Дело 2-2428/2025

64RS0046-01-2025-002814-82

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 сентября 2025 г. г. Саратов

Ленинский районный суд г. Саратова в составе

председательствующего судьи Денискиной О.В.,

при секретаре Демьяновой Е.В.,

с участием старшего помощника прокурора Ленинского района г.Саратова Никитиной Н.А.,

представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 500 000 руб., требования мотивированы тем, что ФИО4 состояла в браке с ФИО2 с 2014 года. В браке у них родились дети – А. и С.. 14 февраля 2018 г. ФИО2 был осужден приговором Советского районного суда Саратовской области за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, в связи с причинением истцу тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, а именно ФИО2 умышленно нанес не менее одного удара в область живота истца, причинив ей закрытую тупую травму живота, травматический разрыв селезенки, внутрибрюшное кровотечение. Указывает, что истцу были причинены тяжелые моральные переживания, ввиду того, что ее супруг нанес ей тяжкие телесные повреждения, опасные для жизни, в результате чего их семейные отношения были прекращены, а брак расторгнут, кроме того, в результате преступления, свидетелями которого были дети, они также переживают, что несет моральные переживания, семья распалась, отец перестал с детьми общаться, в связи с полученной детьми психологической травмой истец также вынужден переживать нравственные страдания.

В судебном заседании 19 августа 2025 г. истец ФИО4 исковые требования поддержала, просила их удовлетворить, дала объяснения аналогичные иску, дополнив, что в результате нанесения ответчиком ей ногой удара в область живота, в последующем в этот же день ей удалили селезенку. Действительно в рамках рассмотрения уголовного дела в отношении ответчика, она написала заявление о том, что ответчик возместил ей моральный и материальный вред, однако он никакие денежные средства ей не передавал, он написал ей расписку, что откажется на ? доли в доме, однако этого не сделал. После причинения ей тяжкого вреда здоровью ответчиком, она переживала, все произошло на глазах детей, после случившегося их семья распалась, в связи с полученной детьми психологической травмой она также переживает. Кроме того, после произошедшего у нее начались проблемы со здоровьем, была замершая беременность, третьего ребенка родила недоношенным.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал, просил их удовлетворить в полном объеме, дав объяснения, аналогичные иску. Дополнительно пояснил, что тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда. Указывает, что ответчик не является нетрудоспособным и имеет возможность работать. Кроме того, в рамках уголовного дела моральный вред не взыскивался и исковые требования не разрешались, была написана расписка о возмещении морального и материального вреда, однако никакие денежные средства ответчиком истцу не передавались, что также не оспаривается ответчиком.

В судебном заседании ответчик ФИО2, представитель ответчика ФИО3 не согласились с размером заявленного морального вреда, считали его завышенным, просили снизить указанный размер до 30 000 руб. При определении размера компенсации вреда в соответствии с ч. 1 ст. 1101 ГК РФ должны учитываться требования разумности и справедливости. При этом ответчик не отрицает свою вину в совершении преступления, не отказывается возместить моральный вред. Сообщает, что ему также причинены переживания в связи с произошедшим, он уже понес наказание за совершенное преступление. Кроме того, он также переживает по поводу детей и семейных отношений. Указывает, что речь идет именно о моральном вреде истца, а не их несовершеннолетних детей, в связи, с чем переживания детей не могут влиять на размер компенсации морального вреда, причиненного преступлением. Указывает, что взыскание с него денежной суммы, заявленной истцом, усугубит его материальное положение, сделает его банкротом и лишит возможности оказания помощи детям. В данный момент у него заблокированы банковские счета из-за наличия задолженности по алиментам. Кроме того, в материалах уголовного дела имеется расписка истца о возмещении морального и материального вреда, а также сведения о том, что истец не имеет претензий к ответчику. Однако, денежные средства в счет оплаты морального вреда ответчик не передавал истцу, но ответчик добровольно оплатил лечение истца, загладил вину и устранил негативные последствия совершенного преступления. Действительно им была написана расписка о том, что он подарит 1/4 долю квартиры в р.<адрес>, но этого не сделал. Просят также учесть при вынесении решения его тяжелое материальное положение, на двоих детей он оплачивает алименты, третий ребенок, которому 1,3 года находится на его иждивении, состоит на учете в центре занятости, неофициально подрабатывает, у ответчика грыжа, планируется операция, после которой ему придется восстанавливаться длительное время. Сумму, которую просит истец с него взыскать, ухудшит финансовое положение ответчика и его семьи.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, доверила представление своих интересов представителю ФИО1, ходатайств об отложении не поступило, в связи, с чем суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии истца в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Суд, выслушав объяснения сторон, исследовав путем оглашения в судебном заседании письменные доказательства, содержащиеся в материалах дела, и оценив их в совокупности на предмет относимости, достоверности и допустимости, а также заслушав заключение прокурора, полагавшего подлежащими удовлетворению заявленные требования, приходит к следующему.

