37RS0010-01-2025-001466-16
Дело № 2-1437/2025 02 сентября 2025 года
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Ленинский районный суд г. Иваново
в составе председательствующего судьи Ерчевой А.Ю.
при помощнике судьи Зубрейчук М.И.,
с участием представителя истца ФИО1, действующего на основании ордера, ФИО3,
представителя 3 лица прокуратуры <адрес>, действующего на основании доверенности, ФИО4,
рассмотрев в открытом судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда.
Исковые требования обоснованы тем, что ДД.ММ.ГГГГ СО по <адрес> СУ СК России по <адрес> в отношении истца возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст.293 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ 2-ым отделом по расследованию ОВД СУ СК России по <адрес> уголовное преследование истца и уголовное дело прекращены по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ, т.е. по реабилитирующему основанию, за истцом признано право на реабилитацию в порядке гл. 18 УПК РФ. Общий срок расследования по уголовному делу составил 9 месяцев. За период расследования уголовного дела действиями (бездействиями) должностных лиц органов предварительного следствия истцу причинен моральный вред в виде нравственных и физических страданий, что выражалось в следующем. В результате незаконного уголовного преследования и возбуждения уголовного дела истец на протяжении 9 месяцев был вынужден доказывать свою невиновность в инкриминируемом ему должностном преступлении. По версии следствия в результате, якобы, преступных действий истца бюджету <адрес> причинен имущественный ущерб на сумму свыше 5000000 рублей, что предполагало предъявление к истцу гражданского иска в рамках уголовного дела с требованием по взысканию указанной денежной суммы. Истец является добропорядочным, законопослушным гражданином РФ, никогда ранее к уголовной ответственности не привлекался, имеет высшее образование, состоит в браке, воспитывает несовершеннолетнего ребенка, имеет исключительно добросовестную репутацию в <адрес>, поскольку длительное время работал в Управлении строительства и эксплуатации автомобильных дорог Департамента дорожного хозяйства и транспорта <адрес>, поэтому сам факт возбуждения в отношении истца уголовного дела с общей суммой причиненного имущественного ущерба в размере более 5000000 рублей поверг истца и его близких людей в состояние шока, в котором истец пребывал до момента прекращения уголовного дела и уголовного преследования, что причинило ему глубокие нравственные страдания. Настойчивость и упорство, с которыми сотрудники следственного комитета на протяжении 9 месяцев пытались доказать обоснованность возникшего в отношении истца подозрения, игнорирование доводов защитника истца о его невиновности, давали основания полагать, что истцу незаконно будет предъявлено обвинение в совершении указанного преступления, он будет осужден, и с него будет взыскиваться имущественный ущерб в размере не менее 5000000 рублей, что не только окончательно подорвет репутацию истца, но и заключит истца и его семью в «долговую кабалу», поскольку сумма в размере 5000000 рублей для истца является крупной. Истец также опасался, что его могут и незаконно лишить свободы. Факт возбуждения уголовного дела и осуществление уголовного преследования стал достоянием сотрудников Департамента дорожного хозяйства и транспорта <адрес>. Истцу звонили коллеги, знакомые, родственники и интересовались ходом расследования уголовного дела. В ходе следственных действий по уголовному делу допрашивалось в качестве свидетелей большое количество коллег истца-сотрудников Департамента. По месту работы истца проведен обыск. Осознание того, что все люди теперь считают истца преступником, угнетало его и причиняло тяжелые нравственные страдания. В период следствия истец старался не появляться в публичных местах, где бы мог встретиться с вышеуказанными лицами, чтобы избежать болезненных расспросов о ходе и результатах расследования уголовного дела. Каждый вызов к следователю для участия в следственных действиях, каждое полученное по почте уведомление о продлении срока следствия по уголовному делу только усиливали нравственные страдания истца. Все вышеизложенное привело к тому, что в январе 2022 года истец уволился из Департамента дорожного хозяйства и транспорта <адрес>. Родные и близкие люди тяжело переживали факт уголовного преследования истца. Осознание того, что они за истца переживают, нервничают, только усугубляло его нравственные страдания. В результате незаконного уголовного преследования истец понес и денежные затраты по оплате труда адвоката. Истцу известно, что в процессе предварительного следствия в отношении него направлялись многочисленные запросы в различные государственные и контролирующие органы: ИЦ УМВД России по <адрес>, банки, ГИБДД УМВД России по <адрес>, в отделение полиции по месту регистрации, подразделения здравоохранения, где указанные сведения хранятся по настоящее время. В этих запросах в качестве основания предоставления информации указано привлечение истца к уголовной ответственности. Распространение указанных сведений, безусловно, затронуло и подорвало репутацию истца, как гражданина и должностного лица. Постоянное нахождение в состоянии стресса из-за уголовного преследования по уголовному делу негативно сказалось и на физическом здоровье истца, привело к его ухудшению. В связи с этим в указанный период истец не только испытывал нравственные страдания, но и физическую боль. Таким образом, на протяжении 9 месяцев истцу, как подозреваемому, приходилось отстаивать свои нарушенные права и репутацию, принимать непосредственное участие в следственных и процессуальных действиях, привлекать к своей защите адвоката. Указанные действия привели к нарушению личных неимущественных прав истца, таких как достоинство личности, личная неприкосновенность. На основании вышеизложенного, в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности по уголовному делу, длительностью нахождения в статусе подозреваемого по должностному преступлению, подрывом деловой репутации истцу причинены сильные нравственные и физические страдания, размер компенсации за моральный вред от которых он оценивает в сумме 500000 рублей.
