Решение по делу № 2А-951/2023 от 21.02.2023 - о признании незаконным проведенное оперативно-розыскное мероприятие, возложении обязанности вернуть изъятые документы и имущество в полном объеме, взыскании расходов по оплате государственной пошлины.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 февраля 2023 года город Иркутск

Кировский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Сучилиной А.А., при секретаре судебного заседания Краморовой Я.А.,

с участием представителя административного истца Нагибина Д.В., действующего на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ, доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, представившего удостоверение адвоката № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя административного ответчика ФИО2, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, представившего диплом о высшем юридическом образовании Иркутского государственного университета им. А.А. Жданова КВ № от ДД.ММ.ГГГГ, служебное удостоверение ОС №,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № 2а-951/2023 по административному исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Таир» к Управлению Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Иркутской области о признании незаконным проведенное оперативно-розыскное мероприятие, возложении обязанности вернуть изъятые документы и имущество в полном объеме, взыскании расходов по оплате государственной пошлины,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Таир» обратилось в Кировский районный суд г. Иркутска с административным исковым заявлением к Управлению Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Иркутской области, в котором просит восстановить срок обращения с административным исковым заявлением в суд; признать незаконным проведённое ДД.ММ.ГГГГ в отношении ООО «Таир» сотрудниками УФСБ России по Иркутской области ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств»; обязать должностных лиц УФСБ РФ по Иркутской области вернуть изъятые в ходе ОРМ документы и имущество в полном объеме; взыскать с УФСБ РФ по Иркутской области 2 000 рублей в качестве возмещения судебных расходов на оплату государственной пошлины.

