Дело № 2-132/2023
УИД 42RS0035-01-2022-002897-45
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Таштагол 14 августа 2023 г.
Таштагольский городской суд Кемеровской области в составе: председательствующего Щегловой А.В.,
при секретаре Ануфриевой И.К.,
с участием прокурора Вербовской Л.Л.,
рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству обороны Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 (далее по тексту – ФИО1) обратился с иском к Министерству обороны Российской Федерации и просил взыскать с Российской Федерации в лице Министерства обороны Российской Федерации за счет казны РФ в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 9 000 000 руб.
Требования мотивированы тем, что ФИО1, проходил военную службу по контракту в войсковой части № (до декабря 2021 г. - №) Министерства обороны Российской Федерации с ДД.ММ.ГГГГ на основании контракта от ДД.ММ.ГГГГ, срок контракта - 1 год.
В период действия контракта, а именно ДД.ММ.ГГГГ получил травму <данные изъяты>, длительное время находился на лечении в <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.
Заключением ВВК №-х от ДД.ММ.ГГГГ был признан временно не годным к военной службе, на основании свидетельства о болезни №-х признан ограниченно годным к военной службе. Согласно выписке из приказа № от ДД.ММ.ГГГГ был уволен с военной службы в запас по состоянию здоровья.
В результате полученной травмы на основании справки МСЭ -2021 № истцу была установлена <данные изъяты> на срок до ДД.ММ.ГГГГ.
Забота о сохранении и об укреплении здоровья военнослужащих - обязанность командиров. На них возлагается обеспечение требований безопасности при проведении учений, иных мероприятий боевой подготовки, во время эксплуатации вооружения и военной техники, при производстве работ, исполнении других обязанностей военной службы. Командиры являются единоначальниками и отвечают в мирное и военное время за постоянную боевую и мобилизационную готовность, успешное выполнение боевых задач, боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, правопорядок, морально-психологическое состояние подчиненного личного состава и безопасность военной службы, состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества, материальное, техническое, финансовое, бытовое обеспечение и медицинское обслуживание.
Он получил серьезную травму, ему установлена инвалидность, испытывал сильные боли после получения травмы, необходимо длительное лечение и возможны повторные операции, очень переживает за свое будущее, за свое здоровье.
Министерство обороны Российской Федерации, полагает, является надлежащим ответчиком по делу, именно с него должна быть взыскана компенсация морального вреда в заявленном размере.
В судебное заседание истец ФИО1 и его представитель-адвокат Абрамкина Л.И., действующая по устному ходатайству, исковые требования поддержали, просили также взыскать расходы по оплате услуг представителя в размере 40 000 руб. ФИО1 пояснил, травму он получил, когда находился на военной службе, в расположении части, в помещении, которое является служебным и принадлежит Министерству обороны. Его могли вызвать на выполнение задания в любое время суток. Министерство обороны РФ признало случившееся страховым случаем, т.к. страховая компания выплатила страховое возмещение в полном объеме.
Ответчик Министерство обороны РФ в судебное заседание представителя не направило, Министерство извещено.
Представителем ответчика ФИО2, действующим на основании доверенности, представлены возражения, из которых следует, что обязанность по возмещению вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц, в порядке главы 59 ГК РФ за счет соответствующей казны возникает в случае установления вины государственных органов или их должностных лиц в причинении данного вреда. При этом, ФИО1 во внеслужебное время пытался снять кота с дерева, придерживаясь левой рукой за ветку потянулся за животным, однако не удержал равновесие, сорвался и упал, в связи с чем получил указанную в иске травму. Таким образом, должностные лица Министерства обороны Российской Федерации не являются непосредственными причинителями вреда здоровью истца, кроме того отсутствует причинно - следственная связь между действиями ответчика и наступлением неблагоприятных последствий для здоровья, а соответственно, правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется. Кроме того, ФИО1 получил травмы в результате падения с дерева во внеслужебное время. По смыслу закона, само по себе возникновение заболевания у ФИО1 в период прохождения военной службы, не является безусловным основанием для его отнесения к «заболеваниям, полученных в период военной службы». Для этого необходимо наличие квалифицирующих признаков, которые связывают их получение с негативными последствиями прохождения службы (выполнение боевого задания, служебных обязанностей, воздействие вредных веществ и т.д.), которых по настоящему гражданскому делу не имеется.
Представитель третьего лица Министерства финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Кемеровской области-Кузбассу ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании поддержала свои доводы, изложенные в письменных пояснениях. Просила принять решение на усмотрение суда.