На основании изложенного, истец просит взыскать с ответчика за счет казны Российской Федерации в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей.
В судебное заседание истец не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просит рассмотреть дело в свое отсутствие, от его имени в деле участвует представитель. Ранее в ходе рассмотрения дела истец заявленные требования поддержал, в том числе по основаниям, изложенным в письменных объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ.
В судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержал и пояснил, что уголовное преследование истца длилось более 9 месяцев по подозрению в совершении преступления в связи с причинением бюджету <адрес> имущественного ущерба более 5000000 рублей. Однако истец является законопослушным гражданином РФ, к уголовной ответственности не привлекался, женат, имеет несовершеннолетнего ребенка и пребывал в шоковом состоянии в период уголовного преследования. Сотрудники правоохранительных органов давали истцу понять, что он будет осужден, и с него будет взыскан ущерб. Факт возбуждения в отношении истца уголовного дела стал широко известен коллегам истца по работе и неограниченному кругу лиц. Так, по месту работы и жительства истца проводились обыски. В отношении истца в ходе уголовного преследования сотрудниками правоохранительных органов направлялись запросы в различные органы и организации, в отношении истца запрашивались характеризующие его сведения. В результате соответствующих действий сотрудников полиции истцу пришлось уволиться с работы. Указанные события привели к ухудшению состояния здоровья истца, к обострению хронических заболеваний, что причинило истцу и физические страдания. В конечном итоге уголовное дело и уголовное преследование истца прекращены по реабилитирующему основанию в связи с чем, у него возникло право на компенсацию морального вреда. В результате незаконного уголовного преследования нарушены конституционные права истца, такие как право на доброе имя, на личную неприкосновенность и другие, подорвана и деловая репутация истца. Таким образом, в связи с причинением истцу нравственных и физических страданий в результате незаконного уголовного преследования заявленные исковые требования подлежат удовлетворению.
В судебное заседание представитель ответчика Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просит рассмотреть дело в отсутствие представителя, исковые требования не признает по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ. Постановлением следователя 2-ого отдела по расследованию ОВД СУ СК России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении истца прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Ввиду вынесения постановления о прекращении уголовного дела по указанному основанию истец имеет право на компенсацию морального вреда. В исковом заявлении истец указывает на то, что в результате незаконного уголовного преследования подорвано его честное и доброе имя, длительное время он находился в психотравмирующей обстановке, испытывал чувства страха перед правоохранительными органами, тревоги, что негативно сказалось на состоянии его здоровья. Безусловно, уголовное преследование невиновного влечет причинение ему морального вреда. Однако индивидуальные качества личности и обстоятельства конкретного дела, определяющие размер причиненного вреда, различны и подлежат доказыванию в установленном законом порядке. При определении размера компенсации морального вреда по данному делу необходимо учесть следующие обстоятельства. Поводом для возбуждения уголовного дела и уголовного преследования истца послужило обнаруженное в ходе прокурорской проверки ненадлежащее исполнение им трудовых обязанностей при принятии работ по ремонту дорог в рамках целевой программы «Безопасные и качественные автомобильные дороги». При таких обстоятельствах, для соблюдения баланса между интересами государства и липа, подозреваемого в совершении преступления, правоохранительные органы обязаны провести полную всестороннюю проверку для установления всех обстоятельств дела и принятия решения по существу, особенно, когда речь идёт о нарушениях требований законодательства при расходовании бюджетных средств. Уголовное преследование является одной из форм реализации государством своей обязанности по признанию, соблюдению и защите прав не только человека, но и государства, в тех случаях, когда эти ценности становятся объектом преступного посягательства. Порядок уголовного преследования определяется нормами УПК РФ. Иных действий со стороны правоохранительных органов, кроме возбуждения уголовного дела, при данных обстоятельствах и характере преступления (преступление против государственной власти), УПК РФ не предусматривает. Доказательств совершения должностными лицами государственных органов в отношении истца действий, превышающих обычную степень неудобств, связанных с уголовным преследованием, не имеется. Истцом не доказан факт того, что сотрудники правоохранительных