Решение по делу № 2-1440/2023 от 28.03.2023

Дело № 2-1440/15-2023

46RS0030-01-2022-012525-38

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Курск 28 марта 2023 года

Ленинский районный суд г. Курска в составе:

Председательствующего судьи Великих А.А.,

с участием помощника прокурора Центрального округа г. Курска Евсюкова А.С.,

представителя истцов – ФИО1,

представителя ответчика – ФИО2,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ООО «Элиен» – ФИО3,

при помощнике судьи – Савельевой Е.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4, ФИО5, ФИО6 к ПАО «Ростелеком» о компенсации морального вреда, возмещении материального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Представитель ФИО4, ФИО5, ФИО6 по доверенности ФИО1 обратился в Ленинский районный суд г. Курска с иском к ПАО «Ростелеком» о компенсации морального вреда, возмещении материального вреда.

В обоснование заявленного иска указано о том, что ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходящийся сыном ФИО6, мужем ФИО4 и отцом ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ погиб при выполнении своих трудовых обязанностей. Факт наличия трудового правоотношения между ФИО7 и ПАО «Ростелеком» установлен вступившим в законную силу судебным актом – решением Ленинского районного суда г. Курска от 24.07.2020 года. В соответствии с актом о несчастном случае формы № от ДД.ММ.ГГГГ основной причиной несчастного случая явилось: неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест; ненадлежащее оформление правоотношения, поскольку в нарушение ст. 15 ТК РФ с ФИО7 ПАО «Ростелеком» был заключен договор гражданско-правового характера; не обеспечена безопасность ФИО7 как работника при осуществлении технологических процессов. Таким образом, истцы, полагая, что вина ответчика как работодателя установлена, ссылаясь на положения ст.ст. 184, 237 ТК РФ, ст.ст. 12, 151, 1099, 1101 ГК РФ, учитывая гибель близкого любимого человека, что причинило и продолжает причинять истцам невосполнимые нравственные и физические страдания, просят взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда по 3000000 руб. каждому; кроме того, заявлено требование о возмещении ФИО4 понесенных расходов в связи с похоронами в размере 283000 руб., возмещении расходов, связанных с оказанием юридической помощи, в размере 269000 руб., а также о взыскании в пользу каждого из истцов утраченного заработка в размере по 322081,5 руб..

В ходе судебного разбирательства к процессуальному участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, в соответствии со ст. 43 ГПК РФ привлечены ООО «Элиен», Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, а также в соответствии с ч. 3 ст. 45 ГПК РФ прокурор ЦАО г. Курска.

В судебное заседание истцы ФИО4, ФИО5, ФИО6, представитель третьего лица Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области не явились, будучи надлежаще извещенными о месте и времени судебного разбирательства в соответствии с положениями гл. 10 ГПК РФ. Представитель третьего лица ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель истцов по доверенности ФИО1 заявленные требования поддержал, настаивал на их удовлетворении в полном объеме как в части компенсации морального вреда, так и в части возмещения ФИО4 материального вреда, связанного с несением расходов на похороны и оплатой расходов по оказанию юридических услуг, а также по возмещении истцам утраченного заработка. Полагал об отсутствии в действиях ФИО7 грубой неосторожности, в то время как ответчик, являясь работодателем ФИО7, не обеспечил работнику ФИО7 безопасных условий труда, не создал нормальных условий для выполнения трудовой функции, допустил работника без прохождения инструктажа по охране труда, не обеспечил прохождение ФИО7 предварительного и периодических медицинских осмотров, не проходил обязательное психиатрическое освидетельствование. Указанные виновные действия работодателя, подтвержденные актом №, по мнению представителя, повлекли смерть ФИО7. К ООО «Элиен» как к владельцу источника повышенной опасности (лифту) его доверители претензий не имеют. Также пояснил о том, что предъявляемые ко взысканию с ответчика расходы ФИО4, связанные с оказанием юридических услуг, фактически были понесены его доверителем в связи с реализацией защиты нарушенного права по соглашению, заключенному ДД.ММ.ГГГГ, на протяжении всего времени с момента гибели ФИО7 и в соответствии с калькуляцией № от ДД.ММ.ГГГГ, расчет за оказанные услуги состоялся ДД.ММ.ГГГГ, в подтверждение чего предоставлена расписка.

