РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
25 июля 2025 г. г. Самара
Ленинский районный суд г. Самары в составе председательствующего судьи Болочагина В.Ю., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Котовой А.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-271/25 по иску ФИО1 к ООО «ДСК трансстрой» о возмещении вреда, компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратился в Ленинский районный суд г. Самары с иском к ООО «ДСК трансстрой» (ранее – ООО «Самаратранссстрой») о возмещении вреда, компенсации морального вреда. В обоснование иска указывает, что 24.10.2023 г. около 00 часов 20 минут на 1 084 км + 950 м автодороги М7 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Фольксваген АМАРОК, государственный регистрационный знак <***>, под его управлением – столкновение с железобетонным блоком с последующим опрокидыванием. Его супруга ФИО2 получила травмы, создающие угрозу для жизни. Автомобиль, принадлежащий ООО «ЦПО «Урал-Сибирь», восстановлению не подлежит. На автомобиле перевозился снегоход LYNX 69 RANGER SnowCruser 900АСЕ, принадлежащий ему. У снегохода в результате дорожно-транспортного происшествия повреждены руль, панель приборов, передний капот, пластик впереди и сбоку. ООО «Самаратрансстрой» на основании государственных контрактов №Т-133-22 и №Т-131-22 от 2.12.2022 г. являлось генеральным подрядчиком по строительству и реконструкции участков автомобильной дороги М-7 «Волга» Москва - Владимир - Нижний Новгород - Казань - Уфа на участке 1070 км +100 м 1102 км + 200 м. В местах проведения работ отсутствовали сигнальные лампы на железобетонных блоках, светоотражающие предупреждающие знаки направления движения. Согласно заключению №14-03/24 от 8.05.2024 г. индивидуального предпринимателя ФИО3 стоимость восстановительного ремонта снегохода составляет 1 215 165 рублей. Его супруга на скорой помощи была доставлена в больницу ГАУЗ РТ «Больница скорой медицинской помощи» со множественными переломами правой ноги, повреждением внутренних органов, переломами ребер, ушибами мягких тканей. Ей была проведена операция по удалению селезёнки, поставлен диагноз: «сочетанная травма; тупая травма живота с повреждением селезёнки; сочетанная травма грудной клетки, спины; гемоперитонеум; переломы 7-10 рёбер справа, 6-9 слева со смещением; закрытый перелом тела грудины; малый пневмоторакс справа; закрытый перелом Th 2,3,7,12 позвонков 1 степени; разрыв селезёнки; повреждение печени; открытый перелом обеих лодыжек правой голени со смещением фрагментов; рваная рана области правого голеностопного сустава. Состояние после лапаротомии, спленэктомии, дренирования брюшной полости». После выписки из стационара она находилась на лечении и реабилитации более полугода. Он осуществлял уход за супругой. Просит взыскать 1 215 165 рублей в возмещение вреда, причинённого имуществу, расходы на оплату экспертно-оценочных услуг в размере 7 000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей и расходы на оплату услуг представителя в размере 200 000 рублей.
В судебном заседании истец и его представитель по доверенности от 26.03.2024 г. ФИО4 заявленные требования поддержали.
Представитель ответчика по доверенностям от 19.02.2025 г. №68/2025 ФИО5, от 20.02.2025 г. №65/2025 ФИО6 в судебном заседании иск не признали по основаниям, изложенным в письменном отзыве (т.1, л.д. 128-131).
Представитель третьего лица ФИО2 представитель по доверенности от 3.12.2024 г. ФИО4 просил иск удовлетворить.
Третье лицо ФИО7 в судебном заседании пояснил, что вечером 23.10.2023 г. ехал из Набережных Челнов в Мензелинск. На объездном участке он двигался со скоростью 50-60 км/ч. Знак ограничения скорости в 40 км/ч на объездном участке стоял. Перед ним в поле зрения резко появился бетонный блок, который не был освещён. Он стал тормозить. В какую сторону сворачивать, было непонятно.