Третье лицо Войсковая часть № Министерства обороны РФ в судебное заседание представителя не направило, извещено. Его представитель ФИО4, действующий на основании доверенности, в письменных возражениях просил рассмотреть дело в отсутствие третьего лица, возражал против удовлетворения исковых требований, поскольку факт получения травмы ФИО1 не попадает по действие части 1 статьи 37 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 53-Ф3 «О воинской обязанности и военной службе» в которой перечислены случаи, когда военнослужащие считаются исполняющими обязанности военной службы, т.е. ФИО1 не находился при исполнении обязанностей военной службы. В исковом заявлении и приложенных документах не приведены доказательства, свидетельствующие о том, что травма ФИО1, получена в результате виновных противоправных действий должностных лиц войсковой части №. Материалами расследования подтверждаются, что действия (бездействие) должностных лиц войсковой части №, а равно и Министерства обороны Российской Федерации, не состоят в причинно следственной связи с получением травмы ФИО1, отсутствует их вина как причинителей вреда, в связи с чем основания для компенсации истцу морального вреда отсутствуют. Кроме того, заявленный истцом размер морального вреда завышен. Поскольку ФИО1, как военнослужащий, был застрахован АО СОГАЗ, после получения травмы у истца возникло право на получение страхового возмещения, предусмотренного Федеральным законом № 52-ФЗ. Командованием войсковой части в адрес АО СОГАЗ направлены все необходимые документы для получения истцом страховой суммы.
Третье лицо ФКУ «Военный комиссариат Кемеровской области -Кузбасса» представителя не направило, извещено. Его представитель просила рассмотреть дела в отсутствие представителя военного комиссариата, принять во внимание позицию, изложенную в письменных возражениях (т.1 л.д. 55-57), в которых просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
Третье лицо АО «СОГАЗ» в судебное заседание представителя не направило, извещено.
Третье лицо Федеральное государственное автономное учреждение «ЦУЖ Министерства обороны РФ представителя не направило, извещено. Дополнительно также был извещен и Филиал «Московский» Ф. «Ц. управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны РФ.
Старший помощник прокурора г. Таштагола Вербовская Л.Л. действующая по поручению Военной прокуратуры Юргинского гарнизона в судебном заседании в своем заключении указала, что заявленные требования подлежат частичному удовлетворению и сумма морального вреда должна составлять не более 400 000 руб. Считает, требования обоснованными, поскольку несчастный случай произошел в период действия контракта, подписанного с ФИО1
Изучив материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующему.
Социальные гарантии военнослужащих внутренних войск, граждан, уволенных с военной службы, членов их семей обеспечиваются в соответствии с Федеральным законом от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (далее по тексту - Федеральный закон от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ).
Социальная защита военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей является функцией государства и предусматривает реализацию их прав, социальных гарантий и компенсаций органами государственной власти, федеральными государственными органами, органами военного управления и органами местного самоуправления; совершенствование механизмов и институтов социальной защиты указанных лиц; охрану их жизни и здоровья, а также иные меры, направленные на создание условий жизни и деятельности, соответствующих характеру военной службы и ее роли в обществе (пункт 3 статьи 3 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ).
Реализация мер правовой и социальной защиты военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей возлагается на органы государственной власти, федеральные государственные органы, органы местного самоуправления, федеральные суды общей юрисдикции, правоохранительные органы в пределах их полномочий, а также является обязанностью командиров (начальников) (пункт 4 статьи 3 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ).
Так, в силу пункта 1 статьи 16 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ охрана здоровья военнослужащих обеспечивается созданием благоприятных условий военной службы, быта и системой мер по ограничению опасных факторов военной службы, проводимой командирами во взаимодействии с органами государственной власти. Забота о сохранении и об укреплении здоровья военнослужащих - обязанность командиров. На них возлагается обеспечение требований безопасности при проведении учений, иных мероприятий боевой подготовки, во время эксплуатации вооружения и военной техники, при производстве работ, исполнении других обязанностей военной службы.
Пунктом 2 статьи 27 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ предусмотрено, что командиры являются единоначальниками и отвечают в мирное и военное время за постоянную боевую и мобилизационную готовность, успешное выполнение боевых задач, боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, правопорядок, морально-политическое и психологическое состояние подчиненного личного состава, безопасность военной службы, состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества, материальное, техническое, финансовое, бытовое обеспечение и медицинское обеспечение.
