Дело №
УИД 86RS0№-90
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
<адрес> 13 января 2026 года
Когалымский городской суд <адрес>-Югры в составе председательствующего судьи Трифанова В.В.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО14,
с участием представитель истца ФИО2 – ФИО24, действующей на основании доверенности,
представителя ответчика Бюджетного учреждения <адрес>-Югры «Когалымская городская больница» ФИО21, действующей на основании доверенности,
представителя ответчика Бюджетного учреждения <адрес>-Югры «Когалымская городская больница» ФИО15, действующего на основании доверенности,
представителя ответчика Бюджетного учреждения <адрес>-Югры «Сургутская окружная клиническая больница» ФИО19, действующей на основании доверенности,
представителя ответчика Бюджетного учреждения <адрес>-Югры «Сургутская окружная клиническая больница» ФИО16, действующей на основании доверенности,
третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО7,
старшего помощника прокурора <адрес> ФИО17,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2, ФИО3, ФИО4 к Бюджетному учреждению <адрес>-Югры «Когалымская городская больница», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения <адрес> «Одинцовская областная больница», Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница ФИО1», Бюджетному учреждению <адрес>-Югры «Сургутская окружная клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда причиненного в результате оказания некачественной медицинской помощи, судебных расходов
УСТАНОВИЛ:
ДД.ММ.ГГГГ истцы ФИО2, ФИО3, ФИО4 обратились в Когалымский городской суд <адрес>-Югры с иском к Бюджетному учреждению <адрес>-Югры «Когалымская городская больница» (далее - по тексту БУ ХМАО-Югры «Когалымская городская больница»), Государственному бюджетному учреждению здравоохранения <адрес> «Одинцовская областная больница» (далее – по тексту ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница»), Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница ФИО1» (далее – по тексту СПб ГБУЗ «Городская больница ФИО1»), Бюджетному учреждению <адрес>-Югры «Сургутская окружная клиническая больница» (далее – по тексту БУ «Сургутская окружная клиническая больница») о взыскании компенсации морального вреда в связи с некачественным оказанием медицинской помощи.
В обоснование исковых требований указали, что ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В качестве причины смерти в свидетельстве о смерти указаны недостаточность левого желудочка 150.1; миокардит острый 140.9, полиартериит узелковый с поражением лёгких М30.1. Летом 2020 года у ФИО5 начались приступы сухого кашля, первоначально он – ФИО4 лечился в инфекционном госпитале <адрес> в подмосковном парке «Патриот». Выписан был формально с улучшением, однако самочувствие не улучшалось. С ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении во 2 терапевтическом отделении (6 инфекционное отделение) с диагнозом НКИ, среднетяжелое течение, осложненное левосторонней нижнедолевой пневмонией и интоксикационным синдромом СПб ГБУЗ «Городская больница ФИО1». В мае 2021 года его – ФИО4 вновь стала беспокоить одышка. При проведении КТ ОГК обнаружены признаки пневмонии справа и слева. После проведённого лечения состояние не улучшилось. В декабре 2021 года ФИО12 вновь заболел новой коронавирусной инфекцией. После проведённой терапии уменьшилась одышка, но общее самочувствие не улучшалось. С февраля 2022 года у ФИО12 опять резко ухудшилось состояние, он – ФИО4 вновь был госпитализирован, и снова выписан без улучшений. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО12 в очередной раз находился в больнице, в инфекционном отделении СОКБ, где ему был выставлен диагноз ОРВИ, конкурентно бронхиальная астма, осложненная внебольничной пневмонией. И снова он – ФИО4 был выписан, несмотря на плохое самочувствие и жалобы на одышку, слабость, кашель с мокротой, боли в грудной клетке справа. По приезду в Когалым <адрес>-Югры сразу поступил в инфекционное отделение Когалымской городской больницы <адрес>-Югры, где находился на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Ему был выставлен диагноз внебольничная двусторонняя полисегментарная вирусно-бактериальная пневмония, тяжелое течение ДН2 (J12/9), сопутствующий - бронхиальная астма, экзогенная форма, среднетяжелое персистирующее течение, частично контролируемая, обострение (J45.9), сопутствующий острый гнойный фронтит справа. Острый катаральный двусторонний в/ч синусит (J01/4), выписан формально с улучшением, однако фактически ФИО12 чувствовал себя очень плохо. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО12 вновь находился на лечении в Когалымской городской больнице <адрес>-Югры, в терапевтическом отделении, с теми же жалобами, и вновь выписан с улучшением, при том что на самом деле ему – ФИО4 не становилось лучше. ДД.