Дело №2-1030/2025
24RS0041-01-2024-004525-78
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
30 июня 2025 года г.Красноярск
Железнодорожный районный суд г.Красноярска в составе:
председательствующего судьи Шамовой О.А.,
при секретаре Федорове С.В.,
с участием истца ФИО1 посредством системы ВКС,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №» о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №» о взыскании компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ ответчиком на запрос следователя отдела № СУ МУ МВД России «Красноярское» представлена информация о том, что с октября 2020 года истец значится у ответчика с диагнозом «Зависимость от опиоидов, средняя стадия». Данная информация не соответствует действительности, такой диагноз истцу при проведении судебно-наркологической экспертизы не устанавливался. Представленная ответчиком информация оказала негативное влияние на мнение участников судопроизводства об истце, фактически выставляя его наркозависимым с медицинским диагнозом, требующим лечения. Ответчик, предоставляя такую информацию, опорочил честь, достоинство, деловую репутацию и доброе имя истца, то есть посягнул на принадлежащие гражданину от рождения нематериальные блага. При этом информация стала известна большому количеству лиц – следователю, начальнику следствия, заместителю прокурора <адрес>, а также лицам, которые присутствовали в судебном заседании при исследовании материалов уголовного дела – секретарю судебного заседания, помощнику судьи, конвою, родителям, девушке и друзьям истца, то есть стала широко известна, что причинило истцу глубочайшие нравственные и физические страдания, оказала негативное воздействие на психологическое и эмоциональное состояние, повлекло нарушение сна, пропал аппетит, истец находился в состоянии стресса. У истца ухудшилось отношение с родителями, родственниками, девушкой и друзьями, поскольку указанные лица длительный промежуток времени считали его наркозависимым с установленным медицинским диагнозом, что также причинило глубокие физические и нравственные страдания. Истец боялся, что потеряет близких для себя людей. Просит взыскать с ответчика в пользу истца 300000 рублей за нарушение его нематериальных благ и причиненные в результате этих нарушений физические и нравственные страдания.
Истец ФИО1 в судебном заседании посредством системы ВКС исковые требования поддержал в полном объеме, указывая, что информация о слушателях не заносится в протокол судебного заседания, слушатели присутствовали при исследовании материалов дела, и им стала известна информация, представленная ответчиком, что повлекло ухудшение отношения с родственниками, которым стало известно о диагнозе, которого не было, он испытал переживания и недомогания, просил исковые требования удовлетворить.
Представитель ответчика КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №», представители третьих лиц Министерства здравоохранения <адрес>, МУ МВД России «Красноярское» в зал судебного заседания не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом, о причине неявки суду не сообщили, об отложении судебного заседания ходатайства не заявляли.
До судебного заседания от представителя ответчика ФИО2 поступили возражения на исковое заявление, согласно которым диспансером была допущена техническая ошибка при оформлении ответа, связанная с особенностью работы электронной информационной системы. Однако данная ошибка не могла оказать влияние на формулировку и вынесение приговора судом, поскольку заверенная копия заключения эксперта по результатам судебно-психиатрической экспертизы была приложена к ответу.
В силу ст.167 ГПК РФ суд признал возможным рассмотреть дело при данной явке в отсутствие неявившихся участников процесса.
Выслушав истца, исследовав материалы дела в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующему.
На основании ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно п.1 ст.152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.
Пунктом 9 данной статьи предусмотрено, что гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.
В соответствии с п.10 ст.152 ГК РФ правила пунктов 1 - 9 настоящей статьи, за исключением положений о компенсации морального вреда, могут быть применены судом также к случаям распространения любых не соответствующих действительности сведений о гражданине, если такой гражданин докажет несоответствие указанных сведений действительности.
На основании п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.
Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п.1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2).
Как разъяснено в п.7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.
Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок.
В п.11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», в случае, когда сведения, по поводу которых возник спор, сообщены в ходе рассмотрения другого дела участвующими в нем лицами, а также свидетелями в отношении участвующих в деле лиц, являлись доказательствами по этому делу и были оценены судом при вынесении решения, они не могут быть оспорены в порядке, предусмотренном статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как нормами Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации установлен специальный порядок исследования и оценки данных доказательств. Такое требование по существу является требованием о повторной судебной оценке этих сведений, включая переоценку доказательств по рассмотренным ранее делам.
Согласно п.6 ч.1 ст.73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.
