Решение по делу № 2-44/2023 от 18.07.2023

Дело № 2-44/2023

14RS0035-01-2021-018711-41

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Якутск 18 июля 2023 года

Якутский городской суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Холмогоровой Л.И., при секретаре Ким Р.И., с участием помощника прокурора города Якутска Соколовой С.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в дорожно-транспортным происшествием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском к ФИО2, мотивируя тем, что в результате дорожно-транспортного происшествия, совершенного по вине ответчика истец получил средней тяжести вред здоровью, просил взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда 500 000 рублей.

Из материалов дела следует, что в ходе судебного разбирательства истцом были уточнены требования в сторону уменьшения с учетом произведенной страховой выплаты в размере 85 250 руб., просил взыскать с ответчика ФИО2 в счет компенсации морального вреда 414 750 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб.

Решением Якутского городского суда РС(Я) от 07.10.2021 г. суд взыскал с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 100 000 рублей, в остальной части иска отказал.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда РС(Я) от 13.12.2021 г. данное решение было оставлено без изменения.

Определением от 14.04.2022 г. судебная коллегия по гражданским делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции данные судебные акты отменила и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указав, что судами не исследовался вопрос разграничения последствий двух ударов во взаимосвязи с полученными истцом травмами со вторым столкновением.

Истец ФИО1, будучи надлежаще извещенным о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не явился, направив в суд своего представителя.

В судебном заседании представитель истца по ордеру № от 26.07.2022 г. адвокат Степанова О.П. уточненные требования истца поддержала в полном объеме и просила удовлетворить, пояснив, что истец по прежнему предъявляет требования только к ФИО2, поскольку он выехал на встречную полосу движения и совершил столкновение с а/м истца, экспертиза подтвердила, что имеющиеся у ФИО1 телесные повреждения получены от удара с а/м под управлением ФИО2 От удара а/м под управлением ФИО3 истец не получил телесных повреждений и поэтому ФИО2 обязан возместить моральный вред, причиненные здоровью истца.

Ответчик ФИО2 и его представитель по доверенности ФИО4 заявленные требования признали частично, пояснив, что после столкновения а/м, под управлением ФИО1 и а/м, под управлением ФИО2, в а/м «Toyota Corolla Filder» с р/н №, стоящую поперек дороги, врезался а/м «Toyota Progress» с р/н №, под управлением ФИО3 Удар пришелся в левое переднее крыло а/м «Toyota Corolla Filder» с р/н №, от удара ФИО1, который стоял за своей машиной и доставал вещи, отлетел, его вытаскивали из заснеженного кювета, он не мог самостоятельно передвигаться. А до этого, после столкновения с а/м ФИО5, он самостоятельно ходил. Имеющиеся у ФИО1 телесные повреждения не могли образоваться только от первого столкновения. Не согласились с заключением проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы ГБУ Бюро СМЭ МЗ РС(Я) и устно просили суд назначить по делу повторную судебно-медицинскую экспертизу в другом экспертном учреждении, указывая на то, что в заключении эксперты ГБУ Бюро СМЭ МЗ РС(Я) не указали литературу, на которую ссылаются, не изучили вину водителя третьей а/м, не приняли во внимание кассационное определение. Также при определении размера компенсации морального вреда просили учесть, что получению повреждений ФИО1 способствовало также то, что он был не пристёгнутым ремнем безопасности.

Соответчик ФИО3, привлеченный к участию в деле на основании определения суда от 26.07.2022 г. в качестве соответчика, надлежаще извещен о дате, времени и месте судебного заседания, кроме того, информация о дате, времени и месте рассмотрения дела размещена в установленном п. 2 ч. 1 ст. 14, ст. 15 Федерального закона от 22.12.2008 N 262-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации" порядке на сайте Якутского городского суда РС(Я) (https://jakutsky--jak.sudrf.ru) в разделе «Судебное делопроизводство», в суд не явился, ходатайств об отложении не заявлено, суду об уважительных причинах неявки не сообщил, в связи с чем, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, суд рассмотрел дело без его участия на основании ст.167 ГПК РФ.