Административные исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ сотрудники Управления ФСБ России по Иркутской области при участии представителей налоговых органов ФНС России по Иркутской области и г. Иркутска без предъявления соответствующего постановления и каких-либо иных документов, обосновывающих целесообразность и законность проведения в отношении ООО «Таир» (ОГРН №, ИНН №) оперативно-розыскных мероприятий, прибыли в помещение административного истца, расположенное по адресу: <адрес>, и без привлечения независимых представителей общественности провели оперативно-розыскное мероприятие «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», в ходе которого незаконно изъяли различную документацию, ЭЦП и печати административного истца, в том числе документы, содержащие, по мнению истца, коммерческую тайну, и информацию, способную нанести значительный экономический и финансовый вред не только ООО «Таир», но и различным его контрагентам, в числе которых основной государственный заказчик - ОАО «РЖД». В отношении участников или сотрудников ООО «Таир» уголовные дела не возбуждались, процессуальные проверки в порядке статей 144-145 УПК РФ не проводились, указанные лица не вызывались для дачи объяснений или показаний в качестве свидетелей или подозреваемых. Утверждает, что противозаконной, а тем более антигосударственной деятельности, административный истец не ведет и никогда не вел. Полагает, что для проведения в отношении общества оперативно-розыскных мероприятий отсутствуют цели, предусмотренные в статье 2 Федерального закона об ОРД. В отношении ООО «Таир», по мнению общества, не имеется ни одного основания для проведения оперативно-розыскных мероприятий, предусмотренных статьей 7 Федерального закона об ОРД. Несмотря на невозможность в соответствии с требованиями закона проводить в отношении общества вышеуказанное ОРМ, оно проведено, да еще и с грубыми, по мнению истца, нарушениями законодательства об оперативно-розыскной деятельности. Так, согласно абзацу 2 части 1 статьи 15 Федерального закона об ОРД в случае изъятия документов, предметов, материалов при проведении гласных оперативно-розыскных мероприятий, должностное лицо, осуществившее изъятие, составляет протокол в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, то есть протокол ОРМ должен соответствовать требованиям, которые к протоколам предъявляет УПК РФ. При проведении ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» сотрудники Управления допустили следующие нарушения. Перед тем как зашли в помещение, перед началом проведения ОРМ, не предъявили служебные удостоверения и документ, на основании которого проводится ОРМ. Служебное удостоверение было предъявлено после фактического начала проведения ОРМ и изъятия документов ООО «Таир», причем лицом, которое не записано в протокол ОРМ. Решение на проведение данного ОРМ вовсе отсутствовало. Копия распоряжения должна быть вручена под подпись гражданину либо представителю организации, по месту нахождения которой проводится ОРМ. Вместе с тем, ничего не вручено и даже не предъявлено для ознакомления. Для удостоверения факта содержания и хода проведения данного ОРМ и результатов изъятия предметов и документов должны быть привлечены с их согласия не менее двух дееспособных граждан, достигших возраста восемнадцати лет, не заинтересованных в результатах изъятия - таких незаинтересованных представителей общественности привлечено не было, была совершена попытка незаконно привлечь в качестве представителя общественности сотрудника общества ФИО1, которая обоснованно отказалась от такой роли, поскольку, будучи сотрудником ООО «Таир», у которого производится изъятие, явно является лицом, заинтересованным в результатах ОРМ. Вместо поиска других представителей общественности в протоколе была сделана отметка об отказе ФИО1 подписывать данный протокол и бирки, что, по мнению истца, не соответствует требованиям закона. Полагает, что данные действия влекут незаконность и необоснованность самого ОРМ и его протокола. В протоколе ОРМ должны быть указаны все лица, которые присутствовали при его проведении. Однако руководивший данным мероприятием старший оперуполномоченный УФСБ РФ по Иркутской области подполковник ФИО (служебное удостоверение серии ОС №), в протокол не вписан (но он есть на видеозаписи данного мероприятия, имеющейся в распоряжении ООО «Таир»). Это он единственный предъявил служебное удостоверение, иные сотрудники УФСБ РФ по Иркутской области и представители налоговых органов вовсе не представились и не предъявили свои служебные удостоверения (о них стало известно только из копии протокола ОРМ). Кроме того, по сообщению УФСБ РФ по Иркутской области ФИО не является сотрудником данного учреждения, что в еще большей степени вызывает недоумение и ставит вопросы о том, кем является данное лицо и какова его роль в данном незаконном ОРМ. К проведению данного ОРМ сотрудники ФНС России привлечены незаконно. Возможно было привлечь к ОРМ представителей ФНС России лишь по информации о совершенном или готовящемся преступлении в области налогообложения - в отношении общества нет ни процессуальной проверки, ни, тем более, уголовного дела не только в сфере налогообложения, но и в других. Сотрудники Управления должны были провести гласное ОРМ в полном соответствии с требованиями УПК РФ, однако требования УПК РФ, как уже было указано выше, не были соблюдены. По мнению истца, перечисленные нарушения закона явно свидетельствуют о том, что данное ОРМ проведено незаконно и необоснованно, его результаты являются ничтожными, они не могут установленным порядком быть представлены органам дознания, следствия, прокурору и в суд, а значит, все незаконно изъятое подлежит незамедлительному возвращению обществу. Указанными действиями сотрудники УФСБ РФ по Иркутской области, проводившие ОРМ в отношении ООО «Таир», существенно нарушили права и законные интересы данной организации, а также, возможно, интересы Российской Федерации. В ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия было изъято большое количество документов финансово-хозяйственной деятельности ООО «Таир» в оригиналах. В нарушение требований части 1 статьи 15 Федерального закона об ОРД до настоящего времени все оригиналы документов не возвращены, а копии всего изъятого не изготовлены и не переданы обществу. При изъятии документов возможность их копирования административному истцу не предоставлялась. Таким образом, незаконные действия сотрудников УФСБ России по Иркутской области привели к нарушению прав и гарантий ООО «Таир», предоставленных Федеральным законом об ОРД и УПК РФ, а также к воспрепятствованию нормальной хозяйственной деятельности ООО «Таир», которую невозможно вести без незаконно изъятого у ООО «Таир» имущества и документов. ДД.ММ.ГГГГ представитель ООО «Таир» адвокат Нагибин Д.В. лично прибыл в УФСБ РФ по Иркутской области, сообщил о совершенных в отношении ООО «Таир» нарушениях закона, а также попытался передать обосновывающие документы, которые не были приняты с указанием о необходимости их отправки почтой. ДД.ММ.ГГГГ представителем ООО «Таир» адвокатом Нагибиным Д.В. начальнику УФСБ России по Иркутской области по почте в порядке подчинённости направлено заявление о возращении оригиналов документов или выдаче копий документов, изъятых в ходе ОРМ, а также сообщение о допущенных нарушениях закона. Ответ на заявление был получен ДД.ММ.ГГГГ. Должностные лица УФСБ России по Иркутской области указали, что информация о нарушении федерального законодательства сотрудниками Управления своего подтверждения не нашла. Подача настоящего административного искового заявления по истечении трех месяцев с ДД.ММ.ГГГГ вызвана тем, что ДД.ММ.ГГГГ ООО «Таир» в лице представителя адвоката Нагибина Д.В. уже подавало в Кировский районный суд г. Иркутска аналогичное по своему содержанию административное исковое заявление, однако административное исковое заявление было возвращено судом определением от ДД.ММ.ГГГГ. Копию определения представитель административного истца получил ДД.ММ.ГГГГ.

