Решение по делу № 02-13332/2024 от 30.04.2025 - о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, оплаты сверхурочной работы, премии, компенсации за задержку выплат, компенсации морального вреда и судебных расходов.

Дело № 2-1753/2025 УИД 77RS0021-02-2024-017211-20

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 февраля 2025 года адрес

Пресненский районный суд адрес в составе

председательствующего судьи Завалишиной Н.В.,

при секретаре судебного заседания фио,

с участием прокурора фио,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1753/2025 по иску ФИО1 к ООО «ТД Берингофф» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, оплаты сверхурочной работы, премии, компенсации за задержку выплат, компенсации морального вреда и судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к ответчику ООО «Торговый Дом Берингофф», в котором просит признать увольнение истца незаконным и восстановить его на работе в ООО «Торговый Дом Берингофф» в должности менеджера по работе с федеральными клиентами; признать приказ ООО «Торговый Дом Берингофф» от 02.07.2024 № 69-у об увольнении истца незаконным; взыскать средний заработок за все время незаконного лишения возможности трудиться, т.е. за период с 3 июля 2024 года по день восстановления на работе, по состоянию на 14.02.2025 – сумма; компенсацию оплаты сверхурочной работы за период с 1 апреля 2024 года по 11 июня 2024 года в размере сумма, а также денежную компенсацию в размере не ниже одной сто пятидесятой ключевой ставки Центрального банка РФ от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно, по состоянию на 14.02.2025 – сумма; причитающуюся заработную плату в виде премии по итогам работы за апрель, май и июнь 2024 года в размере сумма, а также денежную компенсацию в размере не ниже одной сто пятидесятой ключевой ставки Центрального банка РФ от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно, по состоянию на 14.02.2025 – сумма; денежную компенсацию в размере сумма за причинение морального вреда в результате незаконных действий работодателя; сумма в счет возмещения расходов по оплате помощи представителя, ссылаясь в обоснование заявленных требований на то, что работал в должности менеджера по работе с федеральными клиентами в ООО «Торговый Дом Берингофф» с 16.05.2023 (приказ от 16.05.2023 № 25-л) по 02.07.2024, был уволен из ООО «Торговый Дом Берингофф» 02.07.2024 (приказ об увольнении от 02.07.2024 № 69-у) по п. 7 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) (отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора). 23 апреля 2024 года истец был ознакомлен с уведомлением об изменении определенных сторонами условий трудового договора, в рамках которого работодатель, ссылаясь на изменение организационных условий труда в соответствии с приказом от 22.04.2024 № 10, через два месяца со дня уведомления изменяет условия труда истца: характер работы (с дистанционного на обычный). В соответствии с приказом от 22.04.2024 № 10 работодатель изменил условие о дистанционном характере работы на обычный (стационарный) с целью оптимизации нагрузки на структурные подразделения и должностных лиц Общества, необходимости организации оперативного взаимодействия между структурными подразделениями и работниками Общества, повышения эффективности работы Общества по ключевым направлениям продаж в связи с существенным расширением ассортимента поставляемого товара и географии поставок. Учитывая, что у работодателя не произошло изменений организационного технологического характера, а оптимизация нагрузки и повышение эффективности работы Общества таковыми не являются, то основания для применения к возникшим правоотношениям ст. 74 ТК РФ отсутствуют. С 11.04.2024 