органов, проводя следственные действия, выходили за рамки возложенных на них законом полномочий, оказывали давление или каким-либо образом запугивали истца. Доказательств пренебрежительного отношения к правам истца или унизительного отношения к нему также не имеется. Продолжительность расследования связана с необходимостью проведения большого количества процессуальных действий, выяснения всех обстоятельств уголовного дела, допроса свидетелей, проведения экспертиз. При данных обстоятельствах, учитывая специфику расследования данной категории уголовных дел, проведение экспертиз, представитель ответчика полагает, что длительность предварительного следствия не является чрезмерной. Кроме того, именно участие в следственных действиях дало возможность истцу доказать свою невиновность. Следует также учитывать, что ДД.ММ.ГГГГ истцом дана явка с повинной. В ходе предварительного расследования но уголовному делу в отношении истца какая-либо мера пресечения не избиралась, наложение ареста на имущество, корреспонденцию, временное отстранение от должности, контроль и запись переговоров не производились. Обвинение истцу в совершении преступления, предусмотренного ч. I ст. 293 УК РФ, не предъявлялось. Довод истца о распространении информации о привлечении его к уголовной ответственности среди коллег, знакомых не может учитываться при определении размера компенсации морального вреда государством, поскольку не представлено подтверждение распространения такой информации государственными органами и их должностными лицами. Проведение следственных действий, таких, как допрос свидетелей, обыски по месту работы, не является распространением информации со стороны правоохранительных органов. Согласно ст. 136 УПК РФ прокурор от имени государства приносит официальное извинение реабилитированному за причиненный ему вред, а также, если сведения о задержании реабилитированного, заключении его под стражу, временном отстранении его от должности, применении к нему принудительных мер медицинского характера, об осуждении реабилитированного и иных примененных к нему незаконных действиях были опубликованы в печати, распространены но радио, телевидению или в иных средствах массовой информации, то по требованию реабилитированного либо по письменному указанию суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, дознавателя соответствующие средства массовой информации обязаны в течение 30 суток сделать сообщение о реабилитации. По требованию реабилитированного суд, прокурор, следователь, дознаватель обязаны в срок не позднее 14 суток направить письменные сообщения о принятых решениях, оправдывающих гражданина, по месту его работы, учебы или месту жительства. Доказательств того, что истец обращался с такими требованиями не представлено, что свидетельствует об отсутствии значимости для него факта распространения информации в связи с чем, к доводам о причинении морального вреда в результате огласки следует относиться критически. Довод о влиянии сведений о привлечении к уголовной ответственности на авторитет истца и формирование к нему отрицательного отношения со стороны коллег, носит предположительный характер, ничем нн подтвержден. Доказательств влияния уголовного преследования на социальные и трудовые отношения истца не имеется. Наоборот, во время проведения расследования истец от занимаемой должности не отстранялся, увольнение в январе 2022 года из Департамента дорожного хозяйства и транспорта <адрес> носило добровольный, личный характер, в настоящее время истец продолжает свою трудовую деятельность в органах власти. Согласно информации, имеющейся на официальном сайте Администрации <адрес>, истец с декабря 2022 года по март 2025 года замещал должность заместителя начальника Департамента дорожного хозяйства и транспорта <адрес>, с марта 2025 года является заместителем главы Администрации <адрес>-начальником Управления благоустройства Администрации <адрес>. Таким образом, привлечение истца к уголовной ответственности на его карьере негативным образом не отразилось. Истцом не представлено достоверных и убедительных доказательств тяжести перенесенных физических и нравственных страданий, а также негативного влияния уголовного преследования на здоровье, социальные и семейные отношения. Документов, подтверждающих ухудшение состояния здоровья, как психического, так и физического, а также причинно-следственную связь между ухудшением состояния здоровья и уголовным преследованием, истцом не представлено. Каких-либо тяжких и необратимых последствий в результате уголовного преследования для истца не наступило. Законодателем в качестве одного из основных критериев определения размера компенсации морального вреда установлены индивидуальные особенности потерпевшего. Истец занимал и занимает руководящую должность, работа на руководящей должности требует выдержки и стрессоустойчивости, следовательно, истец умеет справляться со стрессами и различного рода переживаниями гораздо лучше, чем обычный человек. Решая заниматься подобного