Судья Малкова Я.В. УИД16RS0046-01-2023-000834-12

Дело № 2-2050/2023

№ 33-9569/2023

Учет № 073г

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

7 августа 2023 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего Насретдиновой Д.М.,

судей Мелихова А.В. и Субботиной Л.Р.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Нигматзяновой А.Л.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Насретдиновой Д.М. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя истца ФИО1 – ФИО2 на решение Вахитовского районного суда города Казани от 27 февраля 2023 года, которым постановлено:

исковое заявление ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования России по Республике Татарстан о признании незаконным решения, возложении обязанности оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения истца ФИО1 и ее представителя ФИО3, поддержавшего жалобу, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному учреждению – Отделению Пенсионного фонда Российской Федерации по Республике Татарстан о признании решения незаконным и возложении обязанности по включению в страховой стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии, периодов отпусков по уходу за детьми.

В обоснование своих требований истец указала, что 24 апреля 2022 года она подала в территориальный пенсионный орган заявление о назначении досрочной страховой пенсии в соответствии с пунктом 1.2 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Однако в назначении пенсии на льготных основаниях истцу было отказано со ссылкой на отсутствие требуемого страхового стажа – 37 лет и величины индивидуального коэффициента (ИПК).

По мнению истца, отказ в назначении ей пенсии является необоснованным, поскольку из ее страхового стажа пенсионным органом были исключены периоды нахождения в административных отпусках по уходу за детьми с 16 марта 1992 года по 15 мая 1994 года и с 9 августа 2004 года по 13 ноября 2005 года.

С исключением периода нахождения в отпуске по уходу за ребенком с 16 марта 1992 года по 15 мая 1994 года истец ФИО1 не согласна, полагает, что указанные действия пенсионного органа являются неправомерными и нарушают ее право на досрочное пенсионное обеспечение. По изложенным основаниям истец просила признать решение ответчика об отказе в назначении страховой пенсии незаконным, возложить на последнего обязанность по включению приведенного выше спорного периода в ее страховой стаж и назначению ей досрочной страховой пенсии по старости со дня возникновения соответствующего права – с 27 мая 2022 года.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца ФИО1 – ФИО4 исковые требования поддержал.

Представитель ответчика в суд не явился, направив письменные возражения, в которых просил в удовлетворении предъявленного иска отказать, поскольку спорные периоды в соответствии с действующим правовым регулированием учету при исчислении продолжительности страхового стажа в целях определения права на досрочное назначение страховой пенсии по рассматриваемому основанию не подлежат.

Определением суда первой инстанции от 22 февраля 2023 года, вынесенным без удаления в совещательную комнату с занесением в протокол судебного заседания, произведена замена ответчика Государственного учреждения – Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Республике Татарстан его правопреемником – Отделением Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан.

Судом вынесено решение об отказе в удовлетворении исковых требований в приведенной выше формулировке.

В апелляционной жалобе представитель истца – ФИО2, выражая несогласие с постановленным по делу решением, просит его отменить как незаконное и необоснованное. При этом в жалобе им приводятся те же доводы, что и в обоснование предъявленного иска, указывается, что отпуск по уходу за ребенком был предоставлен ФИО1 до 6 октября 1992 года, в связи с чем подлежит включению в страховой стаж, дающий право на льготное пенсионное обеспечение.

На судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 и ее представитель ФИО3 апелляционную жалобу поддержали по изложенным в ней основаниям.

Представитель Государственного учреждения – Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан, извещенного о времени и месте рассмотрения дела по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в суд не явился.

В соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации неявка лиц, участвующих в деле, и извещенных о времени и месте его рассмотрения, не является препятствием к разбирательству дела, в связи с чем судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения явившихся лиц, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия оснований для отмены решения суда первой инстанции не находит.

Так, Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом, относит определение механизма реализации данного конституционного права, в том числе установление видов пенсий, оснований приобретения права на них отдельными категориями граждан и правил исчисления размеров пенсий, к компетенции законодателя (статья 39, часть 2), который в целях обеспечения каждому конституционного права на пенсию вправе определять виды пенсий, источники их финансирования, предусматривать условия и порядок приобретения права на отдельные виды пенсий конкретными категориями лиц.

По общему правилу, закрепленному в части 1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», в редакции, действующей с 1 января 2019 года (далее также – Федерльный закон от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ), право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону).

Согласно части 1.2 приведенной нормы закона лицам, имеющим страховой стаж не менее 42 и 37 лет (соответственно мужчины и женщины), страховая пенсия по старости может назначаться на 24 месяца ранее достижения возраста, предусмотренного частями 1 и 1.1 настоящей статьи, но не ранее достижения возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины).

