Апелляционное определение по делу № 22-1006/2023 от 25.08.2023

Судья Винюкова А.И. Дело № УК-22-1006/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Калуга 25 августа 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Калужского областного суда

в составе

председательствующего Мельникова Г.В.,

судей Аркатовой М.А. и Кулакова И.А.

при секретаре Кокош А.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Назаровой Л.А., Григорян А.В., Дерюгина М.А., Коноплинова А.А., потерпевшей ФИО4 на приговор Сухиничского районного суда Калужской области от 14 июня 2023 г., которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженец <адрес>, ранее судимый:

- 06.04.2022 приговором Сухиничского районного суда Калужской области по ч.1 ст. 318 УК РФ к штрафу в размере 40000 рублей, исполнено 15.06.2022,

осужден по ч.3 ст. 162 УК РФ к 7 годам лишения свободы.

На основании ч.5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем полного сложения наказания, назначенного настоящим приговором, с наказанием, назначенным приговором Сухиничского районного суда Калужской области от 06 апреля 2022 г., назначено окончательное наказание в виде 7 лет лишения свободы и штрафа в размере 40000 рублей.

Наказание в виде лишения свободы постановлено отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу избрана в виде заключения под стражу, взят под стражу в зале суда.

Зачтено в срок отбытия наказания полное отбытие наказания по приговору Сухиничского районного суда Калужской области от 06 апреля 2022 г. в виде штрафа в размере 40000 рублей;

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженец <адрес>, ранее не судимый,

осужден по ч.3 ст. 162 УК РФ к 7 годам лишения свободы;

ч.1 ст. 119 УК РФ к обязательным работам на срок 240 часов;

по п. «в» ч.2 ст. 115 УК РФ к обязательным работам на срок 280 часов.

На основании ч.3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний назначено окончательное наказание в виде 7 лет 1 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженец <адрес>, ранее не судимый,

осужден по ч.3 ст. 162 УК РФ к 7 годам лишения свободы;

ч.1 ст. 228 УК РФ к обязательным работам на срок 280 часов.

На основании ч.3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний назначено окончательное наказание в виде 7 лет 20 дней лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 14 июня 2023 г. по день вступления приговора в законную силу, время принудительного нахождения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, с 10 марта 2022 г. по 07 апреля 2022 г. из расчета один день за один день отбывания наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Аркатовой М.А., объяснения осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО7, адвокатов Назаровой Л.А., Коноплинова А.А. и Дерюгина М.А., поддержавших апелляционные жалобы, мнение прокурора Ковалевой М.Ю., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

Швец, ФИО2 и Сафронов признаны виновными в совершении разбоя, то есть нападения с целью хищения чужого имущества, совершенного группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, с незаконным проникновением в хранилище.

Кроме того, ФИО2 признан виновным в совершении угрозы убийством, когда имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, в умышленном причинении легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Сафронов признан виновным в незаконном хранении без цели сбыта частей растений, содержащих наркотические средства, в значительном размере.

Преступления совершены Швецом, ФИО2 и ФИО7 в 2021г., ФИО2 в отношении ФИО4 – в сентябре 2022 г. при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденные Швец, ФИО2, ФИО7 вину в совершении разбоя не признали, ФИО2 в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 119, п. «в» ч.2 ст. 115 УК РФ, вину не признал, ФИО7 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 228 УК РФ, вину признал.

В апелляционной жалобе адвокат Коноплинов А.А. просит приговор в отношении ФИО2 отменить как незаконный и необоснованный, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в нем, фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенным нарушением уголовно – процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, несправедливостью приговора. Адвокат считает, что действия ФИО2 неправильно квалифицированы по ч.3 ст. 162 УК РФ, ч.1 ст. 119, п. «в» ч.2 ст. 115 УК РФ. Виновность ФИО2 в совершении разбоя не доказана, а также не доказан факт совершения этого преступления. Согласно показаниям потерпевшей ФИО4 в суде, ФИО2 не высказывал в её адрес угрозы убийством, она не опасалась осуществления угрозы, телесные повреждения ФИО2 причинил ей по неосторожности; ФИО4 добровольно было заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2 по ч.1 ст. 119, п. «в» ч.2 ст. 115 УК РФ в связи с примирением, она сообщила, что никаких моральных или материальных претензий у неё к ФИО2 не имеется, он осуществляет за ней уход, помогает по хозяйству. Суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства ФИО4 при наличии оснований для прекращения уголовного дела, поскольку Ноздрин впервые совершил преступление небольшой тяжести, загладил причиненный вред, примирился с потерпевшей. При назначении наказания суд не в полной мере учел данные, характеризующие личность ФИО2, который ранее не судим, не привлекался к административной ответственности, воспитывает двоих детей, один из которых малолетний, по месту жительства и месту учебы ребенка характеризуется положительно. Кроме того, адвокат указывает на нарушение уголовно – процессуального закона при составлении обвинительного заключения, считая, что срок следствия по делу незаконно и необоснованно был продлен более чем на 12 месяцев, все следственные действия, произведенные за установленным законом сроком следствия, являются недопустимыми; на основании обвинительного заключения, составленного за сроком предварительного следствия, нельзя было вынести приговор или иное судебное решение.