рода деятельностью (служба в органах власти), истец понимал, что любые действия и решения, связанные с использованием бюджетных средств, могут быть предметом пристального внимания надзорных органов на предмет растраты и/или нецелевого использования. Довод истца об осознании того, что коллеги и знакомые видели в нем преступника, что его угнетало и причиняло тяжелые нравственные страдания, носит субъективной характер. Мнение о человеке строится на внутренних убеждениях конкретного гражданина и с выплатой компенсации морального вреда в заявленном размере может не измениться. Таким образом, истцом не представлено доказательств, подтверждающих перенесенные моральные страдания в заявленном размере. Сам факт привлечения к уголовной ответственности не является в силу ст. 61 ГПК РФ основанием для освобождения от доказывания причинения морального вреда и его размера. Определяя сумму компенсации морального вреда, необходимо исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения последнего. Кроме того, представитель ответчика обращает внимание на то, что уголовное преследование в отношении истца прекращено в 2022 году, только спустя 3 года истец обратился в суд за компенсацией морального вреда, что может свидетельствовать о минимальных моральных страданиях с его стороны. Учитывая изложенное, представитель ответчика считает, что заявленная сумма компенсации морального вреда не соответствует степени физических и нравственных страданий истца, не отвечает принципу разумности и справедливости. С учетом указанных обстоятельств, исковые требования истца, по мнению представителя ответчика, могут быть удовлетворены частично в сумме, не превышающей 100000 рублей, поскольку истцом не представлены доказательства причинения морального вреда в большем размере.
В судебном заседании представитель 3 лица прокуратуры <адрес> с заявленными требованиями согласился частично и полагал, что размер компенсации морального вреда должен быть определен с учетом требований разумности и справедливости.
В судебное заседание представитель 3 лица СУ СК России по <адрес> не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
ДД.ММ.ГГГГ на основании определения суда к участию в деле в качестве 3 лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке ст. 43 ч. 1 ГПК РФ привлечен Следственный комитет России в связи с характером спорного правоотношения.
В судебное заседание представитель 3 лица Следственного комитета России не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, материалы уголовного дела №, оценив в совокупности все представленные по делу доказательства, приходит к следующим выводам.
В силу ч. 1 ст. 22 Конституции РФ каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.
Статья 45 Конституции РФ закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод, право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами.
К таким способам защиты гражданских прав в соответствии со ст. 12 ГК РФ относится компенсация морального вреда.
В силу ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
Таким образом, для возмещения вреда по правилам ст. 1070 ГК РФ нет необходимости устанавливать вину должностного лица, вред компенсируется во всех случаях подтверждения факта причинения вреда, при наличии причинно-следственной связи между незаконным привлечением к уголовной ответственности, принятыми процессуальными мерами в ходе производства по делу и наступившими последствиями.
Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны РФ, казны субъекта РФ или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ следователем по ОВД СО по <адрес> СУ СК России по <адрес> в отношении истца возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 293 ч. 1 УК РФ, производство предварительного следствия поручено следственной группе СО по <адрес> СУ СК России по <адрес>.
Из материалов уголовного дела следует, что непосредственно с участием истца и в отношении него проводились следующие процессуальные и следственные действия.
ДД.ММ.ГГГГ истцу-подозреваемому разъяснены права, предусмотренные гл. 40.1 УПК РФ («Особый порядок принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве»).
В тот же день истец попрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу.
ДД.ММ.ГГГГ по месту жительства подозреваемого-истца и по месту его работы-Департамент дорожного хозяйства и транспорта <адрес> проведены обыски, о чем заместителем руководителя СО по <адрес> СУ СК России по <адрес> и следователем по ОСВД СО по <адрес> СУ СК России по <адрес> составлены протоколы обыска.
ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ истец-подозреваемый и его защитник ознакомлены с постановлением следователя о назначении по уголовному делу химической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ.
Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ истец-подозреваемый и его защитники ознакомлены с заключением химической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ от подозреваемого-истца получена явка с повинной.
