Решение по делу № 2-104/2023 от 23.03.2023 - о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплат, компенсации морального вреда.

УИД: 78RS0014-01-2022-003155-66

Дело №2-104/2023 23 марта 2023 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Лемеховой Т.Л.

при секретаре Колодкине Е.Ю.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к АО «Теплосеть Санкт-Петербурга» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплат, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Теплосеть Санкт-Петербурга и после неоднократных уточнений исковых требований просит взыскать задолженность по заработной плате в размере 22 612,37 руб., компенсацию за задержку выплат за период с 01.09.2021 по 23.03.2023 в размере 8463,30 руб., компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб.

В обоснование указывал, что работал в организации ответчика с 17.11.2015 в должности машиниста экскаватора; 31.08.2021 был уволен по собственному желанию, однако при увольнении ответчик не произвел с ним окончательный расчет, в частности, не произвел оплату сверхурочной работы (за 2020 год – 60 часов и за 2021 год – 34 часа), за которую не предоставлялись и отгулы (дополнительное время отдыха).

На возражения истца ответчик представил новый листок сведений о сверхурочной работе за 2021 года, согласно которому за истцом значилось лишь 17 часов сверхурочной работы, а сверхурочные часы за 2020 год были просто аннулированы. Впоследствии, 16.12.2021, истец получил ответ на обращение, согласно которому ответчик признал за истцом 5,5 часов сверхурочной работы в 2020 году и 17,5 часов в 2021 году, указывая, что за данные часы к выплате причитается 6239,34 руб.; 28.12.2021 ответчиком истцу с учетом начисленной компенсации за задержку выплат перечислены денежные средств в размере 6207,52 руб. за 23 сверхурочных часа.

При этом, оставшиеся часы сверхурочной работы, включая выявленные истцом при дополнительной проверке ведомостей учета 6-го эксплуатационного района еще 10,5 часов сверхурочной работы, ответчиком не оплачены до настоящего времени. Всего ответчиком в настоящее время не оплачены 81,5 часов сверхурочной работы (за 2021 год – 16,5 часов, за 2020 год – 64 часа), за которые истцу причитаются денежные средства на общую сумму 22 612,37 руб.

Истец ФИО1 и его представитель по доверенности ФИО2 в судебное заседание явились, исковые требования поддержали.

Представитель ответчика АО «Теплосеть Санкт-Петербурга» по доверенности ФИО3 в судебное заседание явилась, против удовлетворения исковых требований возражала.

Третье лицо Государственная инспекция труда по Санкт-Петербургу в судебное заседание не явилась, о причине неявке суду не сообщила, доказательств уважительности причины неявки не представила, об отложении судебного разбирательства не просила, извещена надлежащим образом о времени и месте судебного заседания по правилам ч.2.1 ст.113 ГПК РФ посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», поскольку суд располагает доказательствами того, что указанное лицо надлежащим образом извещено о времени и месте судебного заседания, первого после его привлечения к участию в деле (т.1 л.д.129, 130, т.2 л.д.1).

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица.

Выслушав объяснения участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст.140 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника.

В соответствии со ст.127 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Согласно ст.152 ТК РФ сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы – не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно.

Работа, произведенная сверх нормы рабочего времени в выходные и нерабочие праздничные дни и оплаченная в повышенном размере либо компенсированная предоставлением другого дня отдыха в соответствии со статьей 153 настоящего Кодекса, не учитывается при определении продолжительности сверхурочной работы, подлежащей оплате в повышенном размере в соответствии с частью первой настоящей статьи.

Из материалов дела следует, что 17.11.2015 истец ФИО1 был принят на работу в АО «Теплосеть Санкт-Петербурга» в 6 эксплуатационный район на должность <данные изъяты>; 06.09.2017 переведен в службу механизации на должность <данные изъяты>; 11.09.2018 переведен в 6 эксплуатационный район на должность машиниста экскаватора 5 разряда.

Данные обстоятельства подтверждаются приказом о приеме на работу, приказами о переводе, трудовым договором с дополнительными соглашениями к нему, личной карточкой работника.

