Дело № 2-732/2025

УИД № 42RS0020-01-2025-000625-41

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Осинниковский городской суд Кемеровской области в составе

председательствующего судьи Фисуна Д.П.,

при секретаре судебного заседания Геберлейн Ю.Е.,

с участием помощника прокурора г. Осинники Чабан А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Осинники Кемеровской области 06 октября 2025 года

гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», Обществу с ограниченной ответственностью «Управление по монтажу, демонтажу и ремонту горношахтного оборудования» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском, с учетом уточненных исковых требований просил взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Управление по монтажу, демонтажу и ремонту горношахтного оборудования» в его пользу в счет компенсации морального вреда, причиненного вследствие профессионального заболевания в размере 520 439,06 рублей; взыскать с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного вследствие профессионального заболевания в размере 115 846,12 рублей.

Свои требования обосновывает тем, что в результате длительной работы в условиях воздействия вредных производственных факторов при работе в профессиях электрослесарь подземный – стаж 14 лет 10 месяцев и горномонтажник подземный – стаж 18 лет 3 мес. у него возникло профессиональное заболевание: нейросенсорная тугоухость двухсторонняя 1 ст.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился в стационарном профпатологическом отделении <данные изъяты>, куда направлен впервые с ПМО для проведения экспертизы связи Дз: заболевания с профессией <данные изъяты>

Так как ему впервые было установлено профессиональное заболевание, то он был направлен на БМСЭ. Заключением ФКУ «ГБ МСЭ по Кемеровской области – Кузбассу» Минтруда России Бюро № 20 – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Кемеровской области – Кузбассу» № от ДД.ММ.ГГГГ ему впервые установлено 20 % утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области – Кузбассу № от ДД.ММ.ГГГГ в связи с установлением процента утраты профессиональной трудоспособности впервые ему были назначены ежемесячные страховые выплаты. Приказом № Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области – Кузбассу от ДД.ММ.ГГГГ назначена и выплачена единовременная страховая выплата.

Согласно Программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания № № от ДД.ММ.ГГГГ основное заболевание указано: <данные изъяты> 2 (второй) степени. Заболевание профессиональное от ДД.ММ.ГГГГ повторно, течение прогрессирующее. <данные изъяты>.

<данные изъяты> Указанное профессиональное заболевание прогрессирует.

Заключением <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ процент утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере 20 % установлен с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с датой очередного переосвидетельствования ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ наличие вины работника составляет 0 % (вина отсутствует).

В настоящее время он обратился с заявлением к ответчику о выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности в связи с профессиональным заболеванием, полученным в период работы. На сегодняшний день выплаты не произведены.

На протяжении всей трудовой деятельности он подвергался воздействию шума при применении оборудования, машин и механизмов, не отвечающих гигиеническим требованиям по шумовым характеристикам (ручные электросверла, пневмосврела, анкероустановщики, электроапилы, лебедки, конвейеры); отсутствие до 2006 года СИЗ от шума.

Стаж работы в условиях воздействия вредных в-в и неблагоприятных производственных факторов 33 года 1 месяц, из которых - электрослесарь подземный 14 лет 20 месяцев; горномонтажник подземный 18 лет 3 месяца.

Согласно заключению врачебной комиссии Федерального государственного бюджетного научного учреждения «Научно-исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» Клиника от ДД.ММ.ГГГГ за № проведенная в отношении ФИО1, общий стаж последнего с воздействием вредного фактора согласно профмаршруту составляет 34 года. Степень вины предприятия пропорциональна стажу в возникновении и прогрессии заболевания следующий: ОАО «УМГШО» стаж с 10.89 по 07.03 – 13 лет 9 месяцев – 40,4 %.; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «УМГШО» стаж с 07.03 - 08.06 – 3 года 1 месяц - 9,1 %; ООО «УМГШО» 09.06 – 02.10, 04.10 – 01.24 – 17 лет 2 месяца – 50,5 %.

