судья Губанова М.В. дело № 2-91/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ № 11-10855/2023

29 августа 2023 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Бромберг Ю.В.,

судей Терешиной Е.В., Приваловой Н.В.,

при секретаре Череватых А.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам ФИО6, ФИО7 на решение Советского районного суда г. Челябинска от 25 января 2023 года по иску ФИО8 к ФИО6, ФИО7 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, взыскании убытков.

Заслушав доклад судьи Терешиной Е.В. по обстоятельствам дела и доводам апелляционной жалобы, объяснения представителя ФИО6 - ФИО9, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, объяснения ФИО8, возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО8 обратилась в суд с иском к ФИО7, ФИО6, в котором с учетом уточненных требований просила об истребовании из незаконного владения ФИО7 транспортного средства Subaru Legacy, VIN №, 1999 года выпуска, в случае признания ФИО7 добросовестным приобретателем, взыскать с ФИО6 убытки в размере 100 000 рублей (л.д. 135-136).

В основание ребований указала, что 18.11.2016 года между ней и ФИО6 заключен договор купли-продажи транспортного средства, согласно которому она приобрела у ФИО6 автомобиль Subaru Legacy, VIN №, 1999 года выпуска, зеленого цвета, за 100 000 рублей. Обязательство по оплате стоимости автомобиля истцом исполнено, автомобиль передан ФИО8 в день подписания договора. 08.02.2017 года транспортное средство было угнано, в связи с чем истец 15.02.2017 года обратилась в правоохранительные органы, по факту угона возбуждено уголовное дело № №. После того, как автомобиль был

найден, 16.02.2021 года истец обратилась в правоохранительные органы о возврате транспортного средства. В марте 2021 года истцом получено уведомление, из содержания которого следует, что автомобиль передан ФИО6 на хранение. Истец полагает, что ФИО10 (ФИО16 ) Е.С. владеет транспортным средством незаконно.

Суд постановил решение, которым истребовал из незаконного владения ФИО7 в пользу ФИО8 автомобиль Subaru Legacy, VIN №, 1999 года выпуска, государственный регистрационный знак №. В удовлетворении требований ФИО8 к ФИО6 о взыскании убытков в размере 100 000 рублей - отказал.

ФИО7 с решением суда не согласилась, обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, принять нрвое об отказе в удовлетворении требований ФИО8, ссылаясь на то, что денежных средств от продажи автомобиля не получала, истцом пропущен срок исковой давности.

ФИО6 с решением суда не согласился, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, принять новое об отказе в удовлетворении требований ФИО8, ссылаясь на то, что денежных средств от продажи автомобиля не получала, истцом пропущен срок исковой давности.

В возражениях на апелляционные жалобы ФИО8 просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционные жалобы ФИО6 и ФИО7 - без удовлетворения.

Ответчики ФИО7, ФИО6, представитель третьего лица ГУ МВД России по Челябинской области, третьи лица ФИО11, ФИО12, ФИО13 в судебное заседание апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили, об отложении рассмотрения апелляционной жалобы не просил. Судебная коллегия, в соответствии с частью 1 статьи 327, частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов апелляционной жалобы.

Заслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражения на них, проверив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.

Как подтверждается материалами дела, в собственности ФИО6 находилось транспортное средство Subaru Legacy, VIN №, 1999 года выпуска.

года между ФИО6 (продавец) и ФИО8 (покупатель) был заключен договор купли-продажи транспортного средства Subaru Legacy, VIN №, 1999 года выпуска.

года автомобиль Subaru Legacy, VIN №, 1999 года выпуска, был похищен с территории ФИО1, в связи с чем ФИО8 15.02.2017 года обратилась в правоохранительные органы с заявлением о преступлении.