Аналогичные требования к обеспечению сохранности жизни и здоровья военнослужащих закреплены и в Уставе внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденном Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 г. № 1495.
Так, в частности, в соответствии с требованиями статей 78, 81, 101, 144, 152, 320 этого Устава командир является единоначальником, в мирное и военное время отвечает за воспитание, воинскую дисциплину, морально-психологическое состояние подчиненного личного состава и безопасность военной службы; деятельность должностных лиц воинских частей должна быть направлена на изучение настроения и морально-психологического состояния военнослужащих, реализацию мер по поддержанию здорового морального климата в воинских коллективах, обеспечение безопасных условий службы военнослужащих, предупреждение гибели (смерти) и увечий (ранений, травм, контузий) военнослужащих.
Статьей 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 (статьи 1064 - 1101) данного Кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер ответственности.
Согласно пунктам 1,2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
Из приведенного правового регулирования следует, что по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причинение вреда являются: наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 20 октября 2010 г. № 18-П, нормы статьи 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с нормами статей 1064 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации означают, что обязанность по возмещению вреда жизни или здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц в порядке главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации за счет соответствующей казны возникает в случаях установления вины государственных органов и их должностных лиц в причинении данного вреда. Следовательно, статья 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяет использовать дополнительно к публично-правовым средствам социальной защиты военнослужащих и членов их семей меры гражданско-правовой ответственности в тех случаях, когда вина органов и должностных лиц государства в причинении вреда жизни или здоровью гражданина при исполнении им обязанностей военной службы установлена. В данной статье реализуется конституционный принцип равенства, поскольку все военнослужащие (и члены их семей) имеют равную с другими гражданами возможность использования гражданско-правовых механизмов возмещения вреда с соблюдением принципов и условий такого возмещения.
При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 11 Постановления от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснил, что предусмотренная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия своей вины должен представить сам ответчик.
Компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с получением травмы при исполнении им обязанностей военной службы заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Судом установлено и следует из материалов дела, что, истец ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с ДД.ММ.ГГГГ проходил службу в войсковой части № (до декабря 2021 г. – №) Министерства обороны Российской Федерации по контракту о прохождении военной службы от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного на срок 1 год (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ).
ДД.ММ.ГГГГ военнослужащий ФИО1 получил травму.
Из справки № от ДД.ММ.ГГГГ о травме за подписью врио командира войсковой части №, следует, что ДД.ММ.ГГГГ во внеслужебное время ФИО1 пытался снять кота с дерева, сорвался и упал, тем самым получил травму <данные изъяты> (т.1. л.д.10).
Из переводного эпикриза ФГКУ «1586 Военный клинический госпиталь» Минобороны России следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на стационарном лечении в нейрохирургическом отделении, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в травматологическом отделении.
Согласно выписному эпикризу ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении в ФГКУ «1586 Военный клинический госпиталь» Минобороны России.<данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ. Жалобы на незначительное <данные изъяты>.
Из анамнеза: ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>.
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Из заключения военно-врачебной комиссии №-х от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был признан временно не годным к военной службе, на основании свидетельства о болезни №-х от ДД.ММ.ГГГГ признан ограниченно годным к военной службе.
Согласно выписке из приказа № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был досрочно уволен с военной службы в запас по состоянию здоровья.
Согласно выписке из приказа от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ исключен из списков личного состава воинской части, направлен для постановки на воинский учет в военный комиссариат (<адрес> и <адрес>).
В результате полученной травмы на основании справки № № от ДД.ММ.ГГГГ истцу была установлена <данные изъяты> на срок до ДД.ММ.ГГГГ.
С ДД.ММ.ГГГГ является получателем пенсии по инвалидности (т.1 л.д. 69).
Согласно индивидуальной программе реабилитации инвалида ФИО1 нуждается в медицинской реабилитации, санаторно-курортном лечении, социально-средовой реабилитации, не нуждается в реконструктивной хирургии, протезировании, в оснащении рабочего места, в профессиональной ориентации, ему доступны виды трудовой деятельности в оптимальных, допустимых условиях труда (т. 1 л.д. 23-32).
Согласно выписному эпикризу ГБУЗ «<адрес> больница» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на лечении в связи с жалобами на <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 68).
В ходе рассмотрения дела было также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в адрес АО «СОГАЗ» поступили документы на выплату страховой суммы младшему сержанту ФИО1 в связи с получением ДД.ММ.ГГГГ тяжелого увечья. В соответствии с Федеральным законом от 28.03.1998 № 52-ФЗ выплата страховой суммы ФИО1 была произведена ДД.ММ.ГГГГ на лицевой счет, указанный в личном заявлении застрахованного лица, в размере 285 429,23 руб. (т. 1 л.д. 79).