Представитель административного истца Общества с ограниченной ответственностью «Таир» - адвокат Нагибин Д.В. в судебном заседании на удовлетворении заявленных административных исковых требований настаивал по доводам и основаниям, изложенным в административном исковом заявлении.

Представитель административного ответчика Управления Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Иркутской области ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения заявленных административных исковых требований возражал, поддержав доводы письменных возражений на административное исковое заявление.

Выслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы административного дела, представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

Согласно части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее по тексту - КАС РФ) гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В силу требований части 8 статьи 226 КАС РФ при проверке законности решения, действия (бездействия) суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении о признании незаконными решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, и выясняет обстоятельства, указанные в частях 9 и 10 настоящей статьи, в полном объеме.

Судом установлено и следует из материалов административного дела, что на основании рапорта начальника отделения УФСБ России по Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ, содержащего сведения о признаках совершенного противоправного деяния, к которому могут быть причастны сотрудники ООО «Таир», должностными лицами УФСБ с привлечением специалистов в сфере налоговых правоотношений, являющихся сотрудниками УФНС, ДД.ММ.ГГГГ в отношении ООО «Таир» по адресу: <адрес>, проведено гласное оперативно-розыскное мероприятие «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», о чем составлен протокол, в котором нашли отражение ход и результаты этого мероприятия, отражены сведения обо всех сотрудниках УФСБ, принимавших участие в проведении указанного оперативно-розыскного мероприятии.

Поскольку на момент рассмотрения настоящего административного дела сведения о возбуждении по результатам оперативно-розыскного мероприятия в отношении ООО «Таир» уголовного дела отсутствуют, заявленные требования подлежат рассмотрению в порядке административного судопроизводства.

Проведение оперативно-розыскных мероприятий регулируется Федеральным законом от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее по тексту – Федеральный закон об ОРД), из статьи 1 которого следует, что оперативно-розыскная деятельность - вид деятельности, осуществляемой гласно и негласно оперативными подразделениями государственных органов, уполномоченных на то настоящим Федеральным законом, в пределах их полномочий посредством проведения оперативно-розыскных мероприятий в целях защиты жизни, здоровья, прав и свобод человека и гражданина, собственности, обеспечения безопасности общества и государства от преступных посягательств.

Названный Федеральный закон также закрепляет систему гарантий законности при проведении оперативно-розыскных мероприятий.