Третье лицо ФКУ «Федеральное управление автомобильных дорог Волго-вятского региона федерального дорожного агентства» представителя в судебное заседание не направило, о времени и месте разбирательства дела извещено, представило письменный отзыв (т.3, л.д. 80-84), в котором позицию по существу исковых требований не выразило.
Третьи лица ПАО СК «Росгосстрах», ООО «Центральное проектное объединение «Урал-Сибирь»», МВД по республике Татарстан представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте разбирательства дела извещены, отзывов на иск не представили.
Изучив материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующему.
Как следует из паспорта самоходной машины серии RU ТК 154484 (т.1, л.д. 12-13) истец является собственником снегохода LYNX 69 RANGER SnowCruser 900АСЕ.
Как следует из административного материала, в ночь с 23.10.2023 г. на 24.10.2023 г. истец, управляя автомобилем Volkswagen Amarok, государственный регистрационный знак <***>, принадлежащим ООО «Центральное проектное объединение «Урал-Сибирь»», двигался по автодороге М-7 «Волга» со стороны Набережных Челнов в сторону Уфы. На 1 084 км дороги производился ремонт, движение по дороге было закрыто. Параллельно закрытому участку, слева от него по ходу движения истца, был оборудован объездной путь. Объездной участок освещён не был, в конце его, где автомобиль истца должен был бы свернуть направо для возврата на основную дорогу, отсутствовали соответствующие указатели на светоотражающем фоне. Истец, не заметив, что участок объезда закончен, и не поняв, что ему следует свернуть направо и возвратиться на трассу, продолжил движение прямо, выехал за пределы устроенного объезда и в 0 часов 20 минут на 1 084 км + 950 м столкнулся с бетонным отбойником.
На автомобиле в момент происшествия истец перевозил указанный выше снегоход, который получил повреждения (т.2, л.д. 31).
Обстоятельства дорожно-транспортного происшествия сторонами не оспариваются.
В соответствии с п.13 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утверждённых постановлением Совета Министров-Правительства РФ от 23.10.1993 г. №1090, должностные и иные лица, ответственные за состояние дорог, обязаны содержать дороги в безопасном для движения состоянии в соответствии с требованиями стандартов, норм и правил.
В соответствии со ст.3 ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» дорожная деятельность включает в себя деятельность по проектированию, строительству, реконструкции, капитальному ремонту, ремонту и содержанию автомобильных дорог. Согласно п.1, 7, 8, 11, 12 ст.5 названного закона автомобильные дороги в зависимости от их значения подразделяются на:
1) автомобильные дороги федерального значения;
2) автомобильные дороги регионального или межмуниципального значения;
3) автомобильные дороги местного значения;
4) частные автомобильные дороги.
Автодорога М-7 «Волга» относится к дорогам федерального значения, находится в собственности РФ и передана на праве оперативного управления ФКУ «Федеральное управление автомобильных дорог «Большая Волга» федерального дорожного агентства», что им не отрицается.
ФКУ «Федеральное управление автомобильных дорог «Большая Волга» федерального дорожного агентства» как субъект ограниченного вещного права несёт бремя содержания дороги и при обычных условиях отвечает за вред, причинённый третьим лицам ненадлежащим содержанием этого имущества.
Однако 2.12.2022 г. между ФКУ «Федеральное управление автомобильных дорог «Большая Волга» федерального дорожного агентства» и ответчиком, имевшим тогда наименование ООО «Самаратрансстрой», был заключён государственный контракт №Т-131-22 (т.1, л.д. 94-110), предметом которого являлось выполнение работ по реконструкции автомобильной дороги М-7 «Волга» на участке от 1 070 км до 1 102 км. Срок окончания работ по договору – 30.10.2026 г. На момент дорожно-транспортного происшествия на 1 084 км ответчиком производились работы в рамках выполнения указанного контракта, что им признаётся.