В апелляционной жалобе адвокат Назарова Л.А. в защиту интересов ФИО1 просит приговор отменить как незаконный, необоснованный и несправедливый в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в нем, фактическим обстоятельствам уголовного дела, нарушением уголовно – процессуального закона, указывает, что выводы суда о том, что Швец виновен в совершении разбойного нападения, основаны на противоречивых показаниях свидетелей и потерпевших, которые искажены в приговоре и не соответствуют действительности. Адвокат считает, что показания осужденного Швеца об обстоятельствах происшествия являются достоверными, подтверждаются имеющимися в деле доказательствами, в частности показаниями осужденных ФИО2 и ФИО7, частично показаниями потерпевшего ФИО8, который в судебном заседании пояснил, что ружье в его сторону Швец не направлял, угроз не высказывал, он его не испугался, а медленным шагом ушел с места происшествия. Адвокат считает, что к показаниям ФИО8 следует отнестись критически, поскольку он состоит на учете у врача-психиатра, его показания содержат противоречия. Показания ФИО8 о том, что он видел, как давили и грузили в автомашину овец, противоречат его же показаниям, данным в ходе предварительного следствия. Из показаний ФИО6 следует, что на территории КФХ было темно, фонарь не горел, то есть ФИО8 не мог ничего видеть из своего вагончика. ФИО8 незаконно признан потерпевшим, поскольку в судебном заседании он пояснил, что ущерба ему действиями осужденных не причинено, угроз ему никто не высказывал. Адвокат считает, что действия Швеца не образуют состава преступления, в связи с этим его следует оправдать по предъявленному обвинению.

В апелляционной жалобе адвокат Григорян А.В. просит приговор в отношении ФИО7 изменить, указывает, что никаких обстоятельств, подтверждающих наличие между Швецом, ФИО2 и ФИО7 предварительного сговора на совершение разбойного нападения не установлено. Суд необоснованно признал достоверными показания ФИО8, страдающего психическим заболеваем, необоснованно отверг показания осужденных об обстоятельствах происшествия. ФИО7 не покидал автомобиль, овцы сами попали под колеса его автомобиля, когда разбегались из открытого ангара, Сафронов погрузил попавших под колеса автомобиля овец, испугавшись, надеясь, что хозяин не заметит отсутствия этих овец, и решил уехать. Вина ФИО7, по мнению адвоката, заключается только в том, что он не дождался потерпевшего и не решил вопрос о возмещении ущерба на месте. ФИО8 не видел ФИО7 в автомобиле, ФИО7 ему не угрожал. Адвокат просит переквалифицировать действия ФИО7 с ч.3 ст. 162 УК РФ на п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ. С учетом того, что причиненный преступлением ущерб возмещен потерпевшим в двойном размере, с учетом признания ФИО7 вины, активного способствования раскрытию и расследованию преступления, с учетом наличия у ФИО7 несовершеннолетних детей и состояния здоровья ФИО7 адвокат просит назначить ФИО7 не связанное с лишением свободы наказание.

