Решение по делу № 2-192/2025 от 26.05.2025 - о взыскании компенсации морального вреда в связи причинением вреда здоровью.

Дело № 2-192/2025

УИД 42RS0015-01-2024-003799-80

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 мая 2025 года г. Новокузнецк

Заводской районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области в составе председательствующего судьи Рудой Г.П.

при секретаре судебного заседания Руснак Е.В.,

с участием помощника прокурора Заводского района г.Новокузнецка Лощинской Е.Е., истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Шахта «Большевик», Акционерному обществу «Шахта «Полосухинская», Акционерному обществу Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» о взыскании компенсации морального вреда в связи причинением вреда здоровью,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам, в котором с учетом уточнений в порядке ст. 39 ГПК РФ просит взыскать в свою пользу:

1. с АО «Шахта Большевик» компенсацию морального вреда в сумме 535500 руб.;

2. с АО «Шахта Полосухинская» компенсацию морального вреда в сумме 187500 руб.;

3. с АО «ОУК «Южкузбассуголь» компенсацию морального вреда в сумме 289 500 руб.;

4. взыскать с ответчиков солидарно сумму судебных расходов на оплату услуг представителя в сумме 34 000 руб.

Свои требования мотивирует тем, что состоял в трудовых отношениях с ответчиками в различных должностях и профессиях, где работал в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов. В 2021 году был вынужден уволиться по состоянию здоровья.

Общий стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 22 г. 5 мес.

В соответствии с медицинским заключением о наличии или об отсутствии профессионального заболевания от ... ... ему был установлен диагноз ...

Согласно справке МСЭ, серия ... степень утраты трудоспособности в процентах установлена 10%.

Актом о случае профессионального заболевания от ... подтверждено, что заболевание ... является профессиональным и возникло в результате тяжести трудового процесса.

Заключением врачебной экспертной комиссии установлена связь заболевания с профессией, а также степень вины предприятий в развитии у истца профессионального заболевания.

Наличие вины работника в образовании заболевания - 0 %.

Определена степень вины работодателей в возникновении и прогрессии заболевания, которая пропорциональна стажу работы, а именно:

АО «Шахта ...23» - 12,2 %, ОАО «Шахта Полосухинская» -12,5 %, ОАО «Шахта «...13-Н» - 5,5 %, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «...14» - 8 %, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «...24» - 5,8 %, ООО «Шахта Байкаминская» - 6,4%, АО «Шахта «Большевик» - 35,7 %.

Оценивает компенсацию причиненного ответчиками морального вреда в размере 1 500 000 руб. по всем предприятиям, где он работал во вредных условиях, считая, что данная сумма в полном объеме компенсирует его физические и нравственные страдания в связи с причинением вреда здоровью.

Исходя из общего размера компенсации морального вреда в сумме 1 500 000 руб. и степени вины ответчиков в развитии профзаболевания, размер компенсации морального вреда ответчиков составляет:

АО «Шахта Большевик» - 535 500 руб. (1 500 000 х 35,7%);

АО «Шахта Полосухинская» - 187 500 руб. (1 500 000 х 12,5%);

АО «ОУК «Южкузбассуголь» - 289 500 руб. (1 500 000 х 19,3%).

В результате причиненного профессиональным заболеванием вреда его здоровью он испытывает нравственные и физические страдания. До настоящего времени он чувствует последствия своей трудовой деятельности, из-за чего заметно снизилось качество жизни. У него все время болит спина, он не может поднимать никакие тяжелые предметы, его мучает бессонница по ночам из-за тянущих болей в спине.

Профессиональные заболевание у него возникло не одномоментно, а в результате длительного многократного воздействия на его организм неблагоприятных производственных факторов, а именно тяжести трудового процесса.

Истец ФИО1 его представитель ФИО2, действующий на основании доверенности (т. 1 л.д. 113), в судебном заседании на исковых требованиях настаивали по изложенным в иске доводам.

Представитель ответчика АО «Шахта Полосухинская» ФИО3, действующий на основании доверенности (л.д. 44), в судебном заседании против удовлетворения заявленных исковых требований возражал. Пояснил, что не согласен с размером компенсации морального вреда, заявленного истцом в иске, считает, что он должен определяться в соответствии с положениями Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности на 2019 - 2021 годы (действие документа продлено до 31.12.2024) (далее ФОС), которое является обязательным для исполнения всеми работодателями, заключившими либо присоединившимися к нему, где определено, что в случае установления впервые работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания, работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации морального вреда из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении (п. 5.4).

