Дело №2-2971/2025

22RS0065-01-2024-002660-86

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 ноября 2025 года город Барнаул

Индустриальный районный суд города Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Костяной Н.А.

при секретаре Федулеевой Д.Ю.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о вселении, обязании не чинить препятствий в пользовании жилым помещением, передаче комплекта ключей и определении порядка пользования жилым помещением,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3, в котором просила: вселить ее в жилое помещение (квартиру), расположенную по адресу: <адрес>., обязать ФИО3 не чинить препятствий в пользовании указанной квартирой, обязать ФИО3 передать ей комплект ключей от квартиры, определить порядок пользования жилым помещением.

В обоснование требований ФИО1 указала, что является давней приятельницей и близким человеком умершей ФИО2, которая в силу преклонного возраста и состояния здоровья нуждалась в постоянном уходе. Истец на протяжении длительного времени, вплоть до смерти наследодателя, фактически проживала с ней, осуществляя полный уход: приготовление пищи, уборку, гигиенические процедуры. Родственники, включая дочь ФИО3, этой помощи не оказывали. В благодарность за заботу и осознавая отсутствие поддержки со стороны родных, ФИО2 обратилась к нотариусу и составила завещание в пользу ФИО1

После смерти ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 открылось наследство, в состав которого вошла квартира по адресу: <адрес>. ФИО1 являлась наследницей по завещанию. ФИО3 – дочь умершей, как нетрудоспособная на момент открытия наследства, имела право на обязательную долю в наследстве.

ФИО1 в установленный законом срок обратилась к нотариусу ФИО7 с заявлением о принятии наследства и ДД.ММ.ГГГГ получила свидетельство о праве на наследство по завещанию (№ <адрес>1), подтверждающее возникновение у нее права общей долевой собственности на <данные изъяты> доли в указанной квартире. Оставшаяся <данные изъяты> доля в праве собственности на квартиру принадлежит ФИО3

Данная квартира является для нее единственным пригодным для постоянного проживания жилым помещением, иного жилья в собственности она не имеет. Однако со стороны ответчицы ей с момента принятия наследства чинятся систематические и незаконные препятствия во вселении и пользовании квартирой: доступ в помещение ограничен, ключи не передаются.

ФИО1 предпринимала все возможные меры по вселению в квартиру, в частности, обратилась в УМВД России по г. Барнаулу с заявлением о регистрации по месту жительства в спорной квартире, однако получила отказ от 06.02.2024 в связи с отсутствием согласия всех совершеннолетних собственников, то есть из-за противодействия ФИО3, подала настоящее исковое заявление. Ее попытка зарегистрировать право собственности в Росреестре была приостановлена 13.02.2024 ввиду наложенного запрета (ареста) по иску ФИО8

Полученная по завещанию доля в квартире на <адрес> представляет для нее единственную реальную возможность обрести собственное жилье, соответствующее ее потребностям и финансовым возможностям. Квартира является благоустроенной, пригодной для постоянного проживания.

Действия со стороны ответчика ФИО3 оценивает как злоупотребление правом и недобросовестное поведение.

После принятия наследства ФИО1 неоднократно в устной и письменной форме (включая направление уведомления) обращалась к ФИО3 с просьбой предоставить доступ в квартиру и передать комплект ключей. Все эти обращения были проигнорированы или встречены отказом.

ФИО3 сначала выражала условную готовность решить вопрос с ключами, однако впоследствии кардинально изменила позицию, начав отрицать сам факт нахождения ключей у нее.

ФИО3 единолично и самоуправно распоряжается всем помещением, сдавая его в аренду третьим лицам и извлекая из этого доход. При этом ответчица не согласовывала сдачу в аренду с ФИО1, чем нарушила ее право на распоряжение общим имуществом и лишила законной доли в доходе.

ФИО3 имеет в собственности иное благоустроенное жилое помещение по адресу: <адрес> что свидетельствует об отсутствии у той жизненной потребности в проживании именно в спорной квартире.

ФИО3 сознательно создает искусственные препятствия для ее вселения, чтобы лишить квартиру статуса «фактически используемого единственного жилья» истца, тем самым способствуя обращению на нее взыскания в рамках конкурсной массы. Это, по утверждению истицы, является осуществлением прав исключительно с намерением причинить вред (ст. 10 ГК РФ).