Приказом №158 от 31.08.2021 истец ФИО1 уволен из организации ответчика по инициативе сотрудника в соответствии с пю3 ч.1 ст.77 ТК РФ.

При увольнении истца 31.08.2021 расчет с ним был произведен без оплаты сверхурочной работы, что сторонами не оспаривалось.

Впоследствии в связи с обращением истца в адрес работодателя относительно оплаты отработанных им сверхурочных часов ответчик в ответе от 16.12.2021 №39/12470 сообщил истцу, что при проверке по его обращению установлено, что с учетом предоставленного 31.07.2020 отгула (в счет ранее отработанного времени) в количестве 11 часов, суммарное время сверхурочных работ составило 23 часа, приведен соответствующий расчет, в связи с чем истцу начислена оплата сверхурочных работ в сумме 6239,34 руб. (т.1 л.д.21).

28.12.2021 в счет оплаты указанной суммы истцу перечислены денежные средства в размере 6207,53 руб., в которую входит компенсация за задержку выплаты, что подтверждается объяснениями обеих сторон, в включая объяснения ответчика (т.1 л.д.116-117).

Иные суммы в счет оплаты сверхурочных работ, требуемой истцом, ему не выплачены, что сторонами в ходе настоящего судебного разбирательства не оспаривалось.

Настаивая на том, что сверхурочная работа оплачена истцу не в полном объеме, истцовой стороной суду в подтверждение сверхурочной работы в указанном им количестве часов представлены фотографии соответствующих рабочих табелей, в которых названные истцом часы учтены (т.1 л.д.12-15, 105-106), а также прослушанные судом в судебном заседании 10.01-02.03.2023 аудиозаписи телефонных разговоров истца с руководством и уполномоченным на учет сверхурочных часов сотрудником (соответствуют представленным истцом стенограммам (т.1 л.д.201-204)), согласно которым в предоставлении истцу в счет отработанных сверхурочных часов отгулов ему отказывали, при этом подтверждали факт наличия сверхурочных часов в количестве, сопоставимом с объяснениями истца.

Представленные истцом аудиозаписи какими-либо допустимыми и достаточными доказательствами со стороны ответчика не опровергнуты.

В судебном заседании 29.09.2022 судом в качестве свидетеля был допрошен С., заместитель начальника 6-го района, который сообщил суду, что представленные истцом фотографии рабочих табелей составлены рукой свидетеля, это его личные рабочие записи.

Одновременно, свидетель пояснил, что сверхурочные он учитывает на основании служебных записок, которые хранятся в указанной им специальной папке. После поступления служебной записки с согласия работника они подаются в оплату свидетелем или начальником района, на основании записки составляется акт. Если работник вместо оплаты хочет взять отгул, он пишет заявление на имя директора с указанием даты и времени отгула, после чего служебная записка с визами уходит в отдел кадров (т.1 л.д.125-126).

Оценивая показания данного свидетеля, суд не находит оснований сомневаться в их достоверности, поскольку свидетель предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, его показания не опровергаются иными доказательствами.

При этом, суд учитывает, что данными свидетельскими показаниями фактически подтверждена допустимость фотографий рабочих табелей, представленных истцом.

С учетом свидетельских показаний судом у ответчика были истребованы соответствующий наряд служебных записок и акты в отношении истца за спорный период времени, однако суду они представлены так и не были.

В судебном заседании 10.01-02.03.2023 представитель ответчика сообщила суду, что в отношении истца акты не составлялись, поэтому в оригинале их нет; истец не настаивал на оплате сверхурочных часов, брал отгулы, а при отгулах акты не составляются, составляются приказы; приказ о предоставлении истцу отгула есть в реестре, представленном суду.

Согласно указанному реестру истцу были предоставлены два дня отгулов – 31.07.2020 и 04.05.2021 (т.1 л.д.143, 146); доказательств предоставления иных отгулов ответчиком суду не представлено.

При этом, 04.05.2021, когда истцу согласно данному реестру был предоставлен отгул, истец находился на больничном листе (т.1 л.д.209).