Впоследствии истец получил от сотрудников полиции ноутбук, жесткий диск, флеш-накопитель, мобильный телефон.
Так, ДД.ММ.ГГГГ с участием истца и его защитника производился отбор образцов дорожного полотна автодороги для сравнительного исследования, о чем следователем составлен протокол.
ДД.ММ.ГГГГ с участием истца и его защитника также производился отбор образцов дорожного полотна автодороги для сравнительного исследования, о чем следователем составлен протокол.
ДД.ММ.ГГГГ истец-подозреваемый и его защитник ознакомлены с постановлением следователя о назначении по уголовному делу химической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ истец вновь допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу.
ДД.ММ.ГГГГ истец-подозреваемый и его защитник ознакомлены с заключениями химических судебных экспертиз от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, а также с протоколами допроса эксперта от ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя по ОВД 2-ого отдела по расследованию ОВД СУ СК России по <адрес> уголовное дело и уголовное преследование в отношении истца по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, прекращено в связи с отсутствием в действиях истца состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ, за истцом в соответствии со ст. 134 УПК РФ признано право на реабилитацию и ему разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.
В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
Согласно п. 2 ч. 2 ст. 136 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и пунктами 1 и 4-6 ч. 1 ст. 27 настоящего Кодекса.
В силу ст. 134 УПК РФ следователь в постановлении признает за лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.
На основании ч. 2 ст. 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.
С учетом изложенного, поскольку уголовное преследование и уголовное дело в отношении истца прекращены по реабилитирующему основанию, суд приходит к выводу о наличии законных оснований к возложению на ответчика в силу положений ст. ст. 1070, 1071 ГК РФ обязанности по выплате истцу компенсации морального вреда.
В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33).
В п. 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 разъяснено, что, определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
Из разъяснений п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 следует, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Согласно п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.
Таким образом, причинение морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием презюмируется.
Между тем, истец по данной категории дел полностью не освобожден от обязанности по доказыванию обстоятельств, имеющих значение для разрешения дела, и в соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ обязан представить доказательства, обосновывающие размер требуемого к возмещению морального вреда, характер и объем причиненных физических и нравственных страданий.
В обоснование заявленных требований истец ссылалась на сильные нервные переживания, психологическое напряжение, стресс, которые он испытал в течении длительного периода времени в результате незаконного уголовного преследования, будучи уверенным в том, что незаконных и противоправных действий он не совершал, что привело к повышенному уровню тревожности, ухудшению его физического и психологического состояния здоровья, отразилось на общественном мнении об истце среди его коллег по работе и статусе истца в обществе, в результате чего пострадала и деловая репутация истца.
Суд соглашается с тем, что сам факт необоснованного уголовного преследования может вызывать сильные нервные переживания, психологическое напряжение, стресс которые истец неизбежно испытывает в результате преследования, что, безусловно, учитывается судом, как юридически значимое обстоятельство при рассмотрении настоящего дела.
С учетом изложенного, суд считает доказанным факт ухудшения состояния психологического и общего состояния здоровья истца, причинения ему глубокой психологической травмы в результате незаконного уголовного преследования и данный факт принимается во внимание, как юридически значимое обстоятельство при определении размера компенсации морального вреда.
Вместе с тем, суд не усматривает оснований для вывода о том, что заболевания истца, указанные амбулаторной карте, также связаны с его уголовным преследованием. Наличие обращений истца за медицинской помощью само по себе не позволяет однозначно утверждать о том, что имеющиеся у истца заболевания находятся в прямой причинно-следственной связи с уголовным преследованием самого истца. Представленная амбулаторная карта свидетельствует лишь о наличии у истца определенных заболеваний и не является доказательством причинения вреда его здоровью в результате уголовного преследования. Ходатайство о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы стороной истца не заявлено.
Суд, исходя из существа подозрения истца в совершении указанного преступления, сферы деятельности истца, публичности его личности в органах власти субъекта РФ и органах местного самоуправления, занимаемой должности в Департаменте дорожного хозяйства и транспорта <адрес> на момент возбуждения уголовного дела, специфики осуществляемой им служебной деятельности, проводимых в ходе предварительного следствия процессуальных и следственных действий (допрос свидетелей-коллег истца, проведение обыска по месту работы истца), соглашается с доводами истца и его представителя о том, что уголовное преследование негативно отразилось на мнении общественности о деловых качествах истца, его деловой репутации, информация об уголовном преследовании истца стала известна широкому кругу коллег по работе истца, что учитывается судом, как юридически значимое обстоятельство, свидетельствующее о причинении истцу нравственных страданий.
