Дело № 2-61/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 января 2023 года Томский районный суд Томской области в составе:

председательствующего судьи Точилина Е.С.

при секретаре Никодимова Н.Ю.,

помощник судьи Руди Ю.А.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

третьего лица ФИО3,

помощника прокурора Чаусовой Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по иску ФИО1 к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Лоскутовская районная поликлиника» о возмещении морального и физического вреда, причиненных ненадлежащим исполнением обязанностей по оказанию медицинской помощи,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Лоскутовская районная поликлиника» (далее – ОГБУЗ «Лоскутовская РП») о возмещении морального и физического вреда, причиненных ненадлежащим исполнением обязанностей по оказанию медицинской помощи в общей сумме 1 000 000 рублей.

В обоснование требований указал, что 15.01.2021 в связи с высокой температурой, потерей обоняния, тошнотой, болью в мышцах и общим недомоганием обратился в ОГБУЗ «Лоскутовская РП» с целью вызова врача на дом. Для оказания медицинской помощи прибыл врач ФИО3, который выслушал жалобы истца, измерил температуру, послушал легкие стетоскопом. После этого выписал рецепт на антибиотик Sumamed и оформил электронный больничный лист. Врачу было сообщено, что у истца пропало обоняние, а 11.01.2021 на работе был прямой контакт с лицом, заболевшим новой коронавирусной инфекцией. Кроме этого, истец сообщил, что ему исполнилось 69 лет и у него имеется хроническое онкологическое заболевание. На просьбу истца взять мазок для проведения ПЦР-теста врач ответил отказом и ушёл. Впоследствии состояние здоровья истца резко ухудшилось, и супруга истца вызвала скорую помощь. ПЦР-тест, взятый 18.01.2021, подтвердил заболевание новой коронавирусной инфекцией. Истца перевели в респираторный госпиталь ОГАУЗ «ТОКБ», где он находился в реанимационном отделении, в том числе 10 дней под аппаратом искусственной вентиляции легких. За время болезни потерял 10 килограммов массы тела, заново учился держать равновесие и ходить. В настоящее время требуется специальное питание, так как до сих пор не восстановился желудочно-кишечный тракт. Тяжелое течение заболевания привело к обострению хронических заболеваний и появлению новых, в частности, резко ухудшилось зрение. До настоящего времени истец продолжает испытывать трудности с дыханием, обострились проблемы с сердечно-сосудистой системой, не восстановилось обоняние, стали болеть суставы. Кроме того, ухудшились когнитивные способности, что повлияло на способность выполнять свою профессиональную деятельность. По мнению истца действия врача ОГАУЗ «Лоскутовская РП», не взявшего ПЦР-тест, привели к том, что лечение от коронавирусной инфекции началось только 20.01.2021, в результате чего истцу были причинены тяжелые моральные и физические страдания, компенсация которых оценена в 1 000 000 рублей. Направленная истцом претензия от 26.11.2021 оставлена без ответа.

В письменном отзыве на исковое заявление представитель ответчика ФИО2 указал, что врач отделения неотложной помощи не проводит тесты на COVID-19, его задача при первичном посещении пациента определить необходимость тестирования и передать информацию специально сформированной бригаде, а ведение пациента участковому терапевту. Поскольку 15.01.2021 выпадало на пятницу, указанные действия могли быть реализованы врачом не раньше понедельника. Кроме того, в спорный период наблюдались задержки в получении результатов тестирования, в связи с чем нормальной практикой являлось назначение лечения не диагностированного COVID-19 при наличии признаков заболевания, что и было сделано врачом ФИО3 Врач в соответствии с временными методическими рекомендациями по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции назначил необходимые медикаментозные средства, выписал рецепт на антибиотик, рекомендовал в случае ухудшения самочувствия вызывать скорую помощь. Клиническое состояние пациента на день посещения не требовало госпитализации. Требования об обязательной госпитализации пациентов старше 65 лет не было. Решение о госпитализации 17.01.2021 принято бригадой скорой помощи с учетом ухудшения состояния пациента. При медицинских осмотрах зафиксировано, что ФИО1 контакт с инфицированными отрицал. Дальнейшее ухудшение состояния истца, необходимость проведения операций на глазах являются индивидуальными реакциями организма. Врач-терапевт отделения неотложной помощи оказал ФИО1 медицинскую помощь надлежащим образом, избегая затягивания начала лечения пациента от предполагаемой новой коронавирусной инфекции в связи с имевшимися задержками лабораторного тестирования.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ОГАУЗ «Томская районная больница», ОГАУЗ «ТОКБ», ОГБУЗ «МСЧ №2», надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание представителей не направили.