Полагает, что заявленный размер судебных расходов завышен и подлежит снижению до разумных пределов с учетом конкретных обстоятельств дела, а именно количества и продолжительности судебных заседаний, сложности дела, объема проделанной представителем работы.

Представитель ответчика АО «Шахта Большевик» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, представил возражения на исковое заявление (т. 1 л.д. 118-123), в которых просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объёме. Считает исковые требования завышенными, противоречащими принципу разумности и справедливости, не подлежащими удовлетворению, поскольку истцом не учтены меры, предпринятые добровольно ответчиками, направленные на сглаживание (смягчение) физических и нравственных страданий истца.

Истцом не учтено осуществление ответчиками мероприятий, направленных на компенсацию негативных последствий от вредных производственных факторов, влияющих на здоровье работников и тяжести труда.

Ответчики, в том числе АО «Шахта «Большевик», добровольно выплачивают компенсации, доплаты и единовременные выплаты по Федеральному отраслевому соглашению по угольной промышленности РФ.

АО «Шахта «Большевик» в период работы истца предоставляла ему санаторно-курортную путевку в санаторий «...31» с 18.09.2020 по 01.10.2020 общей стоимостью 39 270 руб.

Кроме того, сразу после назначения пенсии в сентябре 2018 г. истцу было начислено и выплачено единовременное пособие в размере 15% среднемесячного заработка за каждый год работы на предприятиях угольной отрасли, в связи с получением, права на пенсионное обеспечение согласно п. 5.3. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ в размере 265 364,41 руб. за период с начала работы в угольной отрасли до дня оформления права на пенсию.

Ответчик обращает внимание суда, что среди обстоятельств, имеющих значение при определении размера компенсации морального вреда истцу, необходимо учесть следующие обстоятельства:

1) Возраст истца на момент установления профзаболевания составлял 46 лет и он обладал правом на досрочное пенсионное обеспечение.

2) Истцу установлена степень утраты именно профессиональной, а не общей трудоспособности.

3) Истцу не установлена группа инвалидности, что свидетельствует о незначительности нарушений функций его организма и отсутствии ограничений основных категорий жизнедеятельности.

Истец не обращался с заявлением о выплате ему компенсации морального вреда в досудебном порядке к АО «Шахта «Большевик», в связи с чем, выплата ему не производилась.

Считает, что средний размер компенсации морального вреда при утрате 10% профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания: «...» составляет 150 000 руб. Основания для взыскания морального вреда в большем размере отсутствуют.

Ранее в судебном заседании представитель АО «Шахта «Большевик» пояснил, что истцу произвели единовременную выплату компенсации морального вреда по Коллективному договору АО «Шахта «большевик» на 2022-2024 гг. (продлен до ...) в добровольном порядке в размере 81 459,39 руб. с учетом степени вины ответчика 35,7 %.

Представитель ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, представил возражения на исковое заявление и заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие (т. 1 л.д. 196-197, 237), в которых просил определить размер компенсации морального вреда в пользу истца с учетом степени вины 19,3 % в пределах суммы 42 565,32 руб. Истец не обращался с заявлением к АО «ОУК «Южкузбассуголь» о выплате ему компенсации морального вреда в досудебном порядке, в связи с чем, выплата не производилась.

Поскольку истец работал на предприятиях угольной промышленности, то размер компенсации морального вреда определяется в соответствии с критериями, установленными нормами Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ (далее ФОС).

В соответствии с положениями ФОС размер компенсации морального вреда составит 42 565,32 руб., что по мнению ответчика будет является обоснованной и достаточной компенсацией морального вреда с учетом степени разумности и справедливости.

Представители третьих лиц АО «САЛЕК», ООО «Шахта Байкаминская», ООО «Шахтоуправление Карагайлинское» в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения извещены надлежащим образом (т. 1 л.д. 236).