Страховой стаж – это учитываемая при определении права на страховую пенсию и ее размера суммарная продолжительность периодов работы и (или) иной деятельности, за которые начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, а также иных периодов, засчитываемых в страховой стаж (пункт 2 статьи 3 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ).

Судом установлено и из материалов дела следует, что 20 апреля 2022 года ФИО1, <дата> года рождения, обратилась в Государственное учреждение – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Республике Татарстан с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости по пункту 1.2 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Решением пенсионного органа от 26 апреля 2022 года № 324585/22 в назначении страховой пенсии по рассматриваемому основанию истцу было отказано в связи с не достижением возраста 56 лет и отсутствием необходимого страхового стажа продолжительностью 37 лет, в который в бесспорном порядке зачтено 34 года 10 месяцев 23 дня. При этом в числе прочих в общий страховой стаж истца не был зачтен период нахождения в административном отпуске по уходу за ребенком с 16 марта 1992 года по 15 мая 1994 года (2 года 2 месяца).

Разрешая спор, суд, исходя из возникших между сторонами правоотношений, и закона, подлежащего применению к этим отношениям, пришел к выводу об отсутствии установленных действующим правовым регулированием оснований для зачета оспариваемого периода в страховой стаж ФИО1 при назначении страховой пенсии на основании части 1.2 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ.

Судебная коллегия, соглашаясь с указанным выводом суда первой инстанции, признает доводы апелляционной жалобы представителя истца несостоятельными, исходя из следующего.

Согласно положениям части 1 статьи 11 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Действительно, пунктом 3 части 1 статьи 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ также предусмотрено, что в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьей 11 настоящего Федерального закона, засчитывается, в том числе, период ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, но не более шести лет в общей сложности.

Порядок исчисления страхового стажа закреплен в статье 13 вышеназванного Федерального закона, частью 8 которой закреплено, что при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию периоды работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона и засчитывались в трудовой стаж при назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), могут включаться в указанный стаж с применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа), по выбору застрахованного лица.

Частью 9 приведенной нормы права (в редакции на день обращения истца в пенсионный орган) установливалось, что при исчислении страхового стажа лиц, указанных в части 1.2 статьи 8 настоящего Федерального закона, в целях определения их права на страховую пенсию по старости в страховой стаж включаются (засчитываются) периоды работы и (или) иной деятельности, предусмотренные частью 1 статьи 11 настоящего Федерального закона, а также периоды, предусмотренные пунктом 2 части 1 статьи 12 настоящего Федерального закона. При этом указанные периоды включаются (засчитываются) без применения положений части 8 настоящей статьи.

Таким образом, из анализа приведенных выше законоположений следует, что, устанавливая право на назначение страховой пенсии на основании части 1.2 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ, законодатель определил порядок исчисления общей продолжительности страхового стажа, в который подлежат включению лишь периоды, предусмотренные частью 1 статьи 11 и пунктом 2 части 1 статьи 13 названного Федерального закона, к которым период ухода за ребенком, в рассматриваемом случае – с 16 марта 1992 года по 15 мая 1994 года, предусмотренный пунктом 3 части 1 статьи 12 этого же Федерального закона, не относится.

Содержащийся в апелляционной жалобе истца довод о том, что судом не были приняты во внимание положения пункта 8 статьи 13 Федерального закона «О страховых пенсиях», основаны на ошибочном толковании положений пенсионного законодательства, в связи с чем также признаются судебной коллегией несостоятельными.

Доводы представителя истца о предоставлении ФИО1 спорного отпуска по уходу за ребенком до 6 октября 1992 года – до введения в действие Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» со ссылкой на положения статьи 167 КЗоТ РСФСР, предусматривавшей включение периода нахождения в отпуске по уходу за ребенком в общий непрерывный стаж и в стаж работы по специальности, а также на наличие у истца приобретенного права, на правильность принятого судом решения не влияют, поскольку пенсионным законодательством установлен особый порядок исчисления продолжительности общего страхового стажа при назначении страховой пенсии в соответствии с частью 1.2 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ.

Таким образом, при разрешении спора судом правильно установлены юридически значимые для дела обстоятельства, применены нормы материального права, подлежащие применению к возникшим спорным правоотношениям, и постановлено законное и обоснованное решение в соответствии с требованиями гражданского процессуального законодательства.

Поскольку неправильного применения норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов, не установлено, то основания для отмены обжалуемого решения и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

решение Вахитовского районного суда города Казани от 27 февраля 2023 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя истца ФИО1 – ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 8 августа 2023 года.

Председательствующий

Судьи