В соответствии с ч.3 ст.60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.
Частью 1 ст.56 ГПК РФ предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №» на запрос следователя отдела № СУ МУ МВД России «Красноярское» представлена информация о том, что ФИО1 значится с октября 2020 года в КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №» с диагнозом: «Зависимость от опиоидов, средняя стадия», диагноз установлен при проведении судебно-наркологической экспертизы. За медицинской помощью к врачу психиатру-наркологу не обращался. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проводилась судебно-наркологическая экспертиза. Для проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения ФИО1 не доставлялся.
К ответу на запрос была приложена копия экспертного заключения КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №» № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому эксперт приходит к выводу, что у ФИО1 данных о наличии наркотической зависимости (наркомании) не выявлено. Однако имеет место эпизодическое употребление каннабиноидов. Лечение и реабилитация не показаны.
ДД.ММ.ГГГГ заместителем прокурора <адрес> Ивановым А.А. утверждено обвинительное заключение, составленное следователем СУ МУ МВД России «Красноярское» ФИО3 по уголовному делу № по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, в котором в графе «иные данные о личности обвиняемого» содержится указание, что обвиняемый ФИО1 на учете у врача нарколога состоит с диагнозом «Зависимость от опиоидов, средняя стадия», диагноз установлен при проведении судебно-наркологической экспертизы.
Приговором Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, с учетом положений ч.5 ст.69 УК РФ ему назначено наказание в виде 15 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. В соответствии с текстом приговора при назначении наказания судом учтены данные о личности подсудимого, в том числе заключение КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №» № от ДД.ММ.ГГГГ, на учетах в КНД и КПНД не состоит. При определении размера наказания учтено участие в содержании ребенка сожительницы.
Апелляционным постановлением <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ изменен.
Кассационным постановлением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ приговор Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление <адрес>вого суда отменены, уголовное дело в отношении ФИО1 передано на новое рассмотрение в тот же суд первой инстанции иным составом суда.
Приговором Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, с учетом положений ч.5 ст.69 УК РФ ему назначено наказание в виде 12 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. В соответствии с текстом приговора, при назначении наказания судом учтены данные о личности подсудимого, в том числе заключение КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №» № от ДД.ММ.ГГГГ, на учетах в КНД и КПНД не состоит. При определении размера наказания учтено участие в содержании ребенка сожительницы.
На момент рассмотрения дела вышеуказанный приговор не вступил в законную силу.
Согласно ответу на судебный запрос Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ первоначальный приговор в отношении ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ был отменен. Приговор в отношении ФИО1 постановлен ДД.ММ.ГГГГ. Ответ из КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №» от ДД.ММ.ГГГГ исследовался в судебном заседании в присутствии подсудимого, защитника, государственного обвинителя. <данные изъяты> является свидетелем по делу, после ее допроса в зале суда не оставалась, при ней никакие документы не исследовались, в том числе ответ из КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №» от ДД.ММ.ГГГГ. В отношении ФИО1 в рамках рассмотрения уголовного дела судебно-психиатрическая экспертиза не назначалась. В материалах уголовного дела имеется заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о проведении в отношении ФИО1 в тот же период судебной психиатрической экспертизы в рамках другого уголовного дела, которая не выявила у ФИО1 какого-либо психического расстройства.
При этом сведений, присутствовали ли слушатели при первоначальном рассмотрении дела, не представлено.
Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указывал, что не соответствующие действительности сведения о том, что он значится с октября 2020 года в КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №» с диагнозом: «Зависимость от опиоидов, средняя стадия», диагноз установлен при проведении судебно-наркологической экспертизы, были распространены ответчиком путем ответа на запрос следователя, внесения в обвинительное заключение, которое в дальнейшем направлено на утверждение прокурору, оглашены в судебном заседании. При оглашении в судебном заседании присутствовали, в том числе родственники и сожительница истца, им стало известно о диагнозе «Зависимость от опиоидов, средняя стадия», которого не было в действительности у истца, что причинило ему глубочайшие нравственные и физические страдания, оказало негативное воздействие на психологическое и эмоциональное состояние, у него нарушился сон, пропал аппетит. Он находился в состоянии стресса, из-за чего испытывал постоянные недомогания, головную боль, упадок сил. У него ухудшились отношение с родителями и сожительницей, поскольку они стали считать его наркозависимым с установленным медицинским диагнозом, что причинило ему глубокие физические и нравственные страдания. Он боялся, что потеряет близких для себя людей.