В апелляционной жалобе адвокат Дерюгин М.А. в защиту интересов осужденного ФИО7 указывает, что предварительного сговора между ФИО7, Швецом и ФИО2 на совершение хищения имущества с фермы, тем более на совершение разбоя, не имелось. ФИО7, оставаясь в автомашине, не мог видеть в ночное время, при слабом освещении от фар и окна бытовки сторожа, что происходит между Швецом, ФИО2 и ФИО8. Когда Швец помахал рукой, Сафронов подумал, что нужно подъехать, начал движение на автомашине, нечаянно задавил несколько овец, погрузил их в автомашину, чтобы скрыть свои действия от владельцев крестьянского фермерского хозяйства; ФИО2 и Швец не знали о том, что ФИО7 сбил автомашиной и загрузил в автомашину сбитых овец. Адвокат просит переквалифицировать действия ФИО7 с ч.3 ст. 162 УК РФ на п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ. Адвокат указывает, что в основу осуждения Сафронова по ч.3 ст. 162 УК РФ положены показания ФИО8, который в силу инвалидности, черепно – мозговой травмы мог недостоверно, искаженно воспринимать события происшествия, психолого – психиатрической экспертизы состояния здоровья ФИО8 на предмет возможности давать показания, возможности оказания на него давления другими лицами при даче показаний не проводилось. Суд не учел то, что в показаниях ФИО8 имеются противоречия, не дал им надлежащую оценку. По мнению адвоката, ФИО8 является заинтересованным в исходе дела лицом, поскольку он не выполнил свои обязанности загнать овец в ангар на ночь, в связи с чем они попали под колеса автомашины ФИО7 и ФИО11 был причинен ущерб. Данный факт подтверждается показаниями ФИО6 о том, что ФИО8 проснулся от лая собак, ворота ангара были раскрыты. Из показаний свидетеля ФИО3 следует, что при обследовании овец у них были установлены повреждения в виде ушибов и гематом, которые могли образоваться при наезде на них автотранспортного средства, следов поражения овец огнестрельным оружием обнаружено не было. Из данных показаний следует вывод о том, что по овцам, вопреки показаниям ФИО8, стрельба не велась. Из показаний ФИО8 следует, что ему осужденные никаких требований не предъявляли, просто поинтересовались, кто он такой и что он здесь делает. ФИО8 спокойно ушел в свой вагончик, насилия к нему не применялось, угроз применения насилия ему не высказывалось. Никто не препятствовал ФИО8 уйти в вагончик, позвать на помощь. В ходе предварительного следствия ФИО7 активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, давал последовательные и правдивые показания, признал вину в содеянном и раскаялся. ФИО7 имеет постоянную работу, положительно характеризуется, не состоит на учете у нарколога, у него на иждивении находится двое малолетних детей. С учетом смягчающих наказание обстоятельств, при отсутствии отягчающих обстоятельств ФИО7 назначено чрезмерно суровое наказание. Адвокат считает, что исправление ФИО7 возможно без изоляции от общества, просит на основании ч.6 ст. 15 УК РФ изменить категорию совершенного преступления на более мягкую, назначить ему по п. «в» ч.2 ст. 158, ч.1 ст. 228 УК РФ наказание, не связанное с реальным лишением свободы.

В апелляционной жалобе потерпевшая ФИО4 просит прекратить в отношении ФИО2 уголовное преследование по ч.1 ст. 119, п. «в» ч.2 ст. 115 УК РФ в связи с примирением сторон, указывая, что ФИО2 не высказывал в отношении неё угрозы убийством, она не опасалась осуществления угрозы, ножевое ранение ФИО2 причинил ей по неосторожности. В ходе предварительного следствия она не читала протокол допроса, не могла прочитать протокол принятия от неё устного заявления в силу плохого зрения. В суде давала правдивые показания. Суд необоснованно отклонил её ходатайство о прекращении уголовного преследования ФИО2, она к нему никаких претензий не имеет, он помогает ей по хозяйству, осуществляет за ней уход.

Исследовав материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия считает, что приговор суда является законным, обоснованным и справедливым.

Выводы суда о виновности Швеца, ФИО2 и ФИО7 в совершении разбоя, то есть нападения с целью хищения чужого имущества, совершенного группой лиц по предварительному сговору, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, с незаконным проникновением в хранилище, а также виновность ФИО7 в незаконном хранении без цели сбыта частей растений, содержащих наркотические средства, в значительном размере, и ФИО2 в совершении угрозы убийством, когда имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, в умышленном причинении легкого вреда здоровью ФИО4 по признаку кратковременного расстройства здоровья потерпевшей, с применением предмета, используемого в качестве оружия, основаны на приведенных в приговоре доказательствах, тщательно исследованных в ходе судебного разбирательства и получивших надлежащую оценку в приговоре.