Помощник прокурора Соколова С.А. полагала возможным удовлетворить заявленные требования частично, взыскать компенсацию морального вреда в разумных пределах с ответчика ФИО2, поскольку материалами данного дела, материалами КУСП, истребованными судом, а также заключением судебно-медицинской экспертизы ГБУ Бюро СМЭ МЗ РС(Я) вина ФИО3 в причинении вреда здоровью истца не нашла своего подтверждения.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, изучив материалы дела, материалы КУСП №1470, приходит к следующему.

Как усматривается из материалов гражданского дела, 04.12.2020 г. на автодороге ____. ФИО2, управляя транспортным средством «Toyota Mark II» с р/н № в нарушение п.9.4 ПДД выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, и совершил столкновение с транспортным средством марки «Toyota Corolla Filder» с р/н №, в результате чего водитель транспортного средства «Toyota Corolla Filder» с р/н № ФИО1 и пассажир получили телесные повреждения.

При указанном ДТП виновным признан водитель транспортного средства «Toyota Mark II» с р/н № – ответчик ФИО2, что подтверждается справкой о ДТП, схемой ДТП, постановлением № от 04.12.2020 г., согласно которому ФИО2 был привлечен к административной ответственности по ч.3 ст.12.15 КоАП РФ.

В результате данного дорожно-транспортного происшествия ФИО1 причинена ___ Данная травма, согласно п.7.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом МЗ и СР РФ №194н от 24.04.2008 по признаку длительного расстройства здоровья, продолжительностью свыше трех недель квалифицируется как средней тяжести вред здоровью. Данная травма могла быть причинена от действия твердого тупого предмета, возможно в условиях дорожно-транспортного происшествия, при травме в салоне автомашины и причинена незадолго до поступления в стационар (заключение эксперта № от 02.04.2021 г.).

Согласно сообщению Врио начальника ОГИБДД МВД России МВД по Республике Саха (Якутия) Отделение МВД РФ по Горному району от 23.08.2022 г., в ДТП от 04.12.2020 г. водитель транспортного средства марки TOYOTA MARK II с государственным регистрационным номером №, ФИО2 был привлечен к административной ответственности по ч.3 ст. 12.15 КоАП РФ.

По сверенным базам данных ФИС ГИБДД-M данный гражданин к административной ответственности по ст. 12.24 КоАП РФ не был привлечен. Узнать причину не привлечения к административной ответственности по вышеуказанной статье не представилось возможным.

Возобновить производство по делу об административном правонарушении по ст. 12.24 КоАП РФ невозможно, в связи с истечением срока давности привлечения по указанной статье. Срок давности привлечения по ст. 12.24 составляет 1 год.

В соответствии с п.1 ст.1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По правилам части 1 статьи 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Из материалов дела следует, что по ходатайству ответчика ФИО2 судом определением от 25.08.2022 г. была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено экспертам ФБУ Якутская лаборатория судебных экспертизы Министерства юстиции РФ.

Из заключения эксперта данного экспертного учреждения № от 15.12.2022 г. следует, что из представленных материалов дела, а именно справки о дорожно-транспортном происшествии (л.д.7,8), схемы места дорожно-транспортного происшествия (л.д. 9), материала по факту КУСП № (л.д.39-56), экспертом установлены следующие обстоятельства дорожно-транспортного происшествия:

- происшествие произошло 04 декабря 2021 года в вечернее время на ____.;

- проезжая часть асфальтированная, состояние дорожного покрытия - покрыто снегом, без видимых дефектов, видимость ограничена темным временем суток. Движение дороги двустороннее, проезжая часть разделена сплошной линией разметки 1.1, направление дороги без горизонтальных и вертикальных уклонов. Ширина проезжей части 6 м., делится линией горизонтальной разметки 1.1 пополам, ширина каждой полосы составляет 3 м., имеются обочины шириною 1,5 и 1,6 м. На месте ДТП следов торможения не зафиксировано;

- водитель автомобиля марки «Toyota Corolla Fielder» с государственным регистрационным знаком № (далее «Toyota Corolla Fielder»), ФИО1, двигался по направлению из г. Вилюйска в направлении г. Якутск, скорость движения водителем не указана;

- водитель автомобиля марки «Toyota Mark II» с государственным регистрационным знаком № (далее «Toyota Mark II»), ФИО6, двигался по направлению из г. Якутска в направлении г. Вилюйск, скорость движения водителем не указана;