Также предоставлены сведения о том, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 произведена страховая выплата по государственному контракту в связи с <данные изъяты> в сумме 782 932, 4 руб.
Всего АО «СОГАЗ» выплачено ФИО1 1 068 361,63 руб.
Согласно ответу АО «СОГАЗ» на запрос суда выплата компенсации морального вреда за увечье, полученного в период прохождения военной службы, Федеральным законом № 52-ФЗ не предусмотрена и ФИО1 не производилась (т.1 л.д. 77-78).
Аналогичные выводы следуют из анализа представленного страховой компанией государственного контракта № на оказание услуг по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих в 2020-2021 г. от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым страховыми случаями являются установление застрахованному лицу инвалидности, тяжелого увечья (т.1 л.д. 81-105).
ДД.ММ.ГГГГ врио командира войсковой части № (в настоящее время №) утверждено заключение об итогах расследования факта получения травмы военнослужащим войсковой части младшим сержантом ФИО1 Материалы служебной проверки представлены по запросу суда (т. 1 л.д. 128-175).
Так, заключением об итогах расследования по факту получения травмы военнослужащим ФИО1 установлены обстоятельства и условия наступления события ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ во внеслужебное время, в субботу, ДД.ММ.ГГГГ, около 23-00 ФИО1 прибыл к месту своего проживания в общежитии, расположенному по адресу: <адрес>, вскоре лег отдыхать. Около 02-40 час. военнослужащий проснулся и направился в туалет. Возвращаясь обратно, подойдя к двери своей комнаты, расположенной в углу возле, уличного окна, которое было открыто ФИО1 услышал мяуканье кота. Военнослужащий выглянул в окно. Присмотревшись и прислушавшись, понял, что на дерево, которое растет возле общежития, забрался кот. ФИО1 попытался окриком прогнать его, но так как кот не реагировал, принял решение выйти на улицу и попробовать сиять его с дерева. Одевшись, военнослужащий вышел из общежития, залез па дерево на уровень около второго этажа. Придерживаясь левой рукой за ветку, ФИО1 правой рукой попытался тянуться до животного, однако не удержал равновесие, сорвался и упал вниз. Находясь от удара и боли в шоковом состоянии ФИО1 начал кричать. В ходе расследования ФИО1 факт каких-либо насильственных действий отрицал.
Из анализа медицинских документов, показаний очевидцев было установлено, что травма получена в результате падения с высоты, криминального характера травма не носит.
Причиной наступления события установлена: личная неосторожность, легкомыслие, небрежность ФИО1 и неблагоприятное стечение обстоятельств (п. 8 Заключения).
Также установлено, что ФИО1 не совершал деяний, представляющих общественную опасность, состояние опьянения не установлено, как и умышленных действий, явившихся результатом события (пункты 9-11 Заключения).
Предлагаемые мероприятия и сроки, их проведения по устранению причин и условий события (п. 14 Заключения): должностным лицам отделения боевой подготовки (службы войск и безопасности военной службы) во взаимодействии с командирами подразделений и офицерам по военно-политической работе: организовать регулярное доведение до военнослужащих информации и обзоров происшествий с гибелью и увечьем военнослужащих в результате нарушений требований безопасности, разъяснение обстоятельств, причин и условий, им способствовавших, а также мер по предупреждению подобных фактов.
Обратить при этом особое внимание на профилактику и предупреждение травматизма военнослужащих и иных несчастных случаев в результате легкомыслия и небрежности, необдуманных и глупых поступков, а также на обучение военнослужащих практическим действиям по оказанию первой медицинской помощи пострадавшим: усилить. скоординированное и непрерывное информационно-пропагандистское воздействие на подразделения в интересах повышения эффективности работы по обеспечению безопасности военной службы, формирования у каждого военнослужащего ответственного и сознательного отношения к выполнению требований безопасности в повседневной деятельности, мер по предупреждению заболеваний, получения увечий в процессе исполнения обязанностей военной службы и во внеслужебное время; формировать, в воинских коллективах атмосферу общественной поддержки действиям требовательных и решительных командиров (начальников) по поддержанию безопасных условий военной службы, созданию обстановки нетерпимости к малейшим отступлениям от требований безопасности.
Также в ходе проверки профильными специалистами была проанализирована личность ФИО1, у которого каких-либо психологических проблем и склонностей к суициду не выявлено.
