Судья: Чирцова Е.А. УИД 42RS0013-01-2023-001073-06

Докладчик: Кириллова Т.В. Дело № 33-7296/2023 (2-1110/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15 августа 2023 года г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе председательствующего Першиной И.В.,

судей Вязниковой Л.В., Кирилловой Т.В.,

при секретаре Свининой М.А.,

с участием прокурора Газизулиной А.О.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Кирилловой Т.В. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» ФИО1 на решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 03 мая 2023 года по иску ФИО2 к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» (далее - ПАО «Южный Кузбасс») о компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что в периоды работы на предприятиях ПАО «Южный Кузбасс» в профессии МГВМ подземный у него развилось профессиональное заболевание - <данные изъяты> (<данные изъяты>), о чем составлен Акт № от ДД.ММ.ГГГГ о случае профессионального заболевания.

Заключением МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ ему установлено впервые № процентов утраты профессиональной трудоспособности по профзаболеванию <данные изъяты>, которая затем подтверждалась. Заключением МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ утрата профтрудоспособности по профзаболеванию установлена № процентов бессрочно.

Степень вины ПАО «Южный Кузбасс» в причинении профессионального заболевания составляет 29,5 %, что подтверждается заключением клиники НИИ комплексных проблем гигиены № от ДД.ММ.ГГГГ.

Сведениями о выплатах компенсации морального вреда не располагает, так как приказ по выплате морального вреда на руки выдан не был.

Полученное профессиональное заболевание приносит истцу моральные и физические страдания. Его беспокоят постоянные ноющие боли плечевых суставов, суставов рук, шейный и пояснично-крестцовый отдел позвоночника, ограничен в полноценной физической активности, не может в полной мере поворачивать голову, поднимать руки, отсутствует сила в руках, нарушена моторика, беспокоят боли в спине, отчего нарушен сон. Вынужден по ПРП дважды в год применять лечение в виде обезболивающих инъекций, таблеток, вынужден применять обезболивающие препараты, ранее проходил один раз в год санаторно-курортное лечение. Однако состояние здоровья не улучшается, болезнь прогрессирует, диагноз ухудшился, процент утраты профессиональной трудоспособности установлен бессрочно.

Из-за последствий профессионального заболевания пришлось продать частный дом и переехать в квартиру, он не может полноценно прежний активный образ жизни, болезненные ощущения в суставах обостряются при перемене погоды, изменилась бытовая, физическая активность и качество жизни существенно изменилась в худшую сторону. В результате перенесенного повреждения здоровья, стал замкнутым, раздражительным, беспокойным, что сказывается на близких людях.

Истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей.

Решением Междуреченского городского суда Кемеровской области от 03.05.2023 постановлено:

Исковые требования ФИО2 к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда за профессиональное заболевание <данные изъяты> в размере 101 258 рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

В апелляционной жалобе представитель ПАО «Южный Кузбасс» ФИО1 просит отменить решение суда как незаконное и необоснованное.

Повторно излагая процессуальную позицию, которой ПАО «Южный Кузбасс» придерживалось в суде первой инстанции, в обоснование жалобы указывает, что ПАО «Южный Кузбасс» добровольно выплатило ФИО2 компенсацию морального вреда согласно условиям Федерального отраслевого соглашения и Коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс» на 2011-2013 годы, при этом истец возражений относительно размера компенсации морального вреда не предъявлял, компенсацию в выплаченном работодателем размере принял. Полагает, что данные обстоятельства повлекли прекращение обязательств ПАО «Южный Кузбасс» перед ФИО2

На апелляционную жалобу и.о. прокурора г. Междуреченска Майоровым В.В. принесены возражения.

Стороны надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились и не сообщили о причинах неявки в судебное заседание, информация о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также о правилах личного участия в судебном заседании и осуществления прав, предусмотренных Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, размещена в открытом источнике информации - на официальном сайте Кемеровского областного суда, в связи с чем, судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда находит возможным рассмотрение дела в их отсутствие на основании ст. 327, п. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации, в их взаимосвязи, следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие не обеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных ст. 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с ч. 2 ст. 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, а также разъяснению, содержащемуся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, у истца ФИО2 в периоды работы в том числе и на предприятии ПАО «Южный Кузбасс» развилось профессиональное заболевание - <данные изъяты> что подтверждается актом № от ДД.ММ.ГГГГ о случае профессионального заболевания, копией трудовой книжки, санитарно-гигиенической характеристикой условий труда (л.д.8).

Заключением МСЭ истцу впервые с ДД.ММ.ГГГГ установлено № утраты трудоспособности по данному профзаболеванию (л.д.41).

С ДД.ММ.ГГГГ процент утраты профессиональной трудоспособности по профзаболеванию в размере № установлен бессрочно (л.д.11).

Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлен диагноз: <данные изъяты>) (л.д.14-15).

Согласно заключению врачебной экспертной комиссии ФГБУ «Научно-исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» № от ДД.ММ.ГГГГ, вина в развитии профессионального заболевания ПАО «Южный Кузбасс» установлена в размере 29,5 % (л.д.21).

Тем самым факт причинения вреда здоровью истца и вина ответчика подтверждены, что не оспаривалось представителем ответчика.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ПАО «Южный Кузбасс» выплатило истцу единовременную компенсацию в счет возмещения морального вреда в связи с профзаболеванием <данные изъяты> в размере 75 742 руб. (л.д.45).

На основании представленных медицинских документов, в том числе выписки из амбулаторной карты, программы реабилитации пострадавшего судом установлено, что болезнь прогрессирует утрата профтрудоспособности составляет № бессрочно, истец обращается ежемесячно за медицинской помощью, в том числе и в связи с профессиональным заболеванием к врачу терапевту, неврологу, проходит амбулаторное лечение, обследования.

