Решение по делу № 2-5760/2022 от 11.08.2022.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11.08.2022 года г. Тольятти

Автозаводский районный суд г. Тольятти Самарской области в составе:

судьи Ивановой О.Б.,

при секретаре Карягиной К.Ю.,

с участием представителей истца: ФИО1,

представителя ответчика: ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-5760/2022 по иску ФИО3 к ФИО4 об установлении виновника дорожно-транспортного происшествия, взыскании стоимости восстановительного ремонта, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 предъявил в Автозаводский районный суд г. Тольятти иск к ФИО4 об установлении виновника дорожно-транспортного происшествия, взыскании стоимости восстановительного ремонта, судебных расходов, указав при этом следующее.

ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес> произошло ДТП, с участием автомобилей ВАЗ 217050 г/н № под управлением ФИО3, и Хендай Солярис г/н № под управлением ФИО4, в результате которого автомобиль ВАЗ 217050 г/н №, принадлежащий ФИО3 на праве собственности, получил ряд механических повреждений. По данному факту 28.04.2020 года инспектором ДПС ОР ДПС ГИБДД ОМВД России по Ставропольскому району Самарской области ФИО5 в отношении ФИО3 вынесено определение 63 XX 283520 от 28.04.2020 года об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренного статьей 12.14 КоАП РФ. Решением Ставропольского районного суда Самарской области от 08.06.2020 года определение инспектора ДПС ОР ДПС ГИБДД ОМВД России по Ставропольскому району Самарской области об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении № от 28.04.2020 года изменено - исключено указание на нарушение ФИО3 п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. В остальной части вышеуказанное определение оставлено без изменения. Решение вступило в законную силу 27.06.2020 года. 07.09.2020 года ФИО4 в Ставропольский районный суд Самарской области подано исковое заявление об установлении степени вины в ДТП и взыскании судебных расходов. 06.11.2020 года гражданское дело № 2-2489/2020 года по иску ФИО4 к ФИО3 об установлении степени вины в ДТП и взыскании судебных расходов прекращено. Определение вступило в законную силу 30.11.2020 года. Таким образом, на настоящий момент вина водителей в совершении ДТП от 28.04.2020 года не установлена. Считает, что дорожно-транспортное происшествие, имевшее место 28.04.2020 года, произошло по вине водителя автомобиля Хендай Солярис, г/н № № ФИО4, поскольку указанный автомобиль, двигавшийся позади в попутном направлении по улице Советская, расположенной в Ставропольском районе, с. Подстепки, в нарушении предусмотренных на территории РФ Правил дорожного движения, а именно п. 11.1, пп. 2 п. 11.2 начал выполнять маневр «обгон» транспортного средства ФИО3, в то время, когда тот заблаговременно, до предполагаемого места съезда и совершения маневра «поворот налево» включил указатель левого поворота и выполнил целый комплекс последовательных действий по соблюдению мер предосторожности, перед совершением маневра «поворот налево», предусмотренных гл. 8 Правил дорожного движения РФ, а именно: снизил скорость движения, до начала маневра убедился, что полоса встречного движения свободна, посмотрел в левое, боковое зеркало заднего вида, убедился, что там тоже нет помех, совершал маневр «поворот налево» к дому, расположенному по адресу: <...> и передними колесами своего транспортного средства уже съезжал с асфальтированного участка дороги на прилегающую к дому территорию. Следовательно, водитель ФИО4 создал аварийную ситуацию тем, что перед совершением маневра «обгон» не убедился в безопасности совершения данного маневра, не обратил внимание на то, что автомобиль ФИО3, движущийся впереди, снизил скорость движения (это свидетельствовало о том, что будет совершен маневр). Ответчик не обратил внимание на световые сигналы его автомобиля. Для оценки стоимости восстановительного ремонта своего автомобиля он обратился в ООО «Эксперт». О проведении досудебной экспертизы ответчик был извещен, однако, телеграмма адресату не была доставлена. Согласно экспертного заключения № Д383-20 от 11.12.2020 года размер стоимости восстановительного ремонта автомобиля ВАЗ 21705 г/н № составляет 138 936 копеек.

Истец просил суд признать виновным ФИО4 в размере 100% в дорожно-транспортном происшествии, произошедшем 28.04.2020 года; Взыскать с ответчика в свою пользу стоимость восстановительного ремонта в размере 138 936 рублей 60 копеек, убытки в виде расходов по изготовлению экспертного заключения в размере 6 000 рублей, расходы по направлению телеграммы с уведомлением в размере 459,75 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Истец в ходе рассмотрения дела пояснил, что двигался по ул. Комсомольской, подъехав к перекрестку с ул. Советской он пропустил движущийся автомобиль и после этого совершил маневр поворота на лево на ул. Советскую, убедившись, что никому не мешает. Машин на его полосе не было, его никто не обгонял. Ему нужно было проехать по прямой примерно 300 метров и на перекрестке свернуть на ул. Первомайскую к своему дому. Од двигался по правой полосе со скоростью 40 км в час. Для того, чтобы съехать к дому нужно пересечь встречную полосу. Проехав примерно половину дистанции между перекрестками, он включил сигнал левого поворота и продолжил движение, притормозил. Подъезжая к перекрестку, он посмотрел в левое боковое зеркало, убедился, что за ним никто не движется в попутном направлении и начал совершать маневр поворота. Для съезда к дому необходимо пересечь встречную полосу на 180 градусов. Когда выехал на встречную полосу и проехал её большую часть, чуть-чуть притормозил, спускаясь на обочину, поскольку спуск под наклоном, примерно градусов 10-15. Когда его автомобиль практически съехал на грунтовую дорогу, он почувствовал удар в дверь. Только тогда увидел, а/м Хендай. Удар произошел почти на обочине. Во дворе проходят газовые трубы, стоит столб. А/м Хендай несло в столб. Водитель рулем задал направление движения а/м и их «понесло». Пояснил, что ранее он никогда не был участником ДТП. По силе удара описать скорость, а/м Хендай не может. Сигнал слышал, но среагировать не успел. При движении смотрел вперед, удар был сбоку. После ДТП у него был шок. Когда давал пояснения после ДТП у него было головокружение. Медицинского обследования не было. Относительно расхождений по расстоянию включения указателя поворота пояснить ничего не может. Полагает, что эмоциональное состояние могло на это повлиять. Считает, что в ДТП виновен ФИО4 просит исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель истца в ходе судебного разбирательства полагал, что вина водителя ФИО4 в ДТП доказана. Экспертным заключением опровергнуты доводы ответчика, место столкновения определено на обочине. ФИО4 утверждает, что столкновение произошло на встречной полосе. Ответчик в данной дорожной ситуации должен был руководствоваться п. 10.1 ПДД. ФИО4 начала обгонять автомобиль истца, когда он уже начал совершать маневр поворота. Не прибегнул к торможению в момент опасности.