Задачами оперативно-розыскной деятельности являются выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, а также выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших; добывание информации о событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу государственной, военной, экономической, информационной или экологической безопасности Российской Федерации (статья 2 Федерального закона об ОРД).

Оперативно-розыскная деятельность основывается на конституционных принципах законности, уважения и соблюдения прав и свобод человека и гражданина, а также на принципах конспирации, сочетания гласных и негласных методов и средств (статья 3 Федерального закона об ОРД).

Правовой статус и назначение органов Федеральной службы безопасности определены в Федеральном законе от 3 апреля 1995 года № 40-ФЗ «О федеральной службе безопасности», из статьи 1 которого следует, что федеральная служба безопасности - единая централизованная система органов федеральной службы безопасности, осуществляющая решение в пределах своих полномочий задач по обеспечению безопасности Российской Федерации.

В статье 2 Федерального закона от 3 апреля 1995 года № 40-ФЗ «О федеральной службе безопасности» предусмотрено, что к органам федеральной службы безопасности относятся управления (отделы) федерального органа исполнительной власти в области обеспечения безопасности по отдельным регионам и субъектам Российской Федерации (территориальные органы безопасности).

Согласно пункту «г» статьи 12 Федерального закона от 3 апреля 1995 года № 40-ФЗ «О федеральной службе безопасности» органы федеральной службы безопасности обязаны выявлять, предупреждать, пресекать и раскрывать преступления, дознание и предварительное следствие по которым отнесены законодательством Российской Федерации к ведению органов федеральной службы безопасности.

В силу требований подпункта «б» пункта 1 статьи 13 Федерального закона от 03.04.1995 № 40-ФЗ «О федеральной службе безопасности» органы федеральной службы безопасности имеют право проводить оперативно-розыскные мероприятия по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию шпионажа, организованной преступности, коррупции, незаконного оборота оружия и наркотических средств, контрабанды, представляющих угрозу безопасности Российской Федерации, и преступлений, дознание и предварительное следствие по которым отнесены законодательством Российской Федерации к ведению органов федеральной службы безопасности, а также по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию деятельности незаконных вооруженных формирований, преступных групп, отдельных лиц и общественных объединений, ставящих своей целью насильственное изменение конституционного строя Российской Федерации, и в иных случаях, предусмотренных федеральным законом.

В статье 13 Федерального закона об ОРД предусмотрено, что на территории Российской Федерации право осуществлять оперативно-розыскную деятельность предоставляется, в том числе, оперативным подразделениям органов федеральной службы безопасности.

Согласно пункту 10 Приказа ФСБ России от 18 сентября 2008 года № 464 «Об утверждении Регламента Федеральной службы безопасности Российской Федерации» руководители, начальники подразделений ФСБ России в соответствии с полномочиями, определенными в Регламенте, положениях о подразделениях ФСБ России, а также на основании поручений вышестоящих должностных лиц ФСБ России, в том числе осуществляют непосредственное руководство подразделением ФСБ России, несут персональную ответственность за выполнение возложенных на подразделение ФСБ России основных задач и функций, а также за состояние исполнительской дисциплины (подпункт а); взаимодействуют (в том числе ведут переписку) со структурными подразделениями других государственных органов и организациями (подпункт в); обеспечивают в установленном порядке подготовку проектов правовых актов и других документов (подпункт г); распределяют обязанности между своими заместителями, а также определяют должностные обязанности непосредственно подчиненных должностных лиц (подпункт ж).

Проанализировав вышеприведенные положения закона, суд приходит к выводу о том, что УФСБ России по Иркутской области является уполномоченным органом на осуществление оперативно-розыскной деятельности, в связи с чем, оперативно-розыскное мероприятие в отношении ООО «Таир» проведено уполномоченным органом.

Основанием для проведения оперативно-розыскных мероприятий являются ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела; событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу государственной, военной, экономической, информационной или экологической безопасности Российской Федерации (подпункты 1, 2 пункта 1 статьи 7 Федерального закона об ОРД).