В результате полученного профессионального заболевания у него с каждым годом ухудшается профессиональное заболевание. Постоянно испытывает боль и шум в ушах, появились сложности с равновесием, нарушена координация (особенно с закрытыми глазами). Вынужден принимать обезболивающие препараты. Из-за нарушения в работе ЦНС появились признаки раздражительности, повышенной утомляемости, нарушен сон, и учащенное сердцебиение, и как следствие постоянно испытывает чувство общего недомогания. Из-за серьезных проблем со здоровьем, значительно изменилось качество жизни: приходится менять устоявшиеся привычки, хобби, сужается круг общения. Не может заниматься физическими упражнениями из-за постоянных шумов в ушах, которые усиливаются при любой, даже незначительной нагрузке. Постоянно обращается за медицинской помощью в лечебные учреждения, принимает препараты, но улучшений не ощущает.

Размер компенсации морального вреда с учетом нравственных и физических страданий оценивает в размере 1 500 000 рублей, который подлежит взысканию с ответчиков пропорционально вине предприятия.

Считает, что в счет компенсации морального вреда за заболевание нейросенсорная тугоухость 2 степени, с учетом вины каждого из предприятий, а также с учетом заключенного соглашения с ответчиками о выплате компенсации морального вреда: АО «ОУК «Южкузбассуголь» - 20653,32 рубля, ООО «УМГШО» - 237 060,94 рубля, на сегодняшний день соглашение с ответчиками не исполнено, полагает, что с АО «ОУК «Южкузбассуголь» подлежит взысканию 115 846,12 рублей (1 500 000 рублей х 9,1 % - 20653,88 рублей), а с ООО «УМГШО» 520 439,06 рублей (1 500 000 х 50,5 % - 237 060,94 руб.), в счет компенсации морального вреда.

Истец ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал и просил их удовлетворить, дал пояснения аналогичные содержащимся в иске.

В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующий на основании ордера, уточненные исковые требования поддержал и просил их удовлетворить.

Представитель ответчиков АО «ОУК Южкузбассуголь» и Общества с ограниченной ответственностью «Управление по монтажу, демонтажу и ремонту горношахтного оборудования» ФИО3, действующая на основании доверенностей, против удовлетворения исковых требований возражала. Поддержала доводы, изложенные в письменных возвращениях. Пояснила, что требования истца исполнены в добровольном порядке, осуществлена компенсация морального вреда, выплаченные суммы полагает достаточными. Просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Согласно письменным возражениям ООО «УМГШО» к правоотношениям применяются нормы ФОС по угольной промышленности и соглашения, заключенного с Росуглепрофом, действовавшие в указанный период. Выплата компенсации морального вреда в связи с установленным профессиональным заболеванием носит заявительный характер. По полученному профессиональном заболеванию в досудебном порядке к ООО «УМГШО» с заявлением о получении компенсации морального вреда в соответствии с ФОС, соглашением обращался. С истцом заключено соглашение о компенсации морального вереда от ДД.ММ.ГГГГ № № о выплате ему <данные изъяты> рублей <данные изъяты>

Согласно письменным возражениям АО «ОУК «Южкузбассуголь» для определения размера компенсации морального вреда подлежат применению нормы не гражданского законодательства, а нормы трудового законодательства, нормы ФОС, соглашения, поскольку нигде в нормативных актах в случаях с профессиональным заболеванием не определен размер и порядок расчета компенсации морального вреда. Выплата компенсации морального вреда в связи с установленным профессиональным заболеванием носит заявительный характер. По полученному профессиональному заболеванию в досудебном порядке истец к АО «ОУК «Южкузбассуголь» с заявлением о получении компенсации морального вреда в соответствии с ФОС, соглашением обращался. С истцом заключено соглашение № № от ДД.ММ.ГГГГ о выплате компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей. Полагает, что сумма компенсации морального вреда, рассчитанная в соответствии с положениями ФОСа и Соглашения полностью соответствует обязательствам принятым на себя работодателями на федеральном и территориальном уровне, заключившими ФОС и соглашение и соответствуют требованиям разумности и справедливости, степени нравственных и физических страданий истца, его индивидуальными особенностям <данные изъяты>

Заслушав пояснения сторон, заключение прокурора полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

В силу абзц. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125- ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаях на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причинённого в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст.ст. 1064 - 1101) Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ч. 2 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзц. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 указано, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесённое в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием дл удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