Представитель ответчика в ходе судебного разбирательства возражал против заявленных требований. Полагал, что версия истца технически невозможна. Чтобы совершить такой маневр, ответчик должен двигаться по диагонали. Удар пришелся в боковую часть автомобиля. Экспертом даны ответы на поставленные вопросы относительно состоятельности версий участников ДТП. Когда задаются вопросы, люди дают оценочные суждения. При сопоставлении данных ДТП с показаниями участников, данные не сходятся. Эксперт определил только место столкновения автомобилей. В ходе судебного заседания установлено, что истец неоднократно менял показания. В объяснениях, имеющихся в административном материале истец указывал, что двигался со скоростью 15 км/ч, за 40-50 метров до начала маневра включил указатель поворота. Потом указывал, что за 10-15 метров до маневра включил указатель поворота, а в судебном заседании называет другие цифры (150 метров). Если следовать версии истца, то не ясно как ответчик ударил, если скорость была 40 км/ч. Автомобили вместе уходили левее. Полагает, что расстояние было больше. Автомобиль Хендай обгонял, а/м ВАЗ, иначе не было бы смыла крутить руль и ехать в кювет. Эксперт в заключение не дает категорический вывод. О невиновности ответчика говорят факты. Эксперт на стр. 39 заключения говорит, что если в момент опасности для ФИО4 а/м Хендай от места столкновения находился на расстоянии более 39 метров (при скорости движения 50 км/ч) и более 47 метров (при скорости движения 55 км/ч), то ФИО4 располагал технической возможностью избежать столкновение с а/м ВАЗ путем своевременного торможения с остановкой до места столкновения. При расстоянии менее 39 метров не располагал технической возможностью избежать столкновение. По объяснениям ответчика пришел к выводу, что водитель не мог обнаружить, а/м ВАЗ за 1 метр. Все остальные доводы оставляет на усмотрение суда и рассуждает с двух точек зрения. Полагал, что материалами дела виновность ответчика не установлена. Установить вину ответчика невозможно. В данном случае вина в ДТП в размере 100% лежит на истце.

Свидетель ФИО6 опрошенный в судебном заседании пояснил, что 28.04.2020 г. был очевидцем ДТП, события ДТП помнит. Он двигался по ул. Советской в селе Подстепки, перед ним сначала двигалась серая иномарка, потом она пошла на обгон и перед ним появился а/м Хендай. Когда од двигался за а/м Хендай, ему не было видно были ли впереди Хендай другие автомобили. Автомобиль Хендай ехал медленно, значит перед ним было препятствие. Он хотел обогнать, а/м Хендай, но увидел, что включился сигнал левого поворота и а/м Хендай начал занимать встречную полосу для обгона. Впереди по правой полосе перед ним открылся, а/м Приора. Автомобиль Приора открылся полностью, поворотник не был включен. Видел заднюю часть, а/м Приора 3-4 секунды. А/м Хендай полностью перестроился на встречную полосу. Видел одновременно и а/м Приора и а/м Хендай. А/м Хендай обошел наполовину, а/м Приора. Т.е. он видел полностью, а/м Приора, когда, а/м Хендай начал обгон. Расстояние между автомобилями точное сказать не может. В момент совершения маневра поворота, а/м Приора прозвучал звуковой сигнал. От какого т/с исходил сигнал, ему не известно. А/м Приора резко повернул налево. У а/м Хендай был включен левый сигнал поворота. Автомобиль Приора маневр поворота на налево совершил без включения сигнала поворота. Момент столкновения автомобилей произошел на проезжей части, на левой (встречной) полосе. Во время первого удара видно было столкновение т/с, второго касания автомобилей не видел. Больше половины (переднюю дверь) автомобиля Приора он не видел, т.к. она была скрыта за а/м Хендай. Удар произошел при повороте, а/м Приора. После первого удара машины потащило налево. Не обратил внимание тормозил ли перед столкновением, а/м Хендай. Второй удар произошел уже на обочине, автомобили зацепились передними частями. Он не останавливался, проехал мимо, т.к. увидел, что водители не серьезно пострадали. Обратно ехал где-то через 40 минут. Остановился.

На уточняющий вопрос представителя истца свидетель пояснил, что, он ехал со скоростью 60-62 км/ч примерно 3-4 минуты за иномаркой и Хендай. Автомобили впереди него двигались медленнее. После того как иномарка обогнала Хендай, двигался за а/м Хендай примерно 100 метров, 2 минуты. Видел Приору 3-4 секунды, до того, как она начала поворачивать. Когда а/м Хендай обгонял а/м Приору то до первого контакта было 3-4 секунды. За это время на полкорпуса а/м Хендай обогнал а/м Приора. Первое касание пришлось в левое переднее крыло а/м Приора. Второе касание он не видел. А/м Приора замедлилась, Хендай чуть быстрее двигался, от 40 до 50 км/ч. Моросил дождь. Стоп сигналы у Приоры видел. А/м Хендай находился на встречной полосе и начала опережать а/м Приору, и опередил до задней двери. А/м Приора начал маневр поворота, прозвучал сигнал и сразу же удар. А/м Приора после сигнала по заданной траектории продолжил движение. После звукового сигнала Хендае влево пытался уйти. Оба автомобиля изменили траекторию движения в лево. Все произошло слишком быстро, не видел, пытался ли тормозить водитель а/м Хендай.

Решением от 17.09.2021 г. в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказано.

Апелляционным определением Самарского областного суда от 13.12.2021 г. решение Автозаводского районного суда г. Тольятти от 17.09.2021 года оставлено без изменения.

Определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 06.04.2022 г. решение Автозаводского районного суда г. Тольятти от 17.09.2021 года и апелляционное определение Самарского областного суда от 13.12.2021 г. отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

Представитель истца в ходе рассмотрения дела поддержал исковые требования, пояснил, что в данном случае, когда не установлена вина в действиях участников ДТП, при наличии у водителя ФИО4 полиса ОСАГО, ФИО3 имел бы право на получение страховой выплаты в страховой компании. С учетом имеющихся противоречий в показаниях участников ДТП, экспертного заключения, хотя эксперт версию ФИО4 о совершении ДТП, исключил, т.к. находит её с технической точки зрения не состоятельной, полагал возможным определить вину в ДТП поровну. Считает, что ФИО4 нарушил правила дорожного движения, несмотря на то, установлена его вина или нет. Полагает, что необходимости в назначении повторной экспертизы нет, т.к. других исходных данных не имеется.

Представитель ответчика в судебном заседании пояснил, что необходимо установить степень вины каждой из участников ДТП, и какой пункт правил дорожного движения был нарушен каждым из них. Свидетельские показания всех участников ДТП имеются в материалах дела. Все противоречия определены, водитель ФИО3 путается в показаниях, указывая различные расстояния до того, как включил указатель поворота, на что также обратил внимание, присутствующий в судебном заседании специалист ГИБДД. Вина согласно п. 8.1 ПДД заключается в том, что перед началом движения водитель обязан подать сигнал поворота в том направлении куда он собирается совершить маневр. Не доверяет показаниям ФИО3, в виду того, что ФИО3 сам путается в них. Эксперт говорит, что не может установить расстояние между автомобилями. Но есть другие доказательства в материалах дела. Учитывая тот факт, что нарушен именно п. 8.1 ПДД, соответственно вина 100% лежит на ФИО3 ФИО4 говорит, что расстояние между автомобилями было минимальным, он не может точно померить расстояние. ФИО3 должен отчетливо помнить свои действия до ДТП. Перед ФИО4 мгновенно возникла опасная ситуация. Они не доказывают, что расстояние между автомобилями был 1 метр. Согласны с экспертизой. Полагает, что ФИО3 пытается уйти от ответственности. Просил суд установить, что ФИО3 нарушил п. 8.1 ПДД.