работодатель пытается принудить истца к увольнению по собственному желанию. Начисление и выплата премии по итогам работы за календарный месяц регламентируются Положением об оплате труда и премировании работников ООО «ТД Берингофф». Истцу стали выставлять заранее недостижимые ежемесячные планы с целью лишить премии, с указанной даты премию истцу не выплачивали. В соответствии с п. 5.2 трудового договора от 16 мая 2023 года № 25-ТД заработная плата выплачивается 25 и 10 числа. При этом заработная плата выплачивалась истцу с задержкой без объяснения причин, что является прямым нарушением трудового законодательства. Истец вынужден был обращаться к работодателю с уведомлением о приостановлении работы, только после этого заработная плата выплачивалась. Более того, в нарушение ст. 159 ТК РФ работодателем не установлены нормы труда, в связи с чем нагрузка неравномерная, и не представляется объективной. Работодатель стал выставлять краткосрочные недостижимые задачи с требованием ежедневной отчетности по проделанной работе, чего раньше не было. В соответствии с п. 4.1.1 трудового договора от 16 мая 2023 года № 25-ТД истцу установлена нормальная продолжительность рабочего времени, режим рабочего времени – с 9 утра до 18 вечера с понедельника по пятницу. Однако работодателем направлялись истцу задачи, требующие привлечения его к сверхурочной работе без согласия истца, что также является нарушением ТК РФ (ст. 99). Ответчик пытался изменить местность, в которой истец работал, в нарушение ст.ст. 72 и 72.1 ТК РФ. В соответствии с пунктом 1.4 трудового договора от 16.05.2023 № 25-ТД место работы истца определено: адрес, ул. им. Тюляева, д. 7, кв. 22. Учитывая, что 21.05.2024 истец письменно выразил свое несогласие работать в новых условиях труда, так как считал, что работодатель нарушает его права, работодатель обязан был сразу предлагать истцу возможные вакансии. Однако, работодатель в этот день вакансии истцу не предложил. Истца известили об отсутствии вакансий спустя месяц (уведомление от 24.06.2024). Ответчик в приказе об увольнении ссылается на уведомления об отсутствии вакансий от 24.06.202 и от 02.07.2024, однако с уведомлением от 02.07.2024 истец не был ознакомлен, так как данное уведомление совместно с приказом об увольнении прислали ему 02.07.2024 в 17 часов 55 минут, за 5 минут до конца рабочего дня. Учитывая, что и уведомление, и приказ необходимо распечатать, ознакомиться, отсканировать и направить работодателю, то в пределах рабочего времени возможности для этого истцу не предоставили. Истец ознакомился с приказом лишь на следующий день, 3 июля 2024 года. Таким образом, приказ был издан до того, как работодатель ознакомил истца с данным уведомлением, само уведомление своевременно истцу не направили. Тем не менее истец предполагает, что у ответчика имелись вакансии, соответствующие квалификации истца, но в силу нежелания продолжать трудовые отношения истцу эти вакансии предложены не были. Таким образом, уклонение от предложения работнику всех вакансий в данной местности является нарушением ч. 3 ст. 74 ТК РФ и влечет за собой восстановление работника на работе. Истец был ознакомлен с уведомлением об изменении условий 23.04.2024, при этом в самом уведомлении не указано, с какого числа вводятся новые условия труда, но указано, что новые условия труда вступят в действие по истечении двухмесячного срока предупреждения. Срок двухмесячного уведомления начинается на следующий день, после дня уведомления – 24.04.2024. Учитывая, что увольнение истца может быть произведено не ранее двух месяцев со дня уведомления, то дата увольнения в силу ч. 3 ст. 14 ТК РФ должна приходиться на 24.06.2024. Закон не позволяет работодателю