- водитель автомобиля марки «Toyota Progress» с государственным регистрационным знаком № (далее «Toyota Progress»), ФИО3, двигался по направлению из г. Вилюйска в направлении г. Якутск, со скоростью движения 40-60 км/ч (со слов водителя);

- первое столкновение произошло между автомобилями «Toyota Mark II» и «Toyota Corolla Fielder», при движении на встречу друг другу;

- второе столкновение и наезд на ФИО1 произошел между автомобилями «Toyota Corolla Fielder» и «Toyota Progress», в момент, когда автомобиль «Toyota Corolla Fielder» находился на проезжей части в неподвижном состоянии после первого столкновения. Пешеход ФИО1, в момент столкновения находился рядом с автомобилем «Toyota Corolla Fielder» на проезжей части. Поскольку ФИО1, на момент второго происшествия не управлял автомобилем «Toyota Corolla Fielder», а находился рядом, то он является пешеходом;

- между первым и вторым столкновением прошел определенный промежуток времени, в который участники столкновения оказывали помощь;

- место столкновения автомобилей «Toyota Mark II» и «Toyota Corolla Fielder» расположено на расстоянии 1,6 м. от правого края по направлению движения из г____, то есть на полосе движения, по которой двигался «Toyota Corolla Fielder»;

- место столкновения автомобилей «Toyota Corolla Fielder» и «Toyota Progress» расположено на расстоянии 3,5 м. от левого края по направлению движения из ____;

- подробное описание и характер повреждений на транспортных средствах отсутствует;

- была ли включена аварийная сигнализация на поврежденных транспортных средствах и были ли выставлены знаки аварийной остановки участниками движения, определить по представленным материалам не представляется возможным;

- конечное расположение транспортных средств наглядно зафиксировано в схеме месте дорожно-транспортного происшествия.

Поскольку фактически между тремя автомобилями было два столкновения в разный промежуток времени, действия участников дорожно-транспортного происшествия будет разделено на два события.

Первое столкновение между автомобилями «Toyota Mark II» и «Toyota Corolla Fielder». Ширина проезжей части на месте происшествия составляет 6 м.. Проезжая часть делится пополам линей разметки 1.1, то есть ширина полосы предназначенной для движения в одном направлении составляет 3,0 м.. До столкновения с автомобилем «Toyota Corolla Fielder», автомобиль «Toyota Mark II» занесло с выездом на встречную полосу (со слов водителя автомобиля «Toyota Mark II» ФИО6) после чего, произошло столкновение с автомобилем «Toyota Corolla Fielder», под управлением ФИО1. Место столкновения находится на полосе движения автомобиля «Toyota Corolla Fielder», на расстоянии 1,6 м. от правого края проезжей части. Причиной происшествия, с технической точки зрения являются действия водителя «Toyota Mark II» ФИО6, противоречащие требованиям пункта 9.1 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее ПДД РФ), требованиям дорожной разметки 1.1. В данной ситуации, водитель автомобиля «Toyota Mark II» ФИО6, должен был руководствоваться требованиям пункта 9.1 и 10.1 ПДД РФ, требованиям дорожной разметки 1.1, а именно вести транспортное средство со скоростью, которая обеспечивает возможность постоянного контроля за движением с учетом дорожных и метеорологических условий, двигаться с учетом дорожной разметки 1.1 и не выезжать на полосу движения противоположного направления. То есть при соблюдении пункта 9.1 и 10.1 ПДД РФ, требованиям дорожной разметки 1.1, водитель автомобиля «Toyota Mark II» ФИО6, имел возможность избежать столкновения с автомобилем «Toyota Corolla Fielder».