года в отделе дознания ФИО2 возбуждено уголовное дело № № по факту самовольно, вопреки закону, завладения чужого имущества, принадлежащего ФИО8 По настоящему уголовному делу 1502.2017 года в ходе осмотра места происшествия изъят автомобиль Subaru Legacy, VIN №, 1999 года выпуска, с комплектом ключей, которые возвращены под сохранную расписку собственнику автомобиля ФИО6

В настоящее время транспортное средство Subaru Legacy, VIN №, 1999 года выпуска, принадлежат ФИО7 Регистрация транспортного средства за ней произведена на основании договора купли-продажи автомобиля от 15.05.2018 года, заключенного между ФИО6 и ФИО7

Разрешая заявленный спор, суд первой инстанции исходил из того, что воля ответчиков была направлена на отчуждение спорного автомобиля, о чем свидетельствуют их действия, выразившиеся в подписании ФИО6 договора купли-продажи от 18.11.2016 года в графе продавец, в передаче ФИО7 автомобиля с ключами, документами, ФИО14 для его продажи, доказательств недобросовестности поведения покупателя ФИО8 не представлено, автомобиль выбыл из владения ФИО8 против ее воли.

Выводы суда первой инстанции основаны на нормах действующего законодательства, мотивированы со ссылкой на доказательства, обстоятельствам по делу не противоречат и сомнений в законности не вызывают.

В соответствии со ст. 301 Гражданского кодекса РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса РФ если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае,

когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражений ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

В соответствии с п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее по тексту постановление № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из приведенной выше нормы права и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации добросовестность приобретателя резюмируется.

Таким образом, юридически значимыми по делу об истребовании имущества являются, в частности, обстоятельства утраты собственником владения спорным имуществом (по его воле или помимо его воли).

В силу п. 3 ст. 154 Гражданского кодекса РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка). Отсутствие направленности воли на создание определенных последствий влечет недействительность (ничтожность) соответствующей сделки.

Для того чтобы сделать вывод о направленности воли собственника товара на его отчуждение, правовое значение имеет лишь то, что собственник в принципе был намерен продать автомобиль, что и было сделано от его имени.

При этом следует учитывать, что выбытие имущества из владения того или иного лица является следствием конкретных фактических обстоятельств. Владение может быть утрачено в результате действий самого владельца, направленных на передачу имущества, или действий иных лиц, осуществляющих передачу по его просьбе или с его ведома. В подобных случаях имущество считается выбывшим из владения лица по его воле.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО15 (ФИО16) давала пояснения в судебном заседании суда первой инстанции, которые не противоречат пояснениям ФИО6, что в период совместного проживания с ответчиком ФИО6 с 2008 года по 2015 год, они совместно приобрели два автомобиля, в том числе автомобиль Subaru Legacy, VIN №, 1999 года выпуска, который по обоюдному согласию после расставания остался во владении и пользовании ФИО7 Поскольку на указанный автомобиль имелся запрет на регистрационные действия, ФИО7 поставить на регистрационный учет в ГИБДД на свое имя не могла, в дальнейшем в 2018 году ФИО6 исполнил обязательства по выплате задолженности по алиментам, и запрет на регистрационные действия был снят.

ФИО7 также пояснила, что ФИО3 (ее сожитель) предложил отремонтировать и продать автомобиль Subaru Legacy, VIN №, 1999 года выпуска, в связи с чем, она поручила заняться продажей автомобиля ФИО3 передав ему автомобиль, все документы на транспортное средство, ключи, ФИО6 подписал договор купли-продажи.

При рассмотрении дела, ФИО6 не оспаривал свою подпись в договоре купли-продажи от 18.11.2016 года, заключенного с ФИО8, при этом указал, что по просьбе ФИО7 подписал пустой бланк договора, с бланком договора приезжал сожитель ФИО8- ФИО11, денежные средства за автомобиль не получал.

В материалы дела представлен договор купли-продажи автомобиля от

года между ФИО3 и ФИО6 Цена договора 100 000 рублей (л.д. 40 т. 1). Указанный договор был предоставлен ФИО14 ФИО8 для удостоверения права собственности ФИО3 на автомобиль. Из пояснений ФИО6, данных им в суде, следует, что в договоре подпись не его.

Вступившим в законную силу решением Курчатовского районного суда г. Челябинска от 14.12.2017 года по делу № 2-4957/2017 договор купли- продажи автомобиля от 11.11.2016 года между ФИО6 и ФИО3 расторгнут в связи с неуплатой денежных средств за автомобиль ФИО6 (л.д. 71-72 т. 1).