В подпункте 8 пункта 1 статьи 6 Федерального закона об ОРД предусмотрено, что при осуществлении оперативно-розыскной деятельности могут проводиться оперативно-розыскные мероприятия, связанные с обследованием помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств.

В статье 8 Федерального закона об ОРД предусмотрены оперативно-розыскные мероприятия, проводимые только на основании постановления, утвержденного руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность: проверочная закупка, контролируемая поставка, оперативный эксперимент, оперативное внедрение, к которым обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств не относится.

Как следует из материалов административного дела, по результатам проведенного ДД.ММ.ГГГГ гласного оперативно-розыскного мероприятия составлен протокол обследования помещений, задний, сооружений, участков местности и транспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому обследование служебных помещений, занимаемых ООО «Таир» по адресу: <адрес>, проведено оперуполномоченным УФСБ России по Иркутской области в соответствии со статьями 6-8, 13-15 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и статьями 10, 12, 13 Федерального закона от 3 апреля 1995 года № 40-ФЗ «О федеральной службе безопасности». Протокол также содержит сведения о документах, изъятых в ходе проведения обследования, подписан должностными лицами, проводившими обследование и представителями ООО «Таир».

При этом сам протокол от ДД.ММ.ГГГГ прав административного истца не нарушает, не возлагает на него какие-либо обязанности, а лишь фиксирует действия должностных лиц при проведении оперативно-розыскного мероприятия.

Доводы административного истца о том, что сотрудники налогового органа были незаконно привлечены к проведению оперативно-розыскного мероприятия, являются несостоятельными.

В данном случае должностные лица налогового органа были привлечены к участию в проведении оперативно-розыскного мероприятия на основании части 5 статьи 6 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», согласно которой должностные лица органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, решают ее задачи посредством личного участия в организации и проведении оперативно-розыскных мероприятий, используя помощь должностных лиц и специалистов, обладающих научными, техническими и иными специальными знаниями.

Согласно части 1 статьи 15 Федерального закона об ОРД если при проведении гласных оперативно-розыскных мероприятий изымаются документы и (или) электронные носители информации, то изготавливаются копии документов, которые заверяются должностным лицом, изъявшим документы, и (или) по ходатайству законного владельца изъятых электронных носителей информации или обладателя содержащейся на них информации информация, содержащаяся на изъятых электронных носителях, копируется на другие электронные носители информации, предоставленные законным владельцем изъятых электронных носителей информации или обладателем содержащейся на них информации. Копии документов и (или) электронные носители информации, содержащие копии изъятой информации, передаются лицу, у которого были изъяты эти документы, и (или) законному владельцу изъятых электронных носителей информации или обладателю содержащейся на них информации, о чем делается запись в протоколе. В случае, если при проведении гласных оперативно-розыскных мероприятий невозможно изготовить копии документов и (или) скопировать информацию с электронных носителей информации или передать их одновременно с изъятием документов и (или) электронных носителей информации, указанное должностное лицо передает заверенные копии документов и (или) электронные носители информации, содержащие копии изъятой информации, лицу, у которого были изъяты эти документы, и (или) законному владельцу изъятых электронных носителей информации или обладателю содержащейся на них информации в течение пяти дней после изъятия, о чем делается запись в протоколе. В случае, если по истечении пяти дней после изъятия документов заверенные копии документов не были переданы лицу, у которого изъяты документы, заверенные копии документов в течение трех дней должны быть направлены по почте заказным почтовым отправлением, о чем делается запись в протоколе с указанием номера почтового отправления. При копировании документов и (или) информации, содержащейся на изымаемых электронных носителях информации, должны обеспечиваться условия, исключающие возможность утраты или изменения документов и (или) информации. Не допускается копирование документов и (или) информации, содержащейся на изымаемых электронных носителях информации, если это может воспрепятствовать осуществлению оперативно-розыскной деятельности.