Представитель ответчика по доверенности ФИО2 иск не признал, полагая его необоснованным и не подлежащим удовлетворению. В обоснование позиции по иску указал об отсутствии вины ПАО «Ростелеком» в причинении морального вреда истцам вследствие смерти ФИО7, противоправности поведения как предполагаемого причинителя вреда и причинно-следственной связи между действиями (бездействием ответчика), ссылку, на которые приводит истец, и наступившим вредом, поскольку фактически смерть ФИО7 наступила вследствие умышленных действий последнего, не соблюдавшего общеизвестные правила пользования лифтовым оборудованием и проигнорировавшего запрет на самостоятельные действия по эвакуации из кабины пассажирского лифта до прибытия сотрудников аварийной службы. Полагает акт формы № Государственной инспекции труда в Курской области составленным единолично государственным инспектором труда без учета мнения ПАО «Ростелеком», ООО «Элиен» и ГУ Санкт-Петербургского регионального отделения Фонда социального страхования с нарушением норм действующего законодательства, поскольку фактически несчастного случая на производстве не было. Указанное доказательство, по мнению представителя ответчика, должно быть судом оценено критически, с учетом иных, представленных материалов, в том числе, акта о причинах и обстоятельствах аварии на опасном объекте, произошедшей ДД.ММ.ГГГГ, составленном комиссией Верхне-Донского управления Федеральной службы по экологическому, техническому и атомному надзору от ДД.ММ.ГГГГ, а также материала проверки, проведенной СО по ЦАО г. Курска СУ по Курской области СК России по факту падения ФИО7 в шахту лифта. Размер заявленных требований о взыскании расходов на похороны полагал недоказанным, являющимся чрезмерным и не являющимся необходимым с учетом обычаев, предъявляемых к похоронам. Вопрос о возмещении расходов по оказанию юридических услуг полагает подлежащим разрешению в рамках тех дел, по котором эти расходы были понесены. Также полагал необоснованным предъявление к ПАО «Ростелеком» требований о возмещении утраченного заработка в соответствии с §2 гл. 59 ГК РФ, а размер подлежащих возмещению сумм утраченного заработка недоказанным.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора на стороне ответчика ООО «Элиен» по доверенности ФИО3, полагал иск необоснованным и не подлежащим удовлетворению, поскольку смерть ФИО7 наступила в результате его собственных действий, связанных с нарушением запрета покидать шахту пассажирского лифта в случае аварийной ситуации, установленного правилами пользования лифтом, которые были размещены в кабине лифта, а также в нарушение запрета озвученного ФИО7 диспетчером ООО «Элиен».

Изучив доводы искового заявления, выслушав объяснения представителей сторон, представителя третьего лица ООО «Элиен» ФИО3, исследовав материалы дела в их совокупности, выслушав заключение помощника прокурора ЦАО г. Курска Евсюкова А.С., полагавшего обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению требования истцов о компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости, а также об удовлетворении в полном объеме требований о возмещении материального вреда, суд приходит к следующему.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Положения Конституции Российской Федерации о праве на труд согласуются и с международными правовыми актами, в которых раскрывается содержание права на труд.

Так, Всеобщая декларация прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.) предусматривает, что каждый человек имеет право на труд, на свободный выбор работы, на справедливые и благоприятные условия труда (пункт 1 статьи 23 названной Декларации).

В статье 7 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (принят 16 декабря 1966 г. Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН; документ вступил в силу для СССР с 3 января 1976 г.; Российская Федерация является участником указанного международного договора в качестве государства - продолжателя Союза ССР) говорится, что участвующие в настоящем пакте государства признают право каждого на справедливые и благоприятные условия труда, включая в том числе условия работы, отвечающие требованиям безопасности и гигиены.

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи с нормами международного права следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации (далее – ТК РФ) введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 ТК РФ).

Частью 1 статьи 212 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 ТК РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 ТТК РФ).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 ТК РФ).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Исходя из приведенного нормативного правового регулирования работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.