В связи с этим доводы представителя ответчика о том, что истец, занимая руководящие должности в органах власти, обладает профессиональными знаниями, повышенной стрессоустойчивостью должен правильно оценивать ход проводимого уголовного преследования, что должно учитываться при определении размера компенсации, судом отклоняются, поскольку вне зависимости от занимаемой должности истец в данном случае в первую очередь выступает, как субъект уголовного судопроизводства, которому присущи все психоэмоциональные качества и чувства, которые испытываются вне зависимости от социального положения в обществе.
При этом, суд находит несостоятельными доводы истца и его представителя о вынужденной необходимости увольнения истца из Департамента дорожного хозяйства и транспорта <адрес> в связи с уголовным преследованием, поскольку доказательств того, что истец был отстранен от трудовой деятельности в период уголовного преследования или уволен по отрицательным мотивам, суду не представлено. Не представлено суду и бесспорных доказательств того, что после прекращения уголовного дела истец лишен возможности трудоустроиться. Напротив, в настоящее время истец занимает руководящую должность в органах местного самоуправления <адрес>.
Несостоятельными суд находит доводы представителя ответчика об отсутствии доказательств, свидетельствующих о незаконности действий сотрудников правоохранительных органов, которые при осуществлении уголовного преследования истца действовали в рамках предоставленных им полномочий, поскольку, как указано выше, согласно ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
Следует учесть, что в отношении истца какая-либо мера процессуального принуждения не применялась и мера пресечения не избиралась.
Исходя из периода следствия, участия истца в следственных и процессуальных действиях, суд приходит к выводу о том, что привычные уклад и образ его жизни, безусловно, были незаконно нарушены, истцу приходилось тратить свое время на доказывание невиновности в совершении вмененного ему в вину преступления.
Обращение истца в суд с иском по истечении более 2,6 лет после вынесения постановления о прекращении уголовного дела и уголовного преследования нельзя признать заслуживающим внимание обстоятельством для принятия решения о снижении размера компенсации морального вреда, поскольку размер компенсации от данного срока не зависит, законом определенный срок обращения в суд с подобной категорией исков не предусмотрен в связи с чем, соответствующие доводы представителя ответчика суд также признает необоснованными.
Таким образом, сам факт незаконного уголовного преследования истца свидетельствует о нарушении его личных неимущественных прав, принадлежащих ему от рождения: право на доброе имя, достоинство личности, личную неприкосновенность, репутацию, право не подвергаться уголовному преследованию за преступление, которое он не совершал. Истец незаконно подвергнут уголовному преследованию, что доставляло ему множество неудобств, он испытал нравственные и физические переживания, поскольку осознавал о возможности применения к нему наказания за преступление, которое не совершал.
Считая исковые требования о возмещении морального вреда обоснованными, суд при определении компенсации морального вреда учитывает характер и степень нравственных страданий истца с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальные особенности истца, его личность (мужчина средних лет, трудоспособность истца, род его деятельности, занимаемую руководящую должность на момент возбуждения уголовного дела, семейное положение, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка), конкретные обстоятельства настоящего дела, продолжительность уголовного преследования (9 месяцев), факт не предъявления истцу обвинения и длительность периода нахождения истца в статусе подозреваемого, виды, формы и количество следственных и процессуальных действий с его участием, неприменение к нему меры пресечения и меры процессуального принуждения, тяжесть преступления, в совершении которого подозревался истец (преступление небольшой тяжести), факт того, что информация об уголовном преследовании истца стала известна среди его коллег, а также отсутствие для него тяжких и необратимых последствий в результате уголовного преследования, и, исходя из требований разумности и справедливости, приходит к выводу о том, что имеются основания для частичного удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Суд определяет к взысканию размер компенсации в сумме 150000 рублей, поскольку приходит к выводу о том, что данный размер соразмерен характеру и объему нравственных страданий, которые претерпел истец.
Таким образом, с ответчика за счет казны Российской Федерации в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 150000 рублей.
В удовлетворении остальной части иска истцу надлежит отказать.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, расположенного по адресу: <адрес>, стр. 1 (ОГРН <***>, ИНН <***>), за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> (паспорт серии № №, выдан <адрес> <адрес> <адрес> ДД.ММ.ГГГГ), компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей.
В удовлетворении остальной части иска ФИО1 отказать.
Решение может быть обжаловано в Ивановский областной суд через Ленинский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Ерчева А.Ю.
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.