Названный Федеральный закон не содержит требований об участии в проведении оперативно-розыскных мероприятий понятых.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 28 декабря 2021 года № 2699-0 разъяснил, что согласно Федеральному закону «Об оперативно-розыскной деятельности» право осуществлять оперативно-розыскную деятельность предоставляется оперативным подразделениям органов, указанных в его статье 13, должностные лица которых решают задачи этой деятельности посредством личного участия в организации и проведении оперативно-розыскных мероприятий, используя помощь должностных лиц и специалистов, обладающих научными, техническими и иными специальными знаниями, а также отдельных граждан с их согласия на гласной и негласной основе (часть 5 статьи 6). Данный Федеральный закон не предусматривает участия в оперативно-розыскных мероприятиях понятых - не заинтересованных в исходе уголовного дела лиц, которые привлекаются для проведения отдельных следственных действий, направленных на собирание доказательств в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законом.

Требование о том, что в случае изъятия документов, предметов, материалов при проведении гласных оперативно-розыскных мероприятий должностное лицо, осуществившее изъятие, составляет протокол в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, направлено на удостоверение факта, хода и результатов производства оперативно-розыскного мероприятия, а не следственного действия.

Поскольку уголовно-процессуальный закон не имеет предметом регулирования основания и порядок проведения оперативно-розыскного мероприятия, а его участники, как правило, не обладают уголовно-процессуальным статусом участника уголовного судопроизводства, содержание протокола оперативно-розыскного мероприятия, включая перечень участвующих в нем лиц, определяется ходом и результатом проведенного мероприятия в соответствии с нормативными правовыми актами, регламентирующими оперативно-розыскную деятельность.

При таких обстоятельствах должностным лицом, производившим в ООО «Таир» изъятие документов и предметов при проведении оперативно-розыскного мероприятия, правомерно составлен протокол в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в котором указаны участвующие лица, имеются их подписи о разъяснении им прав, замечаний о не предъявлении служебных удостоверений данный протокол не содержит.

Поскольку при проведении оперативно-розыскного мероприятия ДД.ММ.ГГГГ изготовить копии с изъятых документов не представилось возможным, они были направлены в адрес ООО «Таир» (<адрес>) ДД.ММ.ГГГГ заказным почтовым отправлением, что подтверждается представленными в материалы административного дела сопроводительным письмом «О направлении копий документов», отчетами об отслеживании отправления с почтовым идентификатором №, сформированными официальным сайтом Почты России.

Ходатайств о копировании информации с изъятых электронных носителей информации на другие электронные носители информации, предоставленные законным владельцем или обладателем информации, в адрес УФСБ России по Иркутской области не поступало, что представителем административного истца не оспаривается.

При таких обстоятельствах доводы представителя административного истца о допущенных должностными лицами УФСБ России по Иркутской области нарушениях при проведении в ООО «Таир» оперативно-розыскного мероприятия, выразившихся в отсутствии оснований для его проведения (постановления, распоряжения), не предъявлении служебных удостоверений, не привлечении к участию понятых, не изготовлении копий, суд находит не состоятельными, противоречащими фактическим обстоятельствам дела.

Исследованная в ходе судебного разбирательства по делу видеозапись, представленная стороной административного истца, подтверждает, что сотрудники УФСБ России по Иркутской области, указанные в протоколе оперативно-розыскного мероприятия, прибыли в офис ООО «Таир», предъявили служебное удостоверение и проводили некие мероприятия.

При этом данная видеозапись не отражает сути проведенного мероприятия, а потому, вопреки доводам представителя административного истца, не может свидетельствовать о незаконности проведенного оперативно-розыскного мероприятия.

Вопреки доводам административного истца, гласное оперативно-розыскное мероприятие в ООО «Таир» проведено при наличии на то оснований и для достижения целей, предусмотренных Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», уполномоченными должностными лицами органа государственной безопасности.