Водитель автомобиля «Toyota Corolla Fielder», ФИО1, с момента обнаружения опасности, в виде выехавшего на его полосу движения автомобиля «Toyota Mark II», должен был руководствоваться требованиями пункта 10.1 ПДД РФ, а именно принять меры к снижению скорости вплоть до остановки. Определить по представленным материалам дела, соответствовали ли его действия пункту 10.1 ПДД РФ и имел ли водитель автомобиля «Toyota Corolla Fielder», ФИО1, техническую возможность избежать столкновения, не представляется возможным, гак как отсутствуют данные по расстоянию между автомобилями, в момент выезда автомобиля «Toyota Mark II» на встречную полосу. Так же, есть вероятность того, что водитель автомобиля «Toyota Corolla Fielder», ФИО1, мог не успеть принять меры к снижению скорости, согласно требованиям пункта 10.1 ПДД РФ. С технической точки зрения, при движении по «своей» полосе движения, действия водителя автомобиля «Toyota Corolla Fielder», ФИО1, не противоречили требованиям ПДД РФ.

После столкновения водители ФИО1 и ФИО2, должны были руководствоваться требованиями пунктов 7.1 и 7.2 ПДД РФ, а именно включить аварийную сигнализацию и незамедлительно выставить знак аварийной остановки.

Второе столкновение между автомобилями «Toyota Corolla Fielder» и «Toyota Progress».

После столкновения водитель ФИО1, должен был руководствоваться требованиями пунктов 7.1 и 7.2 ПДД РФ, а именно включить аварийную сигнализацию и незамедлительно выставить знак аварийной остановки.

Водитель автомобиля «Toyota Progress», ФИО3, с момента обнаружения опасности, в виде стоявшего на проезжей части на его пути автомобиля «Toyota Corolla Fielder», должен был руководствоваться требованиями пункта 10.1 ПДД РФ, а именно принять меры к снижению скорости вплоть до остановки. Определить по представленным материалам дела, соответствовали ли его действия пункту 10.1 ПДД РФ и имел ли водитель автомобиля «Toyota Progress», ФИО3, техническую возможность избежать столкновения, не представляется возможным, так как отсутствуют данные по расстоянию между автомобилями, в момент обнаружения водителем ФИО3, стоящего автомобиля «Toyota Corolla Fielder».

Остановочный путь автомобиля «Toyota Progress», при скорости движения 40-60 км/час, составляет 32-64 м..

Остановочный путь автомобиля «Toyota Progress», при скорости движения 40-60 км/час, составляет 32-64 м., то есть в случае возникновении опасности для движения при расстоянии свыше 32-64 м., у водителя автомобиля «Toyota Progress», ФИО3, имелась техническая возможность избежать столкновения путем экстренного торможения.

Причиной происшествия с технической точки зрения, в данной ситуации, может быть одна из двух:

- оставленный автомобиль «Toyota Corolla Fielder», водителем ФИО1, без включенной аварийной сигнализации и без выставленного знака аварийной остановки, который был не заметен с расстояния 32-64 м., при котором у водителя ФИО3, отсутствовала техническая возможность избежать наезда;

- или действия водителя автомобиля «Toyota Progress» ФИО3, который в момент возникновения опасности, в случае обнаружения автомобиля «Toyota Corolla Fielder», на пути движения на расстоянии более 32-64 метров, не принял меры к снижению скорости вплоть до остановки в соответствии с требованиями пункта 10.1 ПДД РФ.

В момент столкновения автомобилей «Toyota Corolla Fielder» и «Toyota Progress», пешеход ФИО1 находился на проезжей части рядом с автомобилем «Toyota Corolla Fielder», в данной ситуации при переходе дороги ФИО1, в соответствии с требованиями пункта 4.5 ПДД РФ, не должен был создавать помехи для движения транспортных средств.

Эксперт ФБУ Якутская лаборатория судебных экспертизы Министерства юстиции РФ пришел к следующим выводам:

Водитель автомобиля «Toyota Mark II» ФИО6, должен был руководствоваться требованиям пункта 9.1 и 10.1 ПДД РФ, требованиям дорожной разметки 1.1, а именно вести транспортное средство со скоростью, которая обеспечивает возможность постоянного контроля за движением с учетом дорожных и метеорологических условий, двигаться с учетом дорожной разметки 1.1 и не выезжать на полосу движения противоположного направления.

При переходе дороги пешеход ФИО1, в соответствии с требованиями пункта 4.5 ПДД РФ, не должен был создавать помехи для движения транспортных средств.

При соблюдении пункта 9.1 и 10.1 ПДД РФ, требований дорожной разметки 1.1, водитель автомобиля «Toyota Mark II» ФИО6, имел возможность избежать столкновения с автомобилем «Toyota Corolla Fielder».

