Решение по делу № 2-256/2023 от 14.07.2023 - о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда, причиненных преступлением.

дело № 2-256/2023 (2-3768/2022)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июля 2023 года г. Элиста

Элистинский городской суд Республики Калмыкия в составе:

председательствующего судьи Бембеевой Н.Н.,

при секретаре судебного заседания Цедаевой И.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к ФИО9 о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда, причиненных преступлением,

установил :

ФИО8 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО9 о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда, причиненных преступлением, мотивируя требования следующим.

Приговором Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 21 января 2021 года ФИО9 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 6 ст. 264 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 9 лет с лишением права заниматься определенной деятельностью в виде управления транспортными средствами сроком на 2 года 6 месяцев. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Калмыкия приговор суда от 21 января 2021 года изменен, исключены из описательно-мотивировочной части приговора указания на нарушение ФИО9 п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, исключен из осуждения ФИО9 квалифицирующий признак, предусмотренный п. «а» ч. 6 ст. 264 УК РФ, «совершено лицом, находящимся в состоянии опьянения»; ФИО9 считается осужденным по п. «б» ч. 6 ст. 264 УК РФ и смягчено назначенное ему наказание до 8 лет 9 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься определенной деятельностью в виде управления транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев. В остальной части приговор оставлен без изменения. Согласно приговору суда ответчик ФИО9 виновен в нарушении Правил дорожного движения Российской Федерации при управлении транспортным средством, повлекшим по неосторожности смерть матери истца ФИО10 и ФИО4. Ответчик обязан возместить истцу причиненный преступлением материальный вред. Мать истца ФИО10 приобрела автомобиль <данные изъяты> за 80 000 руб. В результате ДТП машина пришла в негодность. За изготовление и установку памятника истцом было выплачено 21 500 руб., за установку ограды – 10 850 руб., за изготовление стола и лавки – 4100 руб., итого, причиненный истцу материальный вред составил 116 450 руб. В связи с гибелью матери истцу причинен моральный вред, она потеряла дорогого и любимого человека. Просила взыскать с ФИО9 в ее пользу в счет возмещения материального вреда 116 450 руб., компенсацию морального вреда 3 000 000 руб.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО8 уточнила исковые требования в части возмещения материального вреда, просила суд взыскать с ответчика в ее пользу в счет возмещения материального ущерба 118 050 руб. (расходы, связанные с приобретение и установкой памятника, ограды, стола и лавки - 36 450 руб., ущерб, причиненный транспортному средству в размере 81 600 руб.), расходы по уплате судебной оценочной экспертизы в размере 23 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО8 уточненные исковые требования поддержала, просила их удовлетворить. Пояснила, что в результате ДТП, произошедшего 12 октября 2019 года, виновником которого по приговору суда признан ответчик ФИО9, погибла ее мать ФИО10 Истец была единственным ребенком у матери. После развода родителей, случившемся в раннем детстве истца, отец практически не общается с истцом. Они жили вдвоем с матерью. Мама была единственным близким и дорогим человеком для истца. Мама в силу сложившихся жизненных обстоятельств не смогла получить высшее образование, поэтому для нее было очень важно, чтобы истец получила высшее образование. Мама гордилась дочерью, ее отличными результатами в учебе как в школе, так и в последующем в ВУЗе, собирала и бережно хранила все похвальные листы, грамоты, благодарственные письма из школы и университета, а также открытки и рисунки, выполненные дочерью. У истца с мамой были очень теплые и доверительные отношения. Лишившись мамы, истец осталась одна в возрасте 19 лет. Действиями ответчика истцу причинены глубокие, невосполнимые нравственные страдания, выразившееся в длящемся сильнейшем психологическом стрессе, депрессии, ощущении безысходности. С момента гибели матери и до настоящего времени истец не может нормально спать, ее мучают бессонница, депрессия, подергивание глаза. До гибели матери она вела активную студенческую жизнь, которая прекратилась после произошедшего ДТП. В связи со стрессом она была вынуждена обратиться к врачу-психиатру, принимала лекарственные препараты по рецептам врача. Однако до настоящего времени истец не оправилась, она навсегда лишилась возможности вести прежний образ жизни.

Ответчик ФИО9, отбывающий наказание в УФИЦ № 3 ФКУ ИК-2 УФСИН России по Республике Калмыкия, надлежащим образом извещенный о времени и месте слушания дела, в суд не явился.