В соответствии со статьей 12 ГК РФ, защита гражданских прав осуществляется путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; самозащиты права; присуждения к исполнению обязанности в натуре; возмещения убытков; взыскания неустойки; компенсации морального вреда; прекращения или изменения правоотношения; неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону; иными способами, предусмотренными законом.

На правоотношения, возникающие вследствие причинения морального вреда, полностью распространяются общие правила параграфа 1 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статья 1064 помещена в параграфе 1 «Общие положения о возмещении вреда» главы 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации. Статьей 1099 («Общие положения»), находящейся в параграфе 4 «Компенсация морального вреда» той же главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации. Следовательно, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Таким образом, на правоотношения, возникающие вследствие причинения морального вреда, полностью распространяются общие правила параграфа 1 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из разъяснений, данных в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты>, честь и доброе имя, <данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В соответствии с п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В силу п. 14, 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной <данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Как установлено в судебном заседании, приговором Советского районного суда Саратовской области от 14 февраля 2018 года ФИО2 был осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Как следует из вышеуказанного приговора, 23 ноября 2017 года около 12 час. 15 мин. ФИО2 и ФИО5 находились в <адрес>. В указанное время, в указанном месте между ФИО2 и ФИО5, находящимися на кухне квартиры, возникла словесная ссора, в ходе которой у ФИО2 на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, возник прямой преступный умысел, направленный на причинение телесных повреждений ФИО5 В осуществление своего преступного умысла, 23 ноября 2017 года около 12 час. 15 мин. ФИО2, находясь на кухне квартиры, нанес не менее одного удара кулаком в область головы ФИО5, чем причинил ей физическую боль. Затем ФИО5, испугавшись, что ФИО2 продолжит причинять ей физическую боль, вышла из кухни и прошла в жилую комнату квартиры, а ФИО2 проследовал за ней. Находясь в жилой комнате квартиры, у ФИО2, испытывающего личные неприязненные отношения к ФИО5, возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО5, опасного для жизни человека. В осуществление своего преступного умысла 23 ноября 2017 года около 12 час. 30 мин. ФИО2, осознавая общественную опасность свих действий, предвидя возможность наступления вредных последствий для здоровья ФИО5, находясь в жилой комнате <адрес>, подошел к сидящей на полу ФИО5 и умышленно нанес не менее одного удара ногой в область живота ФИО5, причинив ей закрытую тупую травму живота, травматический разрыв селезенки, внутрибрюшное кровотечение, которые согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от 18 декабря 2017 г. причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, создающие непосредственную угрозу для жизни.

Согласно журналу экстренных операций ГУЗ СО «Советская РБ» 23 ноября 2017 года ФИО5 была произведена верхне-средне-срединная лапоротомия, спленэктомия, диагноз после операции – травматический разрыв селезенки, внутрибрюшное кровотечение.

Согласно заключению эксперта № ГУЗ БСМЭ МЗ Саратовской области от 18 декабря 2017 г., у ФИО5 согласно представленным медицинским документам имелась закрытая тупая травма живота, травматический разрыв селезенки, внутрибрюшное кровотечение. Данное телесное повреждение образовалось от действия тупого твердого предмета, расценивается как повреждение, причившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, создающие непосредственную угрозу для жизни (пункты 6.1.16, 6.2.3 Приказ 194н от 24.04.2018 «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» Москва 2008г.). Судя по представленным медицинским документам повреждение, имевшееся у ФИО5, могло образоваться 23 ноября 2017 года. Вышеуказанное повреждение могло образоваться как от одного, так и от нескольких травматических воздействий предмета (предметов), обладающих свойствами тупого твердого предмета.