Было установлено, что жилое помещение в общежитии по адресу <адрес>, на территории которого произошло травмирование, а именно квартира № предоставлена ФИО1 на основании решения о предоставлении военнослужащему служебного жилого помещения №-№ ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Минобороны РФ.
Согласно представленному в материалы дела договору найма жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ №-№, заключенному между Министерством обороны РФ, действующем от имени собственника жилого помещения Российской Федерации, ФИО1 была предоставлена комната в общежитии по адресу <адрес>-4, <адрес> на срок прохождения военной службы.
В ходе рассмотрения дела было установлено, что общежитие по адресу: Московская <адрес>-4, <адрес> закреплено на праве оперативного управления за Ф. «Ц. управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны РФ (по делу третье лицо), что подтверждается приказом директора департамента военного имущества Министерства обороны РФ от ДД.ММ.ГГГГ №.
Таким образом, материалами дела подтверждается, никем не оспаривается, что травмирование истца произошло на территории общежитие по адресу: <адрес>, которое находится в оперативном управлении Ф. «Ц. управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны РФ, учредителем которого является Российская Федерация в лице Министерства обороны Российской Федерации, что подтверждено выпиской из ЕГРЮЛ.
Исходя из того, что в момент получения травмы ФИО1 проходил военную службу по контракту в войсковой части № (в настоящее время №), относящейся к Министерству обороны РФ, событие произошло на территории здания, подведомственного Министерству обороны РФ, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для признания за истцом права на взыскание с ответчика Минобороны РФ морального вреда.
В п. 1 ст. 37 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" закреплен перечень случаев, когда военнослужащий признается исполняющим обязанности военной службы. Так, на основании подп. <данные изъяты> п. 1 ст. 37 данного Федерального закона военнослужащий считается исполняющим обязанности военной службы в случае нахождение на территории воинской части в течение установленного распорядком дня служебного времени или в другое время, если это вызвано служебной необходимостью.
Как было установлено, в момент травмы ФИО1 находился на территории здания, подведомственного Министерству обороны РФ. Войсковая часть № (в настоящее время №), относится к Министерству обороны РФ, следовательно, находясь на территории воинской части в течение установленного распорядком дня служебного времени, а также в ночное время, ФИО1 считается исполняющим обязанности военной службы.
Вопреки доводам возражений Министерства обороны Российской Федерации, Войсковой части, а также областного военного комиссариата Кемеровской области, о том, что должностные лица Министерства обороны Российской Федерации не являются непосредственными причинителями вреда, поскольку истец получил травмы в результате падения с дерева во внеслужебное время не освобождает от ответственности по возмещению истцу компенсации морального вреда, поскольку судом установлено, что истец ФИО1 на момент причинения вреда являлся военнослужащим, проходил военную службу в войсковой части №, причинами травмы ФИО1 стали в том числе бездействие должностных лиц войсковой части №, выражающееся в нарушении предписаний, регламентирующих порядок несения военной службы (в частности, Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации).
Данный вывод, в частности, не опровергается результатами заключения об итогах расследования факта получения травмы ФИО1, а именно, изложенным выше положениям пункта 14 Заключения, где по итогам предложено проведение ряда мероприятий, связанным с контролем над безопасностью военнослужащих в том числе и во внеслужебное время.
То обстоятельство, что конкретных виновных лиц в травмировании ФИО1 не установлено, не свидетельствует о том, что такие виновные лица отсутствуют, или то что контроль за безопасностью военнослужащего производиться не должен, а предписания Устава внутренней службы, обязывающих обеспечивать безопасные условия прохождения военной службы подчиненными военнослужащими, принимать меры, направленные на обеспечение защищенности военнослужащих соблюдаться не должны.
Доказательств отсутствия вины должностных лиц войсковой части № ответчиком не приведено.
Доводы о том, что у ФИО1, как военнослужащего, после получения травмы возникло право на получение страхового возмещения АО «СОГАЗ» отклоняются судом как не имеющие правового значения для разрешения спора, поскольку компенсация морального вреда не относится к числу рисков и страховых случаев по договору государственного страхования военнослужащих.
Истцом обоснованно предъявлены требования к надлежащему ответчику по заявленным требованиям - Российской Федерации в лице уполномоченного органа как главного распорядителя бюджетных средств по ведомственной принадлежности, в данном случае – Министерству обороны Российской Федерации.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 г. № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации).
Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации).
При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств за счет казны Российской Федерации.