Представитель ответчика ФИО11 против удовлетворения исковых требований в части возмещения материального ущерба в размере 118 050 руб. (расходы, связанные с приобретение и установкой памятника, ограды, стола и лавки - 36 450 руб., ущерб, причиненный транспортному средству в размере 81 600 руб.) и понесенных истцом расходов по уплате судебной оценочной экспертизы в размере 23 000 руб. не возражала, учитывая факт их подтверждения соответствующими доказательствами. Что касается требования о компенсации морального вреда, указала следующее. Истцом не конкретизировано, почему она считает указанную сумму (3 миллиона рублей) обоснованной, соответствующей степени перенесенных ею страданий. Размер требуемой истцом компенсации морального вреда считала необоснованно завышенным, необоснованным. Полагала, что имеются основания для применения части 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения. В настоящее время ответчик отбывает наказание в виде принудительных работ в УФИЦ № 3 ФКУ ИК-2 УФСИН России по Республике Калмыкия, место работы – ООО «Специализированное автомобильное хозяйство», должность- разнорабочий, оклад составляет 10 000 руб. В производстве УФССП России по Республике Калмыкия имеются 2 исполнительных производства о взыскании с ответчика в пользу ФИО1 и ФИО2 по 500 000 руб. в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, а также исполнительное производство о взыскании с ответчика в пользу ПАО Сбербанк задолженности по кредитному договору в размере 294 988 руб. 97 коп. На иждивении ответчика находится мать ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая не работает, является пенсионером, размер ее пенсии составляет 11 706 руб. 82 коп. ФИО3 страдает диабетом 2 типа и сопутствующими заболеваниями. Ежемесячные расходы на приобретение лекарств и лечение ФИО3 составляет примерно 5000 руб., расходы на оплату коммунальных услуг – 10 000 руб. По соглашении об уплате алиментов от 16 июня 2023 года ответчик ФИО9 ежемесячно уплачивает своей матери ФИО3 денежное содержание (алименты) в размере 5000 руб. Полагала, что тяжелое имущественное положение ответчика подтверждается представленными стороной ответчика доказательствами. С учетом тяжелого материального положения ответчика просила определить размер компенсации морального вреда в разумных пределах. Также заявила о том, что истец ФИО8 имеет право обратиться с требованием о компенсации морального вреда к владельцу автомобиля.

Прокурор Анжирова Э.Ц. дала заключение о том, что заявленные ФИО8 исковые требования к ФИО9 о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненных преступлением, подлежат удовлетворению. В ходе рассмотрения дела установлено, что ответчик ФИО9 является виновником ДТП, в результате котором погибла мать истца ФИО10 В связи с чем, ответчик как виновник ДТП обязан выплатить истцу компенсацию морального вреда и возместить причиненный материальный ущерб. Гибель родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие истца, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае истца, лишившейся матери, являющейся для нее близким и любимым человеком, подобная утрата безусловно является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания. В связи с документальным подтверждением материального ущерба полагала необходимым удовлетворить требования в указанной части в полном объеме, ссылаясь на статьи 151, 1101 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, требования о компенсации морального вреда удовлетворить с учетом требований разумности и справедливости.

В силу статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося участника процесса.

Исследовав материалы дела, материалы уголовного дела Элистинского городского суда Республики Калмыкия № 1-9/2021 по обвинению ФИО9 в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» части 6 статьи 264 УК РФ, выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

Согласно статье 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии со статьей 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Как следует из искового заявления, истец ФИО8, фактически предъявляя требования к ответчику ФИО9 о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда, причиненных преступлением, ошибочно сослалась на норму части 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих.