Оценка исследованным доказательствам судом первой инстанции дана в соответствии с требованиями ст. 17, 87, 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в своей совокупности - достаточности для разрешения данного дела. В основу приговора положены доказательства, которые были непосредственно исследованы и проверены в ходе судебного разбирательства, при этом в приговоре приведены мотивы, по которым суд принял одни доказательства и отверг другие.

Сомневаться в достоверности доказательств, положенных в основу выводов суда первой инстанции, оснований не имеется.

Правильность оценки доказательств сомнений не вызывает.

Судом правильно установлены фактические обстоятельства дела, в соответствии с которыми действиям Швеца, ФИО2, ФИО7 дана правильная юридическая оценка. Оснований для иной правовой оценки действий осужденных не имеется.

Доводы осужденных Швеца, ФИО2 и ФИО7 о том, что они не совершали разбойного нападения, были тщательно проверены судом и обоснованно признаны несостоятельными по мотивам, изложенным в приговоре.

Судом первой инстанции правильно установлено, что Швец, ФИО2 и ФИО7 вступили в предварительный сговор на хищение чужого имущества из ангара, в котором содержались овцы, с применением оружия и угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья. С этой целью они 09 ноября 2021 г., в период времени с 19 часов до 24 часов, на автомобиле марки «<данные изъяты>» под управлением Сафронова приехали к ангару, принадлежащему главе крестьянского фермерского хозяйства ФИО11, в котором содержались овцы, ФИО2 и Швец, взяв с собой двуствольное гладкоствольное курковое охотничье ружье, вышли из автомобиля и направились к ангару с овцами, по дороге их встретил сторож ФИО8 Швец, имея при себе указанное оружие, схватил ФИО8 за куртку, высказал в его адрес угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья, сказал, что будет стрелять. ФИО8, опасаясь угрозы, побежал в сторожевой вагончик, закрылся там изнутри. В это время Швец и ФИО2 подошли к ангару, в котором содержались овцы, открыли его, незаконно, приникнув в хранилище. Из открытого ангара выбежали овцы и разбежались по прилегающей территории. Щвец и ФИО2 сели в автомобиль и на автомобиле под управлением ФИО7 стали преследовать разбегающихся овец, осуществив в направлении овец не менее 4 выстрелов из охотничьего ружья и травмируя овец выступающими частями автомобиля. После этого Швец, ФИО2 и Сафронов погрузили в автомобиль четырех сбитых автомобилем овец и скрылись с места происшествия.

Доводы осужденных о том, что они приехали к ферме, где содержались овцы, не с целью хищения чужого имущества, не высказывали угроз применения насилия, опасного для жизни и здоровья, потерпевшему ФИО8, опровергаются показаниями потерпевшего ФИО8, свидетеля ФИО6, потерпевшей ФИО11 и другими исследованными судом доказательствами.

Так, из показаний потерпевшего ФИО8 следует, что он работает сторожем в крестьянском фермерском хозяйстве «ФИО11», в ночь с 09 на 10 ноября 2021 г. он находился в сторожевом вагончике, расположенном напротив ангара, в котором содержались овцы. Услышав звук подъехавшего автомобиля, он вышел из вагончика и увидел автомобиль, подъехавший к ангару, из него вышли ранее неизвестные ему Швец и ФИО2. Он пошел им навстречу. Швец, у которого на плече висело ружье, схватил его за куртку, начал на него кричать, спрашивал, кто он такой, сказал: «Сейчас буду стрелять!». Испугавшись угрозы, он (ФИО8) побежал в свой вагончик, закрылся изнутри и позвонил ФИО6, чтобы сообщить о том, что произошло. Через окно он видел, что Швец и ФИО2 подошли к ангару, в котором находились овцы, открыли двери ангара. Овцы стали выбегать из ангара через открытую дверь и разбегаться по территории фермерского хозяйства, побежали в поле. Швец и ФИО2 сели в автомобиль, за рулем которого находился еще один мужчина, и поехали за овцами в поле, Швец стрелял по овцам из ружья, он слышал 4 выстрела. Автомобиль остановился, из него вышли Швец и ФИО2, закинули в автомобиль нескольких овец, после чего уехали.

Суд обоснованно признал показания потерпевшего ФИО8 достоверными, поскольку они являются последовательными, подробными, подтверждаются иными исследованными судом доказательствами.