ММ.ГГГГ он - ФИО18 был доставлен в приемное отделение Когалымской городской больницы <адрес>-Югры. Выписан с заключением о наличии болевого синдрома, малой эффективности от лечения, нарастания СРБ до 94.1, лейкоцитов до 18.8 - с рекомендацией наблюдаться и лечиться у терапевта амбулаторно. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 скончался в Когалымской городской больнице <адрес>-Югры. На протяжении длительного времени до момента смерти ФИО4 беспокоили приступы удушья, кашель, одышка. От начала заболевания и до момента смерти ему - ФИО4 так и не был выставлен окончательный диагноз, не назначено корректное лечение. Ему не были проведены надлежащие исследования, не выдавалось направление на пункцию лёгких, он - ФИО4 практически жил в больницах, страдал от постоянных болей, однако должного лечения так и не получил. В феврале текущего года истец ФИО2 обратился в филиал ООО «Капитал медицинское страхование» с заявлением о проведении экспертизы качества медицинской помощи, оказываемой ФИО5 ответчиками в период с мая 2020 года по день его смерти. Из ответа на заявление следует, что страховая организация не располагает сведениями о согласии ФИО4 на разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, в связи с чем документы по проведенной экспертизе не были предоставлены. Истец ФИО4 также обратилась в филиал ООО «Капитал медицинское страхование» с заявлением о выдаче ей - ФИО4 копий заключения экспертизы качества медицинской помощи, оказанной ФИО4 Медицинские документы ФИО4 предоставлены не были, однако из ответа на заявление следует, что в результате экспертизы выявлен ряд дефектов оказания медицинской помощи ФИО4, указано, что к медицинским организациям будут применены штрафные санкции. Исходя из изложенного, истцы считают, что всеми лечебными учреждениями, в которых ФИО12 проходил лечение, медицинские услуги ему - ФИО4 оказывались некачественно, что в результате привело к его гибели. В результате смерти ФИО4 истцам причинён существенный моральный вред, выражающийся в переживаемых тяжелых нравственных страданиях, до настоящего времени истцы не могут смириться с утратой близкого человека. Осознание того, что ФИО12 можно было спасти оказанием своевременной квалифицированной медицинской помощи, причиняет истцам дополнительные нравственные страдания. Считают, что в случае оказания ФИО12 своевременной квалифицированной медицинской помощи он был бы жив. В результате некачественного оказания медицинских услуг и наступления тяжких последствий в виде смерти ребенка. Истцы просят взыскать с каждого из ответчиков компенсацию морального вреда, причиненного работниками ответчиков при исполнении трудовых обязанностей в размере по 1000000 (один миллион) рублей 00 копеек в пользу каждого истца.
Протокольным определением Когалымского городского суда <адрес>-Югры от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена врач инфекционист БУ «Сургутская окружная клиническая больница» ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
Протокольным определением Когалымского городского суда <адрес>-Югры от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены врачи Бюджетного учреждения <адрес>-Югры «Когалымская городская больница» ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11.
Протокольным определением Когалымского городского суда <адрес>-Югры от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Капитал медицинское страхование».
Представитель истца ФИО2 – ФИО24, в судебном заседании пояснила, что на исковых требованиях настаивает по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Представители ответчика Бюджетного учреждения <адрес>-Югры «Сургутская окружная клиническая больница» ФИО19, ФИО20, пояснили, что исковые требования не подлежат удовлетворению по основаниям, изложенным в возражении на исковое заявление, письменный текст которых приобщён к материалам дела, дополнительно пояснили, что согласно заключения экспертов Казенного учреждения <адрес>-Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы», Автономной некоммерческой организации «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» нарушений действующего порядка, стандартов и клинических протоколов оказания медицинской помощи на этапе проведения лечебно-диагностических мероприятий, недостатков оказания медицинской помощи ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения лечебным учреждением не выявлено, причинно-следственной связи между действиями лечебного учреждения и наступившими последствиями в виде смерти ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения не имеется (Т.1 л.д.164-167).