Каким образом ответчик предоставил истцу отгул в день нахождения истца на больничном листе, представитель ответчика суду пояснений дать не смогла.

Одновременно, из данного реестра также усматривается, что другие работники брали отгулы исходя из тех рабочих графиков, которые были представлены истцом.

На вопрос суда о наряде оригиналов актов в отношении всех сотрудников соответствующего подразделения для проверки доводов сторон о порядке учета сверхурочных работ представитель ответчика сообщила, что не может представить доказательства, которых нет.

Возражая против удовлетворения исковых требований истца и указывая, что истец не работал сверхурочно в количестве часов, большем, чем ему оплачено, ответчиком суду представлены отчет начальника района Б. на основании путевых листов за 2020-2021 годы в отношении ФИО1 (т.1 л.д.47), оригиналы нескольких служебных записок мастеров (т.1 л..48-57), а также несколько путевых листов истца (т.1 л.д.58-64).

Путевые листы являются первичной учетной документацией, однако в отношении ФИО1 за весь спорный период суду не представлены, что не позволяет установить, все ли путевые листы с переработкой и служебные записки мастеров за все ли даты переработки истца представлены ответчиком.

Путевые листы истца за те дни, в которые он работал сверхурочно согласно фотографиям рабочих табелей, подтвержденных свидетелем С. и признанным судом допустимыми доказательствами, ответчиком суду также не представлены.

Согласно ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается не только как на основания своих требований, но также и на основания своих возражений.

При этом, в силу ч.1 ст.12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии с указанными нормами ответчиком вместо путевых листов и/или истребованных судом доказательств для опровержения доводов истца о сверхурочной работе в указанном им количестве часов представлены распечатка Событий с картами доступа с входного турникета (т.1 л.д.231-241) и справка о фактически отработанном ФИО1 времени (т.1 л.д.230).

Однако, суд критически относится к указанным документам, поскольку первичные документы учета рабочего времени ФИО1 за спорный период ответчиком суду не представлены; факт ненадлежащего учета ответчиком рабочего времени нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, в том числе в связи с фактом выявления ответчиком сверхурочной работы истца лишь после его увольнения и в связи с его обращением с соответствующим требованием; указанием в представленном суду реестре приказов о предоставлении истцу дня отгула в день, когда он был на больничном листе; а также отсутствием у ответчика истребованного судом наряда с оригиналами учетных служебных записок, о котором сообщал свидетель С., и оригиналов актов об оплате сверхурочной работы в отношении всех сотрудников за спорный период, которые исходя из показаний данного свидетеля, представляют собой первичную учетную документацию для бухгалтерии.

В части распечатки Событий с картами суд также считает заслуживающими внимания доводы истца о том, что в представленном документе имеются следы внешнего вмешательства в работу автоматического электронного учета и ручной корректировки отображаемой информации. Так, в представленном документе информация о регистрации электронной карты ФИО1 на «Предоставление доступа на вход», «Штатный вход», «Предоставление доступа на выход» и «Штатный выход» отражена в хаотичном порядке. В частности, на первой и последующих страницах путаются даты входа и входа: сначала 04.01, потом 08.01, потом 05.01 и затем сразу 29.01, потом 28.01 и затем 24.01 и т.д. По некоторым датам, например, 21.02.2021 истец вошел на предприятие в 07:52:06, но так и не вышел (стр.2 документа). При этом такие случаи имеются на всех страницах документа. В Журнале событий данной системы СКУД регистрируемая информация отображается последовательно без сбоев. С учетом изложенного по представленным документам время нахождения истца на объекте, где установлена система СКУД, установить не представляется возможным. Кроме того, машинист экскаватора периодически выезжает на место работы и возвращается на технике через ворота для въезда и выезда спецтехники, минуя турникет СКУД (т.1 л.д.224-225).