В период проведения ремонтных работ подрядчик получил неограниченный доступ к элементам дорожной структуры. Лицо, ответственное за содержание дороги, ФКУ «Федеральное управление автомобильных дорог «Большая Волга» федерального дорожного агентства», утратило возможность осуществлять постоянный контроль за её состоянием.
Более того, организацией объезда ремонтируемого участка дороги, его оснащением средствами обеспечения безопасности движения занимался непосредственно ответчик, что им не отрицается.
Для разрешения вопроса о соблюдении ответчиком нормативных требований при техническим оснащении участка объезда судом была назначена экспертиза, проведение которой поручено ООО «ЭкспертОценка».
Согласно заключению судебного эксперта от 26.06.2025 г. №25/С-234 (т.2, л.д. 183-200) на месте дорожно-транспортного происшествия слева на закруглении объездной дороги было установлено несколько железобетонных боков, не указанных в схеме организации и безопасности дорожного движения в месте производства дорожных работ, на которых не были включены фонари. Перед закруглением проезжей части вправо на левой обочине отсутствовали дорожные знаки 1.34.11, указанные в схеме организации и безопасности дорожного движения в месте производства дорожных работ.
Суд, исследовав и оценив представленное экспертное заключение, полагает его достоверным, поскольку исследовательская часть заключения содержит подробное описание экспертной работы и мотивировку выводов эксперта, квалификация эксперта подтверждена документально, стоимостные показатели обоснованы, суждения эксперта логичны и непротиворечивы, сведений о его заинтересованности в исходе дела не имеется. Сторонами выводы эксперта в этой части под сомнение не ставились.
Таким образом, нормативные требования, направленные на обеспечение безопасности движения на объездном участке, выполнены не были.
Соответственно, лицом, чьими действиями была непосредственно создана опасность для движения, являлся ответчик, допустивший в процессе выполнения подрядных работ ситуацию, когда в конце объездного пути отсутствовали предусмотренные схемой организации движения дорожные знаки на светоотражающей основе, указывающие на завершение объездного участка и на направление выезда на основную дорогу, и при этом имелись представляющие очевидную опасность для движения железобетонные блоки, не освещённые, неограждённые и не обозначенные светоотражающими указателями.
Доводы ответчика, что обстановка на месте происшествия была изменена в результате того, что трёмя часами ранее на этом же месте в точно такое же дорожно-транспортное происшествие попал водитель ФИО7, автомобиль которого снёс установленное дорожное ограждение и дорожные знаки (указатели закругления объездной дороги и выезда на трассу), не могут быть приняты судом. Это обстоятельство не может расцениваться как чрезвычайное и непредотвратимое при данных условиях в терминологии п.3 ст.401 ГК РФ. Возможность дорожно-транспортных происшествий на участке объезда допускается всегда, именно для их предотвращения разрабатывается и согласовывается с ГИБДД схема организации и безопасности дорожного движения в месте производства дорожных работ. Соответственно, повреждение средств организации дорожного движения вследствие дорожно-транспортного происшествия не может рассматриваться как нечто чрезвычайное. Ответчик мог и должен был принять меры к купированию последствий первого дорожно-транспортного происшествия, в том числе, при необходимости, выслать на место происшествия своих работников для предупреждения съезда других автомобилей с объездной дороги до восстановления указателей объезда.
Возражая против иска, ответчик указывает, что истец многократно превысил разрешённую на участке объезда скорость движения в 40 км/ч, из-за чего не успел среагировать, обнаружив бетонный блок впереди в свете фар.
Оценивая доводы ответчика относительно наличия вины самого истца в столкновении автомобиля с блоком, суд приходит к следующему.
В соответствии с п.2 ст.1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
Под грубой неосторожностью понимаются такие действия, которые заведомо для лица создают явную угрозу наступления негативных последствий.
Для проверки обоснованности возражений ответчика судом были назначены экспертизы (основная и дополнительная), производство которых поручено ООО «ЭкспертОценка».