увольнять работника в любой день после истечения двухмесячного срока предупреждения. Если работника не уволили в день, который указан в уведомлении об изменении условий трудового договора, процедуру нужно начинать заново. Поскольку свое несогласие с изменением условий труда истец выразил 21 мая 2024 года, но трудовой договор с истцом прекращен 24 июня 2024 года не был, фактически трудовые отношения с истцом были продолжены на прежних условиях, и до момента увольнения истца условия труда изменены не были, у ответчика не имелось оснований для увольнения истца по п. 7 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации без вручения истцу нового уведомления об изменении существенных условий труда в порядке, предусмотренном ст. 74 ТК РФ. Учитывая, что данное увольнение законодатель не относит к инициативе работодателя, и работодатель вправе увольнять даже в период болезни и отпуска, то законных оснований для увольнения позже двухмесячного срока у ответчика не имелось. Более того, неуказание в уведомлении об изменении условий труда конкретной даты увольнения также является злоупотреблением правом. Работодатель уволил истца лишь 02.07.2024, что свидетельствует нарушении установленной процедуры. Работодатель в нарушение ст. 92 ТК РФ не установил истцу сокращенное рабочее время и в нарушение требований ст. 99 ТК РФ незаконно привлекал истца к сверхурочной работе. Истцу как инвалиду второй группы (о чем ранее истец уведомлял работодателя, а также повторно, 18.04.2024, предоставлял все необходимые подтверждающие документы), условия работы изменены не были. Только после очередного уведомления истца работодателю (письмо от 10.06.2024) работодатель направил истцу дополнительное соглашение об изменении условий трудового договора в части сокращения рабочего времени до 35 часов в неделю лишь 11 июня 2024 года. При этом 1 апреля 2024 года было подписано дополнительное соглашение об установлении ежегодного оплачиваемого отпуска в размере 30 календарных дней, что свидетельствует о том, что работодатель уже 1 апреля 2024 года достоверно знал о наличии у истца инвалидности. Таким образом работодатель привлекал истца с 01.04.2024 по 11.06.2024 к сверхурочной работе без его согласия, своевременно не выплачивает истцу заработную плату и компенсацию за задержку выплат, компенсационные выплаты в нарушение ТК РФ истцу не выплачиваются. Таким образом, невыплаченная заработная плата в виде компенсационных выплат за привлечение истца к сверхурочной работе с 1 апреля 2024 года по 11 июня 2024 года составляет сумма, а также денежная компенсация за нарушение сроков выплаты на 01.08.2024 – сумма Ответчик не выплатил истцу ежемесячную премию по итогам работы за апрель, май и июнь 2024 года. Истец, как и другие работники ответчика, имеет право на выплату премии по итогам работы за апрель, май и июнь 2024 года, поскольку указанное вознаграждение является одной из форм его заработной платы, составной частью оплаты его труда. Более того, находя возможность выплатить премию иным работникам Общества, ответчик по непонятным причинам отказывает в этом истцу. Таким образом, несмотря на наличие у работодателя права по определению оснований и размера премии работникам, оно не может быть произвольным, а должно быть обусловлено прежде всего качеством работы конкретного работника, его отношением к труду, вкладом в общую работу организации. Следовательно, произвольный отказ в выплате премии противоречит требованиям действующего трудового законодательства и приводит к дискриминации прав истца. Учитывая, что в 2024 году размер ежемесячной премии составлял сумма, то задолженность по выплате премии по итогам работы за апрель, май и июнь 2024 года составляет сумма