Из представленных истцом медицинских документов следует, что селезенка в типичном месте не визуализируется.

Согласно ответа на запрос ГУЗ СО «Советская РБ» от 26 августа 2025 г., на основании выписки из журнала экстренных операций ФИО6 9Рашкалиевой) М.М., 23 ноября 2017 г. проведена хирургическая операция (сплетэктомия) по удалению селезенки с поэтапным прошиванием сосудистой ножки.

Как следует из представленных по запросу суда сведений, гражданский иск о взыскании материального и морального вреда в отношении ФИО7 в Советском районном суде Саратовской области при рассмотрении уголовного дела № в отношении ФИО2 не рассматривался.

Также в судебном заседании установлено, что 03 октября 2014 г. ФИО7 и ФИО2 заключили брак, от брака у них родились дети ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о заключении брака, выданным ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 18), свидетельством о рождении детей (л.д. 16, 17).

Брак между ФИО10 и ФИО2 прекращен 19 августа 2018 г., что подтверждается актовой записью от 06 ноября 2019 г.

Кроме того, у ФИО2 имеется еще ребенок ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством об установлении отцовства, выданным ДД.ММ.ГГГГ

У ФИО2 имеется задолженность по алиментам в отношении общих детей истца и ответчика, что подтверждается постановлением о расчете задолженности по алиментам от 01 августа 2025 г., согласно которому на 01 августа 2025 г. задолженность по алиментам составила 1 881 424,37 руб.

Согласно ответа ГКУ «Кадровый центр Саратовской области» от 05 августа 2025 г., с 09 июня 2025 г. ФИО2 зарегистрирован в качсевте безработного в кадровом центре Советского района, за период с 09 июня 2025 г. по 17 июля 2025 г. начислено пособие по безработице в размере 10 734,40 руб., удержано 2854,71 руб., выплачено 7879,69 руб. Удержание производится по исполнительному листу Совесткого РОСП № от 27 мая 2025 г. (алименты).

Согласно разъяснениями, содержащимися в 17, 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

Согласно разъяснениями, содержащимся в 25, 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав; тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Суд, учитывая доводы истца о том, что последняя во время совершения ФИО2 преступления испытала физическую боль, моральные и нравственные мучения, связанные с причинением ей тяжкого вреда здоровью близким человеком (супругом), в присутствии их детей, а как следствие, распадом семьи, с учетом отсутствия оснований для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности, учитывая его материальное положение, оценив в совокупности конкретные незаконные действия ФИО2, соотнеся их с тяжестью причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями личности истца, учитывая заслуживающие внимания все фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, устранив эти страдания либо сгладив их остроту, суд приходит к выводу, что причиненный истцу ФИО4 моральный вред подлежит денежной компенсации в размере 800 000 руб., данная сумма является достаточной и справедливой компенсацией причиненных истцу ответчиком нравственных страданий, данный размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела.

Принимая во внимание положения п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", а также доводы ответчика о его тяжелом материальном положении, об оплате алиментов на содержание несовершеннолетних детей, отсутствии денежных средств, суд, вместе с тем, не усматривает оснований для снижения взыскиваемой компенсации до размера 30 000 руб., указанного ответчиком.

Доводы ответчика о том, что в рамках рассмотрения уголовного дела, истцом 13 февраля 2018 г. была написана расписка о компенсации морального и материального вреда, что истец простила ответчика, просила строго не наказывать, суд не принимает, поскольку стороны подтвердили в судебном заседании, что ответчик не передавал истцу в счет компенсации морального вреда денежные средства, им несколько раз была написана расписка, в том числе и перед написание данное заявления истца от 13 февраля 2018 г. о том, что он подарит свою ? долю в <адрес> своим детям, но этого не сделал.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В соответствии с требованиями ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 Налогового кодекса РФ с ответчика подлежит взысканию в муниципальный бюджет государственная пошлина в размере 3000 руб. за требования имущественного характера не подлежащего оценке.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО4 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного источником повышенной опасности, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2, паспорт №, в пользу ФИО4, паспорт <...>, компенсацию морального вреда в размере 800 000 руб.

В удовлетворении остальной части требования отказать.

Взыскать с ФИО2, паспорт №, в доход муниципального бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме через Ленинский районный суд г. Саратова.

Мотивированное решение изготовлено 15 сентября 2025 г.

Председательствующий