Дело № 2-222/2025

2-630/2022

УИД 76RS0013-02-2024-005116-88

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с.Койгородок

3 июля 2025 года

Сысольский районный суд Республики Коми (постоянное судебное присутствие в селе Койгородок Койгородского района) в составе

председательствующего судьи Таскаевой М.Н.,

при секретаре Юркиной В.В.,

с участием заместителя прокурора Койгородского района Лодыгиной М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

осужденный ФИО3 обратился в Рыбинский городской суд Ярославской области с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в размере 1050000 рублей.

В обоснование иска указано, что в результате отмены Третьим кассационным судом апелляционного приговора ФИО3 в отсутствие обвинительного приговора вынужден был отбывать наказание в ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ярославской области в период с 09.11.2023 по 14.12.2023 в ненадлежащих условиях, чем нарушено его право на свободу, утрачено время, проведенное в заключении, подлежащее компенсированию денежным эквивалентом.

Определением суда от 15.01.2025 гражданское дело передано на рассмотрение Сысольского районного суда Республики Коми по подсудности по месту регистрации ФИО3 на территории Койгородского района республики.

Сысольский районный суд Республики Коми, приняв к своему производству иск ФИО3, привлек к участию в деле в качестве соответчика Российскую Федерацию в лице ФСИН, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ярославской области, УФСИН России по Ярославской области, УФСИН России по Республике Коми, а также прокурора.

В судебном заседании 05.06.2025 ФИО3 заявил об отказе от части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания в ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ярославской области, выразившихся в помещении его с осужденными, совершившими преступления различной категории тяжести, с осужденными, имеющими различные инфекционные заболевания, с курящими осужденными, содержании в антисанитарных условиях, в ненадлежащих материально-бытовых условиях, просил данные доводы не рассматривать и не учитывать при оценке незаконности его содержания в ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ярославской области.

Определением суда от 25.06.2025 принят отказ ФИО3 от части исковых требований, касающихся условий содержания в исправительной колонии, с прекращением производства по делу в данной части.

В судебных заседаниях 05.06.2025 и 25.06.2025 ФИО3 дополнил свою позицию относительно оснований для взыскания компенсации морального вреда, указав, что в связи с избранной Третьим кассационным судом мере пресечения в виде заключения под стражу его должны были немедленно, т.е. уже 09.11.2023 этапировать в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми, в то время как по вине Верховного Суда Республики Коми, несвоевременно направившего постановление об этапировании, его перевод в следственный изолятор состоялся 14.12.2023, чем ему судом создано препятствие в реализации прав, предусмотренных для лиц, содержащихся в следственном изоляторе, в частности права на свидание с родственниками и получение посылок в большем количестве.

В судебном заседании ФИО3 участия в судебном заседании не принимал, извещен, на своем личном участии (посредством видеоконференц-связи) в судебном заседании 03.07.2025 не настаивал, оставив вопрос с организацией видеоконференц-связи на усмотрение суда.

Представители ответчиков, третьих лиц в судебном заседании участия при надлежащем извещении не приняли.

Суд определил рассмотреть дело в отсутствие сторон и третьих лиц, не усмотрев в силу статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации препятствий к этому.

Заслушав прокурора, полагавшего иск оставлению без удовлетворения, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52 Конституции Российской Федерации).

Исходя из положений Конституции Российской Федерации, государство обязано гарантировать лицам, пострадавшим от незаконных и (или) необоснованных ареста, заключения под стражу или осуждения, возмещение причиненного вреда, в том числе морального.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен статьями 133-139, 397 и 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Исходя из содержания указанных статей, право на компенсацию морального вреда возникает только при наличии реабилитирующих оснований.

При этом согласно абзацу 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, находящемуся во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 1070 Кодекса, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности.

В силу пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

Судом установлено следующее.

Приговором Сыктывдинского районного суда Республики Коми от 05.08.2022 ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 – ст. 228.1 ч.4 п.п. «а, г» Уголовного кодекса Российской Федерации, к 11 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима со штрафом 400000 рублей в доход государства (уголовное дело № 1-17/2022).

Суд апелляционной инстанции при проверке приговора суда первой инстанции, усмотрев допущенные судом нарушения уголовно-процессуального закона, отменил обвинительный приговор, изменил объем обвинения и признал ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 – ст. 228.1 ч.4 п. «г» Уголовного кодекса Российской Федерации, к 10 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима со штрафом 380000 рублей (апелляционный приговор Верховного Суда Республики Коми от 27.04.2023).