Представители ответчика Бюджетного учреждения <адрес>-Югры «Когалымская городская больница» ФИО21, ФИО15, пояснили, что исковые требования не подлежат удовлетворению по основаниям, изложенным в возражении на исковое заявление письменный текст которых приобщен к материалам дела, дополнительно пояснили, что согласно заключения экспертов Казенного учреждения <адрес>-Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы», Автономной некоммерческой организации «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» нарушений действующего порядка, стандартов и клинических протоколов оказания медицинской помощи на этапе проведения лечебно-диагностических мероприятий, недостатков оказания медицинской помощи ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения лечебным учреждением не выявлено, причинно-следственной связи между действиями лечебного учреждения и наступившими последствиями в виде смерти ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения не имеется (Т.1 л.д.11-115).
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО7, пояснила, что исковые требования истца не подлежат удовлетворению.
Истец ФИО2, извещен надлежащим образом о дате и времени судебного заседания, в судебное заседании не явился, причин не явки не сообщил, с просьбой об отложении судебного заседания не обращался, обеспечил явку в судебное заседание представителя ФИО24
Истцы ФИО3, ФИО4 извещены надлежащим образом о дате и времени судебного заседания, в судебное заседании не явились, причин не явки не сообщили, с просьбой об отложении судебного заседания не обращались.
Представитель ответчика Санкт - Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница ФИО1», извещен надлежащим образом о дате и времени судебного заседания, в судебное заседание не явился, просит рассмотреть дело в отсутствие представителя учреждения, в удовлетворении исковых требований отказать по основаниям, изложенным в возражении на исковое заявление, письменный текст которых приобщен к материалам дела (Т.2-л.236-237, Т.4 л.д.1-3).
Представитель ответчика Государственного бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «Одинцовская областная больница», извещен надлежащим образом о дате и времени судебного заседания, в судебное заседание не явился, просит рассмотреть дело в отсутствие представителя учреждения в удовлетворении исковых требований отказать по основаниям, изложенным в возражении на исковое заявление письменный текст которых приобщен к материалам дела.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, врач инфекционист БУ «Сургутская окружная клиническая больница» ФИО6, извещена надлежащим образом о дате и времени судебного заседания в судебное заседание не явилась, причин не явки не сообщила, с просьбой об отложении судебного заседания не обращалась.
Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, врачи Бюджетного учреждения <адрес>-Югры «Когалымская городская больница» ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 извещены надлежащим образом о дате и времени судебного заседания в судебное заседание не явились, причин не явки не сообщили, с просьбой об отложении судебного заседания не обращались.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Капитал медицинское страхование» извещен надлежащим образом о дате и времени судебного заседания в судебное заседание не явился, причин не явки не сообщил, с просьбой об отложении судебного заседания не обращался.
Суд, руководствуясь положениями, статьи 167 ГПК РФ, с учетом мнения сторон, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся сторон.
Заслушав пояснения представителя истца ФИО2 – ФИО24, пояснения представителей ответчика БУ «Когалымская городская больница» ФИО21, ФИО15, пояснения представителей ответчика БУ «Сургутский окружной клинический центр» ФИО19, ФИО16, заключение старшего помощника прокурора <адрес> ФИО17, полагавшей, что исковые требования истцов не подлежат удовлетворению, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее по тексту - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Как следует из материалов гражданского дела и установлено судом истцы ФИО2 и ФИО3 являются родителями ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, истец ФИО4, приходятся сестрой – ФИО4, указанные обстоятельства подтверждены материалами дела и сторонами не оспариваются (Т.1 л.д.11-12).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения умер, о чем сделана запись акта о смерти № Отделом ЗАГС Администрации <адрес> ХМАО-Югры (Т.1 л.д.13).