Судом получены заключения экспертиз от 15.04.2025 г. №15/С-66 (т.2, л.д. 80-108), от 26.06.2025 г. (т.2, л.д. 183-200, 201-207), согласно которым средняя скорость автомобиля Volkswagen Amarok при движении по участку объезда определяется равной примерно 130 км/ч. При установленной средней скорости 130 км/ч водитель автомобиля Volkswagen Amarok мог обнаружить опасность для движения в виде бетонных блоков на объезде ремонтируемого участка на 1084 км + 950 м автодороги М-7 с расстояния примерно 29 м. Максимальная скорость движения, которая позволила бы истцу избежать наезд на бетонный блок, определяется равной около 38 км/ч. Двигаясь с разрешённой скоростью в 40 км/ч, истец не располагал бы технической возможностью избежать наезда на бетонный блок.
Суд, исследовав и оценив представленное экспертное заключение, полагает его выводы достоверными, поскольку исследовательская часть заключения содержит подробное описание экспертной работы и мотивировку выводов эксперта, квалификация эксперта подтверждена документально, суждения эксперта логичны и непротиворечивы, сведений о его заинтересованности в исходе дела не имеется.
На вопросы в судебном заседании экспертом даны развёрнутые мотивированные ответы.
Выводы эксперта основываются на проведении научного исследования, т.е. изучения фактов и явлений объективной действительности и закономерностей, не зависящих от человеческой воли.
Мотивированных возражений против выводов судебных экспертов, ставящих под сомнение их достоверность, истцом не сформулировано.
Несогласие сторон с выводами эксперта само по себе не может служить основанием для непринятия результатов экспертного исследования судом.
С учётом изложенного суд отказал ответчику в удовлетворении его ходатайства о назначении повторной экспертизы.
Что касается представленных истцом т.н. «заключений специалиста» ФИО8 от 26.05.2025 г. (т.2, л.д. 218-228) и от 5.06.2025 г. (т.2, л.д. 229-248), то они оцениваются судом критически, поскольку не содержат никаких сведений, которые могли бы поставить под сомнение обоснованность и достоверность заключения судебных экспертиз. Претензии автора этой работы к экспертному заключению носят формальный характер (отсутствуют какие-то сведения, которые, по мнению автора, должны были быть указаны). Однако все эти замечания никак не влияют на достоверность конечного результата исследования. Суждения автора об ошибочности выводов судебного эксперта носят субъективный и бездоказательный характер. Автором не представлено никаких данных, свидетельствующих о недостоверности выводов судебных экспертов. Кроме того, указанные заключения построены как совокупности оценочных суждений, что позволяет их автору не нести ответственности за их недостоверность, при том, что эксперт отвечает за дачу заведомо ложного заключения, о чём им дана подписка.
В начале объездного участка был установлен дорожный знак, ограничивающий скорость движения сверху значением в 40 км/ч. Данное обстоятельство признаётся всеми лицами, участвующими в деле.
Истец более чем в 3 раза превысил указанное ограничение, что, безусловно, не могло быть вызвано случайностью.
Доводы истца о том, что на середине объездного участка имелся перекрёсток, на котором действие дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» завершилось, а после перекрёстка такой знак установлен не был, не указывают на отсутствие вины в действиях истца.
Двигаясь со скоростью 130 км/ч, истец в любом случае превысил установленное п.10.3 Правил дорожного движения РФ, утверждённых постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23.10.1993 г. №1090, ограничение скорости в 90 км/ч.
Более того, в соответствии с п.10.1 Правил дорожного движения РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.
Истец не мог не осознавать, что движение по временному, объездному пути, в ночное время, в отсутствие освещения сопряжено с повышенными рисками и требует особых мер осторожности.