Как следует из показаний ФИО15 (ФИО16), допрошенной в качестве свидетеля в рамках рассмотрения гражданского дела по делу № 2-4957/2017, между ФИО6 и ФИО3 был подписан договор купли-продажи (безденежный) лишь для того, чтобы ФИО3 в дальнейшем, как собственник продал автомобиль другому покупателю, а деньги после перепродажи передал ФИО6 и ФИО15 (ФИО16). Договор был оформлен в двух экземплярах: один экземпляр находился у ФИО6, другой у ФИО3 (л.д. 63 т. 1).

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО8 дала пояснения, аналогичные пояснениям ФИО6 в части того, что для подписания договора купли-продажи от 18.11.2016 года она приезжала к ФИО6 вместе со своим сожителем ФИО11

В материалах уголовного дела № №, возбужденного в апреле 2017 года по заявлению ФИО8 по № УК РФ имеются объяснения ФИО11, аналогичные пояснениям ФИО8, из которых следует, что ФИО11 занимался подбором автомобиля для приобретения ФИО8, нашел объявление о продаже указанного автомобиля в социальных сетях в автомобильной группе на сайте «В контакте», договорился с ФИО3 о встрече, чтобы посмотреть автомобиль (л.д. 222-224 т. 1). 18.11.2016 года ФИО8, ФИО11 и ФИО3 встретились в г. Челябинске на ул. Каслинской возле д. 21 «а». ФИО3 им пояснил, что купил автомобиль по договору купли- продажи, однако последним фактическим собственником является ФИО6

А., ФИО3 предъявил договор купли-продажи с ФИО6 и не скрывал, что на регистрационные действия с автомобилем наложен запрет. ФИО8 и ФИО11 усомнились в подлинности подписи ФИО6, проставленной в договоре купли-продажи, который был представлен им ФИО3 Как пояснила в судебном заседании ФИО8, подпись ФИО6 не была похожа на его подпись в предъявленных документах на автомобиль. Сомнения ФИО8 и ФИО11 были не безосновательны, поскольку в судебном заседании ФИО6 дал пояснение, что в договоре, который был предоставлен ФИО8 ФИО3, подпись от имени продавца ему не принадлежит.

ФИО3 предоставил номер телефона ФИО6, и ФИО11

М. созвонился с ФИО6, высказал сомнения на счет подлинности подписи в договоре купли-продажи, заключенном между ФИО6 и ФИО3 ФИО6 не возражал против встречи с ФИО11 для подписания договора.

После разговора с ФИО6 ФИО11 договорился с ФИО3 о встрече 18.11.2016 года в 15 часов для передачи денежных средств за приобретенный автомобиль в размере 100 000 рублей по договору купли-продажи, при встрече ФИО3 были переданы денежные средства в размере 100 000 рублей, о чем последний написал расписку (л.д. 230 т. 1). Также сведения о состоявшейся передаче денежных средств за автомобиль указаны в п. 4 договора (покупатель в оплату за приобретенное транспортное средство передал продавцу, а продавец получил денежные средства в размере 100 000 рублей). Затем ФИО3 передал ФИО8 автомобиль, ключи и документы на автомобиль.

года в 19 часов 30 минут ФИО8 и ФИО11 встретились с ФИО6 для подписи договора купли-продажи автомобиля от 18.11.2016 года между ФИО6 (продавец) и ФИО8 (покупатель). Из объяснений ФИО11, данных им в рамках уголовного дела, следует, что договор купли-продажи между ФИО6 и ФИО8 от 18.11.2016 года был полностью заполнен, после чего был подписан ФИО6 и ФИО8 Кроме того, для ФИО8 ФИО6 подписал еще и не заполненный бланк договора для предъявления его в ГИБДД при постановке автомобиля на регистрационный учет в дальнейшем в случае нарушения сроков, предусмотренных законодательством для регистрационный действий. Также ФИО11 пояснил, что перед подписанием договора купли-продажи ФИО6 созвонился по телефону с ФИО15 (ФИО16) для того, чтобы получить ее согласие на подписание договора купли-продажи, и только после получения согласия ФИО15 (ФИО16) подписал оба договора, заверив ФИО11, что погасит задолженность по алиментам до октября 2017 года.

Из объяснений ФИО7 следует, что после того, как она передала ФИО3 автомобиль для продажи, они расстались, и денежные средства за продажу автомобиля в размере 100 000 рублей ФИО3 ей не передал.