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о его времени и месте извещен надлежащим образом, обеспечил явку представителя по доверенности ФИО2, которая исковые требования поддержала, настаивала на их удовлетворении.

Представители ответчика генеральный директор ООО «Торговый Дом Берингофф» фио, по доверенности фио в судебное заседание явились, просили в иске отказать, по доводам, изложенным в письменных возражениях относительно исковых требований.

Дело рассмотрено при данной явке в соответствии с ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ).

Выслушав объяснения представителей сторон, заключение прокурора фио, полагавшей исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.ст. 12, 56, 57 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 16.05.2023 между ООО «Торговый дом Берингофф» (Заказчик) и фио (Работник) заключен трудовой договор № 25-ТД, по условиям которого работник принимается на работу в ООО «Торговый дом Берингофф» на должность менеджер по работе с федеральными клиентами (п. 1.2).

Трудовой договор заключается для выполнения дистанционной работы (п. 1.3).

Место работы: адрес, ул. им. Тюляева, д. 7, кв. 22 (п. 1.4).

В соответствии с приказом № 10 от 22.04.2024 «О проведении организационных мероприятий» с целью оптимизации нагрузки на структурные подразделения и должностных лиц Общества, необходимости организации оперативного взаимодействия между структурными подразделениями и работниками Общества, повышения эффективности работы Общества по ключевым направлениям продаж, в связи с существенным расширением ассортимента поставляемого товара и географии поставок изменены условия о дистанционном рабочем месте на стационарное по месту нахождения Общества в отношении работника, занимающего следующую должность – менеджер по работе с федеральными клиентами.

В адрес истца ответчиком 23.04.2024 было направлено уведомление об изменении определенных сторонами условий трудового договора, а именно п. 1.3 трудового договора, п. 1.4 трудового договора изложен в новой редакции: «Место работы: ООО «ТД Берингофф», адрес. В уведомлении указано, что в случае несогласия истца продолжать работу в новых условиях ему может быть предложена иная работа, соответствующая его квалификации и состоянию здоровья, при отсутствии такой работы – нижестоящая должность или нижеоплачиваемая работа, которую истец мог бы выполнять с учетом его квалификации и состояния здоровья (при наличии такой работы). При отсутствии указанной работы и в случае отказа истца от предложенной работы трудовой договор с истцом будет прекращен по п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

В указанном уведомлении истец расписался о его получении 23.04.2024, указал, что не согласен работать в новых условиях.

Истец был уволен из ООО «Торговый Дом Берингофф» 02.07.2024 (приказ об увольнении от 02.07.2024 № 69-у) по п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора).

Настаивая на заявленных требованиях, истец указывает на то, что у работодателя не произошло изменений организационного технологического характера, а оптимизация нагрузки и повышение эффективности работы Общества таковыми не являются, то основания для применения к возникшим правоотношениям ст. 74 ТК РФ отсутствуют.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Между тем суд полагает, что срок исковой давности истцом не пропущен ввиду следующего.

Согласно ч. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

Приказ об увольнении фио был издан 02.07.2024. Истец был ознакомлен с приказом об увольнении 02.07.2024 по электронной почте. Приказ был направлен с электронного адреса генерального директора ООО «ТД Берингофф» фио (d.klimin@temryuk.pro) на электронный адрес фио (galiullin@yalvz.ru) 02.07.2024 в 17 часов 54 минуты.

Отметка истца об ознакомлении с приказом об увольнении датирована 03.07.2024, что подтверждается скриншотом.

Исковое заявление направлено истцом в Пресненский суд адрес 30.07.2024 в соответствии с оттиском ОПС на описи вложения в письмо, тем самым истец подал исковое заявление до истечения установленного законом срока исковой давности.

Согласно ч.ч. 1–4 ст. 74 ТК РФ в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника.

О предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Если работник не согласен работать в новых условиях, то работодатель обязан в письменной форме предложить ему другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

При отсутствии указанной работы или отказе работника от предложенной работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 7 части первой статьи 77 настоящего Кодекса.

В силу п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора является основанием прекращения трудового договора.

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, разрешая дела о восстановлении на работе лиц, трудовой договор с которыми был прекращен по пункту 7 части первой статьи 77 Кодекса (отказ от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора), либо о признании незаконным изменения определенных сторонами условий трудового договора при продолжении работником работы без изменения трудовой функции (статья 74 ТК РФ), необходимо учитывать, что исходя из статьи 56 ГПК РФ работодатель обязан, в частности, представить доказательства, подтверждающие, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменений организационных или технологических условий труда, например изменений в технике и технологии производства, совершенствования рабочих мест на основе их аттестации, структурной реорганизации производства, и не ухудшало положения работника по сравнению с условиями коллективного договора, соглашения. При отсутствии таких доказательств прекращение трудового договора по пункту 7 части первой статьи 77 Кодекса или изменение определенных сторонами условий трудового договора не может быть признано законным.