Истец знал, что в начале объездного участка был установлен дорожный знак, ограничивающий скорость движения 40 км/ч. Истец не мог не понимать, что данный дорожный знак носит временный характер, установлен в связи с ремонтом основной дороги на временном объездном пути с учётом фактических условий движения на этом участке. Очевидно, что столь существенное ограничение максимальной скорости вне населённых пунктов могло быть обусловлено только фактором ремонта дороги. Даже если действие этого знака формально прекратилось на перекрёстке (в случае, если место примыкания к объездному участку дороги съезда в близлежащую деревню может быть признано перекрёстком), дорожные условия на объездном участке за этим перекрёстком не изменились. Соответственно, действуя разумно, истец должен был продолжать придерживаться ограничения максимальной скорости, установленного при въезде на объездной участок.
Таким образом, требования п.10.1 Правил дорожного движения РФ истцом не были соблюдены.
Истец, находясь на неосвещённом объездном участке, превысил даже то ограничение скорости, которое установлено по умолчанию для федеральной трассы.
При изложенных обстоятельствах суд находит, что в действиях истца имеется грубая неосторожность. Это не свидетельствует об отсутствии вины ответчика в происшествии, повлекшем причинение вреда здоровью и имуществу, однако может служить основанием для уменьшения размера ответственности. Следует отметить, что, согласно выводам эксперта, даже при соблюдении истцом установленных скоростных ограничений ему не удалось бы избежать наезда на блок, хотя в этом случае, несомненно, последствия происшествия были бы минимальными, т.к. при скорости уже в 38 км/ч истец успел бы затормозить перед блоком.
Для определения стоимости восстановительного ремонта снегохода истец обратился к индивидуальному предпринимателю ФИО3 Согласно заключению названного лица от 8.05.2024 г. №14-03/24 (т.1, л.д. 51-74) стоимость восстановительного ремонта снегохода без учёта износа составляет 1 215 165 рублей.
У суда не имеется оснований не доверять представленному заключению, поскольку оно удовлетворяет предъявляемым требованиям, квалификация оценщика подтверждена документально, сведений о его заинтересованности в исходе дела не имеется, стоимостные показатели, использованные оценщиком, обоснованы.
Ответчик представленную оценку не оспаривал, о назначении судебной экспертизы для определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца не ходатайствовал.
При таких обстоятельствах суд считает возможным основывать решение по делу на заключении индивидуального предпринимателя ФИО3
По смыслу п.13 постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», размер восстановительных расходов надлежит определять без учёта износа.
В настоящее время отсутствуют научно обоснованные методики оценки размера ущерба путём моделирования происшествия при иных исходных данных, в частности, при иной скорости движения автомобиля истца. Это означает, что оценить точно стоимость восстановительного ремонта автомобиля, который потребовался бы, если бы истец столкнулся с блоком, соблюдая ограничение скорости в 40 км/ч, невозможно. Вместе с тем, очевидно, что негативные последствия происшествия, в частности, имущественный ущерб, были бы существенно меньшими, если бы истец соблюдал необходимую степень предосторожности, не допустил бы движения со столь высокой скоростью в тёмное время суток в отсутствие освещения. Руководствуясь положениями п.2 ст.1083 ГК РФ, предоставляющими суду в данном случае дискреционные полномочия, суд уменьшает размер деликтной ответственности ответчика на 1/3 от размера причинённого вреда.
Соответственно, размер причитающегося истцу возмещения суд устанавливает в 810 110 рублей (1 215 165 * 2/3).
В силу ст.15 ГК РФ возмещению подлежат также понесенные истцом необходимые расходы, связанные с реализацией своего права. К ним относятся расходы на оплату экспертно-оценочных услуг индивидуального предпринимателя ФИО3 в размере 7 000 рублей, подтверждённые платёжным поручением от 14.06.2024 г. №38609 (т.1, л.д. 19). Возмещаемая часть этих расходов, 2/3, составит 4 667 рублей.
Расходы истца на оплату услуг представителя в производстве по делу об административном правонарушении по договору возмездного оказания услуг от 7.11.2023 г. №06-23ю (т.1, л.д. 34), подтверждённые платёжными поручениями от 6.02.2024 г. №9779 и от 29.08.2024 г. №18665 (т.1, л.д. 37, 38), подлежат возмещению ответчиком в разумных пределах. Законодательство о производстве по делам об административном правонарушениях не предусматривает специального механизма возмещения потерпевшему процессуальных издержек.