Действия должностных лиц УФСБ России по Иркутской области осуществлены в пределах предоставленных полномочий при наличии на то оснований, предусмотренных законом, с соблюдением порядка, установленного действующим законодательством.

Иные доводы административного истца, изложенные в административном исковом заявлении и озвученные в ходе судебного разбирательства по делу, не принимаются судом во внимание, поскольку основаны на неверном, субъективном толковании положений норм материального права, регулирующего спорные правоотношения.

Судебной защите в силу положений статьи 3 КАС РФ подлежат нарушенные или оспариваемые права и законные интересы юридических лиц в сфере административных и иных публичных правоотношений.

В силу требований части 11 статьи 226 КАС РФ обязанность доказывания обстоятельств нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца, срока обращения в суд возлагается на лицо, обратившееся в суд.

Указывая на нарушение своих прав, именно административный истец должен доказать наличие такого права и факт его нарушения.

Между тем, соответствующих доказательств, отвечающих принципам относимости, допустимости и достоверности, стороной истца в материалы административного дела не представлено. Нарушений прав и законных интересов административного истца, а также препятствий к их осуществлению судом не установлено.

Принимая во внимание, что оперативно-розыскное мероприятие «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» проведено с соблюдением порядка, уполномоченными должностными лицами, в пределах их компетенции, совокупности оснований, предусмотренных статьей 227 КАС РФ, для признания незаконным проведенного ДД.ММ.ГГГГ в отношении ООО «Таир» сотрудниками УФСБ России по Иркутской области оперативно-розыскного мероприятия «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», у суда не имеется, а потому административное исковое требование в данной части удовлетворению не подлежит.

Поскольку судом отказано в удовлетворении основного административного искового требования, отсутствуют правовые основания для возложения на должностных лиц УФСБ России по Иркутской области обязанности возвратить изъятые в ходе оперативно-розыскного мероприятия принадлежащие ООО «Таир» документы и имущество в полном объеме, а также для взыскания с административного ответчика в пользу административного истца судебных расходов по уплате государственной пошлины в сумме 2 000 рублей.

В силу требований части 1 статьи 219 КАС РФ, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Разрешая вопрос о соблюдении административным истцом срока на обращение в суд с настоящим административным исковым заявлением, суд учитывает, что оспариваемое оперативно-розыскное мероприятие было проведено ДД.ММ.ГГГГ. Впервые в Кировский районный суд г. Иркутска с административным исковым заявлением истец обратился ДД.ММ.ГГГГ посредством его направления почтовой связью, иск поступил в суд ДД.ММ.ГГГГ, однако определением Кировского районного суда г. Иркутска от ДД.ММ.ГГГГ административное исковое заявление было возвращено заявителю. С настоящим административным исковым заявлением ООО «Таир» обратилось в суд ДД.ММ.ГГГГ посредством его направления почтовой связью, о чем свидетельствует штемпель почтового отделения на конверте, в связи с чем, срок на подачу административного иска, предусмотренный статьей 219 КАС РФ, ООО «Таир» соблюден. При таких обстоятельствах правовых и фактических оснований для восстановления процессуального срока на обращение в суд с административным исковым заявлением не имеется, а потому заявленное ООО «Таир» ходатайство о восстановлении срока обращения с административным исковым заявлением в суд удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

административные исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Таир» к Управлению Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Иркутской области о признании незаконным проведенное ДД.ММ.ГГГГ в отношении ООО «Таир» сотрудниками УФСБ России по Иркутской области ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», обязании должностных лиц УФСБ РФ по Иркутской области вернуть изъятые в ходе ОРМ документы и имущество в полном объеме, взыскании с УФСБ РФ по Иркутской области 2 000 рублей в качестве возмещения судебных расходов на оплату государственной пошлины – оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Кировский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий А.А. Сучилина

Решение в окончательной форме принято 12.05.2023.