Свидетель ...7 в судебном заседании показала, что она является супругой истца. В результате работы на угольных предприятиях у мужа возникло профессиональное заболевание. У него постоянно болит спина, в связи с чем, он вынужден периодически принимать таблетки, ставить уколы. Он не может долго физически работать, не может полноценно помогать ей на даче. У них трое детей, двое совершеннолетних, одному - 17 лет. Сейчас муж не может устроиться на работу из-за состояния его здоровья. Муж даже внуков на руки взять не может, потому что болит спина.

Выслушав объяснения истца и его представителя, представителя ответчика, показания свидетеля, исследовав письменные материалы дела, учитывая заключение прокурора о праве истца на возмещение морального вреда вследствие утраты профессиональной трудоспособности, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению на основании следующего.

В соответствии с Конституцией РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции РФ в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

В соответствии с ч.1 ст.21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами.

Согласно ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов, обеспечить соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте, не допускать к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда, организовать контроль за состоянием условий труда на рабочих местах.

Согласно ч.1 ст. 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным Кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Таким образом, применительно к спорным правоотношениям основанием ответственности работодателя за вред, причиненный здоровью работника при исполнении трудовых обязанностей, является вина в не обеспечении им безопасных условий труда, причем обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда здоровью работника лежит на работодателе. Исходя из положений ст. 212 ТК РФ, работодатель считается виновным в возникновении у работника профессионального заболевания, если не докажет иное.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со ст. 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям.

В силу ч. 1 ст. 1064 ГК РФ ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ч. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (абз. 2 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1).

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" в пункте 25 разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" указано, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (абз. 2 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1).

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Частью 1 ст. 56 ГПК РФ предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Судом установлено, что истец ФИО1 длительное время работал на предприятиях угольной промышленности, а именно:

- АО «Шахта «...25» 08.1994 - 10.1997 горнорабочим подземным;

- ОАО «Шахта «Полосухинская» 03.1998 - 06.2001 горнорабочим подземным;

- ОАО «Шахта «...15-Н» 07.2001 -12.2002 горнорабочим подземным;

- Филиал «Шахта «...16» ОАО ОУК «Южкузбассуголь» 12.2002 -01.2005 горнорабочим подземным;

- Филиал «Шахта «...26» ОАО ОУК «Южкузбассуголь» 02.2005 -08.2006 горнорабочим подземным;

- ООО «...» 06.2008-10.2007 подземным проходчиком;

- ООО «...» 10.2007 – 05.2009, 01.2010 – 03.2010 подземным проходчиком;

- ООО «...» 06.2009 – 10.2009 подземным проходчиком;

- ЗАО «Салек» 03.2010 – 06.2010 подземным проходчиком;

- ООО «Шахта Байкаминская» 08.2010 – 04.2012 подземным проходчиком;

- ООО «Шахтоуправление Карагайлинское» 05.2012 - 06.2012 подземным проходчиком;

- АО «Шахта «Большевик» 07.2012 – 10.2021 подземным манишистом горных выемочных машин, ... уволен по соглашению сторон, что подтверждается трудовой книжкой истца (т. 1 л.д. 29-32, 243-250).

Согласно медицинскому заключению от ... ... у ФИО1 было впервые выявлено профессиональное хроническое заболевание: «Рефлекторные ...

Актом о случае профессионального заболевания от 12.11.2021 на основании результатов служебного расследования установлено, что указанное заболевание является профессиональным и возникло в результате работы в профессиях: автослесаря, горнорабочего подземного, машиниста горных выемочных машин, проходчика подземного в течение 26 лет 04 месяцев в условиях воздействия производственного фактора, а именно тяжести трудового процесса, являющегося ведущим фактором в развитии хронического профессионального заболевания - ...

Непосредственной причиной заболевания послужила тяжесть трудового процесса. Наличие вины работника 0 (ноль) % (т. 1 л.д. 21-24).

Данные выводы подтверждаются санитарно-гигиенической характеристикой условий труда истца ... от 11.05.2021 (т. 1 л.д. 13-20).

Заключением БМСЭ от ... ... ФИО1 установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10% с 01.07.2024 по 01.07.2026, что подтверждается справкой (т. 1 л.д. 26).