Установлено, что ФИО7 состоял в трудовом правоотношении с ПАО «Ростелеком», а именно работал на основании договора на выполнение инсталляционных работ физическим лицом № от ДД.ММ.ГГГГ. По условиям указанного договора ФИО7 обязался по заданию ПАО «Ростелеком» своими силами выполнить работы, перечень, характеристики и стоимость в баллах, которых указана в Матрице стоимости работ, выполняемых при инсталляции у абонента (Приложение № в договору), а ПАО «Ростелеком» обязалось принять работы и оплатить их в соответствии с условиями договора.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 выполнял работы на основании наряда № по заявке № по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес> (первый подъезд) в период времени с 18.00 до 21.00. Согласно акта сдачи-приемки выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ по указанному в наряде адресу ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 были выполнены следующие работы: выезд и подписание документов, доставка оборудования (материалов, в том числе сим-карт), организация абонентской линии от конечного устройства, монтаж кабель-канала, настойка абонентской линии и оконченного оборудования, организация линии с прокладкой кабеля по фасаду/крыше, тестирование линии, подключение и демонстрация услуги.

Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу 08.12.2020 года решением Ленинского районного суда г. Курска от 24.07.2020 года по делу № 2-1849/6-2020 по иску ФИО4 к ПАО «Ростелеком» о признании трудовыми отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, что в силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ является основанием для освобождения сторон от необходимости доказывания этих обстоятельств.

После выполнения указанных работ ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 по адресу: <адрес>, <адрес> <адрес>, 1-й подъезд с 9-го этажа спускался в кабине пассажирского лифта на первый этаж. В процессе движения произошла аварийная остановка кабины лифта между 5 и 6-м этажами. В 21 час 43 минуты ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 связался по кнопке вызова лифтера с диспетчером ООО «Элиен» ФИО8, которой сообщил о том, что в процессе движения в кабине пассажирского лифта с верхних этажей вниз застрял на уровне 5 этажа. Диспетчер ФИО8 разъяснила ФИО7 о том, чтобы тот отошел от дверей кабины лифта, ничего самостоятельно не предпринимал, ожидал прибытия бригады аварийной службы по лифтам. Однако, ФИО7 в нарушение запрета самостоятельно выходить из кабины, остановившейся между этажами, установленного Правилами пользования пассажирским лифтом, размещенными в кабине пассажирского лифта, и пренебрегая запретом, озвученным диспетчером ФИО8, в 21 час 55 минут ДД.ММ.ГГГГ самостоятельно с применением физической силы или иных средств открыл изнутри двери кабины пассажирского лифта и шахты, предпринял попытку самостоятельной эвакуации из кабины лифта, после чего упал в шахту лифта, получив телесные повреждения, от которых впоследствии скончался ДД.ММ.ГГГГ в ОБУЗ «КОКБ», куда был доставлен бригадой скорой медицинской помощи с диагнозом «<данные изъяты>

Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ ОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Комитета здравоохранения Курской области ФИО7 получил телесные повреждения головы, туловища, конечностей, составляющие единый комплекс тупой сочетанной травмы тела, которые в совокупности причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, который по своему характеру непосредственного создает угрозу жизни и состоящие в прямой причинной связи со смертью. Причиной смерти явилась тупая сочетанная травма тела, осложнившаяся развитием геморрагического шока.

Постановлением старшего следователя следственного отдела по Центральному административному округу г. Курска следственного управления Следственного комитета России по Курской области лейтенанта юстиции ФИО9 отказано в возбуждении уголовного дела по факту смерти ФИО7 на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступлений, предусмотренных ст.ст. 105, 109 ч. 4 ст. 111 УК РФ, а в отношении сотрудников ООО «Элиен» по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ.

Из содержания акта о причинах и об обстоятельствах аварии на опасном объекте, произошедшей ДД.ММ.ГГГГ, расследование которой проведено Верхнее-Донским управлением Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору в соответствии с приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что факторами, приведшими а аварии и ее последствиям (п. 7.1, п. 9.1.1) является осуществление пассажиром попытки самостоятельной эвакуации из кабины после аварийной остановки лифта, находящегося между этажными площадками до прибытия аварийной службы. Нарушение требований «Правил пользования лифтом» п. 2.2.1 Руководство по эксплуатации лифта. Нарушение п. 2 (р), 17 (а) Правил. Открытие после аварийного останова лифта пострадавшим створок дверей кабины и шахты 5 этажа из лифта, находящейся между шестым и пятым этажами здания.