Суд в соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации счел возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие неявившихся лиц, извещённых надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснил, что заявленная ко взысканию сумма обусловлена тяжестью перенесенных страданий и наступившими последствиями, поскольку из-за болезни истец мог погибнуть. Согласно методическим рекомендациям истец должен был быть госпитализирован, а лечение должно было быть упреждающим. Но из-за невыполнения обязанностей по диагностике истцом не была получена качественная медицинская помощь, фактически лечение назначено не было.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление. Дополнительно пояснил, что лечение от коронавирусной инфекции истец получил в день вызова врача на дом, а результат теста можно было бы ждать до 10 дней. В поликлинике сложилась практика, что если были симптомы коронавирусной инфекции, то назначалось соответствующее лечение без теста, что и было сделано врачом ФИО3 Истец тяжело перенес болезнь в силу своего возраста.

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании пояснил, что ФИО5 было назначено полноценное лечение, выписан рецепт на антибиотик, а при ухудшении самочувствия рекомендовано вызвать скорую медицинскую помощь, однако, исходя из записей от 17 и 18 января, возможно истец не принимал назначенное лечение.

Помощник прокурора Томского района Томской области Чаусова Е.С. в своем заключении полагала, что иск полежит удовлетворению в части компенсации морального вреда в размере 70 000 рублей.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришел к следующему.

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В соответствии с пунктом 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» охрана здоровья граждан – это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи.

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5-7).

Согласно пунктам 3 и 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент – физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи – это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно части 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (в редакции, действовавшей на 15.01.2021) медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 названного Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из положений параграфа 4 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит, в том числе, компенсация морального вреда.

Как разъяснено в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из изложенного следует, что в случае причинения работниками медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда – медицинской организации или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

Такой вывод также нашел свое отражение в определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации № 75-КГ21-4-КЗ от 21.02.2022.

Из содержания искового заявления ФИО1 следует, что основанием для обращения в суд с требованиями о компенсации морального вреда послужило ненадлежащее, по мнению истца, оказание ему медицинской помощи врачом ОГБУЗ «Лоскутовская РП» ФИО3, в результате которого был неверно поставлен диагноз, не было начато надлежащее лечение, что в итоге привело к тяжелому течению заболевания и появлению осложнений.

Применительно к спорным отношениями в соответствии с действующим правовым регулированием ответчик ОГБУЗ «Лоскутовская РП» должен доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО1 в связи с ненадлежащим исполнением обязанностей по оказанию медицинской помощи, а также доказать правомерность своих действий.

Материалами дела подтверждается и не оспаривалось лицами, участвующими в деле, что ФИО1 15.01.2021 обратился по телефону в ОГБУЗ «Лоскутовская РП» с целью вызова врача на дом в связи с признаками заболевания.

Врач ФИО3 при выезде на дом к ФИО1, выслушав жалобы пациента на головную боль, озноб, першение в горле, сухой кашель и слабость, произведя осмотр, поставил диагноз – острая инфекция верхних дыхательных путей неуточненная, что следует из записи о приеме от 15.01.2021.

Согласно указанной записи истцу было рекомендовано наблюдение у участкового терапевта, соблюдение санитарно-гигиенических мероприятий, обильное теплое питье, орошение глотки «Мирамистином», при появлении сухого кашля – «Коделак Бронхо», парацетамол при температуре выше 37,8 градусов. Также рекомендован прием «Арбидола», «Гриппферона», «Азитромицина», «Эликвиса». При ухудшении состояния вызвать скорую медицинскую помощь.

Указанное также подтверждается рецептом от 15.01.2021, листом нетрудоспособности №.