Специалист ОБ ДПС ГИБДД У МВД России капитан полиции ФИО7 пояснил, что, исходя из административного по рассматриваемому ДТП, объяснений сторон, следует, что у водителя ФИО3, объяснения не совпадают, в одном случае он указал, что включил сигнал поворота за 40 метров, а во втором, что за 10-15 метров. ФИО3 двигался со скоростью 40 км в час. Автомобиль за 1 секунду проезжает около 11 метров. Получается, что время движения истца со включенным сигналом поворота, в одном случае - 5 секунд, а во втором около 1 секунды. Если ФИО3 за 10-15 метров включил сигнал поворота, то можно предположить, что водитель ФИО4 уже находился в стадии обгона. Пояснил, что ели и была мертвая зона, то это длилось максимум одну секунду. Отметил, что скорость автомобиля ФИО4 была больше. Если ФИО3 не видел автомобиль ФИО4, то автомобиль был уже на полосе встречного движения. На данном участке дороги нет знаков разметки и запрещающих знаков, значит обгон на данном участке разрешен.

Эксперт ООО «Констант-Левел» ФИО8 в судебном заседании поддержал данное им экспертное заключение. Пояснил, что при подготовки экспертного заключения им использовались исходные данные, установленные в определении о назначении экспертизы, из административного материала, из ранее произведенных осмотров т/с, фотоматериалов. Административный материал, пояснения участников ДТП и фотоматериал были им изучены. Скорость и расстояние между автомобилями определить не представляется возможным. При проведении экспертизы установлено, что в показаниях сторон, имеются противоречия, так как, если брать все объяснения сторон, сам механизм ДТП определить невозможно. Поэтому в данном случае рассматривались ситуации, которые основываются на пояснениях каждого из участников ДТП. Автомобиль ФИО3 двигался по правой стороне проезжей части, со скоростью 40 км в час со снижением скорости до 15-20 км, автомобиль ФИО4, двигался параллельным курсом со скоростью 50 км в час и предпринял попытку обгона. Водитель ФИО3 поясняет, что включил сигнал поворота, посмотрел в зеркало и начал маневр поворота, а второй участник ДТП ФИО4 утверждает обратное, что он выехал на полосу встречного движения, а автомобиль ФИО3 не включая сигнал поворота начал маневр поворота, вследствие чего произошло ДТП. После столкновения автомобили продвинулись вперед, остановились возле световой опоры и забора, согласно схемы ДТП. Если рассматривать ситуацию, когда автомобиль ФИО4 совершает маневр обгона, а автомобиль ФИО3 начал маневр поворот налево за 1 метр до автомобиля ФИО4, то с учетом скорости движения автомобилей, столкновение бы не произошло. Достоверно установлено при имеющихся исходных данных лишь место столкновения автомобилей. По следам съезда с проезжей части, смещение следа в зоне расположения отделившихся осколков, плюс расположение объектов. Более достоверной является точка, указанная в схеме водителем ФИО3 Полагает, что в любом случае водитель ФИО4 должен был видеть начало маневра автомобиля ФИО3 Скорости у обоих автомобилей разные, поэтому за одну секунду они проходят разное расстояние. Сам момент перемещения, водитель ФИО3 мог не видеть, либо увидеть в непосредственной близости, поэтому не смог предпринять меры для предотвращения столкновения. Если они одновременно начали совершать маневры, то определить, какое расстояние было между ними невозможно. Если бы движение началось за секунду, то не было бы ДТП. Между ними должен быть запас времени примерно 3-4 секунды, если они начали маневр одновременно. Требуется расчет, но расчет произвести нельзя, так как нет исходных данных. Также необходимо закладывать момент реакции водителя. Место столкновения на обочине установлено по исходной информации. Не установлен промежуток времени, есть реакция водителя, которая необходима для принятия мер водителем, это примерно 2-3 секунды. За 3 секунды один автомобиль проедет 40 метров, второй 6 метров. Он вычел в своем заключении скорость первого автомобиля. Сотрудники ГИБДД не зафиксировали все необходимые моменты, в связи с чем прийти к другим выводам из имеющихся данных невозможно. Также необходимо учитывать, что шел дождь. Исходя из повреждений автомобилей столкновение произошло под острым углом, правой угловой частью передней фары автомобиля Хендай Солярис, в левую боковую часть автомобиля ВАЗ 217050, произошло замятие двери и передней стойки. Остальные повреждения произошли при дальнейшем движении автомобилей. В данной ситуации по расположению места удара, либо они начали одновременное смещение, либо автомобиль Хендай Солярис находился уже на полосе встречного движения, не успевал затормозить, т.к. у него не было времени, и он ушел влево. Пояснил, что при любом контакте двух транспортных средств возникают признаки: отделение грязепылевого слоя, отделение фрагментов автомобилей, если бы произошло ДТП на проезжей части, то и осколки были бы на ней. Повреждены изначально передний правый угол автомобиля Хендай Солярис и левая стойка автомобиля ВАЗ-21705, остальное идет от дальнейшего перемещения. Зоны повреждения описаны в экспертном заключении. Пояснил, что после столкновения автомобилей можно расписать в каком месте проезжей части были получены повреждения.

Третье лицо ФИО9 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом (том 2 л.д. 59-60), о причине неявки не сообщил.

Представитель третьего лица АО «Тинькофф Страхование» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом (том 2 л.д. 66), о причине неявки не сообщил.

Выслушав представителя истца, представителя ответчика, опросив специалиста, эксперта, исследовав материалы дела, в том числе экспертное заключение, административный материал, на основании оценки представленных в материалы дела доказательств, суд приходит выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО3 по следующим основаниям.

В соответствии со ст.ст. 12, 56 ГПК РФ, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 28.04.2020 года по адресу: Самарская область, Ставропольский район, с. Подстепки, ул. Советская, д. 114 произошло ДТП, с участием автомобилей ВАЗ 217050 г/н № под управлением ФИО3, и Хендай Солярис г/н № под управлением ФИО4 Данные обстоятельства сторонами не оспариваются.

В результате ДТП автомобиль ВАЗ 217050 г/н №, принадлежащий ФИО3 на праве собственности, получил ряд механических повреждений.

Предъявляя исковые требования ФИО3 ссылается на то, что в ДТП виновен водитель автомобиля Хендай Солярис г/н № № который начал выполнять маневр «обгон» его т/с, в то время, когда он заблаговременно, до предполагаемого места съезда и совершения маневра «поворот налево» включил указатель левого поворота и выполнил целый комплекс последовательных действий по соблюдению мер предосторожности, перед совершением маневра «поворот налево», предусмотренных гл. 8 Правил дорожного движения РФ, а именно: снизил скорость движения, до начала маневра убедился, что полоса встречного движения свободна, посмотрел в левое, боковое зеркало заднего вида, убедился, что там тоже нет помех, совершал маневр «поворот налево». Считает, что ФИО4 создал аварийную ситуацию, т.к. перед совершением маневра «обгон» не убедился в безопасности совершения данного маневра, не обратил внимание на то, что автомобиль движущийся впереди, снизил скорость движения и на световые сигналы автомобиля.

Судом установлено, что автогражданская ответственность ФИО3 застрахована в АО «Тинькофф Страхование».

Автогражданская ответственность водителя автомобиля Хендай Солярис г/н № ФИО4 на дату ДТП не была застрахована.

Учитывая разъяснения п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если гражданская ответственность причинителя вреда не застрахована по договору обязательного страхования, осуществление страхового возмещения в порядке прямого возмещения ущерба не производится. В этом случае вред, причиненный имуществу потерпевших, возмещается владельцами транспортных средств в соответствии с гражданским законодательством (глава 59 ГК РФ и пункт 6 статьи 4 Закона об ОСАГО); вред, причиненный жизни и здоровью потерпевших, возмещается профессиональным объединением страховщиков путем осуществления компенсационной выплаты, а при ее недостаточности для полного возмещения вреда - причинителем вреда (глава 59 ГК и статья 18 Закона об ОСАГО).

В связи с чем истец просит возместить причиненный ему ущерб за счет ФИО4

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Абзацем вторым пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 указанного кодекса).

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, для наступления ответственности за причинение вреда необходимо установление противоправности поведения причинителя вреда, факта наступления вреда, причинной связи между противоправным поведением и наступившим вредом, вины причинителя вреда. Отсутствие вины доказывает причинитель вреда.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в гражданско-правовых отношениях установлена презумпция вины в причинении вреда.

По факту данного ДТП 28.04.2020 года инспектором ДПС ОР ДПС ГИБДД ОМВД России по Ставропольскому району Самарской области ФИО5 в отношении ФИО3 вынесено определение № XX № об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренного статьей 12.14 КоАП РФ (том 1 л.д. 74).

Решением Ставропольского районного суда Самарской области от 08.06.2020 года определение инспектора ДПС ОР ДПС ГИБДД ОМВД России по Ставропольскому району Самарской области об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении № от 28.04.2020 года изменено - исключено указание на нарушение ФИО3 п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (том 1 л.д. 76). Решение вступило в законную силу 27.06.2020 г.

Из существа решения Ставропольского районного суда Самарской области от 08.06.2020 года следует, что выводы о нарушении ФИО3 п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации исключены из определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении № 28.04.2020 года в связи с тем, что установление виновности лица, в рамках вынесения определения об отказе в возбуждении административного дела противоречит действующему законодательству.

Следовательно, исключение выводов о виновности ФИО3 не свидетельствует ни о его виновности, ни о невиновности в рассматриваемом ДТП.

Таким образом, вина участников ДТП, произошедшего 28.04.2020 года не установлена.

В соответствии с абзацем четвертым пункта 22 статьи 12 Федерального закона от 25.04.2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную настоящим федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

Учитывая разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 г. № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (пункт 46), если из документов, составленных сотрудниками полиции, невозможно установить вину застраховавшего ответственность лица в наступлении страхового случая или определить степень вины каждого из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия, лицо, обратившееся за страховой выплатой, не лишается права на ее получение. В таком случае страховые организации производят страховые выплаты в равных долях от размера ущерба, понесенного каждым потерпевшим (абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО).

В случае несогласия с такой выплатой лицо, получившее страховое возмещение, вправе обратиться в суд с иском о взыскании страхового возмещения в недостающей части. При рассмотрении спора суд обязан установить степень вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, и взыскать со страховой организации страховую выплату с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых застрахована. Обращение с самостоятельным заявлением об установлении степени вины законодательством не предусмотрено.

Однако судом установлено, что на момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность ответчика ФИО4 не была застрахована, что подтверждается материалами дела (том 1 л.д. 12) и не оспаривалось стороной ответчика в ходе рассмотрения дела.

Таким образом, нормы Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» к рассматриваемому спору не применимы, а истец ввиду отсутствия у ответчика действующего полиса ОСАГО лишен возможности обратиться за возмещением ущерба, причиненного ДТП в страховую компанию.

Факт наличия или отсутствия вины сторон в указанном дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела.

Вина в дорожно-транспортном происшествии обусловлена нарушением его участниками Правил дорожного движения Российской Федерации.

Согласно выводов экспертного заключения № 118/К-21 подготовленного экспертом ООО «Констант-Левел» ФИО8 по определению суда, механизм рассматриваемого ДТП следующий:

- автомобиль ВАЗ 217050 (Lada Priora) гос. регистрационный знак № под управлением водителя ФИО3 двигался по правой стороне проезжей части ул. Советская, со стороны ул. Комсомольская в направлении ул. Первомайская передним ходом. Подъезжая к дому 114 по ул. Советской, снизил скорость с 40 км/ч до 15+20 км/ч, начал поворачивать налево;

- автомобиль Хендай Солярис гос. регистрационный знак № под управлением ФИО4 двигался по проезжей части ул. Советская, со стороны ул. Комсомольская в направлении ул. Первомайская передним ходом позади автомобиля ВАЗ 217050 гос. регистрационный номер № со скоростью примерно 50 + 55 км/ч, затем начал обгон автомобиля ВАЗ 217050.

При совершении маневра поворота налево водителем автомобиля ВАЗ 217050 ФИО3 и выполнении маневра обгон водителем автомобиля Хендай Солярис ФИО4 произошло первичное столкновение автомобилей ВАЗ 217050 (Lada Priora) и Хендай Солярис на левой обочине на грунтовой поверхности в месте, указанном водителем автомобиля ВАЗ 217050 ФИО3 в схеме места ДТП от 28.04.2020 г. Произошёл скользящий удар передней правой угловой частью автомобиля Хендай Солярис (фото № 21 на стр. 20 - зона 1 [указана красным овалом]) в левую боковую часть автомобиля ВАЗ 217050 (Lada Priora) в район левой передней стойки (фото № 15 на стр. 18 - зона 1 [указана красным овалом], схема № 4). В момент столкновения скорость движения автомобиля Хендай Солярис превышала скорость движения автомобиля ВАЗ 217050 (Lada Priora). Угол столкновения т/с был острым.

Столкновение автомобилей характеризуется как: перекрёстное - по направлению движения; попутное - по характеру взаимного сближения; косое - по относительному расположению продольных осей; скользящее - по характеру взаимодействия при ударе; эксцентричное правое - по отношению центра тяжести для автомобиля Хендай Солярис; эксцентричное левое - по отношению центра тяжести для автомобиля ВАЗ 217050 (Lada Priora); переднее правое боковое - по месту нанесения удара для автомобиля Хендай Солярис; левое боковое - по месту нанесения удара для автомобиля ВАЗ 217050 (Lada Priora.

Автомобили под воздействием сил инерции, продолжили движение по левой обочине по неизвестным траекториям вперёд и влево относительно какого-либо места столкновения (из указанных водителями).

Установить экспертным путём: «находился ли автомобиль Хендай Солярис на полосе, предназначенной для встречного направления движения или нет в момент начала маневра поворота налево автомобилем Лада Приора (ВАЗ 217050) не представилось возможным, поскольку в ходе исследования по факту дорожно-транспортного происшествия от 28.04.2020 г. в объяснениях участников ДТП установлено наличие противоречий.

В соответствии с методическими рекомендациями ВНИИСЭ, РФЦСЭ основными данными, по которым устанавливается место расположения транспортных средств в момент их столкновения (место столкновения), являются следующие:

- следы, оставленные ТС на месте происшествия, об их характере, расположении, протяженности.

- следы (трассы), оставленные отброшенными при столкновении объектами.

- расположение участков скопления отделившейся от ТС при ударе массы мелких частиц - опавшей земли, осколков стекол и пластмассовых деталей, участков разбрызгивания жидкостей (охлаждающей, тормозной, топлива, масел, электролита);

- о расположении на месте происшествия причастных к нему ТС и отброшенных при столкновении объектов. Это расстояния, определяющие положение каждого ТС и других объектов по отношению к границам проезжей части и следам, возникшим в результате происшествия;

- о полученных ТС повреждениях, позволяющих установить взаимное расположение в момент столкновения.

Эксперт указал, что на схеме места ДТП от 28.04.2020 г. отсутствуют какие-либо следы, оставленные транспортными средствами автомобилями (ВАЗ 217050 и Хендай Солярис) на месте происшествия, которые позволяют установить картину сближения их перед столкновением, установить место расхождения ТС после столкновения или непосредственно указать на место столкновения. Экспертом было проведено исследование видеозаписи №, на которой зафиксирована вещная обстановкой с автомобилями ВАЗ 217050 Лада Приора) и Хендай Солярис с имеющимися на них повреждениями после столкновения. На основании чего экспертом сделан категоричный вывод о том, что местом первичного столкновения находится за пределами проезжей части ул. Советская (на обочине на грунтовой поверхности), то есть в месте, указанном водителем автомобиля ВАЗ 217050 (Лада Приора) ФИО3

Эксперт указал, что версии, указанные водителем автомобиля Хендай Солярис ФИО4, что место столкновения, расположено на проезжей части ул. Советская, а автомобиль Хендай Солярис находился на полосе предназначенной для встречного направления движения, на расстоянии около 1 метра от автомобиля Лада Приора (ВАЗ 217050), когда автомобиль ВАЗ 217050 внезапно и резко стал совершать маневр левого поворота, не включая световых указателей - в дорожно-транспортной ситуации, сложившейся 28.04.2020 г., с технической точки зрения не состоятельны.

Установить состоятельна ли версия, указанная водителем автомобиля ВАЗ 217050 (Лада Приора) ФИО3 о том, что автомобиль Хендай Солярис в момент начала маневра поворота налево автомобилем ВАЗ 217050 располагался на правой стороне проезжей части ул. Советская, в дорожно-транспортной ситуации, сложившейся 28.04.2020 г., не представляется возможным.

Опрошенный в ходе судебного заседания эксперт ФИО8 поддержал данное им заключение. Пояснил, что при имеющихся у него исходных данных он не имел возможности сделать иные выводы.

Оценив всесторонне, полно, объективно заключение № 118/К-21 от 16.07.2022 г. подготовленное по определению суда экспертом ФИО8, в совокупности с другими доказательствами, в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд считает, что оснований сомневаться в его достоверности не имеется, поскольку оно подготовлено квалифицированным специалистом, составлено в соответствии с федеральными стандартами оценки, правил оценочной деятельности. Заключение содержит подробное описание произведенных исследований, выводы основаны на имевшихся у эксперта исходных данных, обоснованы документами, представленными в материалы дела.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Проанализировав содержание экспертного заключения подготовленного по определению суда, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 ГПК РФ, т.к. содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из имеющихся в распоряжении эксперта документов, основывается на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе.

Указанное экспертное заключение соответствуют требованиям, предъявляемым к доказательствам согласно ст. 55 ГПК РФ, а также требованиям, содержащимся в ст.ст. 85, 86 ГПК РФ, а потому, принимается судом в качестве надлежащего доказательства по настоящему гражданскому делу.

У суда нет оснований не доверять заключению эксперта, который является независимым по отношению к сторонам судебного процесса и был предупрежден судом об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Проведение экспертизы с использованием методик и технической литературы является прерогативой экспертов. Экспертом даны аргументированные ответы на поставленные вопросы, в заключении полно и всесторонне описан ход и результаты исследования.

Согласно ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ.

В силу ч. 3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Таким образом, суд может отвергнуть заключение экспертизы лишь в том случае, если бы это заключение явно бы находилось в противоречии с остальными доказательствами по делу, которые бы каждое в отдельности и все они в своей совокупности опровергали сделанные экспертом выводы.

В связи с чем, суд принимает выше указанные заключения, как достоверное доказательство по делу.

Стороны не ходатайствовали о назначении по делу повторной экспертизы.

Исходя из представленных доказательств в настоящем деле, суд полагает, что в данной дорожной ситуации предотвращение дорожно-транспортного происшествия заключалось не в технической возможности избежания столкновения т/с, а в соблюдении водителями Правил дорожного движения Российской Федерации.

Как следует из объяснений ФИО3 от 28.04.2020 г., он двигался на а/м Лада Приора, г/н №, по ул. Советской с. Подстепки со стороны ул. Комсомольской в направлении ул. Первомайской в правом ряду со скоростью 15 км/ч. метров за 40-50 включил левый указатель поворота. Шел сильный дождь. Подъезжая к дому № 114 по ул. Советской, метров за 20 его а/м слева обогнала белая иномарка. Он посмотрел в левое наружною зеркало, никого не увидел, начал поворачивать на лево, услышал шум и почувствовал удар в левую переднюю дверь, после чего с а/м Хендай они уехали на левую обочину, где допустил наезд на стойку газовой трубы (том 1 л.д. 145).

Из объяснений ФИО3 от 27 мая 2020 г., следует, что 28.04.2020 г. он управлял личным а/м Лада Приора, г/н №, двигался по ул. Советской с. Подстепки в направлении ул. Первомайской. В автомобиле находился с супругой ФИО10 Двигался со скоростью примерно 40 км/час, так как проехал небольшое расстояние от перекрестка с ул. Комсомольской. Время суток светлое, осадки - моросил дождь, проезжая часть - мокрый асфальт. В пути следования, подъезжая к дому № 114, так как ему нужно было повернуть к дому налево, за 10-15 метров он включил левый указатель поворота, снизил скорость до 20 км/час, посмотрел в боковое левое зеркало, встречного транспорта не было, начал осуществлять маневр поворота налево. Когда передние колеса были уже на левой обочине неожиданно почувствовал сильный удар в левую переднюю дверь. От удара его автомобиль развернуло примерно на 75 градусов и оба автомобиля продолжили движение вперед в сторону забора. В тот момент, когда автомобиль тащило вперед автомобиль Хендай, который допустил столкновение, еще раз допустил столкновение в области переднего левого крыла, думает, для того, чтобы избежать наезда на газовый столб. Остановившись, самостоятельно все вышли из автомобилей. Сразу ко мне подбежал сосед ФИО11, который сообщил, что ДТП произошло на его глазах. Водитель автомобиля Хендай к нему не подходил. Прибывшие сотрудники ГИБДД оформили материал, вынесли в его отношении определение за нарушение п. 8.1 ПДД РФ, с которым он был не согласен. На данное определение подана жалоба в Ставропольский районный суд (том 1 л.д. 146).

Как следует из объяснений ФИО4 от 28.04.2020 г., управляя, а/м Хендай Солярис в он двигался в <...> со стороны ул. Комсомольской, в направлении ул. Первомайской в правом ряду со скоростью 55 км/ч. впереди в попутном направлении двигался а/м ВАЗ. Никаких указателей поворота у а/м Приора включено не было. Он включил левый указатель поворота, чтобы обогнать данное т/с, выехал на полосу встречного движения. Почти поравнялся с а/м и вдруг а/м ВАЗ резко поворачивает на лево, примерно за 1-1,5 метра перед его а/м. Произошло столкновение (том 1 л.д. 147).

ФИО4 в своих объяснениях от 28 мая 2020 года указал, что 28.04.2020 г. он управлял а/м Хендай Солярис, г/н №, взял автомобиль на один день у знакомого, чтобы съездить навестить отца. В автомобиле находился с пассажиром - девушкой, ехал в сторону г. Тольятти. Двигался по ул. Советской с. Подстепки в направлении ул. Первомайской. Двигался со скоростью примерно 50-52 км/час. Время суток светлое, осадки - моросил дождь, проезжая часть - мокрый асфальт. Впереди в попутном направлении двигался автомобиль Лада Приора темного цвета около 45 секунд, габариты у него были не включены. Понимая, что скорость данного автомобиля меньше его, включил указатель левого поворота для совершения обгона. Когда он уже находился на полосе встречного движения, на расстоянии около 1 метра от Лада Приора, данный автомобиль внезапно и резко начал осуществлять поворот налево без указателей поворота. Он принял экстренное торможение, пытался сместиться левее, чтобы избежать столкновения. После чего произошел удар передней правой стороной (бампер, блокфара) Хендай в переднюю левую дверь и стойку. Сработали 2 подушки безопасности. После удара его автомобиль потерял управление, почувствовал еще один удар в правую часть своего автомобиля, после чего подкинуло вверх, как потом оказалось на прилегающей территории поперек лежал высокий бордюр. Когда автомобиль остановился произошло задымление в салоне, оперативно выбрались с пассажиром из салона, откинул клемму, вызвал сотрудников ГИБДД. Затем с неизвестными ему людьми произошла словесная перепалка, после которой он отошел в сторону (том 1 л.д. 148).

ФИО12 (очевидец ДТП) в объяснениях от 09 мая 2020 года указал, что находился на улице, услышав скрип, шум, увидел удар напротив дома № 112 по ул. Советской. Его сосед на а/м Приора начал поворачивать к себе домой к дому № 114 по ул. Советской с включенным поворотником и в этот момент также шел на обгон и ударил в левую сторону а/м Приора и протащил его к газовым столбам которые находятся около дома №114 (том 1 л.д. 149).

ФИО12 в объяснениях от 28 мая 2020 года пояснил, что находился возле своего гаража, расположенного по у дома № 105 по ул. Советской, занимался уборкой мусора. Услышав сильный звук торможения повернул голову влево и увидел, что по ул. Советская осуществляет маневр поворота автомобиль Лада Приора, как оказалось позже под управлением соседа ФИО3 В этот момент произошло столкновение с автомобилем Хендай, который осуществлял маневр обгона автомобиля Лада Приора. После удара автомобили продолжили движение вперед и остановились между газовыми трубами. Он сразу же подбежал к автомобилям и увидел, как из автомобиля Хендай из окна с пассажирской стороны вылезает водитель и молодая женщина светловолосая, крупного телосложения, высокая. Из Лады Приоры также выходили водитель Вячеслав и его супруга. Видел, что на автомобиле Лада Приора еще горели сигналы левого поворота. На мокром асфальте увидел, что на проезжей части имеются следы торможения автомобиля Хендай, длина которой была более 5 метров. Пассажир автомобиля Хендай вскоре уехала на пассажирской Газеле. В момент столкновения других автомобилей на проезжей части не было, камер видеонаблюдения в районе места совершения ДТП не установлено. Во время столкновения на улице больше никого не видел, он первый подошел к месту происшествия (том 1 л.д. 150).

ФИО12 опрошенный в качестве свидетеля в рамках рассмотрения Ставропольским районным судом Самарской области гражданского дела № 2-2489/2020 пояснил, что он убирался во дворе, дождь уже закончился. Он стоял лицом к дороге, услышал визг, сигнала никакого не было, все произошло моментально. Он поднял голову и увидел, как истец поворачивал к «себе», услышал тормоза. Наорал на «товарища» «куда так гонишь». Когда подбежал, то обратил внимание, что у автомобиля истца горел поворотник. Удар произошел под углом 135 градусов. Передние колеса находились на дороге на встречной полосе (том 1 л.д. 152-153).

ФИО10 в объяснениях указала, что 28.04.2020 г. она находилась в автомобиле с мужем. В момент движения муж включил левый указатель поворота, начал поворачивать и в этот момент почувствовала удар со стороны водителя. Рядом был а/м Хендай. Муж ударился головой (том 1 л.д. 151).

Свидетель ФИО6 опрошенный в судебном в рамках рассмотрения Ставропольским районным судом Самарской области гражданского дела № 2-2489/2020 пояснил, что он выехал и увидел а/м Хендай Солярис в районе ул. Красноармейской с. Подстепки, продолжал двигаться за ним до момента ДТП. Видел, как у а/м Хендай Солярис загорелись стоп сигналы и включился левый поворотник, он пошел на обгон и перед ним открылся а/м Приора. Прозвучал сигнал, а/м Приора резко повернула влево, они столкнулись. Встретились они на обочине. Он притормозил, посмотрел и поехал дальше. Примерно через час ехал обратно и уже остановился. Оставил свой номер телефона. Автомобиль Приора поворачивал без поворотника.

Свидетель ФИО6 опрошенный в судебном заседании пояснил, что перед ним двигалась серая иномарка, после совершения обгона, впереди движущегося т/с (иномарки) передним ним появился, а/м Хендай Солярис. Во время движения за а/м Хендай, ему не было видно других автомобилей. Поскольку автомобиль Хендай ехал медленно, он полагал, что передним движется другой а/м и намеревался их обогнать. Но увидел, что у а/м Хендай включился сигнал поворота и он начал занимать встречную полосу для обгона. Когда а/м Хендай начал смещаться на встречную полосу, впереди по правой полосе перед ним открылся а/м Приора. Когда автомобиль Хендай полностью перестроился, ему открылась задняя часть а/м Приора и находилась в его видимости 3-4 секунды. Указатель поворота не был включен, горели стоп-огни. Он видел одновременно и а/м Приора и а/м Хендай. А/м Хендай обошел наполовину, а/м Приора. А/м Приора резко повернул налево. Расстояние между автомобилями точное сказать не может. В момент совершения маневра поворота, а/м Приора прозвучал звуковой сигнал. От какого из т/с исходил сигнал, ему не известно. Уверен, что автомобиль Приора маневр поворота на налево совершил без включения сигнала поворота. Момент столкновения автомобилей произошел на проезжей части, на левой (встречной) полосе. Во время первого удара видно было столкновение т/с, второго касания автомобилей не видел. Больше половины (переднюю дверь) автомобиля Приора он не видел, т.к. она была скрыта за а/м Хендай. Удар произошел при повороте налево. Не обратил внимание тормозил ли перед столкновением, а/м Хендай.

Суд учитывая незаинтересованность свидетеля ФИО6, в исходе дела, отсутствие расхождений в показаниях данных при опросе в ходе рассмотрения гражданского дела № 2-2489/2020 в Ставропольском районном суде Самарской области и настоящем деле, не находит оснований для сомнений в данных им показаниях. Свидетель предупрежден об уголовной ответственности.

При этом суд критически относится к пояснения ФИО12, показавшего, что указатель левого поворота т/с истца был включен как в момент ДТП, так и остался включенным после ДТП по следующим основаниям. Из пояснений ФИО12, данных в ходе административного расследования, он видел, что указатель поворота у а/м истца был включен во время маневра «поворота». При этом указывал, что он услышал визг, шум и подняв голову увидел столкновение. Удар в а/м Приора пришелся в переднюю левую сторону. Таким образом, передняя часть, а/м Хендай закрывала переднюю часть, а/м Приора и ФИО12 находясь у своего дома слева от места ДТП, не имел возможности видеть указатель поворота, а/м Приора как до столкновения, так и во время столкновения. Суд не исключает возможность, что ФИО12 являющийся соседом истца мог быть необъективен при даче пояснений.

Свидетель ФИО6 в судебном заседании пояснил, что слышал звуковой сигнал. Истец также пояснил, что слышал звуковой сигнал, но не успел среагировать.

При этом свидетель ФИО12 пояснял, что звукового сигнала он не слышал, видел на мокрой дороге следы торможения, а/м Хендай на протяжении более 5 метров.

Также судом выяснялись у истца причины противоречивых пояснений относительно момента включения сигнала указателя поворота, поскольку, что при даче пояснений в порядке административного расследования, что во время судебного разбирательства истец каждый раз называл разное расстояние с момента включения указателя поворота до места начал маневр поворота на лево. При первичных объяснениях истец указывал, что включил указатель поворота за 40-50 метров до начала маневра поворота на лево, при повторной даче объяснений, указал, что за 15 метров, а в ходе судебного заседания пояснил, что включил указатель за 150 метров до начала маневра поворота на лево. Истец не мог пояснить чем обусловлены расхождения в его объяснениях. Предполагает, что это воздействие стресса.

Суд критически относится к пояснениям истца о том, что он перед совершением маневра убедился в том, что за ним никто не движется и маневр поворота будет безопасен, посмотрев в боковое зеркало, поскольку в ходе рассмотрения дела установлено, что ответчик и свидетель ФИО6 двигались в попутном направлении за а/м истца несколько минут.

Суд учитывает, что каждый участник ДТП дает субъективную оценку восприятия происходящего. Так, указывая, что, а/м истца резко повернул в перед, а/м ответчика за 1-1,5 метра свидетельствует лишь о том, что ФИО4 так оценил между автомобилями расстояние. Эксперт же брал за основу показание сторон.

Эксперт в своем заключении указал, что пришел к выводу о месте столкновения автомобилей за пределами проезжей части (на обочине на грунтовой дороге), исходя из зафиксированной вещной обстановки (совокупность объектов - элементов поврежденных транспортных средств) автомобилей с имеющимися на них повреждениями после столкновения (видеозапись №).

При этом ответчик, очевидец ДТП ФИО12, свидетель ФИО6 в ходе рассмотрения дела поясняли, что столкновение произошло на полосе встречного движения.

Судом находит наиболее вероятным, что ответчик, управляя принадлежащим ему автомобилем в момент столкновения с автомобилем истца, находился на встречной для него полосе движения в стадии выполнения маневра - обгон, истец при этом совершал маневр поворота налево. Однако достоверно установить кто из водителей первым начал маневр, при имеющихся в материалах дела документов, не представляется возможным.

При этом суд находит убедительным вывод эксперта о том, что версия водителя автомобиля Хендай Солярис ФИО4 относительно того, что место столкновения т/с, расположено на проезжей части ул. Советская, а автомобиль Хендай Солярис, а именно на полосе, предназначенной для встречного направления движения, в дорожно-транспортной ситуации, сложившейся 28.04.2020 г., с технической точки зрения не состоятельна.

Специалист ОБ ДПС ГИБДД У МВД России капитан полиции ФИО7 в ходе рассмотрения дела пришел к выводу, что вероятнее всего, автомобиль Хендай Солярис находился на полосе, предназначенной для встречного направления движения в момент начала маневра поворота водителем автомобиля Лада Приора. При имеющихся противоречиях в показаниях участников ДТП, с достоверностью установить подавался ли водителем автомобиля Лада Приора сигналы световыми указателями поворота, оповещающие о намерении совершить маневр поворота на лево и был ли он своевременным, невозможно.

Таким образом, у суда отсутствует возможность достоверно установить механизм рассматриваемого ДТП.

Одними из юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению при разрешении заявленного спора, является наличие или отсутствие нарушений водителем ФИО4 Правил дорожного движения Российской Федерации при совершении маневра - обгона в момент рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия.

Согласно п. 10.2 Правил дорожного движения Российской Федерации в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч.

Таким образом, нарушений скоростного режима у участников ДТП не имелось.

Пунктом 11.4 Правил дорожного движения Российской Федерации установлено, что обгон запрещен: на регулируемых перекрестках, а также на нерегулируемых перекрестках при движении по дороге, не являющейся главной; на пешеходных переходах; на железнодорожных переездах и ближе чем за 100 метров перед ними; на мостах, путепроводах, эстакадах и под ними, а также в тоннелях; в конце подъема, на опасных поворотах и на других участках с ограниченной видимостью.

Судом установлено, что на месте произошедшего ДТП обгон разрешен, поскольку данный перекресток не является регулируемым, автомобили двигались в попутном направлении по главной дороге. Соответственно совершать маневр обгона водителю автомобиля Хендай Солярис ФИО4 было разрешено.

При этом суд учитывает, что согласно пункта 11.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если: транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия; транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; следующее за ним транспортное средство начало обгон; по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу (пункт 11.2 Правил дорожного движения Российской Федерации).

Установить подавал ли водитель ФИО3 сигналы световыми указателями поворота налево в ходе рассмотрения дела не представлялось возможным.

