцам в связи со смертью (ФИО)9, медицинская помощь которому была оказана, как утверждают истцы, ненадлежащим образом.

Однако суд первой инстанций неправильно истолковал и применил к спорным отношениям нормы материального права, регулирующие отношения по компенсации морального вреда, причиненного гражданину, в их взаимосвязи с нормативными положениями, регламентирующими обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья, включая государственные гарантии обеспечения качества оказания медицинской помощи.

Также суд первой инстанции не применил к спорным отношениям положения статьи 70 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» о полномочиях лечащего врача при оказании медицинской помощи пациенту.

Так, согласно частям 2, 5 статьи 70 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации» лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей для целей, установленных частью 4 статьи 47 названного федерального закона (донорство органов и тканей человека и их трансплантация (пересадка). Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи. Лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента.

Отказывая истцам в удовлетворении исковых требований, суд не учел, что несмотря на отсутствие прямой (косвенной) причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи ответчиком и наступлением неблагоприятных последствий у (ФИО)9 в виде развития у него заболеваний и их осложнений, ставших непосредственной причиной смерти, медицинская помощь ответчиком была оказана ненадлежащего качества с недостатками, выразившаяся в несоответствии клиническим рекомендациям в части, касающейся правильности выбора методов диагностики имевшихся у него заболеваний.

Указанные выводы установлены экспертным заключением № 4 от 12.04.2021 года ФГБВОУ ВО «Военно-медицинская академия имени С.М. Кирова» Министерства обороны РФ кафедра судебной медицины, заключением № 133 от 26.01.2023 КУ «Бюро судебно – медицинской экспертизы ХМАО – Югры», ответчиком не опровергнуты.

Таким образом, некачественное оказание медицинских услуг является основанием для компенсации истцам морального вреда.

Отсутствие прямой (косвенной) причинно-следственной связи между выявленными дефектами и наступившими последствиями не освобождают ответчика от ответственности, однако являются основанием для снижения заявленного истцами размера компенсации морального вреда.

В связи с тем, что указанные обстоятельства не были учтены судом первой инстанции при разрешении спора, однако данные обстоятельства являлись юридически значимыми, решение суда нельзя признать правильным, в связи с чем оно подлежит отмене, с принятием по делу нового решения об удовлетворении иска частично.

Учитывая, что материалами дела установлен факт оказания медицинской помощи ненадлежащего качества, судебная коллегия приходит к выводу о том, что на ответчика должна быть возложена обязанность по компенсации причиненного истцам морального вреда по основаниям, предусмотренным статьями 151, 1101 ГК РФ.

При определении размера компенсации морального вреда судебная коллегия учитывает отсутствие доказательств, что допущенные ответчиком недостатки оказания медицинской помощи привели к тем неблагоприятным последствиям, на которые указали истцы в своих доводах, в виде смерти их супруга и отца, обратного не установлено и не доказано совокупностью представленных доказательств (статьи 12, 56, 67 ГПК РФ).

Однако, вопреки позиции ответчика, отсутствие прямой и косвенной причинно-следственной связи между смертью (ФИО)9 и действиями (бездействием) медицинских работников не опровергает обстоятельств, свидетельствующих о наличии нарушений при оказании ответчиком медицинской помощи, и эти нарушения, безусловно, причиняли нравственные страдания истцам, которые вправе были рассчитывать на квалифицированную и своевременную медицинскую помощь для супруга и родителя.

Также при определении размера компенсации морального вреда, суд, с учетом вышеприведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, исходит из установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств дела, учитывает характер нравственных страданий и переживаний истцов вследствие некачественного оказания медицинской помощи их супругу и отцу, который являлся им близким человеком.

Так, из нотариально удостоверенных пояснений (ФИО)2 следует, что она проживала с родителями совместно до (дата), после замужества с супругом переехали в предоставленное жилье, родились дети. Связь с родителями поддерживали ежедневно с помощью звонков, видео, встреч, каждые выходные приезжали в гости к родителям на дачу или на квартиру, внучки были первыми у родителей, поэтому их сильно любили. Отпуска чаще проводили вместе, были поездки и за границу, и по России.

(дата) родители отметили 30 лет совместной жизни, которые прожили рука об руку, во всем поддерживали и помогали своим детям и внукам. Планировали совместные отпуска, в том числе у них были куплены путевки на совместный отдых в июле 2020 года.

Из нотариально удостоверенных пояснений (ФИО)3 следует, что с мужем проживали совместно с (дата). С мужем были хорошие отношения. (дата) отметили 30 лет совместной жизни, которые прожили рука об руку, во всем поддерживали и помогали своим детям и внукам. Планировали совместные отпуска, в том числе у них были куплены путевки на совместный отдых в июле 2020 года.

Предоставленные истцами документы подтверждают близкие отношения в семье, эмоциональную связь между членами семьи (т. 3 л.л. 189-210).

При таких обстоятельствах, судебная коллегия, учитывая фактические обстоятельства дела, степень вины ответчика, объем нарушений медицинских услуг, а также тот факт, что допущенные в отношении (ФИО)9 нарушения не находятся в причинно-следственной связи с развитием у него заболеваний и их осложнений, ставших непосредственной причиной смерти, поскольку последние непосредственно (прямо) и опосредованно (косвенно) обусловлены характером и тяжестью основной патологии сердечно-сосудистой системы (коронаросклероз), считает, что размер компенсации морального вреда по 70 000 рублей каждому из истцов будет соответствовать требованиям разумности и справедливости.

Утверждение ответчика, третьих лиц о том, что истцами не доказан факт причинения нравственных страданий, не принимается судебной коллегией во внимание, поскольку причинение нравственных страданий от смерти близкого родственника очевидна и не вызывает сомнений. Смерть родного и близкого человека является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи.

В связи с удовлетворением исковых требований, с ответчика в доход местного бюджета на основании ст. ст. 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ханты-Мансийского районного суда от (дата) отменить. Принять по делу новое решение.

Взыскать с бюджетного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Окружная клиническая больница» в пользу (ФИО)2 компенсацию морального вреда в размере 70 000 рублей.

Взыскать с бюджетного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Окружная клиническая больница» в пользу (ФИО)3 компенсацию морального вреда в размере 70 000 рублей.

Взыскать с бюджетного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Окружная клиническая больница» в доход бюджета муниципального образования города Ханты-Мансийска государственную пошлину в размере 300 рублей.

Определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев через суд первой инстанции.

Мотивированное определение изготовлено (дата).

Председательствующий: Е.В. Гавриленко

Судьи: Я.В. Кармацкая

М.В. Кузнецов