Из показаний ФИО6 следует, что ФИО8 ему позвонил и рассказал о том, что на территорию фермерского хозяйства подъехал автомобиль, похожий на внедорожник, из него вышли двое мужчин, один из них, на плече которого висело ружье, схватил ФИО8 за куртку, сказал, что будет стрелять. Пока ФИО8 разговаривал с ним (с ФИО6) по телефону, двое мужчин подошли к ангару, где содержались овцы, открыли дверь, овцы выбежали из ангара и побежали в поле. Двое мужчин сели в автомобиль и поехали за овцами в поле, стреляя по овцам из ружья. Он (ФИО6) находился в доме, расположенном в 300 метрах от ангара, сразу же побежал к ферме, услышал два выстрела. Подбегая к ферме, он увидел автомобиль красного цвета и двоих мужчин, которые грузили в автомобиль овец. Он не успел до них добежать, как мужчины сели в автомобиль и уехали с места происшествия.

Из показаний потерпевшей ФИО11 следует, что от ФИО8 и ФИО6 ей стало известно, что на ферму было совершено нападение с оружием и похищено 4 овцы; к ангару, в котором содержались беременные овцы, на автомашине приехали трое мужчин с оружием, сторож ФИО8 вышел к ним навстречу, они его схватили, стали ему угрожать, а он испугался, вырвался, побежал в вагончик, закрылся и позвонил ФИО6.

Из материалов дела следует, что сотрудники полиции по сообщению ФИО6 выехали на место происшествия, Швец, ФИО2, ФИО7 на автомобиле «<данные изъяты>» пытались скрыться от сотрудников полиции В ходе преследования автомобиль «<данные изъяты>» сотрудниками полиции был задержан. В автомобиле находились ФИО7, Швец и ФИО2. В ходе осмотра автомобиля <данные изъяты> было обнаружено двуствольное, гладкоствольное охотничье ружье модели «<данные изъяты>» в исправном состоянии, пригодное для стрельбы, охотничьи патроны, гильза, 4 похищенные у ФИО11 овцы.

Оспаривая выводы суда о достоверности показаний потерпевшего ФИО8, сторона защиты ссылается на противоречия в его показаниях относительно того, видел ли он или не видел, как осужденные загружали в автомобиль «<данные изъяты>» сбитых овец.

Эти доводы стороны защиты являются несостоятельными. Как следует из материалов дела, при задержании Швеца, ФИО7 и ФИО2 сотрудниками полиции в автомобиле «<данные изъяты>» были обнаружены 3 мертвых и 1 живая овца с ушибами и переломами. Из показаний свидетеля ФИО6, так же как и из показаний потерпевшего ФИО8, следует, что он видел, как двое из осужденных грузили в автомобиль «<данные изъяты>» овец.

Оспаривая достоверность показаний потерпевшего ФИО8 о том, что в его адрес была высказана угроза применения насилия, опасного для жизни и здоровья, о том, что осужденные проникли в ангар, стреляли по овцам, преследовали овец на автомобиле, погрузили в автомобиль нескольких овец, сторона защиты ссылается на наличие у ФИО8 психического заболевания, на то, что он мог искаженно воспринимать события происшествия, на то, что на территории фермы было темно и ФИО8 не мог видеть это. Однако эти доводы не основаны на материалах дела.

Как следует из материалов дела, потерпевший ФИО8 в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства давал подробные и последовательные показания, которые подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств.

О том, что при совершении преступления умыслом осужденных охватывалось применение оружия и угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья, свидетельствуют не только показания потерпевшего ФИО8, но и показания ФИО6, ФИО11, обнаружение на месте происшествия следов применения оружия (гильзы, дроби, пыж-контейнера), устное заявление ФИО6 в органы полиции о том, что неизвестные лица приехали на автомашине, проникли на ферму, выгнали овец, стреляли по ним, поехали на автомашине за овцами, забрали несколько овец, при этом угрожали работнику.