При рассмотрении дела установлено, что ответчик уведомил истца о предстоящем изменении условия его трудового договора, а именно изменения условия о дистанционном рабочем месте на стационарное по месту нахождения Общества, указав причины, связанные с изменением организационных условий труда: оптимизация нагрузки на структурные подразделения и должностных лиц ООО «ТД Берингофф», необходимость организации оперативного взаимодействия между структурными подразделениями и работниками Общества, повышение эффективности работы Общества по ключевым направлениям продаж в связи с существенным расширением ассортимента поставляемого товара и географии поставок.

Таким образом, действия работодателя направлены на структурную реорганизацию предприятия, в частности, отдела по работе с ключевыми клиентами (отдела федеральных сетей).

Изменение условий о дистанционном рабочем месте на стационарное и подконтрольное работодателю может рассматриваться как структурная реорганизация отдела продаж, которая выразилась в принятии мер, которые приводят к повышению эффективности работы целого предприятия.

Суд находит заслуживающим внимания довод ответчика о том, что работодатель вправе в одностороннем порядке отказаться от дистанционного характера работы и перенести рабочее место работника в офис.

Также ответчик указал, что до принятия приказа № 10 от 22.04.2024 к генеральному директору ООО «ТД Берингофф» со служебной запиской обратился директор по работе с ключевыми клиентами фио В данной записке от 08.04.2024 изложены аргументы в пользу необходимости «централизации» отдела продаж в московском офисе компании в связи с изменением технологии обслуживания клиентов и необходимостью проведения систематических очных встреч сотрудников отдела по работе с федеральными сетями и менеджеров ряда федеральных сетей. Так, истец в период трудоустройства у ответчика работал с сетью «Магнит» адрес. Офис организации «Тандер» находится по адресу: адрес. Следовательно, для осуществления запланированных мероприятий дистанционный характер работы не мог быть сохранен. Кроме того, в вышеназванной служебной записке говорится о том, что нахождение рабочего места работников отдела по работе с федеральными клиентами в офисе ООО «ТД Берингофф» позволит усилить коммуникацию между данными сотрудниками, финансово-коммерческой службой и отделом логистики общества, что позволит также отказаться от работы координаторов, отвечающих за координацию работы менеджеров с иными подразделениями, что снизит финансовую нагрузку организации. В таком случае менеджеры могут напрямую взаимодействовать с подразделениями предприятия в целях согласования и исполнения заказов о поставке товара, решения иных вопросов. Таким образом, изменение дистанционного характера работы на работу в офисе помимо оптимизации деятельности отдела по работе с федеральными сетями влекло и штатные изменения по исключению должности координатора по работе с ключевыми клиентами.

В последующем должность координатора по работе с ключевыми клиентами отдела продаж была упразднена, что подтверждается штатным расписанием на 01.08.2024 и приказом № 12 от 01.08.2024, как вакантная, после увольнения координаторов по соглашению сторон.

Изменение условий трудового договора о дистанционном рабочем месте на стационарное по месту нахождения Общества коснулось не только истца, но и остальных сотрудников отдела по работе с федеральными сетями.

Так, соответствующие уведомления были вручены директору по работе с ключевыми клиентами фио, руководителю по ключевым клиентам фио, менеджерам по работе с федеральными клиентами фио, фио, фио, фио Из указанных лиц с изменениями условий трудового договора согласились фио, фио и фио Остальные сотрудники (фио, фио и фио) уволились по собственному желанию. На момент начала организационных мероприятий в отделе федеральных сетей также числился сотрудник фио, однако уведомление ей не вручалось в связи с ее желанием уволиться по собственному желанию в мае 2024 года.

Таким образом, можно говорить не только об обоснованности изменений условий трудового договора, но и о реальности процедуры, которая затронула не только истца, но и остальных сотрудников его отдела.

Довод истца о том, что работодатель пытался принудить его к увольнению и накладывал необоснованные дополнительные обязанности, является несостоятельным, ничем объективно не подтвержден.