В силу пункта 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие либо их них не ссылались.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что истец ФИО8, предъявила требования о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда к ответчику ФИО9 как к виновнику дорожно-транспортного происшествия, в результате которого погибла мать истца ФИО8 – ФИО10

Следовательно, по настоящему делу применению подлежат нормы статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» указано, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из приведенных норм и разъяснений следует, что по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Как видно из материалов дела, 12 октября 2019 года примерно в 05 часов 20 минут ФИО9, управляя автомобилем <данные изъяты>, двигаясь в восточном направлении по ул. Ленина г. Элисты, проявляя преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть, в районе строения № 280 по ул. Ленина г. Элисты, выехал на полосу встречного движения, где допустил столкновение с технически исправным автомобилем марки «ВАЗ-2109» c регистрационным знаком <данные изъяты>, который двигался в западном направлении под управлением водителя ФИО10, где в салоне также находился пассажир ФИО4. После этого ФИО9, осознавая, что им совершено общественно-опасное деяние, повлекшее тяжкие последствия, исходя из характера механических повреждений и общего технического состояния поврежденного транспортного средства <данные изъяты>, вопреки требованиям п. 2.6 ПДД РФ, не предприняв меры к оказанию первой помощи пострадавшим и вызову скорой медицинской помощи, не уведомив о факте совершенного дорожно-транспортного происшествия сотрудников полиции, оставил место происшествия, тем самым скрылся, оставив без помощи лиц, находящихся в опасном для жизни и здоровья состоянии, которые были лишены возможности самостоятельно обратиться за медицинской помощью вследствие беспомощного состояния. В результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине ФИО9, водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО10 получила повреждения, которые в своей совокупности расцениваются как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни, и находились в прямой причинной связи со смертью ФИО10, скончавшейся на месте дорожно-транспортного происшествия. Пассажир автомобиля <данные изъяты> ФИО4 получил повреждения, которые в своей совокупности расцениваются как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни, и находились в прямой причинной связи со смертью ФИО4, скончавшегося в тот же день в БУ РК «Республиканская больница им. П.П. Жемчуева».

Приговором Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 21 января 2020 года ФИО9 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 6 ст. 264 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 9 лет с лишением права заниматься определенной деятельностью, в виде управления транспортными средствами сроком на 2 года 6 месяцев.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Калмыкия приговор суда от 21 января 2021 года изменен, исключены из описательно-мотивировочной части приговора указания на нарушение ФИО9 п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, исключен из осуждения ФИО9 квалифицирующий признак, предусмотренный п. «а» ч. 6 ст. 264 УК РФ, «совершено лицом, находящимся в состоянии опьянения»; ФИО9 считается осужденным по п. «б» ч. 6 ст. 264 УК РФ и смягчено назначенное ему наказание до 8 лет 9 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься определенной деятельностью в виде управления транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев. В остальной части приговор оставлен без изменения.

Истец ФИО8 является дочерью ФИО10, что подтверждается свидетельством о рождении серии <данные изъяты>.

ФИО8 была признана потерпевшей по данному уголовному делу, гражданский иск не заявляла.

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор,

лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом. Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Следовательно, при рассмотрении дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, в суде не подлежат доказыванию лишь два факта: имело ли место определенное действие (преступление) и совершено ли оно конкретным лицом.

Таким образом, по настоящему делу является доказанным, что ответчик совершил преступление, предусмотренное п. «б» ч. 6 ст. 264 УК РФ, что повлекло по неосторожности смерть двух лиц, в том числе ФИО10

Судом установлено, что указанным преступлением, совершенным ответчиком ФИО9, истцу ФИО8 причинен материальный ущерб.

Как видно из материалов дела, матери истца ФИО8 – ФИО10 принадлежал на праве собственности автомобиль марки «ВАЗ-2109» c регистрационным знаком <данные изъяты>, VIN <данные изъяты>, год выпуска 2000 г., что подтверждается ПТС <данные изъяты>.

26 декабря 2022 года истец ФИО8 приняла наследство после смерти матери ФИО10 в виде указанного автомобиля, что подтверждается свидетельством о праве на наследство <данные изъяты> от 26 декабря 2022 года.

Согласно заключению эксперта ООО «Эксперт Плюс» от 30 мая 2023 года по результатам проведения назначенной определением суда от 17 февраля 2023 года судебной автотехнической экспертизы, автомобиль марки ВАЗ-2109, 2000 года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, VIN <данные изъяты>, восстановлению не подлежит, наступила полная гибель КТС. Восстановительный ремонт экономически нецелесообразен. Доаварийная рыночная стоимость КТС ВАЗ-2109, 2000 года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, VIN <данные изъяты>, округленно составляет 83 100 руб. Стоимость годных остатков ВАЗ-2109, 2000 года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, VIN <данные изъяты>, округленно составляет 1500 руб.