Из приведенных в приговоре доказательств следует, что осужденные вместе приехали на автомобиле к ангару, где содержатся овцы, один остался в автомобиле за рулем, двое вышли из автомобиля, вооружившись охотничьим ружьем, которое было пригодно для стрельбы и заряжено; встретив сторожа, Швец, имея при себе заряженное оружие, высказал в его адрес угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья, сказав, что будет стрелять; воспользовавшись тем, что сопротивление сторожа ФИО8 устранено в результате угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья, ФИО2 и ФИО7 вместе со Швецом направили свои действия на завладение чужим имуществом: открыли ангар, проникли в него, Швец произвел несколько выстрелов в направлении овец, ФИО7, управляя автомашиной, стал преследовать овец и сбивать их выступающими частями автомобиля, затем двое из осужденных погрузили в автомобиль сбитых овец и сразу скрылись с места происшествия, удерживая похищенное во время преследования их сотрудниками полиции.

Последовательность и согласованность действий осужденных, вопреки доводам апелляционных жалоб, свидетельствует о том, что конечной целью для них было завладение чужим имуществом и они пошагово, исполняя каждый свою роль, совершили это путем нападения, применения оружия и угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья, путем проникновения в хранилище.

Доводы адвоката о том, что ФИО7 не видел, что делали Швец и ФИО2, выйдя из его автомобиля; он (ФИО7) нечаянно задавил несколько овец, а затем закинул их туши в автомобиль, чтобы скрыть это от хозяина фермы, являются несостоятельными при наличии прямых доказательств, подтверждающих согласованность и последовательность действий осужденных, направленность их на завладение чужим имуществом, свидетельствующих о наличии между ними предварительного сговора, в рамках которого ФИО7 на своем автомобиле, управляя им, привез Швеца и ФИО2 к месту хранения чужого имущества – к ангару с овцами, ожидал Швеца и ФИО2 в автомобиле, когда они устраняли возможное сопротивление сторожа чужого имущества, когда Швец и ФИО2 открывали ангар и проникали в него, Сафронов принял непосредственное участие в завладении чужим имуществом – преследовал и сбивал овец на автомобиле тогда, когда Швец производил выстрелы из ружья в разбегающихся овец, остановил автомобиль, чтобы загрузить сбитых овец в салон автомобиля, управлял автомобилем, скрываясь от преследования сотрудников полиции с целью удержания похищенного имущества.

Доводы адвоката о том, что ФИО2 не совершал никаких действий по завладению чужим имуществом, судебная коллегия считает несостоятельными. Как следует из материалов дела, ФИО2 с целью хищения чужого имущества вместе с другими осужденными приехал к ангару, в котором содержались овцы, вооружившись ружьем, он вместе со Швецом вышел из автомашины и направился к ангару с овцами, когда Швец высказывал в адрес сторожа угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья, ФИО2 стоял рядом с ним, воспользовавшись тем, что в результате высказанной угрозы сопротивление сторожа было подавлено, Ноздрин вместе с другими осужденными принял меры к завладению чужим имуществом, он вместе со Швецом открыл ворота ангара, сел в автомобиль под управлением ФИО7 и вместе с другими осужденными преследовал разбежавшихся из ангара овец, когда Швец производил в сторону овец выстрелы из ружья. Потерпевший ФИО8 и свидетель ФИО6 видели, как двое мужчин закидывали в автомобиль ФИО7 туши сбитых овец. Затем Ноздрин вместе с другими осужденными пытался скрыться от преследования сотрудников полиции и удержать похищенное имущество.

Судебная коллегия не усматривает оснований для оправдания осужденных в совершении разбоя, для переквалификации действий осужденного ФИО7 на п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ.

Доводы апелляционных жалоб адвоката Коноплинова А.А. и потерпевшей ФИО4 о том, что ФИО2 не высказывал в адрес ФИО4 угрозы убийством, а легкий вред её здоровью причинил по неосторожности, судом первой инстанции были проверены и обоснованно отвергнуты по мотивам, приведенным в приговоре.

Суд в приговоре дал надлежащую оценку показаниям потерпевшей ФИО4, обоснованно признав достоверными её показания, данные в ходе предварительного следствия, о том, что Ноздрин высказал в её адрес угрозу убийством, осуществления которой у неё были основания опасаться, нанес ей удар (полоснул) ножом в область шеи.

Указанные показания ФИО4 подтверждаются показаниями свидетеля ФИО5, заключением судебно – медицинской экспертизы, протоколом осмотра места происшествия, обнаружением на месте происшествия ножа со следами пальцев правой руки ФИО2, следов крови на месте происшествия и одежде потерпевшей, протоколом принятия от ФИО4 устного заявления о совершении в отношении неё преступления и другими доказательствами.