Из искового заявления следует, что ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в разные периоды времени с ДД.ММ.ГГГГ по день смерти ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении в Бюджетном учреждении <адрес>-Югры «Когалымская городская больница», Государственном бюджетном учреждении здравоохранения <адрес> «Одинцовская областная больница», Санкт-Петербургском государственном бюджетном учреждении здравоохранения «Городская больница ФИО1», Бюджетном учреждении <адрес>-Югры «Сургутская окружная клиническая больница». В результате некачественного оказания медицинских услуг ответчиками наступили неблагоприятные последствия в виде смерти ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В результате смерти ФИО4 истцам причинён существенный моральный вред, выражающийся в переживаемых тяжелых нравственных страданиях, до настоящего времени истцы не могут смириться с утратой близкого человека. Осознание того, что ФИО4 можно было спасти оказанием своевременной квалифицированной медицинской помощи, причиняет истцам дополнительные нравственные страдания, размер компенсации морального вреда причиненного работниками лечебных учреждений при исполнении трудовых обязанностей истцы оценивают в размере по 1000000 (один миллион) рублей 00 копеек в пользу каждого, указанную сумму просят взыскать с ответчиков.
Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Частью 1 статьи 55 того же Кодекса предусмотрено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона обязана представить доказательства в обоснование своих доводов и возражений. При отсутствии у стороны возможности такие доказательства добыть самостоятельно, по её ходатайству судом может быть оказано содействие в собирании доказательств.
В рамках полномочий, предусмотренных статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом в судебном заседании исследован вопрос о назначении судебной медицинской экспертизы, поскольку для правильного разрешения спора с учетом приведенных выше положений закона необходимо определить юридически значимых обстоятельств, выявления или исключения нарушений при оказании медицинской помощи, оценки своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, причинно-следственную связь между оказанием медицинской помощи ненадлежащего качества в лечебных учреждениях и наступившими последствиями, а именно наступлением смерти ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
В ходе рассмотрения дела на основании определения Когалымского городского суда <адрес>-Югры от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено Казенному учреждению <адрес>-Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы».
Согласно выводам экспертов Казенного учреждения <адрес>-Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы» изложенных в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что по результатам исследования предоставленных на экспертизу медицинских документов, иных материалов гражданского дела, комиссия экспертов пришла к общему мнению, что на всех этапах оказания медицинской помощи пациенту ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, оказывалась надлежащая медицинская помощь, с учётом поставленных диагнозов, как в плане диагностики, так и в плане лечения. Имеющиеся выявленные при экспертизе качества медицинской помощи недостатки не повлияли на течение и развитие заболевания и исход. Диагнозы выставлялись обоснованно, с учетом жалоб, клинических проявлений и подтверждались лабораторно-инструментальными исследованиями. Диагноз бронхиальной астмы выставлен обоснованно, на основании наличия у пациента эозинофилии (высокого уровня эозинофилов в крови), признаков бронхообструкции клинически и при исследовании функции внешнего дыхания (ФВД). Диагностика и лечение новой короновирусной инфекции (НКИ) как в «Когалымской городской больнице», так и в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения <адрес> «Одинцовская областная больница», в Санкт-Петербургском государственном бюджетном учреждении здравоохранения «Городская больница ФИО1» проводилось на основании действующих на тот момент Временных методических рекомендаций «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19)». Диагностика и лечение внебольничной двусторонней пневмонии, бронхиальной астмы проводились в полном объеме в соответствии с клиническими рекомендациями М3 РФ «Внебольничная пневмония у взрослых» 2019 г., «Бронхиальная астма», 2021 <адрес> смерти ФИО4 согласно протоколу патологоанатомического вскрытия № от 2023 года, явился гиперэозинофильный синдром (синдром Леффлера II): Острый эозинофильный эндокардит, миокардит, перикардит (600 мл), гепатит, холецистит, гастрит, пневмонит, нефрит, спленит, мезентерит. Данный диагноз также подтверждается клиническими проявлениями, зафиксированными в медицинских документах, а именно пациент предъявлял постоянно жалобы на одышку (одышка развивается чаще всего в следствии патологии сердца, при этом клинических проявлений самой патологии сердца длительное время может не быть), очагами пневмонита в, лёгких в следствии инфильтрации лёгких эозинофилами (инфильтрация может быть одно и двусторонней, часто наблюдается миграция очагов инфильтрации по данным рентгенографии что также имело место у ФИО4), поражением бронхов в следствии инфильтрации их стенок эозинофилами (что создавало проявления бронхоспазма и имитировало бронхиальную астму); поражением сердца в виде перикардита, миокардита, эндокардита, выпота в перикард (подтверждается данными Эхо КГ от ДД.