Также из материалов дела следует, что по результатам проведенного дополнительного расследования несчастного случая ДД.ММ.ГГГГ главным государственным инспектором труда государственной инспекции труда в Курской области ФИО10 было вынесено заключение №-№ по несчастному случаю со смертельным исходом произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в 21 час. 55 мин в отношении ФИО7, в соответствии с которым несчастный случай, произошедший ДД.ММ.ГГГГ с мастером по обслуживанию абонентов ПАО «Ростелеком» ФИО7 следует квалифицировать как несчастный случай на производстве, оформлению актом о несчастном случае на производстве (форма Н-1), учету и регистрации ПАО «Ростелеком» с установлением ответственных лиц за допущенные нарушения: ФИО11 (заместителя директора филиала - технического директора ПАО «Ростелеком») и ФИО12 (генерального директора ООО « Элиен»).

Кроме того, государственной инспекцией труда в Курской области в лице главного государственного инспектора труда государственной инспекции труда в Курской области ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ ПАО «Ростелеком» выдано предписание №, по которому в трехдневный срок с момента получения предписания Обществу в соответствии с заключением № по несчастному случаю со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ необходимо: оформить и утвердить акты о несчастном случае на производстве (форма Н-1); заключение №-№ по несчастному случаю со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ, оформленный и утвержденный акт формы Н-1 с приложением копий материалов расследования направить в исполнительный орган фонда социального страхования (по месту регистрации ПАО «Ростелеком» в качестве страхователя); акт формы Н-1 направить в государственную инспекцию труда в Курской области.

Законность вышеуказанных заключения по материалам дополнительного расследования несчастного случая и предписания была оспорена ПАО «Ростелеком» в судебном порядке, и в соответствии с вступившим в законную силу 01.11.2022 года решением Ленинского районного суда г. Курска от 16.05.2022 года по административному делу №а-2474/13-2022 отказано ПАО Ростелеком в удовлетворении административного искового заявления в лице Курского филиала к государственной инспекции труда в Курской области, государственному инспектору труда государственной инспекции труда в Курской области ФИО10 о признании незаконными и отмене заключения №-№ от ДД.ММ.ГГГГ и предписания №-№ от ДД.ММ.ГГГГ.

Во исполнение указанного предписания ДД.ММ.ГГГГ ПАО «Ростелеком» был утвержден Акт № о несчастном случае на производстве формы Н-1, которым установлены следующие причины несчастного случая:

основная: неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест, в том числе: отсутствие надлежащего оформления трудового правоотношения (в нарушении ст. 15 ТК РФ был оформлен договор гражданско-правового характера); необеспечение безопасности как работника при осуществлении им технологических процессов (отсутствие обучения по охране труда и проверки знаний требования охраны труда, непрохождение предварительного и периодических медицинских осмотров, непрохождение обязательного психиатрического освидетельствования); отсутствие информирования о рисках повреждения здоровья и опасностях, представляющих угрозу для жизни и здоровья при осуществлении трудовой функции; отсутствие установленного режима труда и отдыха;

сопутствующая: неудовлетворительная организация производства работ (обслуживание лифта обеспечивалось персоналом ООО «Элиен» своевременно не подтвердившими квалификацию в соответствии с профессиональными стандартами в зависимости от выполняемых ими трудовых функций для исполнения требований руководства №, с учетом условий и особенностей использования;

прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев: в нарушение требований п. 2.2.1 Руководства по эксплуатации лифта «Правил пользования лифтом» осуществление пассажиром попытки самостоятельной эвакуации из кабины лифта после останова лифта, находящегося междуэтажными площадками до прибытия аварийной службы.

Этим же актом установлены лица, ответственные за допущенные нарушения, приведшие к несчастному случаю: зам. директора филиала – технический директор ПАО «Ростелеком» ФИО11, генеральный директор ООО «Элиен» ФИО12, мастер по обслуживанию абонентов ПАО «Ростелеком» ФИО7. Степень вины пострадавшего в несчастном случае не определена.

Оценивая доводы сторон и представленные доказательства, суд приходит к убеждению об отсутствии оснований для возложения на ответчика ПАО «Ростелеком» гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда истцам, являющимся близкими родственниками погибшего ФИО7 (ФИО6 – отец, ФИО5 – сын), а ФИО4 как вдове.

При этом суд учитывает, что в силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в п. 12 постановления Пленума от 15.11.2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из п. 18 указанного Постановления также следует, что наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

В п. 46 Постановления Верховный Суд Российской Федерации также разъяснил о том, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Между тем в ходе судебного разбирательства судом не установлено факта нарушения ответчиком ПАО «Ростелеком» прав ФИО7 как работника на обеспечение безопасных условий труда, отвечающих требованиям охраны труда и безопасности, что могло повлечь за собой наступление несчастного случая. Причины наступления несчастного случая, указанные как основные в акте формы Н-1, составленном работодателем в соответствии с предписанием уполномоченного госоргана (ГИТ в <адрес>), не находятся в прямой причинно-следственной связи с гибелью ФИО7.

