УИД 74RS0046-01-2025-002084-82

Дело №2-1615/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 декабря 2025 года город Озёрск

Озёрский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Медведевой И.С.

при секретаре Фофановой А.В.,

с участием истицы ФИО1, представителя ответчика ФИО2, помощника прокурора Капленко Н.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения клиническая больница №71 ФМБА России о компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Клиническая больница №71 Федерального медико-биологического агентства» (далее по тексту - ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России, ответчик) о компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. (том 1 л.д.4-5).

В обоснование исковых требований указала, что 02 октября 2020 года ее супругу ФИО13. стало плохо, из-за сильных болей в поясничном отделе позвоночника, в связи с чем, она вызвала бригаду скорой помощи. Прибывший врач сделал укол препарата «Ношпа», другой медицинской помощи оказано не было, госпитализация не предлагалась. 04 октября 2020 года, в связи с отсутствием улучшения состояния здоровья, ФИО14. самостоятельно прибыл в приемный покой ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России, где ему был поставлен укол препарата «Лидокаин», даны рекомендации обратиться к врачу неврологу. 07 октября 2020 года супруга вызвала ФИО15. на дом врача-терапевта. Врач назначила обезболивающие препараты, на вопрос о возможной госпитализации в больницу, указала на отсутствие мест. 08 октября 2020 года на дом был повторно вызван врач- терапевт, которая осмотра ФИО16., предположила диагноз «Сепсис», вызвала скорую помощь для госпитализации. ФИО17. госпитализировали в ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России, где он ДД.ММ.ГГГГ года умер. Постановлением старшего следователя следственного отдела по ЗАТО г.Озерск Следственного отделения Следственного комитета РФ по Челябинской области от 11 января 2021 года в возбуждении уголовного дела по факту смерти ФИО18 отказано, за отсутствием в действиях медицинских сотрудников ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России признаков состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, то есть, по п. 2. ч.1 ст.24 УПК РФ.

Истец считает, что смерть супруга явилась результатом не качественного оказания медицинской помощи на всех этапах, что повлекло обращение в суд.

Определением судьи от 27 августа 2025 года к участию в деле в порядке ст.43 ГПК РФ третьими лицами, не заявляющими самостоятельных исковых требований, привлечены Федеральный фонд обязательного медицинского страхования (ФОМС), Федеральное медико-биологическое агентство (ФМБА), в порядке ст. 45 ГПК РФ – прокурор (л.д.1-2).

Протокольным определением от 14 октября 2025 года судом к участию в деле в порядке ст. 43 ГПК РФ третьим лицом, не заявляющим самостоятельных исковых требований, привлечен врач скорой помощи ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России ФИО3 (том 1 л.д. 233-234).

Протокольным определением от 29 октября 2025 года судом к участию в деле в порядке ст. 43 ГПК РФ третьим лицом, не заявляющим самостоятельных исковых требований, привлечено ООО «Доктор ОСТ» (том 2 л.д.32).

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении исковых требований настаивала, пояснила следующее: она состояла в браке с ФИО19., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, от которого имеет дочь ФИО7. До момента смерти она совместно с супругом проживала по адресу: <адрес>. Примерно с 2018 года у супруга возникли проблемы с ногами, они стали болеть, в связи с чем, он наблюдался у врача-хирурга. Периодически проходил лечение. 15 сентября 2020 года ФИО20. обратился за получением платной консультации в ООО «Доктор Ост» (<адрес>). 29 сентября 2020 года в этой же клинике ему был внутрисуставно введен препарат «Афлутоп». Однако боли в ногах и бедрах не прекращались. 02 октября 2020 года боли усилились, обезболивающие препараты не помогли, в связи с чем, она вызвала скорую помощь. Прибывший врач посоветовал делать гимнастику, сказав, что у супруга поясничный остеохондроз. Впоследствии скорая помощь вызывалась еще раз. Не усмотрел ничего страшного в состоянии здоровья мужа и участковый терапевт. Только второй врач, прибывший по вызову, направил ФИО21. на госпитализацию. 21 октября 2020 года супруга ввели в состояние искусственной комы, однако его состояние ухудшилось и ДД.ММ.ГГГГ он умер. К сотрудникам реанимационного отделения у нее нет претензий. Считает, что ФИО22. ненадлежащим образом была оказана медицинская помощь, начиная с этапа вызова скорой помощи, приемного отделения. Причиной смерти ФИО23. явился <>. В результате смерти близкого человека истица претерпевала сильные душевные переживания, стресс.

Судом неоднократно разъяснялось истице право заявить ходатайство о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы с целью определения причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими для ее супруга последствия (смертью), о чем зафиксировано в протоколах судебного заседания. ФИО1 своим правом не воспользовалась. Заявила исковые требования о компенсации морального вреда только к ответчику ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России.