ММ.ГГГГ 10:4: выпот между листками (перикарда), количество от умеренного до значительного и результатами патологоанатомического исследования). Инфильтрация стенок желчного пузыря и его шейки эозинофилами имела картину острого холецистита, что потребовало проведения экстренного оперативного вмешательства по жизнеугрожающему состоянию, что способствовало смерти больного. В общем анализе крови у ФИО4, начиная с 2022 года практически постоянно фиксировалось увеличение количества эозинофилов в количестве более 1,5x10 в 9 степени, что является характерным для гиперозинофильного синдрома. Гиперэозинофильный синдром - стойкое (> 6 мес.) увеличение числа эозинофилов в периферической крови > 1,5x10 в 9 степени, сопровождающееся поражением органов и тканей. В основе данного заболевания лежит накопление эозинофилов в тканях организма, с развитием в них патологических последствий. Эозинофилы вызывают прямую цитотоксичность, высвобождая вредные вещества локально, такие как ферменты, провоспалительные цитокины, активные формы кислорода, катионные белки и факторы, производные арахидоновой кислоты. Данные вещества повреждают как непосредственно саму ткань органов, так и стенки кровеносных сосудов, что приводит к их воспалению и тромбированию, вызывая ишемию тканей и приводя к ещё большей поврежденности тканей органов. Степень повреждения конечных органов различна, и тяжесть повреждения органов часто не связана со степенью и/или продолжительностью эозинофилии. Прогноз для жизни больных, особенно при поражении сердца, является неблагоприятным, по данным разных авторов, после манифестации заболевания продолжительность жизни может составлять от 2 месяцев до 5 лет. С учётом отсутствия у ФИО4 повышенного уровня эозинофилов в крови на этапе его лечения в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения <адрес> «Одинцовская областная больница», в Санкт-Петербургском государственном бюджетном учреждении здравоохранения «Городская больница ФИО1», поставить ему диагноз гиперэозинофильного синдрома в данных медицинских учреждениях, было не реально. Хотя, по мнению комиссии экспертов, уже тогда была манифестация гиперэозинофильного синдрома у ФИО4 и все последующие обращения ФИО4 за медицинской помощью были именно в следствии гиперэозинофильного синдрома, проявления которого медицинские работники принимали за новую коронавирусную инфекцию, внебольничную пневмонию, бронхиальную астму, острый холецистит и т.д., при этом лабораторные и инструментальные исследования в целом подтверждали поставленные диагнозы. С учётом повышенного уровня эозинофилов в крови у ФИО4 в течение 2022 года и в начале 2023 года (более 6 месяцев), до наступления смерти, заподозрить у него гиперэозинофильный синдром врачи как Бюджетного учреждения <адрес>-Югры «Когалымской городской больницы», так и Бюджетного учреждения <адрес>-Югры «Сургутская окружная клиническая больница», могли, однако данный диагноз выставлен (даже под вопросом) не был, что можно расценивать как недостаток оказания медицинской помощи в указанных выше медицинских учреждениях. Стоит также сказать, что данная патология является крайне редкой (около 7 случаев на 1 миллион человек), что создаёт трудности в её диагностике. В зависимости от причины гиперэозинофильного синдрома, в лечении его чаще всего, используются кортикостероиды (метилпреднизолон, преднизолон, дексаметозон и т.п.), которые ФИО4 получал в течении 2022 года и в 2023 году, ввиду чего картина заболевания была «смазана», прогрессирование сдерживалось и смертельные осложнения развились отсрочено. При этом клинических рекомендаций, стандартов оказания медицинской помощи по гиперэозинофильному синдрому не имеется. С учётом того, что заболевание у ФИО4 (гиперэозинофильный синдром, синдром Леффлера II) имеет неблагоприятный прогноз для жизни даже при своевременной его диагностике и лечении, комиссия экспертов считает, что прямой причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи в Бюджетном учреждении <адрес>-Югры «Когалымская городская больница», Государственном бюджетном учреждении здравоохранения <адрес> «Одинцовская областная больница», Санкт-Петербургском государственном бюджетном учреждении здравоохранения «Городская больница ФИО1», в Бюджетном учреждении <адрес>-Югры «Сургутская окружная клиническая больница» и наступившими последствиями, а именно наступлением смерти ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не имеется (Т.4 л.д.145-157).
ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству представителя истца ФИО2- ФИО24, представителя Бюджетного учреждения <адрес>-Югры «Сургутская окружная клиническая больница», по делу назначена дополнительная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам Автономной некоммерческой организации «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» ОГРН <***>, расположенной по адресу: 115191, <адрес>, пом. II, ком.16.
Согласно заключения комиссии экспертов по результатам судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, комиссия экспертов Автономной некоммерческой организации «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований», пришла к следующему, что лечебно-диагностические мероприятия в отношении ФИО5 проводились своевременно и в полном объеме в соответствии с клинической ситуацией и установленным диагнозом на всех этапах лечения в Бюджетном учреждении <адрес> - Югры «Когалымская городская больница», в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения <адрес> «Одинцовская областная больница», в Санкт-Петербургском государственном бюджетном учреждении здравоохранения «Городская больница ФИО1», в Бюджетном учреждении <адрес>-Югры «Сургутская окружная клиническая больница».
Какие-либо нарушения действующего порядка, стандартов и клинических протоколов оказания медицинской помощи на этапе проведения лечебно-диагностических мероприятий ФИО5 в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения <адрес> «Одинцовская областная больница», Санкт-Петербургском государственном бюджетном учреждении здравоохранения «Городская больница ФИО1», Бюджетном учреждении <адрес> - Югры «Сургутская окружная клиническая больница», Бюджетном учреждении <адрес> - Югры «Когалымская городская больница» не выявлено. Объективных сомнений в правильности первоначального диагноза не возникло.
Недостатков в оказании медицинской помощи ФИО5 в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения <адрес> «Одинцовская областная больница», Санкт-Петербургским государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Городская больница ФИО1», Бюджетном учреждении <адрес> - Югры «Сургутская окружная клиническая больница», Бюджетном учреждении <адрес>-Югры «Когалымская городская больница», не выявлено.
Медицинская помощь в Бюджетном учреждении Ханты - <адрес>-Югры «Когалымская городская больница», в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения <адрес> «Одинцовская областная больница», в Санкт-Петербургском государственном бюджетном учреждении здравоохранения «Городская больница ФИО1», в Бюджетном учреждении <адрес> - Югры «Сургутская окружная клиническая больница» была надлежащего качества. Наступившие последствия, а именно смерть ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, были следствием очень редкого, крайне скрыто текущего, агрессивного аутоиммунного заболевания, в частности разновидности узелкового полиартереита - синдрома Черджа - Стросса. Сложность и драматизм медицинской ситуации заключалась в том, что возникновение и развитие заболевания происходило в период и на фоне эпидемии COVID 19. Невозможно определить в данном случае, на каком этапе вирусная инфекция послужила пусковым фактором развития иммунной реакции уже не против инфекции, а против тканей организма. Распознать, когда изменился механизм патологического процесса, было также невозможно, потому что для спасения миллионов жизней во всем мире в этот период использовались глюкокортикоидные гормоны (для ослабления иммунной реакции на инфекцию), которые у ФИО5 маскировали и ослабляли проявления и без того крайне сложного для диагностики заболевания (узелкового полиартереита - синдрома Черджа - Стросса). Окончательный клинический диагноз установлен в последние дни пребывания пациента в стационаре в терминальной стадии заболевания, когда спасти его уже не было возможности.
На современном этапе развития медицинских знаний в специальной литературе отсутствует информация о достоверной связи индивидуальных особенностей организма с развитием редких аутоиммунных системных заболеваний (когда иммунитет человека вместо защитной функции приобретает агрессивные свойства против органов и систем самого пациента), в частности системных васкулитов, которые нередко приводят к смертельному исходу. Сведений, позволяющих сделать вывод о возможном самолечении ФИО5, в представленных материалах не имеется.