Определить по представленным материалам дела, имел ли водитель автомобиля «Toyota Corolla Fielder», ФИО1, техническую возможность избежать столкновения, не представляется возможным, так как отсутствуют данные по расстоянию между автомобилями, в момент выезда автомобиля «Toyota Mark II» на встречную полосу.

Определить по представленным материалам дела, имел ли водитель автомобиля «Toyota Progress», ФИО3, техническую возможность избежать столкновения, не представляется возможным, так как отсутствуют данные по расстоянию между автомобилями, в момент обнаружения водителем ФИО3, стоящего автомобиля «Toyota Corolla Fielder».

В случае возникновении опасности для движения при расстоянии свыше 32-64 м., у водителя автомобиля «Toyota Progress», ФИО3, имелась техническая возможность избежать столкновения путем экстренного торможения

Кроме того, из материалов дела следует, что по ходатайству представителя ответчика ФИО2 судом определением от 10.01.2023 г. была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено экспертам ГБУ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Республики Саха (Якутия)».

Согласно заключению судебно-медицинской экспертной комиссии данного экспертного учреждения № от 30.06.2023 г. ФИО1, ____ причинены следующие повреждения:

___

Изложенный вывод подтверждается: ___

Согласно литературным данным по судебно-медицинской экспертизе, возникновение повреждений у водителей в салоне легковых автомобилей при дорожно-транспортных происшествиях обусловлено ударом различных участков тела ___ о расположенные спереди части и механизмы салона автомобиля в момент его резкой остановки в результате наклона и смещения тела вперед.

Учитывая, что характер, локализация и взаиморасположение (___ выявленных у ФИО1 повреждений характерны для водителя автомобиля, экспертная комиссия считает, что все выявленные у него повреждения образовались при травме водителя в салоне автомашины в момент столкновения автомашин Тойота Марк 2 с регистрационным номером № под управлением ФИО2 и Тойота Королла Филдер с регистрационным номером № под управлением ФИО1.

Каких-либо других повреждений, кроме вышеуказанных, у ФИО1 выявлено не было.Оснований не доверять заключению проведенной по делу судебной экспертизы у суда не имеется, поскольку указанная экспертиза была назначена определением суда, эксперты, проводившие экспертизу, вопреки доводам представителя ответчика, имеют соответствующее образование и стаж работы по специальности, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, экспертами описаны использованные методы и проведенные исследования.

Согласно части первой статьи 67 ГПК РФ суд общей юрисдикции оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Конституционный Суд РФ в своем Определении от 24.12.2012 N 2404-О указал, что предоставление суду соответствующих полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, что вместе с тем не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом. Гарантией процессуальных прав лиц, участвующих в деле, являются установленные названными Кодексами процедуры проверки судебных постановлений вышестоящими судами и основания для их отмены или изменения.

В силу положений ст. 67 ГПК РФ достаточность доказательств по делу определяет суд.

В силу части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 данного Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

В соответствии с частью 3 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

С учетом изложенных норм процессуального права, заключение эксперта необязательно для суда, но должно оцениваться не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами.

Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлениями дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2008 г. N 13 "О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции", при исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов.

В целях разъяснения или дополнения заключения суд может вызвать эксперта для допроса. При наличии в деле нескольких противоречивых заключений могут быть вызваны эксперты, проводившие как первичную, так и повторную экспертизу.

В соответствии с указанными разъяснениями судом для дачи пояснений были вызваны в суд эксперты ГБУ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Республики Саха (Якутия)».