При таких обстоятельствах, учитывая, что во взаимоотношениях с работодателем работник является более экономически слабой стороной, в связи с чем лишен возможности представить доказательства, находящиеся у работодателя, принимая во внимание, что в рамках настоящего судебного разбирательства ответчик допустимых и достаточных доказательств, подтверждающих доводы своих возражений и опровергающих совокупность доводов и доказательств истца о количестве отработанных им сверхурочных часов, из которых не было оплачены 81,5 часов (за 2021 год – 16,5 часов, за 2020 год – 64 часа) на общую сумму 22 612,37 руб., суд приходит к выводу о том, что исковые требования истца о взыскании с ответчика задолженности в требуемом им размере подлежат удовлетворению.

При этом, суд учитывает, что представленный истцом расчет суммы задолженности (т.1 л.д.19), который истец впоследствии скорректировал с учетом частично выплаченной ответчиком 28.12.2021 суммы, ответчиком не оспорен, контррасчет не представлен; оснований сомневаться в арифметической правильности данного расчета у суда не имеется.

Согласно ст.236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Учитывая, что факт задержки выплаты истцу причитающихся ему выплат нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании компенсации за задержку выплат подлежат удовлетворению.

Таким образом, проверив расчет истца (т.1 л.д.249) и находя его правильным, суд находит подлежащей с ответчика в пользу истца требуемой им компенсация за задержку выплат за период с 01.09.2021 по 23.03.2023 в размере 8463,30 руб.

Одновременно с этим, поскольку факт нарушения работодателем прав истца как работника, выразившийся в нарушении сроков выплаты заработной платы и иных причитающихся сумм, нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, с ответчика в пользу истца в силу ст.237 ТК РФ подлежит взысканию компенсация морального вреда.

Вместе с тем, учитывая характер и степень вины ответчика в допущенном нарушении, длительность задержки, сумму невыплаченных денежных средств и их характер, а также иные значимые для дела обстоятельства, суд находит требуемую истцом сумму компенсации морального вреда в размере 150 000 руб. завышенной и подлежащей снижению до 15 000 руб., что в рассматриваемом случае в большей степени будет отвечать требованиям разумности и справедливости и не подлежащей снижению.

Истец на основании ст.98 ГПК РФ просит взыскать в его пользу расходы на оформление доверенности в размере 1950 руб. (т.1 л.д.28).

Вместе с тем, Верховный Суд Российской Федерации в п.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснил, что расходы на оформление доверенности представителя могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Поскольку доверенность, представленная суду истцом (т.1 л.д.28), выдана не по конкретному делу, расходы на ее оформление не могут быть признана судебными издержками, связанными с рассмотрением настоящего дела, и взысканию с ответчика не подлежат.

Разрешая требования истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя, суд, руководствуясь ст.100 ГПК РФ, полагает, что истец вправе требовать возмещения соответствующих расходов с ответчика, так как решение суда состоялось в его пользу.

Вместе с тем, доказательств фактического несения требуемых истцом расходов на представителя в соответствии с договором на оказание юридических услуг им не представлено, в связи с чем оснований для взыскания данной суммы с ответчика в настоящее время суд не усматривает.

Однако, суд принимает во внимание, что истец не лишен возможности подать заявление о возмещении судебных расходов, в том числе на оплату юридических услуг, впоследствии в порядке ст.104 ГПК РФ, представив документы, подтверждающие фактическое несение им данных расходов.

Согласно ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая изложенное, принимая во внимание положения ч.3 ст.56, ч.2 ст.61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, ст.ст.333.19, 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, с АО «Теплосеть Санкт-Петербурга» в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию государственная пошлина в размере (300 + 800 + 3% * ((22 612,37 + 8463,30) – 20 000)) = 1432,27 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Теплосеть Санкт-Петербурга» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 22 612 (двадцать две шестьсот двенадцать) руб. 37 коп., компенсации за задержку выплат в размере 8463 (восемь тысяч четыреста шестьдесят три) руб. 30 коп., компенсацию морального вреда в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) руб.,

В остальной части иска – отказать.

Взыскать с АО «Теплосеть Санкт-Петербурга» в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 1432 (одна тысяча четыреста тридцать два) руб. 27 коп.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Т.Л. Лемехова