В п.п. 25 - 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворённого иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинён вред (например, характер родственных связей между потерпевшим й истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учётом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено ли причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

В п. 30 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации обращено внимание судов, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2001 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причинённого ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинён источником повышенной опасности (ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, степени нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Судом установлено, подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами, что истец ФИО1 с 1988 года осуществлял свою трудовую деятельность на различных предприятиях, в том числе на предприятиях угольной промышленности, в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов. Истец в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал электрослесарем подземным на Шахте «Шашталепская», в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ являлся членом Кооператива «Услуги, товары, продукция», в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал электрослесарем подземным в Управлении по монтажу, демонтажу и ремонту горношахтного оборудования (УМГШО) (с ДД.ММ.ГГГГ АООТ «УМГШО», с ДД.ММ.ГГГГ ОАО «УМГШО»), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ электрослесарем подземным, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ горномонтажником подземным в ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» Филиал «Управление по монтажу, демонтажу и ремонту горношахтного оборудования», с ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ – горномонтажником подземным, с ДД.ММ.ГГГГ горномонтажником подземным ООО «Управлении по монтажу, демонтажу и ремонту горношахтного оборудования» <данные изъяты>

В период работы на указанных предприятиях истец повредил здоровье вследствие возникновения у него профессионального заболевания: <данные изъяты> что подтверждается медицинским заключением о наличии профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ № <данные изъяты> актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>

Согласно справке МСЭ №, ФИО1 установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20 % в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ, акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>

Согласно справке МСЭ №, ФИО1 установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20 % в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ, акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>

Согласно акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, истцу установлен заключительный диагноз: нейросенсорная тугоухость двусторонняя I (первой) ст. Стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов: 33 года 1 месяц (электрослесарь подземный – 14 лет 10 месяцев; горномонтажник подземный – 18 лет 3 месяца).

Вина работника в возникновении профессионального заболевания отсутствует.

Решением ОСФР РФ по Кемеровской области – Кузбассу от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 назначена единовременная страховая выплата в размере 34 250,32 рублей <данные изъяты>

Решением ОСФР РФ по Кемеровской области – Кузбассу от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 назначена единовременная страховая выплата в размере 27 229,39 рублей <данные изъяты>

Решением ОСФР РФ по Кемеровской области – Кузбассу от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 выплачена недополученная за период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ сумма обеспечения по страхованию в размере 90 444,04 рубля <данные изъяты>

Из программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлен диагноз: <данные изъяты> Заболевание от ДД.ММ.ГГГГ, повторно, течение прогрессирующее. Стойкие незначительные нарушения сенсорных (слуховых) функций, назначены лекарственные препараты, рекомендовано санатроно-курортное лечение <данные изъяты>

Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного ФИО1 находился на стационарном обследовании и лечении в пролфпатологическом отделении № клиники <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом <данные изъяты> Заболевание профессиональное, установлено впервые <данные изъяты>

Согласно заключению врачебной экспертной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> на возникновение профессионального заболевания, установленного ФИО1 в 2022 году – <данные изъяты> повлияла работа с шумом выше ПДУ кл. 3 тс 1-2 и в пределах ПДУ – кл. 2 в профессиях: электрослесарь, горномонтажник подземные, при непрерывной работе с 1989 года. При прогресс заболевания ФИО1 признан нетрудоспособным во вредных условиях труда и направлен на МСЭ, где было определено 20 % утраты профессиональной трудоспособности. Общий стаж с воздействием вредного фактора согласно профмаршруту 34 года. Степень вины пропорциональна стажу в возникновении и прогресс заболевания и определена в следующем размере: ОАО «УМГШО» при стаже работы 13 лет 9 месяцев – 40,4 %; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «УМГШО» при стаже работы 3 года 1 месяц – 9,1 %; ООО «УМГШО» при стаже работы 17 лет 2 месяца – 50,5%.

ОАО «УМГШО» АО «Угольная компания «Кузнецкуголь», являющаяся работодателем, в период работы у которого истец находился во вредных условиях труда, повлекших за собой развитие профессионального заболевания, виновность которого определена в 40,4 %, ликвидировано в 2004 году, правопреемников не имеет.