Как указывает ответчик в своих возражениях относительно исковых требований, в апреле, мае, июне 2024 года до истца были доведены планы по продажам, которые являются сопоставимыми с предыдущими периодами его деятельности. Задач, выходящих за пределы его должностной инструкции, не ставилось. К тому же в процессе получения задания и ознакомления с планом истец не обозначил свое несогласие с их выполнением, не указал на чрезмерность требований или иным образом не довел до работодателя свое мнение о нарушении его прав.

При этом п. 4.12 ПВТР ООО «ТД Берингофф», с которыми сотрудник ознакомлен при приеме на работу, о чем имеется соответствующая отметка в трудовом договоре, говорит о том, что работник выполняет работу дистанционно в соответствии с планом работы, который работник получает от непосредственного руководителя. О выполнении плана работы работник ежедневно направляет отчет непосредственному руководителю до окончания рабочего дня. А согласно п. 4.11 ПВТР ООО «ТД Берингофф» приступая к ежедневной работе и по ее завершении, работник направляет непосредственному руководителю сообщение по корпоративной электронной почте о том, что приступил к работе/окончил работу соответственно. Таким образом, локальным нормативным актом Общества предусмотрена ежедневная отчетность дистанционного работника о выполнении плана и других задач.

Доводы о неравномерной нагрузке и нарушении работодателем ст. 159 ТК РФ по причине отсутствия норм труда не могут быть приняты во внимание в связи со следующим.

В ст. 133 ТК РФ нормы труда и трудовые обязанности употребляются как равнозначные понятия. Работодатель вправе разработать нормы труда для работников любых профессий/должностей. Общие требования к нормированию труда заключаются в установлении норм (выработки, времени и др.) в соответствии с достигнутым уровнем техники, технологии, организации производства и труда. Обосновывать выполнение плана должен работодатель с учетом мнения представительного органа работников.

Обязанности утверждать нормы труда для работников трудовым законодательством не установлено (ст. 160 TK РФ).

Ответчик был вправе изменить местность, в которой работал истец, что не является нарушением ТК РФ.

В ситуации с увольнением истца речь не идет об изменении работодателем в одностороннем порядке условия трудового договора о месте работы.

Трудовой кодекс Российской Федерации предусматривает возможность одностороннего изменения работодателем условий трудового договора (за исключением трудовой функции работника) в случаях объективной невозможности сохранения прежних условий трудового договора вследствие изменений организационных или технологических условий труда (ч. 1 ст. 74 ТК РФ).

Согласно ст. 312.1 ТК РФ дистанционной (удаленной) работой (далее – признается дистанционная работа, выполнение трудовой функции дистанционно) является выполнение определенной трудовым договором трудовой функции вне места нахождения работодателя, его филиала, представительства, иного обособленного структурного подразделения (включая расположенные в другой местности), вне стационарного рабочего места, территории или объекта, прямо или косвенно находящихся под контролем работодателя, при условии использования для выполнения данной трудовой функции и для осуществления взаимодействия между работодателем и работником по вопросам, связанным с ее выполнением, информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет", и сетей связи общего пользования.

Дистанционными работниками считаются лица, заключившие трудовой договор о дистанционной работе.

Истец являлся дистанционным работником.

В ТК РФ не раскрывается содержание понятия "место работы". В теории трудового права под местом работы понимается расположенная в определенной местности (населенном пункте) конкретная организация, ее представительство, филиал, иное обособленное структурное подразделение.

В ст. 209 ТК РФ имеется понятие рабочего места – это место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя. Общие требования к организации безопасного рабочего места устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений

Таким образом, из анализа указанных норм и уведомления ответчиком истца о предстоящих изменениях условий трудового договора следует, что место работы и рабочее место фио, с учетом вносимых в трудовой договор изменений, совпали.