Из установленных обстоятельств следует, что действия ФИО7, выразившиеся в самовольной попытке покинуть кабину аварийно остановившегося пассажирского лифта в нарушение запрета, никак не были связаны с выполнением последним своих трудовых обязанностей (трудовых функций). На этот момент заявка на предоставление услуги по подключению домашнего интернета и телевидения от ПАО «Ростелеком», для которой ФИО7 прибыл в <адрес> многоквартирного жилого <адрес> по <адрес> <адрес>, была выполнена, услуга оказана и принята заказчиком (ФИО13). В этот момент ФИО7 не был занят выполнением своих служебных обязанностей. В кабине пассажирского лифта были размещены Правила пользования пассажирским лифтом, в которых содержался запрет на самостоятельный выход из кабины остановившегося между этажами лифта. Несмотря на это и предупреждение со стороны диспетчера ООО «Элиен» ФИО8 отойти от дверей лифта и не предпринимать попыток самостоятельно покинуть кабину лифта, ФИО7 сознательно с помощью применения физической силы открыл двери кабины лифта и шахты лифта и предпринял попытку самостоятельно выбраться из кабины лифта, однако в результате указанных действий упал в шахту лифта, где получил телесные повреждения несовместимые с жизнью.

В данном случае исполнение ответчиком как работодателем обязанности по оформлению трудового договора вместо договора гражданско-правового характера, установлению режима труда и отдыха; обучению охране труда и проведению проверки знаний требования охраны труда; прохождению предварительного и периодических медицинских осмотров; прохождению обязательного психиатрического освидетельствования; информированию о рисках повреждения здоровья и опасностях, представляющих угрозу для жизни и здоровья при осуществлении трудовой функции, никак не могло повлиять на последствия предпринятых ФИО7 действий. При этом суд исходит из очевидности того, что ФИО7 в силу своего возраста, жизненного и бытового опыта знал как пользоваться пассажирским лифтом, знал о запрете на самостоятельную эвакуацию из аварийно остановившегося лифта, но не смотря на это, нарушил установленный запрет, что учетом фактических обстоятельств дела следует признать грубой неосторожностью ФИО7.

Учитывая вышеизложенное, положения ст. 237 ТК РФ, п. 1 ст. 1064 ГК РФ, отсутствие вины ПАО «Ростелеком» в гибели ФИО7 как работника, причинно-следственной связи между выявленными нарушениями в ходе расследования несчастного случая в действиях (бездействии) ответчика и гибелью ФИО7, суд приходит к убеждению в необоснованности заявленного в указанной части иска. В данном случае по общему правилу гражданско-правовая ответственность в виде компенсации морального вреда у работодателя перед родственниками погибшего при исполнении служебных обязанностей работника возникает лишь в случае вины, которая в действиях ПАО «Ростелеком» судом не установлена.

Также материальные требования истцов о взыскании с ответчика утраченного заработка в размере по 322081,5 руб. каждому суд признает необоснованными и не подлежащими удовлетворению в полном объеме в связи с неверным толкованием стороной истца норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, и неправильной оценкой фактических обстоятельств.

В соответствии с ч. 1 ст. 184 ТК РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами. (ч. 2 ст. 184 ТК РФ).

Согласно ч. 8 ст. 216.1 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного здоровью, или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания осуществляется нормами Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее - Федеральный закон № 125-ФЗ), которыми предусматривается, что обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, являясь видом социального страхования, устанавливается для социальной защиты застрахованных путем предоставления в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию в возмещение вреда, причиненного их жизни и здоровью при исполнении обязанностей по трудовому договору (п. 1 ст. 1 данного закона).

В ст. 3 Федерального закона № 125-ФЗ определено, что обеспечение по страхованию - страховое возмещение вреда, причиненного в результате наступления страхового случая жизни и здоровью застрахованного, в виде денежных сумм, выплачиваемых либо компенсируемых страховщиком застрахованному или лицам, имеющим на это право в соответствии с названным федеральным законом.

В соответствии со ст. 10 Федерального закона № 125-ФЗ единовременные и ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются лицам, имеющим право на их получение, если результатом наступления страхового случая стала смерть застрахованного.