Представитель ответчика ФГБУЗ КБ №71 ФИО2 (полномочия в доверенности том 1 л.д.109) в судебном заседании против исковых требований возражала по доводам письменного отзыва (том 1 л.д. 208-2210). Со слов представителя ответчика, медицинская помощь ФИО24. на всех этапах оказывалась в соответствии с Порядками и стандартами, клиническими рекомендациями, утвержденными приказами Минздрава РФ. ФИО25. с 2017 года страдал атеросклерозом артерий нижних конечностей, часто жаловался на боли в ногах, неоднократно проходил лечение в амбулаторных условиях и в условиях стационара. В период времени с 15 сентября 2020 года по 05 октября 2020 года проходил лечение в ООО «Центр лечения позвоночника и суставов «Доктор ОСТ»» г.Челябинск. В данном учреждении пациенту проводились лазеротерапия, магнитная стимуляция и внутрисуставное введение препарата «Алфлутоп». 08 октября 2020 года ФИО1 бригадой скорой помощи был доставлен в приемное отделение ФГБУЗ КБ № ФМБА России, направлен на госпитализацию с предварительным диагнозом: <> На фоне проводимой терапии динамика положительного эффекта не имела, больной скончался ДД.ММ.ГГГГ в отделении реанимации на 29 день пребывания в стационаре. Основное заболевание: <>. Просила отказать в удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда.

Представители третьих лиц ФМБА, ФОМС в судебное заседание не явились, извещены (том 2 л.д.54-55).

Третье лицо – врач ОСМП ФИО3 (том 2 л.д. 1) в судебное заседание не явился, извещен, в заявлении просил о рассмотрении дела в его отсутствие (том 2 л.д.58).

В судебном заседании 29 октября 2025 года ФИО3 пояснил следующее: 01 октября 2020 года он прибыл по вызову к пациенту ФИО26., который высказывал жалобы на сильные боли в пояснице. Прибыв на место, осмотрел мужчину, измерил давление, осуществил необходимые манипуляции. Была введена инъекция препарата «Ношпа», рекомендовано лечение у терапевта. Больше пояснить ничего не молежт, за давностью событий.

Представитель третьего лица ООО «Центр лечения позвоночника и суставов «Доктор ОСТ»» в судебное заседание не явился, извещен (том 2 л.д.36, л.д. 39).

Помощник прокурора ЗАТО г.Озерска Челябинской области Капленко Н.Н. в заключении полагала исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, с учетом принципов разумности и справедливости.

Заслушав стороны, исследовав материалы гражданского дела, выслушав заключение помощника прокурора, полагавшего исковые требования о компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению, с учетом принципов разумности и справедливости, суд удовлетворяет исковые требования частично.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации (часть первая статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части второй статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части второй и третьей статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит, в том числе компенсация морального вреда (параграф 4 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из изложенного следует, что в случае причинения работниками медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда.

При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

По материалам дела установлено, что ФИО1 и ФИО27 с ДД.ММ.ГГГГ состояли в браке (том 1 л.д. 7), проживали совместно по адресу: <адрес>.

По представленным медицинским документам следует, что ФИО28. с 2017 года страдал заболеванием: <>, неоднократно проходил лечение у терапевта и в стационаре ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России.

Из выписного эпикриза ООО «Центр лечения позвоночника и суставов Доктор ОСТ» следует, что пациент ФИО29. проходил лечение в медицинском центре с 15 сентября 2020 года по 06 октября 2020 года с диагнозом: <> Проведено, в том числе, лечение – внутрисуставное введение «Алфлутопа» под УЗ навигацией (том 2 л.д. 39-53).

Согласно картам вызова станции скорой помощи, ФИО30. вызывалась бригада скорой помощи 04 октября 2020 года (том 1 л.д. 220-221), 07 октября 2020 года (л.д.222-223), 08 октября 2020 года (л.д.224-225).

Вызовы были связаны с жалобами на боли в <> (08 октября 2020 года).

Согласно выписному эпикризу, ФИО31. поступил 08 октября 2020 года в отделение реанимации и интенсивной терапии с основным диагнозом: «<>» (том 1 л.д.57-64).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО32 умер, согласно справке о смерти №№, причинами смерти явились: <> (том 1 л.д. 6).

В соответствии с протоколом патологоанатомического вскрытия № от 10 ноября 2020 года в отношении умершего ФИО33 причина смерти – <> от ДД.ММ.ГГГГ. Состояние осложнилось развитием <>, который явился непосредственной причиной смерти (том 2 л.д. 227-231).