Следовательно, стоимость автомобиля за вычетом годных остатков составляет 81 600 руб.

За изготовление памятника на могилу ФИО10 истцом ФИО8 уплачено 21 500 руб. Данные расходы подтверждаются договором, заключенным между ИП ФИО5 (исполнителем) и ФИО8 (заказчиком) от 21 ноября 2022 года, кассовым чеком ИП ФИО12 от 21 ноября 2022 года.

За изготовление и установку ограды на могилу ФИО10 истцом ФИО8 понесены расходы в размере 10 850 руб., что подтверждается товарным и кассовым чеком ИП ФИО6 от 21 ноября 2022 года.

За стол и лавку, их установку на могиле матери истцом ФИО8 уплачено 4100 руб. Данная сумма расходов подтверждаются копией квитанции ИП ФИО7 № 000038 от 16 октября 2019 года.

Таким образом, материальный ущерб, причиненный преступлением, составил 118 050 руб. (стоимость автомобиля 81 600 руб. + стоимость памятника 21 500 руб. + изготовление и установка ограды 10 850 руб. + стоимость и установление стола и лавки 4 100 руб.).

За проведение судебной оценочной экспертизы истцом ФИО8 уплачено 23 000 руб., что подтверждается чек-ордером ПАО Сбербанк Калмыцкое отделение 8579/20 от 20 июня 2023 года № 4970.

Таким образом, понесенный истцом материальный ущерб в сумме 118 050 подтверждается материалами дела и подлежит возмещению за счет ответчика ФИО9 Исковые требования ФИО8 в указанной части подлежат удовлетворению в полном объеме. Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного истцу, суд исходит из следующего.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические и нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Как разъяснено в пунктах 1, 12, 14 и 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.

В соответствии с пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, применяя общее правовое предписание (ст.ст. 151 и 1101 ГК РФ) к конкретным обстоятельствам дела, судья принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что не может рассматриваться как нарушение каких-либо конституционных прав и свобод гражданина (определения Конституционного Суда РФ от 20 ноября 2003 года № 404-О, от 15 июля 2004 года № 276-О, от 17 июня 2013 года № 991-О и др.).

Следовательно, разрешение вопроса о правомерности размера компенсации вреда, взыскиваемого в пользу истца, требует установления и исследования фактических обстоятельств конкретного дела.

По смыслу вышеизложенных норм закона, гибель близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Как установлено судом, истец ФИО8 являлась единственным ребенком ФИО10

Как пояснила в судебном заседании истец, с момента своего рождения и до гибели матери они никогда не расставались на продолжительное время, жили вдвоем. После развода родителей, случившемся в раннем детстве истца, отец практически не общается с истцом. Мама воспитывала ее одна, она была единственным близким и дорогим человеком для истца. В силу сложившихся жизненных обстоятельств мать истца не смогла получить высшее образование, поэтому для нее было очень важно, чтобы истец получила высшее образование. Мама гордилась дочерью, ее отличными результатами в учебе как в школе, так и в последующем в ВУЗе, собирала и бережно хранила все похвальные листы, грамоты, благодарственные письма из школы и университета, а также открытки и рисунки, выполненные дочерью. У истца с мамой были очень теплые и доверительные отношения. Истец очень тяжело перенесла смерть мамы, что сказалось на ее физическом и психологическом состоянии, отразилось на учебе в ВУЗе, из-за апатии она не хотела продолжать обучение, общаться со сверстниками и близким окружением.

Представленные истцом похвальные листы, грамоты, благодарственные письма из школы и университета, а также открытки и рисунки, выполненные ею, которые мать истца собирала и хранила в одной папке, приобщены к материалам дела как одно из доказательств не только родственных отношений, но и тесной эмоциональной связи между матерью и дочерью.

Суд принимает во внимание указанные объяснения истца и считает их доказательством того, что преждевременная смерть матери безусловно, свидетельствует о тяжести перенесенных истцом страданий, поскольку является невосполнимой утратой и горем, которые нелегко пережить, и с которыми трудно смириться.

При этом суд учитывает индивидуальные особенности истца: на момент смерти матери (которая являлась молодой женщиной, на момент смерти ей исполнился 41 год) истец достигла возраста 19 лет. Она была студенткой, не замужем, не имея родных сестер и братьев, осталась практически одна, без поддержки родных и близких. До смерти мамы истец с ней никогда не расставалась.