ФИО3 в письменных возражениях на иск, исковые требования ФИО1 полагала необоснованными и не подлежащими удовлетворению, ссылаясь на то, что утверждения истицы о том, что я полностью лишаю ее доступа в квартиру, не соответствуют действительности, ФИО1 имеет физическую возможность попасть в квартиру, поскольку ключи от входной двери она мне не возвращала, а замок я не меняла. Ее доступ не утрачен. В квартире никто постоянно не проживает. Одна комната площадью <данные изъяты> кв.м., которая соответствует моей доле, закрыта. Я не сдаю всю квартиру в аренду, как утверждает истица. Доступ во вторую комнату (<данные изъяты> кв.м.) и во все вспомогательные помещения (кухня, санузел, коридор) является свободным. Доступ ФИО1 в квартиру при жизни моей матери был связан не с ее правом собственности, а с возмездным договором на оказание услуг по уходу, что само по себе не порождает безусловного права на вселение после возникновения права собственности. ФИО1, приобретя долю в собственности, полностью уклоняется от исполнения связанных с этим финансовых обязанностей. Она не участвует в оплате расходов по текущему содержанию общего имущества и коммунальных услуг, перекладывая бремя их содержания на меня. Такое поведение нарушает баланс прав и обязанностей участников долевой собственности. Единственным законным и справедливым способом разрешения сложившейся ситуации, соответствующем принципам долевой собственности, является определение судом порядка пользования жилым помещением. Квартира технически для этого приспособлена: состоит из двух изолированных комнат разной площади (<данные изъяты> кв.м.) и мест общего пользования (кухня, ванная, туалет, коридор).

Ответчица ФИО3 и ее представитель в судебное заседание не явились, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела. В ходатайстве об отложении было отказано про причине признания причин неявки неуважительными.

В судебном заседании присутствовали представитель истца, представитель третьего лица ФИО4, конкурсный управляющий.

Иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. На основании ст. 167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Суд, заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Согласно ч. 1 ст. 30 Жилищного кодекса РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования.

Право собственности является вещным правом и предоставляет собственнику возможность непосредственного воздействия на принадлежащую ему вещь. Лишение собственника возможности владеть и пользоваться своим имуществом, если такое лишение не основано на законе или решении суда, является нарушением его абсолютного права.

В силу ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. В данном случае имеет место классическое нарушение – воспрепятствование доступу к имуществу. Поведение ответчицы, выразившееся в изменчивой позиции относительно ключей и в поддержке аргументов, направленных на лишение истца жилища в другом процессе, является активным действием по созданию и поддержанию такого нарушения.

Согласно ч. 4 ст. 3 Жилищного кодекса РФ никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом и другими федеральными законами. Ограничение права пользования, чинимое ответчицей, не основано ни на одном из предусмотренных законом оснований. Более того, мотивация этого ограничения, связанная с попыткой повлиять на исход арбитражного дела о банкротстве, является противоправной и не может служить основанием для умаления права собственности истца.

В ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО1 является собственником <данные изъяты> доли, а ФИО3 – собственником <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру. Право возникло в порядке универсального правопреемства (наследования).

Доказательствами (отказ УМВД, исковые заявления истца, объяснения сторон, материалы предшествующих судебных заседаний) подтверждается, что со стороны ФИО3 осуществляются действия, фактически лишающие ФИО1 возможности владеть и пользоваться ее долей в общем имуществе. Ключевым доказательством наличия препятствий являются не только пассивное бездействие, но и активное, непоследовательное поведение самой ответчицы, изменение позиции относительно ключей, а именно первоначальные заявления о готовности передать ключи с последующим переходом к их отрицанию прямо свидетельствуют о нежелании предоставить истцу доступ в квартиру и о сознательном создании искусственных преград. Возражение по иску о вселении, мотивированное включением имущества в наследственную массу в деле о банкротстве. Само по себе данное возражение, заявленное ФИО3 или поддерживаемое ею, раскрывает ее истинные мотивы. Оно доказывает, что препятствия вселению чинятся не в связи с какими-либо законными спорами о порядке пользования между сособственниками, а именно с целью воспрепятствования реализации истцом своего права на жилище, чтобы лишить квартиру статуса «единственного жилья» в целях банкротства наследодателя. Такая позиция является злоупотреблением правом и подтверждает, что ответчица использует свое фактическое владение квартирой не для защиты своих законных интересов как сособственника, а как инструмент давления на истицу в рамках совершенно другого (арбитражного) спора. Это поведение прямо противоречит принципам добросовестности и разумности, требуемым гражданским законодательством.

Представленные по запросам суда ответы из Управления Росреестра по Алтайскому краю, иные доказательства однозначно свидетельствуют об отсутствии каких-либо зарегистрированных прав ФИО1 на иные жилые помещения. Доводы о регистрации или проживании истца по другим адресам, не опровергают этого ключевого факта, поскольку не свидетельствуют о наличии у нее права собственности или иного вещного права на другое жилое помещение. Проживание в арендуемом жилье не может рассматриваться как эквивалент наличия собственного жилья.