На вопрос: Являются ли имеющиеся при поступлении у ФИО4 эозинофилия крови и наличие гиперактивности по спирометрии характерным для бронхиальной астмы? Ответ: Да, эозинофилия крови и наличие гиперактивности по спирометрии, периодически выявляемые у ФИО4, на разных этапах оказания ему медицинской помощи, характерны для бронхиальной астмы.
На вопрос: Каковы критерии для дифференцирования диагностики эозинофильной пневмонии и бронхиальной астмы? Ответ: Критерии для дифференциальной диагностики эозинофильной пневмонии и бронхиальной астмы следующие: для эозинофильной пневмонии критерием является затемнение в легких с относительно быстрой положительной динамикой процесса по рентгенологическим данным;для бронхиальной астмы критерием является наличие бронхообструктивного синдрома по клиническим (аускультация легких) и инструментальным данным (спирометрия). Общим является наличие в клиническом анализе крови эозинофилии.
На вопрос: На основании каких признаков (результатов анализов, инструментальных исследований и пр.) было возможно на этапе лечения ФИО4 в БУ «Сургутская окружная клиническая больница» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГг заподозрить или распознать наличие у ФИО4 гиперэозинофильного синдрома, с учетом отсутствия при госпитализации пациента (не наблюдавшегося ранее и не лечившегося в БУ «Сургутская окружная клиническая больница») архива анализов за 2022 г., свидетельствующих о повышении уровня эозинофилов в крови в течении 2022 года (более 6 месяцев), и отсутствии органного поражения, а именно: печени, селезенки, легких, сердца? Ответ: Гиперэозинофильный синдром диагностируется при наличии стойкой эозинофилии крови > 1500/мм3 в течение более 6 месяцев (или смерти, связанной наличием признаков и симптомов гиперэозинофильного заболевания) при отсутствии доказательств наличия паразитарных, аллергических или других других известных причин эозинофилии. На основании результатов проведенных в период с 12 по ДД.ММ.ГГГГ исследований в БУ «Сургутская окружная клиническая больница» не было получено объективных оснований для того, чтобы заподозрить у ФИО4 гиперэозинофильный синдром. У данного пациента была бронхиальная астма, которая сопровождается эозинофилией, и не было на тот период системного поражения органов. Также не было возможностей распознать системное поражение органов, поскольку подтвердить данный диагноз возможно только путем микроскопического исследования биопсийного материала пораженного органа. В данном случае могла рассматриваться только биопсия легкого с высоким риском возникновения у ФИО4 в результате проведения биопсии жизненно опасных осложнений. Данная диагностика проводится по решению консилиума в специализированном хирургическом отделении.
Причиной обращения в суд со стороны истцов послужило причинение им вреда в виде смерти ФИО22, то есть в данном случае юридически значимыми обстоятельствами являются: были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация лечебного процесса установленным в спорный период порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), правильно ли была выбрана тактика лечения, какие дефекты (недостатки) были допущены, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению прав в сфере охраны здоровья.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (пункт 1). При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (пункт 2).
Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
На основании статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работниками при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В соответствии со статьей 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» качество медицинской помощи определяется совокупностью характеристик отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Одним из видов оказания медицинской помощи ненадлежащего качества является невыполнение, несвоевременное или некачественное выполнение необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактически, реабилитационных мероприятий (исследования, консультации, операции, процедуры, манипуляции, трансфузии, медикаментозные назначения и т.д.).
Согласно пункту 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №) обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (пункт 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).
Пунктом 48 постановлении Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № предусмотрено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья в силу статей 55, 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при разрешении спора по вопросам, требующим специальных знаний, суд принимает в качестве доказательства заключение экспертизы, которое отличается от иных доказательств тем, что содержит заключения специалистов, обладающих специальными познаниями в соответствующей области.
Таким образом, в отсутствие у суда специальных познаний, основополагающим доказательством, свидетельствующим о качестве оказания медицинской помощи, наличии дефектов оказания медицинской помощи и их связи с негативными последствиями, является заключение судебно-медицинской экспертизы.