Более того, в ходе судебного заседания свое подтверждение нашел факт причинения истцу физических страданий. Заявляя о перенесенных ею страданиях, выразившихся в продолжающейся психотравмирующей ситуации, депрессии, апатии, бессоннице, истец указала, что спустя полгода после смерти матери ввиду отсутствия улучшения морального состояния вынуждена была обратиться к врачу-психиатру.

Как следует из ответа Бюджетного учреждения Республики Калмыкия «Республиканский психоневрологический диспансер» от 28.06.2023 г. № 1933 на запрос от 23.06.2023 года № ИГ-13417, ФИО8, ДД.ММ.ГГ года рождения, обращалась к врачу–психиатру 06 марта 2020 года с жалобами на головные боли, подергивание глаза, бессонницу. Поставлен диагноз: астено-невротический синдром. Назначено лечение: тералиджен 5 мг по ? таб. 2 раза в день, фенозепам 1 мг по ? таб. 2 раза в день.

В судебном заседании истец пояснила, что прописанные врачом-психиатром лекарственные препараты получала по рецептам врача, принимала в течение 2 месяцев, но они имели лишь временный эффект.

В пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 разъяснено, что, разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

В ходе рассмотрения дела представитель ответчика просила учесть, что ответчик в настоящее время отбывает наказание, трудоустроен, но имеет низкий заработок в размере 10 000 руб., имеет алиментные обязательства в размере 5000 руб. ежемесячно перед матерью-пенсионеркой, кредитное обязательство, в отношении него заведено два исполнительных производства о взыскании денежных сумм в счет возмещения морального вреда другим потерпевшим по этому же уголовному делу. Также просила учесть тяжелое материальное положение его матери, вынужденной на пенсию в размере чуть более 11 тысяч руб. ежемесячно приобретать лекарственные средства на сумму около 5 тысяч руб. и нести расходы по оплате коммунальных услуг примерно 10 тысяч руб. ежемесячно.

Между тем, суд не принимает во внимание указанные обстоятельства, поскольку истец трудоустроен. При этом суд отмечает, что низкий заработок, наличие кредитного обязательства, обязательств перед другими потерпевшими сами по себе не являются основаниями для освобождения ответчика от ответственности за причиненный вред или существенного снижения размера компенсации морального вреда.

К доводу о тяжелом имущественном положении матери ответчика суд относится критически, не находит оснований для принятия его во внимание.

Кроме того, суд отмечает, что позиция ответчика по настоящему делу вызвана стремлением ограничить или устранить свою ответственность за вред, причиненный преступлением.

Оценивая приведенные выше обстоятельства и представленные сторонами доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает во внимание конкретные обстоятельства дела, характер и степень тяжести причиненных ФИО8 в связи со смертью матери нравственных страданий, ее моральное, нравственное и психическое состояние, особенности ее личности, молодой возраст, семейное положение, длительность и тяжесть психотравмирующей ситуации, состояние здоровья истца, сложившиеся между истцом и ее матерью стойкие близкие семейные отношения, взаимную любовь, уважение и заботу, доверительные отношения, эмоциональную тяжесть истца в связи с утратой матери, разрыв семейной связи между матерью и дочерью, что повлекло невосполнимую утрату, требования разумности и справедливости, и считает необходимым определить подлежащую взысканию в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 200 000 руб.

В соответствии со статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в бюджет г. Элисты подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3861 руб. (за требования имущественного характера 3561 руб. + за требования неимущественного характера 300 руб.).

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил :

исковые требования ФИО8 к ФИО9 о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда, причиненных преступлением, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО9, ДД.ММ.ГГ года рождения, уроженца <данные изъяты> (паспорт гражданина Российской Федерации <данные изъяты>) в пользу ФИО8, ДД.ММ.ГГ года рождения, уроженки <данные изъяты> (паспорт гражданина Российской Федерации <данные изъяты>) в счет возмещения материального ущерба 118 050 руб., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 23 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 1 200 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО8 отказать.

Взыскать с ФИО9 в бюджет г. Элисты Республики Калмыкия государственную пошлину в размере 3861 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Элистинский городской суд Республики Калмыкия.

Решение суда в окончательной форме принято 22 августа 2023 года.

Председательствующий Н.Н. Бембеева