В соответствии со вступившим в законную силу обвинительным приговором ФИО3 направлен в ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ярославской области для отбывания наказания, куда прибыл 04.07.2023.

Кассационным определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 09.11.2023 апелляционный приговор Верховного Суда Республики Коми от 27.04.2023 в отношении ФИО1, ФИО3, ФИО2 отменен, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение в Верховный Суд Республики Коми иным составом; ФИО3 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 3 месяца, т.е. до 09.02.2024.

Как следует из материалов дела, уголовное дело поступило в Верховный Суд Республики Коми 27.11.2023, 29.11.2023 судьёй Верховного Суда Республики Коми в соответствии с частью 2 статьи 389.12 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и статьёй 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации вынесено постановление об этапировании осужденного ФИО3 из ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ярославской области в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми, копия которого поступила в исправительную колонию 07.12.2023.

14.12.2023 ФИО3 этапирован в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми.

17.04.2024 Верховный Суд Республики Коми вынес апелляционный приговор, которым приговор Сыктывдинского районного суда от 05.08.2022 отменен, в отношении ФИО3 вынесен обвинительный приговор, которым он признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.3 – ст. 228.1 ч.4 п.п. «а, г» Уголовного кодекса Российской Федерации, к 11 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима со штрафом 300000 рублей; время содержания осужденного под стражей с 30.04.2021 по 26.04.2023, с 09.11.2023 по 16.04.2024 зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы; также зачтен период отбывания ФИО3 лишения свободы с 27.04.2023 по 08.11.2023.

Полагая своё пребывание в исправительной колонии в период с 09.11.2023 по 14.12.2023 незаконным по вине суда, не обеспечившего немедленное этапирование в СИЗО, следствием чего явилось отбывание наказания в отсутствие приговора в связи с отменой судом кассационной инстанции обвинительного приговора, ФИО3 обратился в суд с настоящим иском.

Законность действий сотрудников уголовно-исполнительной системы по его содержанию в условиях следственного изолятора и исправительной колонии в рамках настоящего дела истцом не оспаривается.

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как разъяснено в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

В силу пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Данный порядок установлен главой 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации о реабилитации.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» с учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

Применительно к судебным стадиям уголовного судопроизводства к лицам, имеющим право на реабилитацию, соответственно относятся: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения и (или) по иным реабилитирующим основаниям; осужденный - в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Исходя из разъяснений пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17, к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации на часть 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации; осужденный за совершенные преступления в составе организованной группы, который этим же приговором оправдан по статье 210 Уголовного кодекса Российской Федерации), а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого.

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 1 «Обзора законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2008 года» (утв. Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 17.09.2008), следует, что право на компенсацию морального вреда возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования).

Вопрос о том, являются ли конкретные обстоятельства, связанные с привлечением лица к уголовной ответственности, основанием для удовлетворения исковых требований о денежной компенсации морального вреда или для отказа в их удовлетворении, может быть решен в порядке гражданского судопроизводства в процессе рассмотрения возникшего спора по каждому делу.

Суд, не усматривая в обстоятельствах дела оснований для удовлетворения исковых требований ФИО3, руководствуется следующим.

В соответствии со статьёй 390 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации приговор суда первой инстанции вступает в законную силу в день вынесения решения судом апелляционной инстанции, если он не отменяется судом апелляционной инстанции с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство либо с возвращением уголовного дела прокурору. Приговор суда апелляционной инстанции вступает в законную силу с момента его провозглашения.

В силу части 2 статьи 47 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, осужденным именуется обвиняемый, в отношении которого вынесен обвинительный приговор.

Согласно информации ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ярославской области, осужденный ФИО3 прибыл в исправительную колонию 04.07.2023 по вступлению апелляционного приговора Верховного Суда Республики Коми от 27.04.2023 в законную силу.

В связи с отменой судом кассационной инстанции 09.11.2023 апелляционного приговора от 27.04.2023, которым был отменен обвинительный приговор суда первой инстанции и постановлен новый обвинительный приговор с уменьшенным объемом обвинения (исключен квалифицирующий признак «в составе организованной группы»), но наличием обвинительного приговора суда первой инстанции ФИО3 обладал правовым статусом осужденного, оснований для освобождения ФИО3 не имелось, право на реабилитацию за ним судами не признавалось.