Таким образом, 18.11.2016 года ФИО8 был передан автомобиль, и она произвела оплату за его приобретение лицу, которому было поручено продать автомобиль (ФИО3), которое имело право продавать автомобиль и принимать денежные средства от покупателя также и как собственник автомобиля.

В дальнейшем автомобиль у ФИО8 выбыл из ее владения против ее воли (08.02.2017 г. без ее согласия был вывезен ФИО15 (ФИО16), ФИО6 и братом ответчицы - ФИО4 с места хранения автомобиля на территории ЖБИ), в связи с чем ФИО8 обратилась с заявлением в полицию. При этом суд первой инстанции правильно учел, что ФИО15 (ФИО16) было достоверно известно, что автомобиль по ее поручению был продан ФИО8, а ФИО3 получил деньги за проданный автомобиль, что свидетельствует о недобросовестности действий ответчиков.

Оценив и проанализировав совокупность исследованных доказательств, суд первой инстанции, установив обстоятельства реализации спорного автомобиля, пришел к обоснованному выводу, что ответчиками совершены действия, направленные на отчуждение транспортного средства Subaru Legacy, VIN №, 1999 года выпуска, следовательно, не имеется оснований полагать, что имущество выбыло из владения ответчиков помимо их воли. Судом установлено недобросовестное поведение ответчиков, выразившееся в непоследовательных и противоречивых действиях ответчиков по заключению договора купли- продажи спорного автомобиля между продавцом ФИО6 и покупателем ФИО16 15.05.2018 года, которые достоверно знали, что ФИО6 уже не имел права на отчуждение автомобиля, поскольку продал его в 2016 году ФИО8

Вопреки доводам апелляционных жалоб, при рассмотрении настоящего дела ответчиком ФИО6 подтверждено, что заключенный между ФИО6 и ФИО8 договор от 18.11.2016 года на автомобиль Subaru Legacy, VIN №, 1999 года выпуска, был подписан им лично. Соглашение по всем существенным условиям сделки купли- продажи спорного автомобиля от 18.11.2016 года между ее сторонами было достигнуто, сделки исполнены. Спорный автомобиль выбыл из владения ответчиков по их воли, с учетом установленных обстоятельств передачи имущества и поведения самих ответчиков, действия которых были направлены на отчуждение принадлежавшего ФИО6 автомобиля. В данном случае полномочия ФИО3, которому спорный автомобиль был передан для его продажи с ключами, документами, подписанных ФИО6, явствовали из обстановки. Подпись в спорном договоре купли-продажи от 18.11.2016 года принадлежат ФИО6

Тот факт, что ФИО3 (умер ДД.ММ.ГГГГ года), как утверждают ответчики, не передал денежные средства за проданный автомобиль, касается не выбытия автомобиля из владения собственника ФИО6, фактического владения ФИО7 помимо их воли, а уплаты их стоимости ФИО6 либо ФИО7

Таким образом, поскольку судом первой инстанции достоверно установлено то обстоятельство, что спорный автомобиль выбыл из владения ответчиков по их воли, учитывая, что презюмируемая добросовестность приобретателя имущества (истца) не опровергнута, оснований для отказа в удовлетворении требований об истребовании автомобиля из чужого незаконного владения, у суда не имелось, поскольку совокупность условий, предусмотренных ст. 301 Гражданского кодекса РФ для удовлетворения виндикационного иска, в ходе рассмотрения дела установлена, незаконность нахождения автомобиля истца у ответчика ФИО7 доказана.

Рассматривая ходатайство истца о восстановлении срока для обращения в суд с настоящим иском, в случае признания судом срока пропущенным по ходатайству ответчиков, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности составляет 3 года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 данного Кодекса.

Срок исковой давности для исков по требованиям истца является общим и составляет три года (ст. 196 Гражданского кодекса РФ, Определение Верховного Суда РФ от 03.11.2015 № 5-КГ15-142).

Срок начинает течь по общим правилам - то есть с момента, когда истец узнал или должен был узнать, что его право нарушено и кто является надлежащим ответчиком по иску (п. 1 ст. 200 ГК РФ, Постановление Президиума ВАС РФ от 08.10.2013 № 5257/13). По движимому имуществу срок начинает течь со дня, когда это имущество обнаружено, то есть когда истец узнал, у кого находится его имущество (п. 12 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 № 126).