Постановлением старшего следователя следственного отдела по ЗАТО г.Озерск Следственного отделения Следственного комитета РФ по Челябинской области от 11 января 2021 года в возбуждении уголовного дела по факту смерти ФИО34 отказано, за отсутствием в действиях медицинских сотрудников ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России признаков состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, то есть, по п. 2. ч.1 ст.24 УПК РФ (том 1 л.д. 10-16).

Согласно предписанию № от 19 марта 2021 года об устранении выявленных нарушений, направленному в адрес ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России, установлено, что при оказании медицинской помощи пациенту ФИО35 были нарушены права гражданина, регламентированные ч.2 ст. 18 Федерального закон от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ», в части оказания качественной медицинской помощи, выразившиеся:

-в недооценки состояния больного и поздней госпитализации пациента в медицинскую организацию на этапе медицинской помощи (отсутствие детализации жалоб, сведений анамнеза, правильной и полной оценке локального статуса, что имело значение для установления предварительного диагноза, определения объема лечебных мероприятий и последующей тактики ведения пациента),

-несвоевременном выявлении флегмоны, что могло стать причиной снижения эффективности дальнейших лечебных мероприятий, ухудшения состоянии и смерти пациента (на этапе оказания стационарной медицинской помощи по профилю «хирургия»),

-несоблюдения критериев качества специализированной медицинской помощи взрослым при септицемии (сепсисе), утв. п.3.1.18 Приказа Минздрава России от 10 мая 2017 года №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» на этапе оказания медицинской помощи в отделении анестезиологии и реанимации,

-дефектах оформления медицинской документации на этапе скорой медицинской помощи и оказания медицинской помощи в стационарных условиях, а том числе, в отделении анестезиологии и реанимации (том 1 л.д. 52-54).

Проанализировав представленные в дело доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что медицинскими работниками ФГБУЗ КБ №71ФМБА вопреки доводам ответчика об обратном, ФИО36. на этапе скорой медицинской помощи была оказана медицинская помощь ненадлежащего качества, недооценено состояние больного, госпитализация осуществлена поздно, несвоевременно выявлена флегмона, что могло стать причиной снижения эффективности дальнейших лечебных мероприятий.

Вышеуказанное свидетельствует о непринятии медицинским учреждением всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода. Как следствие, были нарушены личные неимущественные права истца ФИО1 на родственные связи, на семейную жизнь, а также повлекло причинение нравственных страданий (морального вреда).

Законодатель, закрепив в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общие правила компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении случаев, когда допускается такая компенсация.

При этом согласно пункту 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Суд, исходя из установленных по настоящему делу обстоятельств и представленных доказательств, применительно к вышеприведенным нормам действующего законодательства, регулирующим спорные правоотношения, приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ФГБУЗ КБ №71 обязанности по компенсации истице морального вреда, связанного с ненадлежащим оказанием медицинской помощи пациенту ФИО1

Определяя размер компенсации морального вреда суд, руководствуясь вышеприведенными нормами действующего законодательства, принимает во внимание фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных истице нравственных страданий, тот факт, что потеря супруга в возрасте 59 лет, безусловно, причинила ей нравственные страдания, явилась невосполнимой утратой. Супруги прожили совместно 11 лет, активно участвовали в жизни друг друга, оказывали взаимную поддержку, обеспечивали максимально комфортное существование. Истица осуществляла уход за мужем, переживала за состояние его здоровья. Вследствие смерти близкого человека было нарушено личное неимущественное право истицы на семейные связи; в связи с утратой супруга она испытала сильные нравственные переживания, повлекшие за собой изменение привычного уклада и образа жизни. Также суд учитывает степень вины ответчика ФГБУЗ КБ №71, сотрудниками которых допущены дефекты при оказании медицинской помощи ФИО1, требования разумности и справедливости.

Суд учитывает обязанность ответчиков в силу закона организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи, обеспечивать организацию охраны здоровья граждан: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий, приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи, доступность и качество медицинской помощи, недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Исходя из чего, определяет размер компенсации морального вреда в пользу истицы в размере 100 000 руб. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленной сумме 1 000 000 руб. не усматривается. В остальной части требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат. Суд полагает, что определенный размер компенсации отвечает признакам справедливого вознаграждения потерпевшей за перенесенные страдания, учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения.

В силу ст.ст. 94-98 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 3 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО1 к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения клиническая больница №71 ФМБА России о компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения клиническая больница №71 ФМБА России в пользу ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №) в счет компенсации морального вреда 100 000 руб.

В удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда в остальной части, ФИО1 отказать.

Взыскать с ФГБУЗ КБ №71 ФМБА России в доход бюджета госпошлину 3 000 руб.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Озёрский городской суд Челябинской области.

Председательствующий И.С. Медведева

Мотивированное решение изготовлено 12 января 2026 года.