Общий размер понесённых истцом расходов составил 200 000 рублей.
Необходимость в этих расходах вызвана участием истца в качестве потерпевшего в рассмотрении дела об административном правонарушении в отношении ответчика. Истец юридического образования не имеет.
По делу об административном правонарушении №5-15/2024 состоялось 1 судебное заседание в суде апелляционной инстанции (Ленинский районный суд г. Самары), в котором принимал участие представитель ФИО1 При рассмотрении дела в судах первой и кассационной инстанции представитель участия не принимал. Представителем составлялись процессуальные документы по делу (возражения на апелляционную и кассационную жалобы). Оснований для учёта работы представителя расходов по составлению внепроцессуальных документов суд не усматривает.
При таких обстоятельствах требование истца о возмещении понесённых ею при рассмотрении дела об административном правонарушении расходов на обеспечение представительства своих интересов суд находит подлежащими удовлетворению в размере 30 000 рублей, уменьшая их на 1/3 до 20 000 рублей.
В дорожно-транспортном происшествии 24.10.2023 г. получила травму супруга истца, ФИО2
В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно ст.1102 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Вследствие полученной в дорожно-транспортном происшествии травмы ФИО2 находилась на стационарном лечении с 24.10.2023 г. по 31.10.2024 г., т.е. на протяжении 7 дней. Ей был поставлен диагноз «Сочетанная травма грудной клетки, спины. Тупая травма живота с повреждением селезёнки. Гемоперитонеум. Переломы 7-10 рёбер справа, 6-9 рёбер слева со смещением, закрытый перелом тела грудины. Малый пневмоторакс справа. Закрытый передом Th 2, 3, 7, 12 позвонков 1 степени. Разрыв селезёнки. Повреждение печени. Открытый перелом обеих лодыжек правой голени со смещением фрагментов. Рваная рана области правого голеностопного сустава» (т.2, л.д. 44).
24.10.2023 г. ФИО2 была проведена операция по спленэктомии (т.е., удалению селезёнки), ушиванию разрыва печени, дренированию брюшной полости.
С 31.10.2023 г. по 16.04.2024 г. ФИО2 непрерывно находилась на амбулаторном лечении, состояние нетрудоспособности сохранялось (т.2, л.д. 45-49).
У суда отсутствуют основания полагать, что отношения между истцом и его супругой не были добрыми, что между супругами имелась неприязнь.
В связи с этим следует заключить, что истец испытывал переживания за свою жену, беспокойство за её жизнь и здоровье. Следует отметить, что пневмоторакс (попадание атмосферного воздуха в полость грудной клетки, создающее препятствия дыханию) и гемоперитонеум (кровоизлияние в брюшную полость) относятся к угрожающим жизни состояниям.
С учётом изложенного, суд полагает требование о компенсации морального вреда подлежащим удовлетворению в размере 30 000 рублей, с уменьшением на 1/3 до 20 000 рублей.
Исходя из изложенного, руководствуясь ст.ст.194, 196-198 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования удовлетворить частично.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ДСК трансстрой» (ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) 810 110 рублей в возмещение вреда, причинённого имуществу, расходы на оплату экспертно-оценочных услуг в размере 4 667 рублей, компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя по делу об административном правонарушении в размере 20 000 рублей и сумму уплаченной государственной пошлины в размере 11 501 рубля 10 копеек.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Возвратить ФИО1 из бюджета городского округа Самара уплаченную государственную пошлину в размере 335 рублей 17 копеек.
Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Самарского областного суда через Ленинский районный суд г. Самары в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Решение в окончательной форме изготовлено 8.08.2025 г.
Судья (подпись) В.Ю. Болочагин
Копия верна
Судья
Секретарь