Из анамнеза ФИО1 по состоянию на 15.01.2021 следует, что истец заболел остро 12.01.2021 при появлении вышеуказанных жалоб, температуры 37,9, контакт с больными COVID-19 отрицал, за последние 2 недели территории Томской области не покидал.

Стороной ответчика не отрицалось, что мазок для проведения ПЦР-тестирования с целью обнаружения коронавируса врач не брал.

Согласно временным методическим рекомендациям по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции, утвержденным заместителем Министра здравоохранения Российской Федерации, в редакции от 26.10.2020 (действовавшей по состоянию на 15.01.2021), в обязательном порядке лабораторное обследование на COVID-19 с применением МАНК проводится, в том числе, лицам старше 65 лет, обратившимся за медицинской помощью с респираторными симптомами.

Основным подходом к терапии COVID-19 в соответствии с назваными рекомендациями должно быть упреждающее назначение лечения до развития полного симптомокомплекса жизнеугрожающих состояний, а именно пневмонии, ОРДС, сепсиса.

В качестве препаратов, которые могут быть использованы при лечении COVID-19, указан, в том числе азитромицин (в сочетании с гидроксихлорохином).

В направлении образцов пациентов с респираторными симптомами, относящихся к группам риска, должно быть отмечено «Cito». Эти образцы должны направляться в лабораторию и исследоваться в приоритетном порядке.

Согласно алгоритму действий медицинских работников, оказывающих медицинскую помощь в амбулаторных условиях, в том числе на дому, пациентам с ОРВИ (приложение № 14 временных методических рекомендаций) для пациентов с ОРВИ легкого течения, относящихся к группе риска предусмотрена госпитализация специализированной выездной бригадой скорой медицинской помощи.

К группе риска относятся лица старше 65 лет; лица с хроническими заболеваниями бронхолегочной, сердечно-сосудистой, эндокринной системы; системными заболеваниями соединительной ткани; хронической болезнью почек; онкологическими заболеваниями; иммунодефицитами; болезнями двигательного нейрона; циррозом печени; хроническими воспалительными заболеваниями кишечника.

Из представленных в материалы дела медицинских документов, в частности из карточки осмотра в стационаре от 17.01.2021 следует, что ФИО1 состоит на учете у гематолога в связи с наличием хронического лимфоцитарного лейкоза, то есть онкологического заболевания.

Кроме того, на момент осмотра истца врачом ФИО3 истцу исполнилось 69 лет.

Таким образом, ФИО1 в соответствии с методическими рекомендациями является лицом, относящимся к группе риска, а именно старше 65 лет, имеющим онкологическое заболевание.

Перечисленные в указанных методических рекомендациях действия врачом ОГБУЗ «Лоскутовская РП» не были выполнены в полном объеме, поскольку не были выполнены лабораторное обследование на COVID-19 с применением МАНК, а также вызов специализированной выездной бригадой скорой медицинской помощи.

Кроме того, истцу 15.01.2021 был поставлен неверный диагноз, поскольку согласно медицинской карте № 1-1334 при госпитализации 17.01.2021 ФИО1 был поставлен диагноз внебольничная левосторонняя сегментарная пневмония, вызванная новой коронавирусной инфекцией, подтвержденной методом ПЦР.

В этой связи суд приходит к выводу о наличии со стороны ответчика дефектов оказания медицинской помощи, имевших место 15.01.2021.

Каких-либо доказательств, подтверждающих правомерность своих действий стороной ответчика не представлено, также как не представлено доказательств наличия оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

Таким образом, суд находит обоснованными доводы истца о том, что в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи ответчиком, ФИО1 заболевание, вызванной новой коронавирусной инфекцией, перенес тяжелее, чем мог бы при своевременной и качественной медицинской помощи.

При отсутствии каких-либо доказательств со стороны ответчика, учитывая состязательность и равноправие сторон, а также распределение бремени доказывания по данной категории дел, суд также считает установленным факт обострения и появления новых хронических заболеваний, ухудшение зрения у истца в результате некачественно оказанной ОГБУЗ «Лоскутовская РП» медицинской помощи.

В этой связи требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда является обоснованным.