При этом из возражений ответчика следует, что при ответе на запрос следователя сведения о том, что ФИО1 значится с октября 2020 года в КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №» с диагнозом: «Зависимость от опиоидов, средняя стадия», диагноз установлен при проведении судебно-наркологической экспертизы, были указаны в связи с технической ошибкой программного обеспечения, такой диагноз истцу не устанавливался.
Таким образом, судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ответчиком в отношении ФИО1 были распространены сведения о том, что он значится с октября 2020 года в КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №» с диагнозом: «Зависимость от опиоидов, средняя стадия», диагноз установлен при проведении судебно-наркологической экспертизы, не соответствующие действительности, поскольку такой медицинский диагноз истцу не устанавливался. Представленные ответчиком сведения были исследованы судом при рассмотрении уголовного дела и не повлияли на приговор суда, что следует из текста приговора.
В свою очереди, изучение документов органами прокуратуры или судом на предмет законности, не может рассматриваться как распространение сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1.
Исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что представленные ответчиком сведения на запрос следователя о том, что ФИО1 значится с октября 2020 года в КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №» с диагнозом: «Зависимость от опиоидов, средняя стадия», диагноз установлен при проведении судебно-наркологической экспертизы, указанные в обвинительном заключении, направленном в суд, подлежали исследованию и оценке с учетом требований п.6 ч.1 ст.73 УПК РФ судом, рассматривающим уголовное дело, в связи с чем суд считает, что ответчиком не совершались действия, затрагивающие права истца, как распространение сведений, порочащих честь, достоинство.
При этом доводы истца о том, что слушатели, в том числе родственники и сожительница присутствовали при исследовании материалов уголовного дела, и им стала известна информация о наличии у ФИО1 диагноза «Зависимость от опиоидов, средняя стадия», данные о слушателях не заносятся в протокол судебного заседания, с учетом положений ст.ст.241, 259 УПК РФ, заслуживают внимания.
Так, ст.259 УПК РФ не содержит требования к занесению в протокол сведений о слушателях, присутствовавших при рассмотрении уголовного дела, а ст.241 УПК РФ указывает, что разбирательство уголовных дел во всех судах открытое, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей.
Из текста вышеуказанных приговоров следует, что уголовное дело рассматривалось в открытом судебном заседании.
Как следует из пояснений ФИО1, не опровергнутых ответчиком, при исследовании сведений, представленных ответчиком, о наличии у него диагноза «Зависимость от опиоидов, средняя стадия» у родственников и сожительницы сформировалось отрицательное отношение к истцу.
В связи с изложенным требование истца о взыскании суммы компенсации морального вреда, причиненного ему в связи с перенесенными им нравственными страданиями на основании ст.151 ГК РФ, должно быть удовлетворено судом, с учетом требований разумности и справедливости. При определении суммы компенсации морального вреда, суд учитывает, что сведения о том, что ФИО1 значится с октября 2020 года в КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №» с диагнозом: «Зависимость от опиоидов, средняя стадия», диагноз установлен при проведении судебно-наркологической экспертизы, не соответствуют действительности, в отношении истца были распространены третьим лицам (родственникам и сожительнице истца).
Судом принимается во внимание данные об истце, его возраст, данные об ответчике, являющемся медицинским учреждением, обязанным соблюдать права и законные интересы граждан в сфере здравоохранения, в том числе ментального здоровья. В результате выдачи справки, содержащей недостоверные сведения о наличии у истца заболевания наркоманией последний был вынужден доказывать обратное, оспаривая данную справку, испытал стресс не только от самого факта необоснованного навязывания на него государственным учреждением статуса наркозависимого, но и от необходимости доказывания обратного, в том числе с родственниками и сожительницей, а потому испытал нравственные страдания, которые в силу ст.151 ГК РФ подлежат судебной защите путем взыскания в его пользу с нарушителя права компенсации морального вреда.
Принимая во внимание указанные обстоятельства, суд считает возможным взыскать с КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №» в пользу ФИО1 5000 рублей в счет компенсации морального вреда.
При таких обстоятельствах, исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению судом.
Руководствуясь ст.ст.194–199 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с КГБУЗ «<адрес>вой наркологический диспансер №» (ИНН №) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда 5000 рублей.
В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в <адрес>вой суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд <адрес>.
Судья О.А. Шамова
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.