Заключением врачебной экспертной комиссии ...» от ... ... установлено, что заболевание у ФИО1 является профессиональным и возникло в течение 25 лет 11 месяцев работы с перенапряжением пояснично-крестцового отдела позвоночника, тяжестью трудоовго процесса кл. 3 ст. 2-3 в профессиях: горнорабочий, проходчик, машинист горных выемочных машин подземный, автослесарь, при работе после службы в Советской армии с 1994 г.

Профессиональное заболевание: «...», установлено в 2021 г. (т. 1 л.д. 168).

Кроме того, данным заключением определена степень вины работодателей в возникновении у ФИО1 указанного профессионального заболевания: АО «Шахта «...27» - 12,2 %, ОАО «Шахта «Полосухинская» - 12,5 %, ОАО «Шахта «...17-Н» - 5,5 %, Филиал «Шахта «...18» ОАО ОУК «Южкузбассуголь» - 8 %, Филиал «Шахта «...28» ОАО ОУК «Южкузбассуголь» - 5,8 %, ООО «...» - 4,5 %, ООО «...» – 6,8 %, ООО «...» – 1,3 %, ЗАО «Салек» – 1 %, ООО «Шахта Байкаминская» - 6,4 %, ООО «Шахтоуправление Карагайлинское» - 0,3 %, АО «Шахта «Большевик» - 35,7 %.

Недлительную работу в течение 10 мес. (07.2023 – 05.2024) после почти двухлетнего перерыва на ООО «...» не следует считать повлиявшей на прогрессию заболевания (т. 1 л.д. 168).

Согласно пояснений истца и показаний свидетеля в судебном заседании вследствие вреда, причиненного здоровью истца указанным выше профессиональным заболеванием, на сегодняшний день он испытывает физические и нравственные страдания, которые изменили его образ жизни и мешают полноценной жизни. Из-за последствий профессионального заболевания, бытовые физические нагрузки стали для него большой проблемой. Он не может поднимать тяжелые предметы, из-за болей в спине у него нарушился сон.

Несмотря на постоянное лечение профессионального заболевания, никаких улучшений здоровья у ФИО1 не наблюдается, положительной динамики нет, его здоровье безвозвратно утрачено.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из того, что истец длительное время испытывает болевые ощущения в связи с полученным профессиональным заболеванием, прекратил работу по состоянию здоровья. Работу по дому со значительной физической нагрузкой выполнять не может. Профессиональное заболевание кардинально поменяло его образ жизни, вынудило отказаться от работы, активного отдыха. Для снятия болевого синдрома он постоянно вынужден принимать медикаменты, ставить уколы. Такое состояние беспомощности угнетает его, заставляет переживать, в результате он испытывает нравственные страдания.

При указанных обстоятельствах, учитывая отсутствие вины истца в развитии у него профессионального заболевания, процент утраты трудоспособности (10%), суд считает необходимым определить компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с ответчиков в пользу истца в связи с полученным профессиональным заболеванием «...» в размере 350 000 руб.

Данный размер компенсации морального вреда суд считает разумным и достаточным при установленных обстоятельствах и представленных сторонами доказательствах.

Как следует из Устава АО «ОУК «Южкузбассуголь» общество является правопреемником Филиала «Шахта «...19», Филиала «Шахта «...29», ОАО «Шахта «...20-Н» (т. 1 л.д. 158).

Исходя из степени вины ответчиков и указанного размера компенсации морального вреда с ответчиков в пользу истца подлежат взысканию следующие суммы:

- с ООО «Шахты Большевик» (35,7%) с учетом выплаченной в добровольном порядке компенсации морального вреда (81 459,39 руб.) – 43 490,61 руб. (350 000 х 35,7 % - 81459,39);

- с АО «ОУК «Южкузбассуголь» с учетом степени вины Филиала «Шахта «...21», Филиала «Шахта «...30», ОАО «Шахта «...22-Н» (5,5 + 8 + 5,8 = 19,3%) – 91 000 руб. (350 000 х 19,3 %);

- с АО «Шахта «Полосухинская» (12,5 %) – 43 750 руб. (350 000 х 12,5 %).

Доводы ответчиков о том, что истцу должны быть выплачены суммы в счет компенсации морального вреда в соответствии с положениями Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ, Коллективными договорами предприятий, суд считает неправомерными.