В суд явились эксперты Ж. и С.., которые суду пояснили, что при производстве экспертизы ими исследовались материалы данного гражданского дела в 2-х томах, материал по факту КУСП № от 04.12.2020 г.; «Медицинская карта стационарного больного» № ___ на ФИО1, ____; копия «Медицинской карты стационарного больного» № ___ на ФИО1, ____ г. рождения; копия «Медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях» ___ на ФИО1, ____. рождения; ___ На основании проведенных исследований, в соответствии поставленными вопросами, судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к выводу о том, что все выявленные у ФИО1 повреждения образовались при травме водителя в салоне автомашины в момент столкновения автомашин «Тойота Марк 2» с регистрационным номером № под управлением ФИО2, т.к. все зафиксированные в медицинских документах повреждения локализованы на ___ ФИО1 Повреждения, полученные при отбрасывании на теле ФИО1 должны были быть на противоположной поверхности, чего не установлено. Кроме того, изучался материал КУСП № от 04.12.2020 г., в котором не содержится данных о том, какой частью а/м, под управлением ФИО3, столкнулась с а/м ФИО1, какой частью ударила ФИО1 На вопрос представителя ответчика о выводах экспертов без осмотра ФИО1, эксперты ответили, что осматривать его смысла не было, т.к. с момента ДТП прошло 3 года, эксперты изучили его показания, показания всех участников ДТП, имеющихся в материале КУСП № от 04.12.2020 г., а также медицинские документы, зафиксировавшие все повреждения, жалобы ФИО1 непосредственно сразу после ДТП. На вопрос представителя ответчика о причине отсутствия указания на конкретную литературу, эксперты представили на обозрение суда и участников процесса книги: «Судебно-медицинская экспертиза автомобильной травмы» под редакцией ФИО7, м., ____ г. и «Рекомендации для судмедэкспертов в сборнике. Научные статьи». При этом пояснили, что данная литература является базовой литературой, используемой при проведении судебно-медицинских экспертиз, указание в заключении эксперта на использованную литературу не является обязательным согласно требованиям Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", которым руководствуются эксперты ГБУ «Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Республики Саха (Якутия)».

Гражданско-процессуальный кодекс Российской Федерации в ст. 60, регулируя вопросы допустимости доказательств, гласит, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии с частью 1 статьи 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В силу части 3 статьи 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 данного Кодекса.

Пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

При проведении судебной экспертизы в распоряжение экспертов были предоставлены все имеющиеся в материалах дела доказательства, медицинские документы, что следует из текста заключения.

Доказательств несостоятельности выводов экспертизы или некомпетентности экспертов ее проводивших и предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, суду не представлено. Доказательств, опровергающих заключение экспертизы, или позволяющих усомниться в правильности или обоснованности данного заключения, истцом также не представлено.

Доводы представителя ответчика о том, что имеющиеся у ФИО1 телесные повреждения не могли образоваться только от первого столкновения, а могли образоваться и от удара третьей машины под управлением ФИО3, опровергаются выводами судебно-медицинской экспертной комиссии ГБУ Бюро СМЭ Министерства здравоохранения РС (Я), пояснениями экспертов Ж. и С. заключением эксперта ФБУ Якутская лаборатория судебных экспертизы Министерства юстиции РФ № от 15.12.2022 г.

В целом, несогласие с результатом экспертизы само по себе не свидетельствует о недостоверности предоставленного экспертного заключения и суд приходит к выводу, что заключение судебно-медицинской экспертной комиссии ГБУ Бюро СМЭ Министерства здравоохранения РС (Я) № от 30.06.2023 г. является достоверным и допустимым доказательством.

Устное ходатайство представителя ответчика о назначении повторной экспертизы было рассмотрено судом по правилам ст. 166 ГПК РФ, после заслушивания мнений всех лиц, участвующих в деле и, принимая во внимание, что указанные в ст. 87 ГПК РФ обстоятельства отсутствовали, на месте было отказано в удовлетворении ходатайства. Суд вправе отказать в удовлетворении ходатайства о назначении дополнительной или повторной экспертиз на основании ч. 3 ст. 67 ГПК РФ и признать имеющиеся доказательства достаточными для рассмотрения дела по существу.

В силу закона право определения доказательств, имеющих значение для дела, как и право решения вопроса о целесообразности назначения по делу дополнительной или повторной экспертизы принадлежит суду первой инстанции.

Доказательств, свидетельствующих о том, что эксперты были лично, прямо или косвенно заинтересованы в исходе дела, что имеются иные обстоятельства, вызывающие сомнение в их объективности и беспристрастности, не представлено.