Соглашением на период с 01 ноября 222 года по 30 октября 2025 года, заключенным между полномочными представителями работников и работодателями, регулируются социально-трудовые отношения и непосредственно связанные с ними экономические отношения в организациях, заключивших соглашение, а также в иных организациях, присоединившихся к Соглашению <данные изъяты>

В перечне организаций, заключивших соглашение, кроме прочих, значатся ответчики АО «ОУК «Южкузбассуголь», ООО «УМГШО».

Согласно п. 2.5 соглашения в случае увольнения работника от одного работодателя (кроме увольнения по инициативе работодателя за виновные действия) и трудоустройства к другому работодателю, на которых распространяется действие настоящего соглашения, гарантии и компенсации, предусмотренные настоящим Соглашением сохраняются для данного работника.

Приложением № 7 к соглашению является Положение о порядке выплаты единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, причиненного здоровью работника в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (<данные изъяты>

В соответствии с п. 1. указанного Положения в случае установления впервые работнику организации, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания, работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета 20 % среднемесячного заработка работника за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования РФ).

Согласно п. 4 соглашения выплата компенсации морального вреда является единовременной и производится работодателем один раз при обращении работника к работодателю в случае установления ему впервые размера (степени) у траты (снижения) профессиональной трудоспособности.

Выплата компенсации осуществляются работодателем в заявительном порядке, то есть по письменному заявлению работника с предоставлением им всех подтверждающих утрату (снижение) профессиональной трудоспособности документов.

При этом выплата указанной компенсации осуществляется исключительно в порядке и размере, установленном действующим на момент обращения работника к работодателю Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности и настоящим соглашением независимо от даты установления ему размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности впервые.

В соответствии с п. 5. соглашения в случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, работодатель руководствуясь п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения по угольно промышленности, несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей, установленной медицинской экспертизой.

Работодатель осуществляет компенсацию исходя из степени вины только данного конкретного работодателя, осуществляющего выплаты, только за тот период времени, когда работник состоял в трудовых отношениях с данным работодателем.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился к Генеральному директору Управляющей организации ООО «РУК» с заявлениями, в которых просил на основании предоставленных им документов осуществить единовременную выплату в счет компенсации морального вреда в соответствии с порядком, предусмотренным ФОС по угольной промышленности ан 2025 – 2027 годы, соглашением на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и Коллективным договором ООО «УМГШО» и Коллективном договором АО «ОУК «Южкузбассуголь» на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ соответственно <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ между ООО «УМГШО» и ФИО1 заключено соглашение о компенсации морального вереда № № согласно которому стороны учитывая требования разумности и справедливости, считают, что указанные страдания будут полностью компенсированы в случае выплаты обществом ФИО1 денежной суммы в размере 237 060,94 рублей <данные изъяты>

Также ДД.ММ.ГГГГ между АО «ОУК «Южкузбассуголь» и ФИО4 заключено соглашение о компенсации морального вреда № № из которого следует, что учитывая требования разумности и справедливости стороны считают, что указанные страдания будут полностью компенсированы в случае выплаты обществом ФИО1 денежной суммы в размере 20 653,88 рублей <данные изъяты>

Представленными платежными поручениями подтверждается выплата ФИО1 во исполнение обязательств по указанным соглашениям АО «ОУК «Южкузбассуголь» денежной суммы в размере 20 653,88 рублей (платежное поручение № от ДД.ММ.ГГГГ), ООО «УМГШО» денежной суммы в размере 237060,94 рублей (платежное поручение № от ДД.ММ.ГГГГ).

Из заключения врачебной экспертной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что медицинской экспертизой определена степень вины предприятий в причинения вреда здоровью профессиональным заболеванием ФИО1 пропорционально стажу, которая составляет: ОАО «УМГШО» - 40,4 %, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «УМГШО» - 9,1 %, ООО «УМГШО» - 50,5 %, <данные изъяты>

Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных ст. 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умаляет и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

На основании ч. 2 ст. 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 « О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве, суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выпалить в бессрочном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

В соответствии с ч. 1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданскому судопроизводстве обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Поскольку между истцом и ответчиками возник спор относительно размера компенсации и этот спор подлежит разрешению судом, то должны быть учтены все обстоятельства, которые существуют к моменту рассмотрения этого спора – ухудшение самочувствия истца, о чем он дал пояснения, а также подтверждено медицинскими документами; изменение привычного образа жизни; возраст истца; его увольнение из организации ответчика по состоянию здоровья.