Из приведенных выше приговоров следует, что по последнему обвинительному апелляционному приговору ФИО3 признан виновным по аналогичным приговору суда первой инстанции статьям обвинения, наказание назначено аналогичное отмененному приговору (11 лет лишения свободы в колонии строго режима), причиной отмены явились процессуальные нарушения.

Из анализа указанных выше норм и конкретных обстоятельств дела следует, что права на компенсацию морального вреда у ФИО3 не возникло, поскольку в отношении него отсутствует оправдательный приговор.

Судебных ошибок, незаконного осуждения, влекущих право ФИО3 на возмещение морального вреда, исходя из установленных обстоятельств по делу, не допущено.

Доказательств совершения судьёй преступления, предусмотренного частью 2 статьи 305 Уголовного кодекса Российской Федерации (вынесение заведомо незаконного приговора к лишению свободы или повлекшего иные тяжкие последствия) не представлено, вступившего в законную силу приговора, подтверждающего вину судьи, не имеется.

Суждение ФИО3 о несвоевременном этапировании в СИЗО, о нахождении в исправительном учреждении в период с 09.11.2023 по 14.12.2023 без законных на то оснований ошибочно и не подтверждает его право на компенсацию морального вреда.

Часть вторая статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации устанавливает, что при необходимости участия в судебном разбирательстве осужденные могут быть по постановлению судьи переведены в следственный изолятор из исправительной колонии.

При этом данная норма процессуального закона не содержит ссылок на немедленное исполнение постановления суда.

В названном случае осужденные содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда (часть 3 статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 60 Инструкции о работе специальных отделов (групп) исправительных колоний, воспитательных колоний и лечебно-исправительных учреждений, утвержденной приказом Минюста России от 15.08.2007 № 161-дсп, должностные лица (спецотдел) вправе решать вопрос об этапировании осужденного только после получения из суда соответствующего документа, копия которого заверена надлежащим образом. В случаях получения документов, не заверенных гербовой печатью, с неясным оттиском печати или появлением других сомнений в подлинности поступившего документа, исполнение этого документа приостанавливается и принимаются меры к получению нового документа или соответствующего подтверждения из органа, вынесшего решение.

Таким образом, перевод ФИО3 из ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ярославской области в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми был возможен только при получении исправительной колонией надлежащим образом заверенной копии постановления суда об этапировании.

Как следует из материалов дела, уголовное дело поступило из суда кассационной инстанции в Верховный Суд Республики Коми 27.11.2023.

В соответствии с постановлением судьи Верховного Суда Республики Коми от 29.11.2023, направленным судом в исправительную колонию 30.11.2023 и полученным последней 07.12.2023, ФИО3 на основании статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации 14.12.2023 был этапирован в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми для содержания на время апелляционного рассмотрения.

При этом копия кассационного определения Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 09.11.2023, которым в отношении ФИО3 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, поступила в ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ярославской области 11.12.2023.

Каких-либо ссылок на немедленное исполнение постановления об этапировании данный судебный акт не содержит, отсутствуют ссылки на немедленное исполнение относительно избрания меры пресечения и в кассационном определении от 09.11.2023.

После получения копий судебных актов ФИО3 в разумный срок был этапирован в следственный изолятор.

С учетом изложенного, задержки ФИО3 при этапировании из ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ярославской области в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми, при том по вине суда, не допущено.

До получения ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ярославской области надлежащим образом заверенной копии постановления судьи Верховного Суда Республики Коми от 29.11.2023 ФИО3 обоснованно находился в исправительной колонии. Оснований для перевода ФИО3 в следственный изолятор без надлежаще оформленного судебного акта об этапировании у администрации исправительного учреждения не имелось.

В судебном заседании ФИО3 каких-либо требований к исправительному учреждению не предъявлял, указав, что задержка в его переводе в следственный изолятор 14.12.2023, а не в день отмены Третьим кассационным судом апелляционного приговора – 09.11.2023 не является следствием виновных действий должностных лиц ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ярославской области, поскольку этапирование ими производится после получения колонией копии постановления об этапировании.