Вывод суда о том, что при описанных потерпевшей ФИО4 обстоятельствах у неё имелись основания опасаться осуществления высказанной ФИО2 угрозы убийством, судебная коллегия считает правильным и обоснованным.

Вопреки доводам стороны защиты, суд обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства потерпевшей ФИО4 о прекращении уголовного преследования ФИО2 в связи с примирением, мотивировав это решение в приговоре. Оснований не согласиться с данным решением суда и мотивами принятого решения судебная коллегия не усматривает.

Выводы суда о виновности ФИО7 в незаконном хранении без цели сбыта частей растений, содержащих наркотические средства, в значительном размере в апелляционных жалобах не оспариваются, сомнений в их обоснованности у судебной коллегии не имеется.

Судебная коллегия считает, что судебное следствие по уголовному делу проведено полно и объективно, совокупности исследованных в судебном заседании доказательств достаточно для правильного разрешения уголовного дела.

Уголовное дело рассмотрено судом в соответствии со ст. 252 УПК РФ в пределах предъявленного осужденным обвинения, с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности, сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей, при этом каких-либо ограничений прав участников уголовного судопроизводства допущено не было.

Наказание ФИО7, Швецу, ФИО2 назначено с соблюдением требований ст.ст. 6, 60 УК РФ, с учетом целей наказания, характера и степени общественной опасности содеянного, конкретных обстоятельств дела, данных о личности осужденных, смягчающих наказание обстоятельств, отягчающих наказание обстоятельств, а также с учетом влияния назначенного наказания на их исправление и условия жизни их семей.

Вопреки доводам стороны защиты, суд признал при назначении наказания ФИО7 в качестве смягчающих наказание обстоятельств полное возмещение потерпевшей ФИО9 причиненного в результате совершения преступления ущерба, раскаяние в содеянном, полное признание вины в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 228 УК РФ, наличие на иждивении малолетних детей.

Основания для признания ФИО7 в качестве смягчающего наказание обстоятельства активного способствования раскрытию и расследованию преступлений отсутствуют.

Вопреки доводам стороны защиты, суд учел при назначении наказания ФИО2 характеризующие данные по месту жительства, по месту обучения ребенка, учел в качестве смягчающих наказание обстоятельств наличие малолетнего ребенка, частичное признание вины в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст. 115 УК РФ, раскаяние в содеянном, добровольное возмещение имущественного и морального вреда, причиненного в результате совершенных преступлений.

При назначении наказания Швецу суд учел в качестве смягчающего обстоятельства наличие на иждивении малолетних детей.

Состояние здоровья осужденных также было учтено при назначении им наказания.

Вывод суда о признании осужденным Швецу и ФИО2 отягчающим наказание обстоятельством состояния опьянения, вызванного употреблением алкоголя, является обоснованным и достаточно мотивированным.

Выводы суда о назначении вида и размера наказания, а также об отсутствии оснований для применения положений ст. 73 УК РФ, ч.6 ст. 15 УК РФ являются мотивированными и обоснованными, а назначенное осужденным наказание судебная коллегия считает справедливым и соразмерным содеянному, в связи с чем отсутствуют основания для изменения приговора в части назначенного наказания и для смягчения назначенного наказания.

Оснований для применения к ФИО2 положений ст. 82 УК РФ не имеется.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих изменение или отмену судебного решения в апелляционном порядке, на предварительном следствии и в судебном заседании не допущено.

Нельзя согласиться с доводами апелляционной жалобы адвоката Коноплинова А.А. о нарушении уголовно – процессуального закона при продлении срока расследования уголовного дела и составлении обвинительного заключения за сроком предварительного следствия.

Срок предварительного следствия по делу с 10 ноября 2021 г. по 10 августа 2022 г. был продлен руководителем следственного органа по субъекты Российской Федерации в соответствии с ч.5 ст. 162 УПК РФ, в дальнейшем срок предварительного следствия по уголовному делу продлевался несколько раз в соответствии с ч.6 ст. 162 УПК РФ.

Обвинительное заключение по уголовному делу составлено в пределах срока предварительного следствия, отвечает требованиям ст. 220 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

приговор Сухиничского районного суда Калужской области от 14 июня 2023 года в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО7 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев с момента его провозглашения, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения им копии апелляционного определения.

В случае пропуска указанного срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление на приговор подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: