РЕШЕНИЕ

И<ФИО>1

11 апреля 2023 года <адрес>

Куйбышевский районный суд <адрес> в составе: председательствующего судьи Кучеровой А.В., при секретаре судебного заседания <ФИО>3,

с участием административного истца <ФИО>2,

представителя административных ответчиков Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>», Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № <данные изъяты> по административному исковому заявлению <ФИО>2 к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор <номер> главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по <адрес>», Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

<ФИО>2 обратился в Куйбышевский районный суд <адрес> с иском к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор <номер> главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по <адрес>», требуя взыскать компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей за нарушение условий содержания.

В обоснование требований указано, что в федеральном казенном учреждении «Следственный изолятор <номер> главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по <адрес>» операторами постов видеонаблюдения являются сотрудники женского пола. Средства технического контроля, видеокамеры установлены в помещениях для обыска осужденных и обвиняемых, в которых при досмотре и обыске раздевают полностью. Видеонаблюдение происходит круглосуточно, что причиняет <ФИО>2 нравственные страдания.

В дополнениях к исковому заявлению от <дата> указано, что администрация исправительных учреждений обязана под расписку уведомлять осужденных о применении средств надзора контроля, что сделано не было.

В дополнениях к исковому заявлению от <дата> <ФИО>2 указал, что в федеральном казенном учреждении «Следственный изолятор <номер> главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по <адрес>» имеется сборное отделение – камеры предварительного заключения, где собирают этапы для отправки подозреваемых, обвиняемых на следственные действия (судебные заседания). На сборном отделении имеется Дискан-аппарат, сканирующий вещи (одежду) и другие предметы на обнаружение железа и запрещенных предметов. К аппарату подключена железная рама, которую обвиняемые в обязательном порядке в раздетом виде проходят по возвращении из судебных заседаний и со следственных действий. Напротив рамки и аппарата установлена система видеонаблюдения (камера), а за системой находятся операторы – женщины, наблюдающие за процессом. Средства технического видеонаблюдения установлены в помещениях для обыска обвиняемых, осужденных под надзором – управлением операторов систем видеонаблюдения женского пола.

В дополнениях от <дата> указано, что в помещениях, где оборудована рама и Дискан аппарат над <ФИО>2 проводили личный обыск при поступлении в федеральное казенное учреждение «Следственный изолятор <номер> главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по <адрес>» около трех часов в период с <дата> по <дата> до 2 часов ночи и <дата> в 13-00 час., во время водворения в ШИЗО, и <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, когда <ФИО>2 возвращался из Ленинского районного суда <адрес> (перед отъездом и по прибытии). По прибытии врач проводит осмотр телесных повреждений и состояния здоровья. Напротив кабинета врача есть кабинет с мониторами видеонаблюдения, где сидят сотрудники – женщины. Когда <ФИО>2 выходит из кабинета, он видит мониторы и здоровается с сотрудниками. Далее он проходит в помещение, где оборудован Дискан аппарат. В окошко дежурный сотрудник сообщает, что необходимо раздеться, вещи положить в корзину и пройти через раму.

Данный спор рассматривается судом в порядке административного судопроизводства.

Определением Куйбышевского районного суда <адрес> от <дата> к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены Федеральная служба исполнения наказаний Российской Федерации, Главное управление Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>.

В судебном заседании административный истец <ФИО>2 заявленные требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить их по основаниям, изложенным в административном заявлении, указал на допущенную в дополнениях к исковому заявлению ошибку, пояснив суду, что был этапирован в Ленинский районный суд <адрес> <дата>, а не <дата>.

Представитель административных ответчиков Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>», Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации ФИО1, действующая на основании доверенностей, в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Выслушав участников процесса, допросив свидетелей, исследовав материалы административного дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

Основанием для удовлетворения таких требований является несоответствие оспариваемых решения, действия (бездействия) нормативным правовым актам и нарушение ими прав, свобод и законных интересов административного истца (пункт 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

В соответствии с положениями ст. 1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации имеет своими целями исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений как осужденными, так и иными лицами. Задачами уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации являются регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов, оказание осужденным помощи в социальной адаптации.

Согласно части 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В силу ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быт основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В силу положений статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации режим в исправительных учреждениях - установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания (часть 1).

Режим создает условия для применения других средств исправления осужденных (часть 2).

В соответствии со статьей 15 Федерального закона от <дата> N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Приказом Минюста России от <дата> N 110 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы.

В соответствии с ч. 5, 7 ст. 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные, а также помещения, в которых они проживают, могут подвергаться обыску, а вещи осужденных - досмотру. Личный обыск проводится лицами одного пола с осужденными. Обыск жилых помещений при наличии в них осужденных допускается в случаях, не терпящих отлагательства. Порядок производства обысков и досмотров определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации.

Аналогичные положения содержат п.п. 264 – 282 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы.

Согласно справке начальника ОСУ ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> от <дата>, <ФИО>2 <дата> прибыл в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> из ФКУ ИК-6 ГУФСИН России по <адрес> по постановлению Ленинского районного суда <адрес> от <дата>, в порядке ст. 77.1 УИК РФ в качестве подсудимого. За пределы ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> <ФИО>2 был этапирован: <дата> в Ленинский районный суд <адрес>, <дата> этапирован не был, <дата> в Ленинский районный суд <адрес>, <дата> в Ленинский районный суд <адрес>.

В соответствии с п. 245 Приложения <номер> к приказу Минюста России от <дата> <номер> «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы» и п. 324 Приложения <номер> к вышеуказанному приказу по прибытии в учреждение подозреваемые, обвиняемые и осужденные знакомятся с возможностью использования в исправительных учреждениях аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля и предупреждаются об ответственности за нарушение установленного порядка отбывания наказания в ИУ, совершение преступлений в период отбывания наказания.

Действующим законодательством Российской Федерации установлены требования к местам возможного размещения видеокамер в постоянных объектах исправительных колоний.

В соответствии с частью 1 статьи 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.

Статья 34 Федерального закона от <дата> N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" в части первой также предусматривает, что в целях осуществления надзора за подозреваемыми и обвиняемыми может использоваться аудио- и видеотехника.

Перечень технических средств надзора и контроля и порядок их использования устанавливаются нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 3 статьи 83 УИК Российской Федерации).

Приказом Минюста России от <дата> N 279 утверждены Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы.

Разделом 4 названного Приказа Минюста России регламентируется оборудование инженерно-техническими средствами охраны и надзора постоянных объектов исправительных колоний, воспитательных колоний, лечебных исправительных и лечебно-профилактических учреждений, в том числе оборудование инженерно-техническими средствами надзора жилой зоны указанных объектов (пункт 30).

Подпункт 4 пункта 30 Приказа N 279 содержит указание на то, что жилые и коммунально-бытовые объекты оборудуются видеокамерами.

Согласно штатного расписания ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> по состоянию на <дата> в учреждении имеется 8 должностей – оператор отдела режима и надзора, которые замещают: <ФИО>4, <ФИО>5, <ФИО>6, <ФИО>7, <ФИО>8, <ФИО>9, <ФИО>10

Учитывая, что использование следственными изоляторами технических средств контроля и надзора является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность и режим содержания подозреваемых, обвиняемых и персонала соответствующего учреждения, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей, само по себе ведение видеонаблюдения, в том числе сотрудниками женского пола, не может расцениваться как действие, нарушающее право административного истца на частную жизнь, либо унижающее его человеческое достоинство.

Расписка об ознакомлении с положениями ст. 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации была отобрана у <ФИО>2 <дата> при прибытии в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> и помещена в материалы личного дела, копия расписки представлена стороной административного ответчика в материалы настоящего дела по запросу суда.

В дополнениях к административному исковому заявлению истец указывает на незаконность действий со стороны ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, выразившихся в обнажении его в присутствии камеры видеонаблюдения, за монитором которой находится сотрудник женского пола, при полном обыске <дата> и при прохождении Дискан аппарата <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>.

В соответствии с п. 272 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы, личный полный обыск подозреваемых и обвиняемых проводится: во всех случаях прибытия подозреваемого или обвиняемого в СИЗО и убытия за его пределы; при водворении подозреваемых и обвиняемых в карцер; при переводе подозреваемого или обвиняемого в безопасное место; при переводе подозреваемого или обвиняемого из одной камеры в другую; при задержании в случае совершения подозреваемым или обвиняемым побега или другого преступления; в случае обнаружения запрещенных в СИЗО предметов, веществ и продуктов питания и признаков их наличия при проведении неполного обыска подозреваемого или обвиняемого, в том числе с помощью средств обнаружения, а также в случае отказа подозреваемого или обвиняемого от проведения неполного обыска; по решению начальника СИЗО либо лица, его замещающего (в их отсутствие - ДПНСИ), в случаях, когда имеются основания полагать наличие у подозреваемого или обвиняемого запрещенных в СИЗО предметов, веществ и продуктов питания, приготовлений к преступлению; при выявлении подозреваемого или обвиняемого в состоянии алкогольного, наркотического или иного опьянения либо в состоянии сильного психоэмоционального возбуждения, при котором имеются основания полагать, что данное лицо своими действиями может причинить вред себе, а также сотрудникам СИЗО и иным лицам.

Согласно п. 271 указанных Правил, личный полный обыск подозреваемых и обвиняемых проводится в отдельных помещениях СИЗО, оснащенных напольным ковриком, температурный режим в которых должен соответствовать санитарно-эпидемиологическим требованиям. Для обеспечения приватности в указанных помещениях при использовании в целях надзора аудио- и видеотехники устанавливаются ширмы. Личный полный обыск подозреваемых и обвиняемых проводится за ширмой.

На основании п.п. 272, 271, 343, 343.1 Правил, <дата> при прибытии в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> <ФИО>2 был подвергнут полному обыску.

Как усматривается из представленного суду протокола личного обыска и досмотра вещей подозреваемого, обвиняемого, осужденного, поступившего в следственный изолятор от <дата>, обыск <ФИО>2 проводился сотрудниками <ФИО>13 и <ФИО>11

<дата> <ФИО>2 был водворен в ШИЗО за нарушение установленного порядка содержания под стражей, в связи с чем подвергнут полному обыску на основании п. 40.3 Инструкции по организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах УИС от <дата> <номер>-дсп, п.п. 4 п. 9 Приказа Минюста России от <дата> <номер>-дсп «Об утверждении Порядка проведения обысков и досмотров в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы и прилегающих к ним территориях, на которых установлены режимные требования», п.п. 272, 271, 343, 343.1 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста России от <дата> <номер>.

Из протокола личного обыска и досмотра вещей подозреваемого, обвиняемого, осужденного при водворении в карцер (ШИЗО) от <дата> следует, что обыск <ФИО>2 проводился сотрудниками <ФИО>12 и <ФИО>16

Таким образом, полный личный обыск административного истца, согласно представленным протоколам, производился в помещении для проведения обыска сотрудниками мужского пола.

Из содержания справки старшего инженера группы ИТО, связи и вооружения отдела охраны ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> от <дата> следует, что в соответствии со ст. 34 Федерального закона № 103-ФЗ и ст. 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при осуществлении надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными администрация учреждения вправе использовать технические средства надзора и контроля, и приказа Министерства юстиции Российской Федерации от <дата> <номер> «О внесении изменений в приказ Министерства юстиции Российской Федерации от <дата> <номер> «Об утверждении Наставления по оборудованию ИТСОН объектов УИС», все камерные помещения оборудуются видеонаблюдением. В соответствии с вышеизложенным, для надзора и контроля за заключенными под стражу и осужденными в СИЗО-1 установлены нероботизированные камеры видеонаблюдения, в помещениях для личного обыска камеры видеонаблюдения не установлены. Согласно Приказа Министерства юстиции Российской Федерации от <дата> <номер> «О внесении изменений в приказ Министерства юстиции Российской Федерации от <дата> <номер> «Об утверждении Наставления по оборудованию ИТСОН объектов УИС», срок хранения видеоархива с носимых видеорегистраторов и стационарных камер видеонаблюдения составляет 30 дней.

Более того, помещение для личного обыска также оборудовано ширмой, исключающей наблюдение процесса досмотра обыскиваемого в обнаженном виде, что подтверждается представленными в материалы дела фотографиями.

Таким образом, при проведении полного обыска <ФИО>2 видеонаблюдение процесса досмотра обыскиваемого со стороны операторов постов видеонаблюдения – женщин, исключалось, что подтверждается совокупностью представленных в материалы дела доказательств.

Из материалов дела также следует, что <дата>, <дата> и <дата> <ФИО>2 был этапирован в Ленинский районный суд <адрес>, в связи с чем был подвергнут неполному (с неполным раздеванием) обыску, с помощью стационарного металлообнаружителя "Дискан" и полному (с полным раздеванием) обыску в помещении для досмотра сборного отделения ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>.

В соответствии с п. 275 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы, по решению начальника СИЗО или лица, его замещающего, личный обыск подозреваемых и обвиняемых проводится без их раздевания (полного или частичного) при применении в СИЗО средств обнаружения, позволяющих выявить у них все запрещенные в СИЗО предметы, вещества и продукты питания.

Справкой старшего инженера группы ИТО, связи и вооружения отдела охраны ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> подтверждается, что в соответствии с Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от <дата> <номер> «О внесении изменений в приказ Министерства юстиции Российской Федерации от <дата> <номер> «Об утверждении Наставления по оборудованию ИТСОН объектов УИС» для недопущения проносов запрещенных предметов в учреждение, для досмотра человека и ручной клади, может использоваться рентгенотелевизионное оборудование (с целью выявления запрещенных предметов, досмотр человека осуществляется без верхней одежды (куртка, шапка).

Из пояснений представителя административных ответчиков следует, что обыск по прибытии административного истца из Ленинского районного суда <адрес> в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> проводится в два этапа. Сначала через металлообнаружитель, где требуется снять только верхнюю одежду, так как остальная одежда не препятствует работе аппарата. В помещениях для обыска с ширмой проводится уже полный обыск.

В материалы дела в подтверждение данных обстоятельств представлено заключение по факту обнаружения и изъятия запрещенного к хранению и использованию предмета: сотового телефона у осужденного <ФИО>2, утвержденное врио начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> <дата>, из содержания которого следует, что по прибытию в учреждение, перед проведением полного личного обыска и досмотра вещей на сборном отделении ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> осужденному <ФИО>2 было предложено добровольно выдать запрещенные к хранению и использованию предметы, на что он ответил, что запрещенных к хранению и использованию предметов и веществ не имеет. Во время проведения полного личного обыска и досмотра, личных вещей с помощью «Дискана» у <ФИО>2 младшим инспектором дежурной службы ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, прапорщиком внутренней службы <ФИО>13 был обнаружен и изъят запрещенный к хранению и использованию предмет: сотовый телефон «<данные изъяты> <номер>, IMEI2 <номер> (установленный в ходе проверки), спрятанные ухищренным способом в естественной полости тела. Из объяснения младшего инспектора дежурной службы ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, прапорщика внутренней службы <ФИО>13 следует, что в 20 часов 00 минут <дата> был произведен полный обыск с досмотром личных вещей осужденного <ФИО>2, при прохождении осужденного через раму обнаружения металла, сработал сигнал обнаружения металла. Осужденному <ФИО>2 было предложено сделать рентген снимок, на что осужденный ответил согласием. Рентген снимок показал наличие инородного предмета в естественной полости тела (прямой кишке), после чего осужденный <ФИО>2 выдал запрещенный предмет, о чем <дата> составлен акт.

При таком положении, суд соглашается с доводами стороны административных ответчиков, что наличие одежды, нательного белья не препятствует работе металлообнаружителя, в связи с чем обнажение тела для прохождения Дискан аппарата не требуется. Аналогичная система широко используется в аэропортах, морских портах, таможне и железнодорожных вокзалах. Доказательств того, что полный обыск проводится сотрудниками ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> дважды (при прохождении металлообнаружителя, и в помещениях для личного обыска, оборудованных ширмой), суду не представлено, и судом не добыто в ходе судебного разбирательства по делу.