Виды обеспечения по страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний названы в ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ, среди них единовременная страховая выплата застрахованному либо лицам, имеющим право на получение такой выплаты в случае его смерти, и ежемесячные страховые выплаты застрахованному либо лицам, имеющим право на получение таких выплат в случае его смерти.

Круг лиц, имеющих право на обеспечение по страхованию, определен ст. 7 Федерального закона № 125-ФЗ.

Так, согласно п. 2 данной статьи право на получение единовременной страховой выплаты в случае смерти застрахованного в результате наступления страхового случая имеют:

дети умершего, не достигшие возраста 18 лет, а также его дети, обучающиеся по очной форме обучения, - до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет;

родители, супруг (супруга) умершего;

нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания;

другой член семьи умершего независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за состоявшими на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими возраста 14 лет либо достигшими указанного возраста, но по заключению федерального учреждения медико-социальной экспертизы (далее - учреждение медико-социальной экспертизы) или медицинской организации признанными нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе.

В силу п. 2.1 ст. 7 Федерального закона № 125-ФЗ право на получение ежемесячных страховых выплат в случае смерти застрахованного в результате наступления страхового случая имеют:

ребенок умершего, родившийся после его смерти;

один из родителей, супруг (супруга) либо другой член семьи независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за состоявшими на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими возраста 14 лет либо достигшими указанного возраста, но по заключению учреждения медико-социальной экспертизы или медицинской организации признанными нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе;

иные нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания, а также лица, состоявшие на иждивении умершего, ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет со дня его смерти.

Из приведенных правовых норм следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору в результате несчастного случая на производстве, осуществляется страховщиком – Региональным отделением Фонда пенсионного и социального страхования за счет средств обязательного социального страхования в соответствии с нормами Федерального закона № 125-ФЗ, в том числе путем назначения страховых выплат.

Обеспечение по страхованию в соответствии с п. 4 ст. 15 Закона №125-ФЗ осуществляется по заявлению застрахованного лица или, в случае его смерти, лица (лиц), имеющих право на получение обеспечения по страхованию. Однако как следует из содержания отзыва третьего лица – Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от ДД.ММ.ГГГГ № истцы с заявлением о назначении единовременной и ежемесячной страховой выплаты в Отделение не обращались. В настоящее время Отделение в соответствии с пп. 1 п. 1 ст. 11 Федерального закона от 16.07.1999 г. №165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» проводит экспертизу несчастного случая на производстве, произошедшего с ДД.ММ.ГГГГ с ФИО7. В случае признания несчастного случая страховым у истцов возникнет право на обращение в отделение с соответствующими заявлениями.

Учитывая изложенное, суд приходит к убеждению в том, что право истцов на осуществление страхового возмещения в виде единовременной и ежемесячной страховой выплат по основаниям, предусмотренным Федеральным законом № 125-ФЗ, не нарушено, а иск в указанной части предъявлен преждевременно и к ненадлежащему ответчику, поскольку в спорном правоотношении надлежащим ответчиком будет являться страховщик - Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Поскольку судом не установлена вина ПАО «Ростелеком» в причинении вреда истцам, а также в нарушении прав ФИО7 как работника при наступлении обстоятельств, повлекших его смерть, то в силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ отсутствуют правовые и фактические основания для возмещения ФИО4 понесенных ею расходов, связанных с организацией похорон ФИО7.

Что касается требований ФИО4 о взыскании в ее пользу понесенных расходов, связанных с оказанием юридических услуг и представительством, в размере 269000 руб. в соответствии с соглашением, заключенным с ФИО1 15.11.2019 года, то указанные расходы в рамках рассмотрения настоящего спора возмещению не подлежат, с учетом положений ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, а вопрос о возмещении понесенных ФИО4 судебных расходов в рамках рассмотрения иных гражданских и административных дел, по которым приняты итоговые судебные акты в ее пользу, может быть разрешен в соответствующем процессуальном порядке, предусмотренном ст. 103.1 ГПК РФ либо 114.1 КАС РФ.

Руководствуясь ст. ст. 194, 198, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО4, ФИО5, ФИО6 отказать в удовлетворении иска к ПАО «Ростелеком» о компенсации морального вреда, возмещении материального вреда.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Ленинский районный суд г. Курска.

Судья Великих А.А.