В силу ст. 205 Гражданского кодекса РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние 6 месяцев срока давности, а если этот срок равен 6 месяцам или менее 6 месяцев - в течение срока давности.

Из материалов дела следует, что ФИО8, после обращения в полицию в связи с тем, что ФИО6 и ФИО15 (ФИО16) самовольно (без ведома истицы) организовали вывоз на эвакуаторе автомобиля Subaru Legacy, VIN №, 1999 года выпуска, стало известно место нахождения автомобиля 15.02.2017 года Правоохранительными органами после обнаружения автомобиля, последний был передан на хранение под расписку ФИО6, как лицу, за которым автомобиль зарегистрирован в ГИБДД, о чем в материалах уголовного дела имеется расписка ФИО6 от 15.02.2017 года (л.д. 225 т. 1).

О том, что автомобиль фактически находится у ФИО15 (ФИО16) на основании заключенного между ФИО6 и ФИО10 договора купли-продажи от 15.05.2018 года, ФИО8 стало известно во время проведения судебного заседания, после чего ФИО8 уточнила исковые требования (л.д. 135-136), заявив их к надлежащему ответчику.

Из пояснений ФИО8 следует, что она обратилась за защитой нарушенного права собственности на автомобиль в правоохранительные органы сразу после обнаружения факта отсутствия автомобиля на стоянке ЖБИ, и, поскольку правоохранительными органами после обнаружения автомобиля было принято решение о передаче его на хранение ФИО6, то ФИО8 полагала, что автомобиль является вещественным доказательством в уголовном деле, и работники правоохранительных органов, защищая ее право, действуют в рамках закона для установления виновных по делу лиц, а после окончания разбирательства ожидала передачи автомобиля ей, как законному собственнику. С 2017 года до дня обращения в суд виновные лица установлены не были, уголовное дело передавалось по подсудности, затем предварительное следствие неоднократно приостанавливалось по основанию, предусмотренному № УК РФ (л.д. 243-247 т. 1), по жалобе ФИО8 постановления о приостановлении предварительного следствия были отменены органами прокуратуры, в т.ч. заместителем ФИО5 в октябре 2021 г. (л.д. 200 т. 1).

ФИО8 обжаловала действия сотрудников правоохранительных органов (л.д. 141-145, 189-208 т. 1), обращалась в ГУ МВД России по г. Челябинску с заявлением о возврате автомобиля (жалоба от 11.05.2021 г.), из ответа правоохранительных органов следовало, что на основании закона автомобиль передан на хранение ФИО6 21.10.2021 года.

Из постановления правоохранительных органов на очередную жалобу ФИО8 следовало, что автомобиль не является вещественным доказательством и не изымался в качестве такового, постановление об отказе в удовлетворении жалобы датировано 28.01.2022 года (л.д. 144), и, как указывает ФИО8 в письменных пояснениях (л.д. 139-140 - 144), именно из указанного документа ей стало известно, что ее права нарушены, поскольку автомобиль незаконно находился все это время во владении ФИО6, не обладая статусом вещественного доказательства.

ФИО8 также обращалась в ГИБДД для установления лица, за которым автомобиль поставлен на регистрационный учет, на заявление был получен отказ в предоставлении подобной информации № № от 22.01.2022 года (л.д. 146 т. 1).

Таким образом, ФИО8 не бездействовала, принимала меры для восстановления нарушенного права и возврата автомобиля из чужого незаконного владения.

Установив изложенные обстоятельства, суд, руководствуясь ст. 205 Гражданского кодекса РФ счел возможным восстановить истцу срок исковой давности для защиты нарушенного права, признав причины его пропуска уважительными.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, а доводы апелляционных жалоб в этой части подлежат отклонению как несостоятельные.

Доводы апелляционных жалоб не содержат правовых оснований к отмене обжалуемого судебного акта и по существу сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств и примененными нормами материального права, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда, в связи с чем, являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены законного и обоснованного судебного постановления.

Руководствуясь ст.ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА

Решение Советского районного суда г. Челябинска от 25 января 2023 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО6, ФИО7 - без удовлетворения.