С учетом разъяснений, изложенных в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

При этом следует отметить, что, исходя из положений статей 9, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном отраслевым соглашением или коллективным договором размере, в связи с чем, выплата ответчиком компенсации морального вреда по соглашению сторон, не лишает истца права обратиться с исковыми требованиями в суд.

Таким образом, готовность ответчиков выплатить в добровольном порядке истцу компенсацию морального вреда за профессиональное заболевание в соответствии с положениями Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ, Коллективными договорами не лишает истца права обратиться в суд с требованием о компенсации морального вреда, в том размере, который, как он полагает, подлежит возмещению.

В соответствии с ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Статья 100 ГПК РФ предусматривает, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В абз.1 п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч.1 ст.100 ГПК РФ).

В силу абз.2 п.11 указанного постановления в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст.ст.2,35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 постановления).

Для восстановления нарушенного права истец понес судебные расходы на оплату услуг представителя по составлению и подаче искового заявления, представлению интересов в суде в размере 34 000 руб., что подтверждается договором на оказание юридических услуг от 17.09.2024 ..., квитанцией (т. 1 л.д. 32, 33).

При определении размера подлежащих взысканию судебных расходов по оплате услуг представителя, судом принимается во внимание сложность гражданского дела, характер спорных правоотношений, время, затраченное представителем истца, количество судебных заседаний, в которых представитель принимал непосредственное участие, объем оказанной правовой помощи, и степень участия представителя в деле, принятое процессуальное решение, принцип разумности и справедливости.

Учитывая категорию спора, объём, подготовленных представителем истца документов и времени его участия в рассмотрении дела (составление искового заявления, уточненного искового заявления, 3 дня занятости) (квитанцией (т. 1 л.д. 227-228, 234, 235), суд считает возможным взыскать с ответчиков в пользу истца пропорционально удовлетворенным требованиям расходы на оплату услуг представителя в общей сумме 30 000 руб., считая указанные расходы разумными. Следовательно, с ответчиков в пользу истца подлежат взысканию судеббные расходы на оплату услуг представителя в размере:

- с ООО «Шахты Большевик» - 10 710 руб. (30 000 х 35,7 %);

- с АО «ОУК «Южкузбассуголь» - 7 800 руб. (30 000 х 19,3 %);

- с АО «Шахта «Полосухинская» - 3 750 руб. (30 000 х 12,5 %) пропорционально удовлетворенным требованиям.

Оснований для взыскания судебных расходов в солидарном порядке суд не усматривает.

Кроме того, с ответчиков в соответствии со ст.103 ГПК РФ в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб., так как истец от её уплаты при подаче иска был освобожден, а именно:

- с ООО «Шахты Большевик» - 1 071 руб. (3 000 х 35,7 %);

- с АО «ОУК «Южкузбассуголь» - 780 руб. (3 000 х 19,3 %);

- с АО «Шахта «Полосухинская» - 375 руб. (3 000 х 12,5 %).

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Шахта «Большевик», Акционерному обществу «Шахта «Полосухинская», Акционерному обществу Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» о взыскании компенсации морального вреда в связи причинением вреда здоровью удовлетворить.

Взыскать с Акционерного общества «Шахта «Большевик» ...) в пользу ФИО1, ..., компенсацию морального вреда в размере 43490 (сорок три тысячи четыреста девяносто) руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 10710 (десять тысяч семьсот десять) руб.

Взыскать с Акционерного общества «Шахта «Полосухинская» (...) в пользу ФИО1 ..., компенсацию морального вреда в размере 43750 (сорок три тысячи семьсот пятьдесят) руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 3750 (три тысячи семьсот пятьдесят) руб.

Взыскать с Акционерного общества «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» (...) в пользу ФИО1 ... ..., компенсацию морального вреда в размере 91000 (девяносто одну тысячу) руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 7800 (семь тысяч восемьсот) руб.

Взыскать с Акционерного общества «Шахта «Большевик» (...) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 1071 (одна тысяча семьдесят один) руб.

Взыскать с Акционерного общества «Шахта «Полосухинская» (...) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 375 (триста семьдесят пять) руб.

Взыскать с Акционерного общества «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» (...) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 780 (семьсот восемьдесят) руб.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме – 26.05.2025 путем подачи апелляционной жалобы (апелляционного представления) через Заводской районный суд г.Новокузнецка Кемеровской области.

Судья Г.П. Рудая