Заключение экспертизы качества оказанной ФИО22 медицинской помощи ООО «Капитал медицинское страхование», необоснованное назначение лекарственных препаратов, одновременное назначение лекарственных препаратов со схожим фармакологическим действием, нерациональная лекарственная терапия, в том числе несоответствие дозировок, кратности и длительности приема лекарственных препаратов с учетом стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций, связанные с риском для здоровья пациента и 3.2.1 – невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе на основе клинических рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинским работникам национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий) не повлияли на состояние здоровья застрахованного лица (Т.1 л.д.61-63).
В заключении экспертизы Казенного учреждения <адрес>-Югры «Бюро судебно- медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ, указано на то, что оказание пациенту медицинской помощи и допущенные при этом недостатки, а именно, выявленные при экспертизе качества медицинской помощи недостатки не повлияли на течение и развитие заболевания и исход, сами по себе не являлись причиной возникновения осложнений, не способствовали прогрессированию патологии, и они не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением летального исхода.
Заключение эксперта подлежит оценке по правилам статьи 67 ГПК РФ, согласно которой суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Согласно ч. 2 ст. 187 ГПК РФ заключение эксперта исследуется в судебном заседании, оценивается судом наряду с другими доказательствами и не имеет для суда заранее установленной силы.
В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.
Разрешая исковые требования, суд руководствуется заключением комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ составленным Автономной некоммерческой организации «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований», которым дефекты оказания медицинской помощи со стороны ответчиков не установлены, в причинно-следственной связи со смертью ФИО22 не состоят, сопутствующая патология (заболевания) ФИО22 не повлияла на наступление смерти, что подтверждается самим характером данных заболеваний и причиной летального исхода, поскольку оно полностью соответствует требованиям гражданско-процессуального законодательства, выполнено экспертами, квалификация которых не вызывает сомнение, выводы экспертов основаны на анализе материалов дела, медицинской документации в том числе заключений экспертизы качества оказанной ФИО22 медицинской помощи ООО «Капитал медицинское страхование», оснований не доверять заключению судебной экспертизы у суда не имеется. Экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ соответствует приведенным выше требованиям части 2 статьи 86 ГПК РФ. Экспертное заключение проведено на основании применяемых руководящих методик, заключение содержит описание проведенного исследования, является аргументированным, согласуется с иными доказательствами, выводы в заключении последовательны, обоснованы, постановлены на основании исследованных материалов, которые эксперт посчитал достаточными, экспертом даны однозначные, не вызывающие двоякое толкование ответы на все поставленные перед ним вопросы. Выводы эксперта обоснованы документами, приобщенными к материалам дела. Заключение содержит подписку экспертов, исследования по существу и выводы.
Согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.
Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном решении», решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Из указанных положений следует, что суд оценивает доказательства и их совокупность по своему внутреннему убеждению, однако это не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно, в противоречии с законом и представленными доказательствами.
Таким образом, при рассмотрении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в результате нарушения норм материального и процессуального права юридически значимые обстоятельства, свидетельствующие о неправомерных действиях медицинских работников ответчиков, состоящих в причинно-следственной связи с негативными последствиями для истцов, их вине в некачественном оказании медицинской помощи ФИО4 не установлено, в связи с чем исковые требования истцов не подлежат удовлетворению.
С учетом изложенного не подлежат удовлетворению и требования истца о взыскании с ответчика судебных расходов.
руководствуясь статьями 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения к Бюджетному учреждению <адрес>-Югры «Когалымская городская больница» ИНН №, Государственному бюджетному учреждению здравоохранения <адрес> «Одинцовская областная больница» ИНН №, Санкт-Петербургскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница ФИО1» ИНН № Бюджетному учреждению <адрес>-Югры «Сургутская окружная клиническая больница» ИНН № о взыскании компенсации морального вреда причиненного в результате оказания некачественной медицинской помощи, судебных расходов, отказать.
Решение может быть обжаловано в суд <адрес>-Югры через Когалымский городской суд ХМАО-Югры в течение одного месяца со дня его вынесения в мотивированной форме. Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.
Судья, подпись В.В. Трифанов
Копия верна В.В. Трифанов
Подлинный документ подшит в гражданском деле № Когалымского городского суда ХМАО-Югры