Также судом учитывается продолжительность стажа истца, в том числе в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, на предприятиях ответчиков АО «ОУК «Южкузбассуголь», Общества с ограниченной ответственностью «Управление по монтажу, демонтажу и ремонту горношахтного оборудования».

Суд считает, что доводы истца нашли свое подтверждение в судебном заседании.

Из показаний истца следует, что профессиональное заболевание с каждым годом прогрессирует. Он испытывает боль, шум в ушах, сложности с равновесием, нарушена координация. Вынужден принимать обезболивающие препарата. У него появились признаки раздражительности, повышенной утомляемости, учащенное сердцебиение, постоянно испытывает чувство недомогания. Изменились его привычки, хобби, сужается круг общения, не может заниматься физическими упражнениями, шум в ушах усиливается даже при незначительной нагрузке. Его образ жизни изменился. Качество жизни ухудшилось. Он постоянно испытывает физический дискомфорт, боль и нравственные страдания. Доводы истца о физических и нравственных страданиях нашли свое подтверждение показаниями свидетеля ФИО7

Свидетель ФИО7, допрошенная в судебном заседании показала, истец приходится <данные изъяты>. Истец плохо слышит, везде сопровождает его. В год около 5 раз посещают больницы. Проблемы со здоровьем стали проявляться около 5 лет назад. Заболевание прогрессирует. ФИО1 установлена <данные изъяты>. Так как истец недослышит, она у него как переводчик. Истец переживает по этому поводу. Каждый год ФИО1 ложиться на стационарное лечение, ездит в санатории, проходит весной и осенью лечение. <данные изъяты>

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия примирителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, которые оценены судом при рассмотрении возникшего спора, действия ответчиков, не обеспечивших безопасные условия труда, что привело к повреждению здоровья истца в виде профессионального заболевания, утраты профессиональной трудоспособности, необходимости лечения, суд полагает необходимым определить общую сумму компенсации морального вреда в размере 220 000 рублей.

С учетом изложенного, с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в пользу истца ФИО1 суд полагает необходимым определить общую сумму компенсации морального вреда в размере 20 020 рублей (расчет 220 000 рублей х 9,1 %), а с ответчика ООО «УМГШО» - в размере 111 100 рублей (из расчета 220 000 рублей х 50,5 %).

Вместе с тем, определенная ответчиками сумма компенсации морального вреда, фактически выплаченная истцу в ходе рассмотрения гражданского дела: АО «ОУК «Южкузбассуголь» в размере 20 653,88 рублей и ООО «УМГШО» в размере 237 060,94 рублей соответствует требованиям п. 5.4 Федерального отраслевого соглашения и является достаточной для компенсации истцу морального вреда в виде физических и нравственных страданий в связи с утратой профессиональной трудоспособности в соответствии со степенью предприятий, в связи с чем основания для удовлетворения заявленного к ответчикам иска отсутствуют.

Суд отмечает, что обращение к работодателю о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в соответствии с условиями Федерального отраслевого соглашения, коллективными договорами на предприятии, носит заявительный характер. С заявлением о выплате компенсации морального вреда в соответствии с п. 5.4 Федерального отраслевого соглашения истец обратился уже после подачи иска, не предпринимая попытки в досудебном порядке урегулировать возникший спор, и не получив отказа в удовлетворении заявления со стороны ответчиков.

При указанных обстоятельствах, действия ответчиков, добровольно исполнивших требования истца во внесудебном порядке, не носили вынужденный характер и не были связаны с его обращением в суд с настоящим иском, а потому не подлежат возмещению ФИО1.

В связи с этим, понесенные судебные расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению к расходам бюджета, и взысканию со сторон не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», Обществу с ограниченной ответственностью «Управление по монтажу, демонтажу и ремонту горношахтного оборудования» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено в окончательной форме 20 октября 2025 года.

Председательствующий: Фисун Д.П.