Проанализировав установленные в ходе рассмотрения дела обстоятельства, суд полагает установленным следующее. После того как автомобиль (иномарка) обогнал автомобиль Лада Приора, что не отрицалось участниками ДТП в ходе рассмотрения дела, перед водителем ФИО4 открылся автомобиль Лада Приора, за которым он ехал, следуя его показаниям 45 секунд, а потом, поняв, что его скорость выше, предпринял меры к манёвру обгона автомобиля Лада Приора.

Водитель ФИО3 также давал пояснения, что его обогнала «иномарка» и он начал маневр поворота на лево.

Пунктом 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При установленных обстоятельствах, учитывая, что автомобиль Лада Приора находился в поле зрения водителя ФИО4, по его оценке, данной в объяснениях, 45 секунд, начал маневр обгона не убедившись, что его манёвр безопасен, т.к. не оценил скорость движущегося впереди него транспортного средства (изначальная скорость автомобиля Лада Приора составляла – 40-45 км/ч) и не заметил снижение скорости автомобиля Лада Приора до 15-20 км/ч.

Поскольку в ходе рассмотрения дела не было установлено, что автомобиль Лада Приора двигался со включенными аварийными огнями, следовательно, низкая скорость движущегося впереди транспортного средства с очевидностью свидетельствовала о намерении совершить манёвр. Данные обстоятельства водителем ФИО4 не были учтены.

Приходя к выводу о том, что водитель ФИО4 не убедившись, что его манёвр безопасен начал совершать маневр обгона, суд исходит из того, что ФИО4 относительно небольшой промежуток времени двигался за автомобилем Лада Приора (45 сек.), что не позволило ему оценить должным образом дорожную ситуацию, а именно убедится, что водитель впереди движущего транспортного средства не предпринимает мер свидетельствующих о намерении совершить маневр.

Таким образом, в действиях ответчика ФИО4 усматривается нарушение пунктов 10.1 и 11.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Также одними из юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению при разрешении данного спора является установление факта соблюдения истцом ФИО3 Правил дорожного движения Российской Федерации при совершении маневра поворота налево, а именно, включил ли он заблаговременно сигнал поворотника, убедился ли в безопасности маневра перед его началом.

В соответствии с пунктом 8.1. Правил дорожного движения Российской Федерации, перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно пункту 8.2. Правил подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

Таким образом, действующим законодательством, регламентирующим поведение участников дорожного движения, установлены корреспондирующие друг другу обязанности водителей по совершению соответствующих действий по обеспечению безопасности движения.

При наличии противоречивых показаний участников ДТП, свидетеля и очевидца ДТП, отсутствии видеозаписи ДТП, не представляется достоверным установить подавался ли истцом перед началом манёвра поворота на лево сигнал световым указателем поворота.

Однако суд считает возможным акцентировать внимание на том, что такой сигнал должен подаваться водителем заблаговременно, т.е. за такое время, которого будет достаточно иным участникам дорожного движения заметить его и принять соответствующие действия (среагировать) во избежание недопущения аварийной ситуации.

Согласно пункту 11.3 Правил водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями.

Опрошенный в ходе рассмотрения дела специалист ОБ ДПС ГИБДД У МВД России капитан полиции ФИО7 (опыт работы по разбору ДТП 15 лет) с учетом данных истцом пояснений в ходе административного расследования, согласно которых в одном случае (включении сигнала поворота за 40 метров) и со скоростью движения 40 км/ч истец двигался со включенным световым указателем поворота - 5 секунд, а во втором случае (включении сигнала поворота за 10-15 метров) и со скоростью движения 40 км/ч двигался со включенным световым указателем поворота - 1 секунду с большой вероятностью предположил, что в любом случае, водитель ФИО4 уже находился в стадии обгона на начала манёвра поворота на лево водителем ФИО3 Полагал, что то обстоятельство, что водитель ФИО3 не видел автомобиль Хендай Солярис в боковом левом зеркале, свидетельствует о том, что автомобиль Хендай Солярис был уже на полосе встречного движения.

Также суд находит заслуживающим внимание то обстоятельство, что если бы водитель автомобиля Лада Приора начал маневр поворота первым, то у водителя автомобиля Хендай Солярис имелась бы техническая возможность избежать столкновения объехав его справой стороны.

Из анализа выше изложенного, суд приходит к выводу, что в действиях водителя ФИО3 усматривается нарушение требований п. 8.2, 11.3 Правил дорожного движения, поскольку он при совершении маневра поворота не лево не убедился, не движутся ли в попутном направлении транспортные средства по полосе предназначенной для встречного движения, поскольку данная дорога имеет лишь одну полосу в каждом направлении. В ходе судебного заседания истец пояснял, что он посмотрел в крайнее левое зеркало и не увидел в заде, а/м Хендай Солярис. Что в совокупности со всеми установленными обстоятельствами не исключает того, что автомобиль Хендай Солярис в это время действительно уже находился на полосе встречного движения, что подтверждается свидетельскими показаниями.

Поскольку экспертным путем невозможно установить кто из водителей начал первым маневр, а судом установлено, что каждый из участников ДТП допустил нарушение Правил дорожного движения, суд с учетом вышеуказанных обстоятельств приходит к выводу об обоюдной вине водителей. В связи с этим считает возможным определив степень виновности каждого из водителей в пределах 50%.

Таким образом, суд находит подлежащими частичному удовлетворению требования истца в части взыскания стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства истца, а именно в размере 50 %, что согласно экспертному заключению № Д383-20 от 11.12.2020 года составляет 69468 рублей 30 копеек (138 936 копеек / 2).

Расходы истца по изготовлению экспертного заключения № Д383-20 от 11.12.2020 года понесены истцом в размере 6000 руб. подтверждены документально (том 1 л.д. 47-48), в целях подтверждения размера причиненного материального ущерба, подлежат возмещению за счет ответчика в порядке ст. 15 ГК РФ в размере 50%, т.е. в размере 3000 рублей.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Судебные расходы подлежат взысканию, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Истцом понесены расходы по направлению телеграммы в размере 459 рублей 75 копеек, 50% от данной суммы подлежит взысканию с ответчика в пользу истца, а именно 229 рублей 75 копеек.

При подаче искового заявления истцом понесены расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб. и 3798,72 руб. (л.д. 3, 11).

Исковые требования удовлетворены на сумму 69468 рублей 30 копеек, размер государственной пошлины от которой составляет 2284 рублей.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в размере 2284 рублей (ст. 98 ГПК РФ).

На основании выше изложенного, руководствуясь ст. ст. 56, 98, 103, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Признать вину в дорожно-транспортном происшествии, произошедшем 28.04.2020 года с участием водителей ФИО3 и ФИО4 равной.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <...>, паспортные данные № года в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <...>, паспортные данные № стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства в размере 69468 рублей 30 копеек, расходы по изготовлению экспертного заключения в размере 3000 рублей, расходы по направлению телеграммы в размере 229 рублей 75 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 2284 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Самарский областной суд через Автозаводский районный суд г. Тольятти.

Решение в окончательной форме составлено 18.08.2022 г.

Судья О.Б. Иванова