Суд также принимает во внимание судебные акты по делу о банкротстве ФИО2 Так, Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2025 требования ФИО1 удовлетворены, и <данные изъяты> доли в спорной квартире исключены из конкурсной массы. Отменяя решение об отказе в исключении из конкурсной массы, Апелляционный суд, указывал, что цель нормы об имущественном иммунитете единственного жилья (ст. 446 ГПК РФ) – защита конституционного права на жилище (ст. 40 Конституции РФ) и обеспечение гражданину и его семье минимально необходимого уровня существования. Ключевым критерием является отсутствие у гражданина в собственности иного пригодного для постоянного проживания помещения. Требование о фактическом совместном проживании не должно толковаться формально и приводить к отказу в защите, если гражданин не может вселиться в принадлежащее ему жилье по независящим от него причинам. В данном случае у ФИО1 имелись объективные причины, в частности противодействие сособственника (ФИО3), подтвержденное отдельным наличием данного судебного спора.

Действия ФИО1 по принятию наследства и защите своего права на жилище не являются злоупотреблением правом. Суд не соглашается с доводами о недобросовестности истца и ее намерении создать искусственные препятствия для кредиторов. Право на жилище и право собственности относятся к основным правам человека и гражданина, защищаемым Конституцией. Их осуществление не может быть поставлено в зависимость от имущественных интересов кредиторов наследодателя, если закон (ст. 446 ГПК РФ) предоставляет такую защиту. Апелляционный арбитражный суд, специально исследовавший этот вопрос, не усмотрел в действиях ФИО1 злоупотребления правом. Все действия истца (принятие наследства, обращение за регистрацией, подача иска о вселении) являются законными способами защиты своих прав. Напротив, именно поведение ответчицы ФИО3, выражающееся в создании искусственных и мотивированных иными судебными спорами препятствий, демонстрирует признаки недобросовестности. Факт непроживания истца в квартире на момент рассмотрения дела не имеет преюдициального значения для разрешения спора о вселении. Этот факт является прямым следствием установленных судом активных и пассивных действий ответчицы по нарушению прав истца, а не их причиной.

В соответствии со ст. 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия – в порядке, устанавливаемом судом.

Поскольку соглашение между ФИО1 и ФИО3 не достигнуто, а ответчица своим поведением создает препятствия для совместного пользования, суд обязан определить правовой режим владения и пользования общим имуществом, устранив имеющиеся препятствия.

При таких обстоятельствах суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению требования ФИО1 о вселении в квартиру, возложении обязанности не чинить препятствия в пользовании жилым помещением (квартирой), а также передать ФИО1 комплект ключей от жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>

Учитывая техническую возможность разграничения порядка пользования (квартира состоит из двух изолированных комнат разной площади и мест общего пользования), суд, руководствуясь ст. 247 ГК РФ, считает необходимым и справедливым определить порядок согласно варианту, предложенному истцом, что пропорционально долям сторон в праве собственности, тем более, ранее ФИО3, обращаясь со встречным иском, предлагала именно такой же порядок пользования. Такой подход позволяет обеспечить реализацию прав обоих сособственников.

Поэтому в этой части исковые требования суд также находит обоснованными.

На основании ст. 98 ГПК РФ в пользу истца с ответчика подлежат взысканию расходы по уплате госпошлины в размере 3300 руб.

Руководствуясь 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Вселить ФИО1 в жилое помещение (квартиру), расположенную по адресу: <адрес>

Обязать ФИО3 не чинить препятствия ФИО1 в пользовании жилым помещением (квартирой), расположенной по адресу: <адрес>.

Обязать ФИО3 передать ФИО1 комплект ключей от жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>

Определить порядок пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес> в следующем порядке:

Выделить в индивидуальное пользование ФИО1 комнату площадью <данные изъяты> кв.м, лоджию.

Выделить в индивидуальное пользование ФИО3 комнату площадью <данные изъяты> кв.м.

Выделить в общее пользование ФИО1 ФИО3 кухню площадью 6,9 кв.м., ванную комнату 2,4 кв.м, туалет площадью 1,1 кв.м., встроенный шкаф 1,0 кв.м, коридор площадью 7,7 кв.м.

Взыскать с ФИО3 по пользу ФИО1 расходы по оплате госпошлины в размере 3300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Алтайского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Индустриальный районный суд города Барнаула.

Судья Н.А. Костяная

Мотивированное решение изготовлено 08.12.2025.

Верно, Судья Н.А. Костяная

Секретарь судебного заседания

Решение по состоянию на 08.12.2025 не вступило в законную силу Д.Ю. Федулеева

Подлинник решения находится в материалах дела №2-2971/2025

секретарь судебного заседания Д.Ю. Федулеева