Указанные обстоятельства также подтверждаются показаниями свидетеля Б.А.С., сына истца, который пояснил, что в связи с приобретенным профессиональным заболеванием у истца болят руки, ноги, шея, спина, голова, из-за чего он не может спать, иногда из-за болей в спине использует для передвижения костыли. Истцу сложно наклоняться, тяжело обуться, завязать шнурки. Он не может поднять руки, слабость в руках, постоянно из рук выпадают ложки, не может удерживать мелкие предметы, не может переносить тяжести, физически слаб, в связи с чем он помогает выполнять физическую работу по дому. Раньше они проживали в частном доме, пришлось продать, так как отец ничего делать не может. Постоянно получает лечение в виде инъекций, натираний, обезболивающих препаратов, но улучшений нет. Ранее вел активный образ жизни, любил лыжи, дом построил сам. Сейчас расстраивается, что физически из-за профзаболевания стал слаб.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Трудового кодекса Российской Федерации, проанализировав положения коллективного договора и ФОС на 2011-2013 годы, пришел к выводу о наличии правовых оснований для частичного удовлетворения требований истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, ввиду того, что работодателем не были обеспечены безопасные условия труда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции, руководствуясь ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 21, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, положениями абз. 4 п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», пришел к выводу, что сумма в размере 101 258 руб. соразмерна объему морального вреда, причиненного истцу действиями (бездействием) работодателя, с учетом добровольно выплаченной ответчиком суммы.

Поскольку на основании ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истец освобожден от уплаты государственной пошлины, то в соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации в доход местного бюджета с ответчика взыскана государственная пошлина в размере 300 руб.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с данными выводами суда, поскольку они сделаны на основе всестороннего анализа совокупности собранных по делу доказательств и основаны на правильном применении материальных норм.

Оспаривая выводы суда, представитель ПАО «Южный Кузбасс» в апелляционной жалобе указывает на прекращение обязательств перед ФИО2 ввиду добровольной выплаты ему ответчиком компенсации морального вреда, размер которой истцом не оспаривался.

Однако, с указанными доводами апелляционной жалобы нельзя согласиться, так как основаны на ошибочном толковании норм материального права, в связи с чем, не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения суда.

В соответствии с ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 2 ст. 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Из разъяснений данных в абзаце 2 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из изложенного следует, что положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд для разрешения такого спора. В случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. При этом, положения отраслевых соглашений и коллективных договоров, предусматривающие выплату компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Обращаясь с иском в суд, ФИО2 ссылался на то, что сумма, выплаченная ответчиком в счет компенсации морального вреда, не соответствует его физическим и нравственным страданиям.

Таким образом, между истцом и ПАО «Южный Кузбасс» возник спор о размере компенсации морального вреда.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правомерным выводам о наличии оснований для взыскания с ПАО «Южный Кузбасс» в пользу ФИО2 компенсации морального вреда, выводы суда основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные отношения.

Тем самым, верным является вывод суда, что факт добровольной выплаты на основании приказа ПАО «Южный Кузбасс» № от ДД.ММ.ГГГГ в связи с установлением истцу утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием истцу ответчиком компенсации морального вреда в размере 75 742 рублей, не является безусловным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, поскольку суд первой инстанции, принимая во внимание, что профессиональное заболевание возникло у истца в том числе по вине ответчика (29,5 % вины) и продолжает прогрессировать, что подтверждается медицинскими документами, не позволяет истцу вести привычный образ жизни и требует прохождения постоянного лечения, пришел к обоснованному выводу о том, что сумма компенсации морального вреда в размере 75 742 руб., выплаченная истцу ПАО «Южный Кузбасс», не отвечает требованиям разумности и справедливости, не обеспечивает полноценной защиты нарушенного права истца.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Таким образом, как уже отмечалось судебной коллегией ранее, в случае спора, размер компенсации морального вреда определяется судом вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон.

Систематическое обращение истца за медицинской помощью, прохождение лечения, ограничения в образе жизни, безусловно свидетельствует о наличии физических и нравственных страданий истца.

По мнению судебной коллегии, определенный судом размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО2 в связи с профессиональным заболеванием, и взысканный с ответчика ПАО «Южный Кузбасс», является разумным и справедливым, соответствует физическим и нравственным страданиям, которые пережил и переживает истец в связи с установленными у него профессиональным заболеванием, степенью утраты трудоспособности, а также является разумным по отношении к степени вины ответчика ПАО «Южный Кузбасс» и того периода времени, в течение которого у него работал истец во вредных условиях труда.

В этой связи доводы апелляционной жалобы признаются судебной коллегией несостоятельными, выводы суда первой инстанции не опровергающими.

Иных правовых оснований, которые в силу закона могли бы повлечь отмену решения суда, в том числе касающихся несогласия заявителя жалобы с распределением судом судебных издержек по делу, апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая изложенное, доводы апелляционной жалобы по своей сути повторяют доводы возражений на исковое заявление (л.д.44), выражают несогласие с выводами суда, сводятся к субъективному изложению фактических обстоятельств дела, направлены на переоценку выводов суда, тогда как позиция суда первой инстанции основана на правильном толковании в их системном единстве нормативных правовых актов, регулирующих спорные правоотношения, соответствует фактическим обстоятельствам и материалам гражданского дела.

При таких обстоятельствах, доводы апелляционной жалобы не могут являться основанием для отмены или изменению решения суда.

Руководствуясь ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 03 мая 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий: И.В. Першина

Судьи: Л.В. Вязникова

Т.В. Кириллова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 15.08.2023