Таким образом, с учетом особенностей регулирования труда дистанционных работников (выполняющих работу, как вне места нахождения юридического лица, так и вне стационарного рабочего места), истец был уведомлен об изменении места нахождения рабочего места (а не места работы) без изменения трудовой функции, что является допустимым и не противоречит ТК РФ.

Ответчик уведомил истца об отсутствии других вакансий, исполнив таким образом обязанность, предусмотренную ч. 3 ст. 74 ТК РФ.

Трудовое законодательство не содержит требований к тому, сколько раз работодатель должен предложить работнику имеющиеся вакансии. Исходя из положений статьи 74 ТК РФ, работнику необходимо предложить подходящие ему вакантные должности не менее одного раза.

24.06.2024 ФИО1 направлялось уведомление об отсутствии вакансий, что подтверждается скриншотом электронного письма.

Работник поставил отметку об ознакомлении 01.07.2024.

Также в день увольнения 02.07.2024 работнику также было направлено уведомление об отсутствии вакансий.

Таким образом, суд полагает, что работодатель исполнил обязанность, предусмотренную ч. 3 ст. 74 ТК РФ, а именно: если работник не согласен работать в новых условиях, то работодатель обязан в письменной форме предложить ему другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором. При отсутствии указанной работы или отказе работника от предложенной работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 7 части первой статьи 77 настоящего Кодекса.

Ответчик утверждает, и доказательств обратного не представлено, что он не смог предложить истцу другие вакансии ввиду их объективного отсутствия.

Довод истца о нарушении процедуры увольнения за пределами двухмесячного срока со дня уведомления об изменении условий трудового договора отклоняется судом как необоснованный по следующим основаниям.

Приказ об увольнении фио датирован 02.07.2024.

Сторонами не оспаривается, что до этого времени работник по 28.06.2024 находился на больничном.

Ответчик указывает, что с целью соблюдения прав работника на ознакомление с приказом об увольнении и получением информации об отсутствии или наличии вакантных должностей работодателем было принято решение уволить работника после выхода его с больничного на работу. 01.07.2024 с работником велись переговоры о возможном увольнении его по соглашению сторон. После недостижения согласия об этом работник был уволен 02.07.2024 по соответствующей статье.

Таким образом, увольнение позже двухмесячного срока с даты уведомления 23.04.2024 обосновано.

Трудовой кодекс Российской Федерации устанавливает минимальный срок, который должен пройти с момента уведомления об изменении условий трудового договора, до их изменений путем подписания дополнительного соглашения (либо увольнения в связи с отказом). Данный минимальный срок соблюден в отношении истца. Увольнение за пределами срока законом не запрещено.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о признании увольнения по п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ незаконным.

Поскольку в удовлетворении требований о признании увольнения незаконным отказано, не подлежат удовлетворению и требования истца о восстановлении его на работе в ООО «Торговый Дом Берингофф», признании приказа ООО «Торговый Дом Берингофф» от 02.07.2024 № 69-у об увольнении истца незаконным, взыскании с ООО «Торговый Дом Берингофф» в пользу истца среднего заработка за все время незаконного лишения возможности трудиться.

Разрешая требования истца о компенсации оплаты сверхурочной работы за период с 1 апреля 2024 года по 11 июня 2024 года, производные требования о денежной компенсации в размере не ниже одной сто пятидесятой ключевой ставки Центрального банка РФ от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно, суд не находит оснований для их удовлетворения ввиду следующего.

В соответствии с п. 4.1.1 трудового договора от 16 мая 2023 года № 25-ТД истцу установлена нормальная продолжительность рабочего времени, режим рабочего времени – с 9 утра до 18 вечера с понедельника по пятницу.

Истец указал в исковом заявлении, что работодатель в нарушение ст. 92 ТК РФ не установил ему сокращенное рабочее время и в нарушение требований ст. 99 ТК РФ незаконно привлекал истца к сверхурочной работе. Истцу как инвалиду второй группы условия работы изменены не были. Только после очередного уведомления истца работодателю 10.06.2024 года работодатель 11.06.2024 года направил истцу дополнительное соглашение об изменении условий трудового договора в части сокращения рабочего времени до 35 часов в неделю.