В соответствии с положениями пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Из медицинской карты № стационарного больного на имя ФИО1 следует, что последний доставлен в ОГАУЗ «ТОКБ» 18.01.2021 по экстренным показателям позже 24 часов после начала заболевания с диагнозом коронавирусная инфекция, подтвержденным лабораторным тестированием, тяжелого течения осложненного внебольничной полисегментарной 2-сторонней пневмонией смешанной этиологии при наличии хронических заболеваний.

В письменном отзыве на исковое заявление представитель третьего лица ОГАУЗ «ТОКБ», не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6 указала, что ФИО1 доставлен 18.01.2021 в ОГАУЗ «ТОКБ» в порядке скорой медицинской помощи переводом из ОГБУЗ «МСЧ № 2», где находился в период с 17.01.2021 по 18.01.2021 с основным диагнозом «внебольничная левосторонняя сегментарная пневмония с локализацией в S6, вызванной коронавирусной инфекцией, подтвержденной методов ПЦР. Несмотря на проводимую терапию в состоянии истца отмечалась отрицательная динамика, нарастание дыхательной недостаточности, в связи с чем истец в период с 22.01.2021 по 31.01.2021 переведен в отделение анестезиологии и реанимации респираторного госпиталя для наблюдения и лечения, где осуществлялась респираторная поддержка в режиме неинвазивной вентиляции легких через маску. 31.01.2021 истец переведен в отделение терапии для дальнейшего лечения. 09.02.2021 выписан с диагнозом: коронавирусная инфекция COVID-19 (тяжелое течение).

Из дневников, помещенных в медицинскую карту № за период с 23.01.2021 по 29.01.2021 следует, что состояние истца было тяжелым, нестабильным, с отрицательной динамикой в виде нарастания дыхательной недостаточности.

Кроме того, последствием тяжелого течения перенесенного истцом заболевания, явилось ухудшение зрения, что следует из выписок из медицинской карты за период с 06.07.2021 по 12.07.2021 и с 08.09.2021 по 14.09.2021. В результате ухудшения зрения истец перенес операции по замене хрусталика левого глаза 07.07.2021 и правого глаза 09.09.2021.

Ответчиком не опровергнута связь указанных последствий с действиями по некачественному оказанию медицинской помощи.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что истец по вине ответчика на протяжении времени с 15.01.2021 по 09.02.2021 перенес заболевание, вызванной новой коронавирусной инфекцией, тяжелее чем мог бы при надлежащей организации лечебного процесса, при этом тяжесть заболевания обусловила появление последствий в виде ухудшения зрения, трудностей с дыханием, ухудшения когнитивных способностей и других связанных проблем со здоровьем.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, длительность лечения, тяжесть течения заболевания, наступившие последствия для здоровья, суд приходит к выводу о том, что ответчик ОГБУЗ «Лоскутовская РП» обязано компенсировать причиненный ФИО1 моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях последнего, обусловленных ненадлежащим исполнением ответчиком обязанностей по оказанию медицинской помощи, в размере 80 000 рублей.

Заявленная истцом ко взысканию сумма в размере 1 000 000 рублей не соответствует требованиям разумности и справедливости с учётом установленных судом обстоятельств.

Таким образом, иск ФИО1 подлежит удовлетворению частично в размере 80 000 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 названного Кодекса.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (часть 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Истцом при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, что подтверждается чеком-ордером от 25.07.2022 на сумму 300 рублей.

Таким образом, с ОГБУЗ «Лоскутовская РП» в пользу ФИО1 подлежит взысканию сумма в размере 300 рублей в счёт возмещения судебных расходов по уплате государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 <данные изъяты> к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Лоскутовская районная поликлиника» (ИНН <***>) о возмещении морального и физического вреда, причиненных ненадлежащим исполнением обязанностей по оказанию медицинской помощи удовлетворить частично.

Взыскать с областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Лоскутовская районная поликлиника» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 80 000 рублей.

Взыскать с областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Лоскутовская районная поликлиника» в пользу ФИО1 в счёт возмещения судебных расходов государственную пошлину в размере 300 рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Томский областной суд через Томский районный суд Томской области в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий /подпись/ Точилин Е.С.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 03.02.2023 /подпись/

Копия верна

Подлинник подшит в деле № 2-61/2023

Судья Точилин Е.С.

Секретарь Никодимова Н.Ю.

УИД 70RS0005-01-2022-002089-61