Из показаний допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей <ФИО>14 и <ФИО>15 следует, что над Дискан аппаратом напротив рамки установлена камера видеонаблюдения, которая осуществляет факт фиксации обыска, а изображение с камеры выводится на пост видеоконтроля, операторами которого являлись сотрудники женского пола. <дата> они видели данную камеру, когда были этапированы в судебное заседание, и проходили через металлообнаружитель, а <дата> она была демонтирована.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля прапорщик внутренней службы <ФИО>16 в судебном заседании отрицал наличие камеры видеонаблюдения над Дискан-аппаратом. При этом пояснял суду, что через металообнаружитель подозреваемые, обвиняемые и осужденные проходят в нательном белье, после чего проходят в помещение для обыска, где за ширмой осуществляется полный обыск.

Также суду представлены фотографии помещений с рамкой металлообнаружителя и помещения для обыска, и видеообзор помещения с металлобнаружителем в подтверждение отсутствия камеры видеонаблюдения.

Оценивая представленные по делу доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что доказательств, объективно свидетельствующих о наличии камеры видеонаблюдения в помещении, где установлен металлообнаружитель, в материалы дела не представлено. Свидетели в этой части дали суду взаимоисключающие показания, при этом в видеообзоре и на фотографиях камера видеонаблюдения отсутствует.

Доводы административного истца о том, что в судебном заседании <дата> представитель административных ответчиков признавал наличие камеры видеонаблюдения в помещении, где установлен металлообнаружитель, опровергаются аудиозаписью протокола судебного заседания от <дата>, прослушанной в судебном заседании <дата> по ходатайству <ФИО>2 Как следует из протокола судебного заседания от <дата>, представитель <ФИО>17 зачитывала подготовленные ею письменные возражения, в которых были процитированы доводы <ФИО>2 из административного искового заявления.

Суд также учитывает, что наличие или отсутствие видеокамеры в помещении, где установлен металлообнаружитель, само по себе не нарушает прав административного истца, поскольку процедура прохождения через металлообнаружитель осуществляется без полного раздевания, в связи с чем возможность наблюдения (непосредственного либо опосредованного) лицами противоположного пола обнажения тела подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными исключается.

Справкой начальника канцелярии ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> от <дата> подтверждается отсутствие в период с <дата> от <ФИО>18, <дата> года рождения, жалоб и заявлений в адрес администрации.

Согласно ответу прокуратуры <адрес> от <дата> на запрос суда, <ФИО>2 в прокуратуру <адрес> с жалобами на действия сотрудников ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> на условия содержания в следственном изоляторе не обращался.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Данная конституционная норма в сфере властно-административных правоотношений реализуется путем закрепления в Гражданском кодексе Российской Федерации обязанности возместить ущерб, причиненный государственными органами, а также их должностными лицами.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

При этом под незаконными действиями (бездействием) следует понимать деяния, противоречащие законам и другим правовым актам.

Незаконными являются действия, выходящие за пределы компетенции или должностных полномочий органов и должностных лиц, или же бездействие в случаях, когда соответствующие органы либо лица отказываются от выполнения своих обязанностей.

Для наступления ответственности государства необходимо одновременное наличие следующих составляющих материальное основание такой ответственности: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда (государственного органа); причинно-следственная связь между наступившим вредом и незаконным деянием; вина причинителя вреда.

В случаях, когда в соответствии с законом причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с законом эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 ГК РФ).

Исходя из части 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При этом, в соответствии со статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (часть 1).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5).

Указанные нормы введены в действие Федеральным законом от <дата> N 494-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и применяются с <дата>.

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что совокупность условий, предусмотренных статьей 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, по данному делу отсутствует, в связи с чем требования административного истца <ФИО>2 о взыскании компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 175-180 КАС РФ суд

РЕШИЛ:

Административные исковые требования <ФИО>2 к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор <номер> главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по <адрес>», Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Куйбышевский районный суд <адрес> в течение одного месяца со дня принятия мотивированного решения.

Председательствующий: А.В. Кучерова

Мотивированный текст решения изготовлен <дата>