Руководствуясь требованиями статьи 158 Бюджетного Кодекса Российской Федерации, принимая во внимание разъяснения, изложенные в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 г. № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного Кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации», суд приходит к выводу о том, что компенсация морального вреда подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Министерства обороны Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации.
Переходя к вопросу о размере компенсации морального вреда, подлежащего взысканию, суд исходит из следующего.
По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
С учетом правовой позиции, изложенной в пунктах 25 - 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда.
Пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").
Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Из изложенного следует, что суду при определении размера компенсации морального вреда гражданину необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных именно этому лицу физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, соблюдение баланса интересов сторон.
Суд, анализируя фактические обстоятельства произошедшего, материалы проверки несчастного случая, подробно изложенные выше, не усматривает оснований полагать, что со стороны ФИО1 имела место грубая неосторожность, поэтому нормативные положения ст. 1083 ГК РФ применению не подлежат. Данный вывод суда согласуется и с результатами Заключения об итогах расследования факта получения травмы, согласно которому причиной наступления события установлена: личная неосторожность, легкомыслие, небрежность ФИО1 и неблагоприятное стечение обстоятельств (п. 8 Заключения).
Из пояснений истца, судом установлено, что случившееся с ним не было попыткой суицида, а также злонамеренного умысла. ФИО1 о себе пояснил, что обучается в университете, является <данные изъяты>, он испытывает болезненные ощущения и неудобства при ходьбе и сидении, получает стипендию и пенсию, не женат.
При определении размера компенсации морального вреда суд, учитывая конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных ФИО1 физических и нравственных страданий, его индивидуальные особенности, его молодой возраст, семейное положение, обстоятельства произошедшего, то, что ФИО1 получено увечье в период прохождения военной службы вследствие ненадлежащего исполнения предписаний Устава внутренней службы, обязывающих обеспечить безопасные условия прохождения военной службы подчиненными военнослужащими, принимать меры, направленные на обеспечение защищенности военнослужащих от воздействия на них опасных факторов военной службы при исполнении ими своих обязанностей и на предупреждение получения увечья военнослужащими, а также поведение самого ФИО1, проявившего простую неосторожность, легкомыслие и небрежность, что не исключало обязанности командования воинской части контроля за ним, учитывая, что травма ФИО1 получена не в связи с выполнением непосредственно обязанностей военной службы, принимает во внимание и учитывает характер и тяжесть полученной им травмы и ее последствия, период лечения, проведение неоднократного оперативного вмешательства, факт установления <данные изъяты>, содержание программы реабилитации, учитывает изменение прежнего образа жизни в профессиональной сфере (уволен в запас по состоянию здоровья) и в быту, переживания и физические неудобства, жалобы на состояние здоровья, отраженные в представленных медицинских документах, а также принципы разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, соблюдение баланса интересов сторон.
Определяя размер компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей, суд учитывает все вышеприведенные обстоятельства в их совокупности, заключение прокурора и не находит оснований, ни для полного отказа во взыскании компенсации как это просит ответчик, ни для полного удовлетворения иска как это просит истец.
Данная сумма отвечает всем выше установленным критериям, а также всем обстоятельствам дела, то есть учтены конкретные действия причинителя вреда, соотнесены с тяжестью причиненных именно ФИО1 страданий, связанных с травмированием, а также требованиям разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, соблюдение баланса интересов сторон.
Разрешая заявленные требования о взыскании судебных расходов на представителя в сумме 40 000 руб., суд, установил, что за консультацию, составление искового заявления, представительство в суде ФИО1 оплатил адвокату Абрамкиной Л.И. 40 000 руб., что подтверждено квитанцией от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д.42).
На основании положений ст.ст. 98, 100 ГПК РФ суд принимая во внимание требования закона о разумности и справедливости, сложности дела, его продолжительности, объема оказанных услуг, с учетом характера спорного правоотношения, количества судебных заседаний, в которых участвовал представитель истца, оказанной помощи, связанной с составлением и написанием искового заявления, в том числе, учитывая о том, что ответчиком не было заявлено о завышенном размере требований в этой части, а также не представлено доказательств завышенного размера судебных расходов, суд определяет ко взысканию с ответчика судебные расходы в размере 40 000 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198, ГПК РФ, суд
решил:
Исковое заявление ФИО1, удовлетворить частично.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства обороны Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 (двести тысяч) руб., а также судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 40 000 (сорок тысяч) руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Таштагольский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Решение суда в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.
Председательствующий А.В. Щеглова