По мнению истца, работодатель привлекал его с 01.04.2024 по 11.06.2024 к сверхурочной работе.

Сокращенная продолжительность рабочего времени – 35 часов в неделю (пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями (суббота и воскресенье), продолжительность ежедневной работы с понедельника по пятницу – 7 часов, начало работы с 09.00, окончание работы – 17.00, перерыв для отдыха и питания – 60 минут в период с 13.00 до 14.00) была установлена ответчиком истцу 11.06.2024 путем подписания дополнительного соглашения к трудовому договору, после получения сведений об инвалидности истца.

Таким образом, за период до 11.06.2024 истец не вправе требовать компенсации оплаты сверхурочной работы.

Также истец утверждает, что ответчик не выплатил истцу ежемесячную премию по итогам работы за апрель, май и июнь 2024 года, и просит взыскать с ответчика причитающуюся заработную плату в виде премии по итогам работы за апрель, май и июнь 2024 года в размере сумма, а также денежную компенсацию в размере не ниже одной сто пятидесятой ключевой ставки Центрального банка РФ от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно, по состоянию на 14.02.2025 – сумма

Возражая относительно данных требований, ответчик указал на то, что в указанные месяцы процент выполнения истцом плана продаж составлял 0%.

Отказывая в удовлетворении данной части исковых требований суд исходит из следующего.

Так, трудовым договором ФИО1 был установлен оклад в размере сумма Также прописано, что начисление и выплата премии по итогам работы за календарный месяц регламентируется Положением об оплате труда и премировании работников Общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом Берингофф» (далее – «Положение»).

При этом в Положении об оплате труда и премировании работников Общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом Берингофф» в п.7.1 сказано, что выплата премии – право, а не обязанность работодателя.

Согласно п. 7.2 указанного Положения премия является материальным вознаграждением работников за результаты их деятельности, принесшие Обществу выгоду.

Согласно 1.7.4 Положения критерием начисления премии является достижение целевых показателей и выполнение планового задания.

В соответствии с п. 7.7 Положения решение руководителя общества о премировании по результатам работы Общества оформляется приказом с указанием размера премии и работников, которые премируются.

Таким образом, только в случае начисления премии указанная информация доводится до сведения работника.

В Положении не прописана обязанность уведомлять работников о невыплате премии и ее причинах.

Следует учесть тот факт, что премии бывают двух видов: одни включены в систему оплаты труда и являются неотъемлемой частью зарплаты, а другие признаются поощрением работника за добросовестное выполнение работы. Трудовое законодательство не устанавливает порядок и условия назначения и осуществления работодателем стимулирующих выплат, а лишь предусматривает, что такие выплаты входят в систему оплаты труда, а условия их назначения определяются локальными нормативными актами работодателя. При этом законным основанием для неначисления работнику премии будет несоблюдение им условий премирования, предусмотренных локальным нормативным актом.

Положение об оплате труда и премировании работников Общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом Берингофф» определяет премию как выплату, носящую необязательный характер.

Таким образом, суд приходит к выводу об отклонении требований истца в указанной части.

Иные доводы, изложенные в иске, суд отклоняет, поскольку юридического значения для разрешения спора они не имеют.

Согласно статье 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку судом не установлено неправомерных действий либо бездействия ответчика в отношении истца, суд отказывает в удовлетворении требований истца о взыскании компенсации морального вреда.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку решение суда в пользу истца не состоялось, судебные расходы в его пользу с ответчика взысканию не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «ТД Берингофф» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, оплаты сверхурочной работы, премии, компенсации за задержку выплат, компенсации морального вреда и судебных расходов – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Пресненский районный суд адрес в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья Н.В. Завалишина

Решение суда в окончательной форме изготовлено 30 апреля 2025 года.