Довод ФИО3 о том, что он претерпел нравственные страдания, поскольку судом ему создано препятствие в реализации прав, предусмотренных Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» при содержании в следственном изоляторе, где полагалось большее количество свиданий с родственниками и посылок, по сравнению с нормативами, предусмотренными Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации в исправительной колонии, и данной возможности он был лишен в период с 09.11.2023 по 14.12.2023, находясь в колонии, о нарушении его прав, подлежащем денежному компенсированию в порядке статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, не свидетельствует.

Так, в соответствии с частью третьей статьи 18 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ подозреваемым и обвиняемым на основании письменного разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, может быть предоставлено не более двух свиданий в месяц с родственниками и иными лицами продолжительностью до трех часов каждое.

Аналогичные нормы содержатся в пункте 170 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 04.07.2022 №110.

Пунктами 171 и 172 указанных Правил установлено, что на основании письменного разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, а в отношении осужденных - председательствующего в судебном заседании по уголовному делу или председателя суда начальник СИЗО либо лицо, его замещающее дает письменное указание о разрешении свидания.

Подозреваемым и обвиняемым разрешается получать без ограничения количества посылки, вес которых не должен превышать норм, предусмотренных почтовыми правилами, а также передачи, общим весом не более тридцати килограммов в месяц (часть 1 статьи 25 Федерального закона № 103-ФЗ).

В силу статей 38 и 40 Федерального закона № 103-ФЗ лица, содержащиеся в СИЗО, в качестве меры взыскания за нарушение правил пребывания в следственном изоляторе водворяются в карцер на срок до 15 суток. В период содержания в карцере запрещаются переписка, свидания, кроме свиданий с защитником и проведения бесед членами общественной наблюдательной комиссии с ними, а также приобретение продуктов питания и предметов первой необходимости, получение посылок и передач, пользование настольными играми, просмотр телепередач.

Таким образом, право на получение свиданий у лиц, содержащихся в СИЗО, не безусловно, зависит, в том числе от усмотрения уполномоченных должностных лиц, желания (возможностей) родственников и поведения самого осужденного (подсудимого).

Из пояснений ФИО3 следует, что в период с января по май 2024 года, находясь в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми, он регулярно помещался в карцер.

Согласно сведениям ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми, ФИО3 находился в следственном изоляторе в период с 13.01.2024 по 02.06.2024, при этом из справки о движении по камерам следует, что он водворялся в карцер с 28.02.2024 по 28.03.2024, с 08.04.2024 по 23.04.2024, с 24.04.2024 по 09.05.2024, с 15.05.2024 по 21.05.2024.

Таким образом, большую часть времени пребывания в следственном изоляторе ФИО3 в результате избранной им тактики поведения был лишен права на получение свиданий с родственниками, что свидетельствует о его незаинтересованности в том и не может быть поставлено в вину должностным лицам, следовательно, его доводы о нравственных страданиях в связи с отсутствием свиданий надуманны.

Также, согласно позиции ФИО3, письменных заявлений на предоставление свиданий с родственниками в период с 09.11.2023 по 14.12.2023 начальнику ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ярославской области он не подавал, решений об отказе в предоставлении свиданий администрацией исправительного учреждения не принималось.

В период с 13.06.2023 по 14.12.2023 ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ярославской области ФИО3 предоставлено одно свидание с супругой, получено 2 посылки, что отвечает требованиям части 1 статьи 123 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, согласно которой осужденным к лишению свободы, отбывающим наказание в обычных условиях в исправительных колониях строгого режима, разрешается иметь три свидания в течение года, получать четыре посылки или передачи в течение года.

Право на получение посылок и передач не отнесено законом к категории нематериальных благ и неимущественных прав, при нарушении которых возможно присуждение компенсации морального вреда.

При этом суд учитывает, что ФИО3, содержась в ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ярославской области, находился на полном государственном обеспечении, следовательно, был обеспечен продуктами питания, одеждой, предметами быта в той степени, которая полагается для спецконтингента для поддержания жизнедеятельности.

Доказательств претерпевания нравственных страданий в степени, превышающей неизбежных уровень лишений для лиц, содержащихся в пенитенциарных учреждениях, истцом не представлено.

При изложенных обстоятельствах основания для удовлетворения исковых требованийФИО3 о взыскании компенсации морального вреда отсутствуют.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО3 к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 050000 рублей за период с 09.11.2023 по 14.12.2023 оставить без удовлетворения.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Сысольский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 3 июля 2025 года.

Председательствующий М.Н.Таскаева