Доводы представителя ответчика, направленные на несогласие с заключением судебной экспертизы являются несостоятельными, так как оснований не доверять указанному заключению комиссии экспертов не имеется, поскольку оно является допустимым по делу доказательством, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ, за дачу заведомо ложного заключения, в состав комиссии входили компетентные эксперты, обладающие медицинскими познаниями, имеющие большой стаж работы, их заключение подробно мотивировано, выводы экспертов основаны на материалах дела и медицинских документах, эксперты не заинтересованы в исходе дела.

Оценивая в совокупности представленные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, в том числе, пояснения представителей сторон, ответчика ФИО2, заключения заключение эксперта ГБУ Бюро СМЭ Министерства здравоохранения РС (Я) № от 02.04.2021 г., судебно-медицинской экспертной комиссии ГБУ Бюро СМЭ Министерства здравоохранения РС (Я) № от 30.06.2023 г., заключение эксперта ФБУ Якутская лаборатория судебных экспертизы Министерства юстиции РФ № от 15.12.2022 г., содержащиеся в материале КУСП № от 04.12.2020 г. протокол осмотра места происшествия, объяснения всех участников и очевидцев ДТП, суд находит установленным наличие прямой причинно-следственной связи между действиями водителя ФИО2, управлявшего транспортным средством «Toyota Mark II» с р/н №, в нарушение п.9.4 ПДД, выехавшего на полосу, предназначенную для встречного движения, и совершившего столкновение с транспортным средством марки «Toyota Corolla Filder» с р/н №, полученными телесными повреждениями водителем транспортного средства «Toyota Corolla Filder» с р/н № истцом ФИО1

Доказательств, исключающих ответственность ответчика ФИО2, в судебном заседании не установлено.

При этом, вопреки доводам представителя ответчика у суда не имеется правовых оснований для взыскания с ответчика ФИО3 компенсации морального вреда, поскольку причинно-следственная связь между полученными истцом ФИО1 телесными повреждениями, установленными заключениями судебно-медицинских экспертиз, и действиями водителя а/м «Toyota Progress» ФИО3, не установлена, вина ФИО3 в причинении вреда здоровью истца не нашла своего подтверждения.

В связи с чем, в данной части иск подлежит отказу в удовлетворении.

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (статья 20, часть 1), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (статья 41, часть 1), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

В силу указанных положений Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом (статья 18 Конституции Российской Федерации). В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (пункт 1 статьи 150 ГК Российской Федерации).

К мерам по защите указанных благ относятся закрепленное в абзаце втором пункта 2 статьи 1083 ГК Российской Федерации исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абзаце втором статьи 1100 ГК Российской Федерации положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Ст.1099 ГК РФ, устанавливающая общие положения компенсации морального вреда, при определении основания и размера такой компенсации отсылает к правилам, предусмотренным главой 59 и ст.151 ГК РФ. В силу ст.151 Кодекса, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья.

Жизнь и здоровье человека бесценны и не могут быть возвращены выплатой денег. ГК РФ лишь в максимально возможной степени обеспечивает определенную компенсацию понесенных потерпевшим или его близкими имущественных (неимущественных) потерь.

ФИО1, ____ года рождения, в связи с повреждением здоровья в результате произошедшего 04.12.2020 года ДТП, испытал физические и нравственные страдания, ___.

При таких данных, установлено, что истцу был причинен моральный вред, который подлежит возмещению ответчиком ФИО2

Истцом к взысканию в качестве морального вреда заявлено 414 750 рублей.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, учитывая в соответствии с положениями п. 2 ст. 151 и ст. 1101 ГК РФ степень и характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, характер телесных повреждений, последствия травмы, степень вины ответчика, наличие нарушений п.10.1 ПДД РФ со стороны самого истца, а также требования разумности и справедливости, считает правильным определить данный размер в 95 000 рублей.

Согласно ст.98, 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Суд полагает подлежащими взысканию с ответчика в пользу истца расходы по оплате юридических услуг в разумных пределах, с учетом категории спора, сложности дела, объема совершенных представителем действий, количества судебных заседаний до и после отмены решения в кассационной инстанции, в которых принимал участие представитель, определяет сумму в размере 30 000 рублей подлежащей взысканию с ответчика ФИО2

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194 -198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 95 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб. В иске к ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Саха (Якутия) в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Л.И.Холмогорова

Решение изготовлено 18.07.2023 г.