Решение в окончательном виде изготовлено 15.12.2022

№ ******

№ ******

Решение

Именем Российской Федерации

01 декабря 2022 года Октябрьский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Обуховой В.В.,

при секретаре ФИО3,

с участием представителя административного истца ФИО5,

представителя административного ответчика ФИО6,

представителя заинтересованного лица Свердловского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации – ФИО7,

заинтересованного лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску общества с ограниченной ответственностью «Гефест-Сталь» к Государственной инспекции труда в <адрес>, государственному инспектору труда Государственной инспекции труда в <адрес> ФИО1 о признании предписания в части незаконным,

Установил:

ООО «Гефест-Сталь» обратилось с названным выше административным исковым заявлением. В обоснование указано, что предписанием административного ответчика № ****** от ДД.ММ.ГГГГ обществу предписано в срок до ДД.ММ.ГГГГ устранить нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов – вывести из эксплуатации Станок автоматизированной линии для изготовления обечаек SteelLine, год изготовления 2015, инвентарный номер: № ****** до получения на данное оборудование соответствующего паспорта, сертификата соответствия и декларации соответствия. Предписание вручено истцу ДД.ММ.ГГГГ. Административный истец не согласен с вынесенным предписанием, считает его незаконным ввиду следующего. Ссылки инспектора на пп.6,7,9 ст.8, п.44 Приложения № ****** к ТР № ****** не имеют отношение к рассматриваемому оборудованию. На указанный станок имеются документы, подтверждающие его соответствие стандартам безопасности – сертификат соответствия Директиве 2006/42/ЕС, о чем имеется маркировка на самом станке, сертификат соответствия № № ****** ТР 1230366 от ДД.ММ.ГГГГ. По смыслу Решения комиссии Таможенного Союза № ****** от ДД.ММ.ГГГГ сертификацию соответствия проводит производить оборудования при ввозе в страну, повторная сертификация пользователем оборудования не предусмотрена. Станок ввезен в страну в 2013 году, приобретен обществом в 2015 году и уже находилось в эксплуатации до настоящего момента. Кроме того, предписание не отвечает требованиям исполнимости, поскольку не содержит указания на конкретные мероприятия по устранению допущенных нарушений, что исключает возможность установления изложенных в нем требований положениям законодательства. Кроме того, остановка оборудования приводит к остановке производства цепочки продукции, останавливается работа целого участка одного из градообразующих предприятий небольшого города. Ввиду превышения финансовых затрат по исполнению предписания над пользой, полученной от его исполнения, предписание не может быть признано исполнимым. На основании изложенного, просит суд признать незаконным предписание № ****** от ДД.ММ.ГГГГ в части вывода из эксплуатации Станок автоматизированной линии для изготовления обечаек SteelLine, год изготовления 2015, инвентарный номер: № ******.

Судом к участию в деле привлечены в качестве административного ответчика государственный инспектор труда Государственной инспекции труда в <адрес> ФИО1, в качестве заинтересованных лиц Свердловское региональное отделение Фонда социального страхования России, ФИО4

Представитель административного истца ФИО5 в судебном заседании требования административного иска поддержала в полном объеме по изложенным в нем доводам. Дополнительно пояснила, что требования в части получения паспорта оборудования незаконно, поскольку на данное оборудование паспорта не имеется. Комплектность оборудования устанавливается разработчиком, который наличие паспорта не предусмотрел. При осуществлении идентификации опасной деятельности, указывается техническая документация, сертификаты соответствия, в рамках специальной оценки труда паспорт не исследуется. Указанным административным ответчиком ГОСТ, содержит лишь общие требования, а не обязательные для всех видов оборудования, итоговую комплектацию определяет разработчик. Все необходимые документы, подтверждающие соответствие оборудования требованиям безопасности, у административного истца имеются, представлены суду. Само предписание не исполнимо.

Представитель административного ответчика Государственной инспекции труда в <адрес> ФИО6 в судебном заседании требования административного иска не признала, просила в удовлетворении отказать. Представила отзыв на административный иск, в рамках которого, указано, что государственным инспектором труда ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проводилось дополнительное расследование тяжелого несчастного случая, происшедшего ДД.ММ.ГГГГ со сварщиком на машинах контактной сварки ФИО4 на территории ООО «Гефест-Сталь», который квалифицирован как несчастный случай на производстве. ФИО4 получил травму вследствие отсутствия защитных устройств при эксплуатации станка автоматизированной линии для изготовления обечаек, не исключения контакта работника с движущимися частями оборудования. Дополнительное расследование было проведено, так как в адрес инспекции поступил судебный запрос, из которого стало известно об ухудшении здоровья ФИО4 После завершения дополнительного расследования указанного несчастного случая работодателем составлен акт Н-1, должностным лицом Государственной инспекции труда было выдано спорное предписание. Пункты 1,2 данного предписания работодателем исполнены. Во время дополнительного расследования инспектором были запрошены паспорт и сертификат на оборудование, однако ООО «Гефест-Сталь» указанные документы не предоставило. Спорное оборудование (станок) эксплуатируется без соответствующего паспорта на оборудование, сертификата или декларации соответствия, что является нарушением п.6-9 ст.8, в.44 Технического регламента (ТР № ******). По завершении дополнительного расследования в рамках исполнения п.3 предписания административным истцом были предоставлены: руководство по эксплуатации и техобслуживанию № ****** от ДД.ММ.ГГГГ, которое не соответствует ГОСТ 2.610-2006 и не является паспортном на оборудование, сертификат соответствия № № ******, который отсутствует в едином реестре сертификатов соответствия и декларации о соответствии. В 2016 году срок действия сертификат окончен. Паспорт оборудования является документом идентифицирующим конкретное оборудование. Без него оборудование не может быть введено в эксплуатацию. Таким образом, у административного истца отсутствовали необходимые документы, указанные в предписании, само же предписание является законным.

Административный ответчик государственный инспектор труда Государственной инспекции труда в <адрес> ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте которого извещена надлежащим образом. Ранее в судебном заседании просила в удовлетворении административного иска отказать, поскольку предписание является законным и обоснованным.

Представитель заинтересованного лица Свердловского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации – ФИО7 в судебном заседания административные исковые требования поддержала, просила их удовлетворить. Суду пояснила, что оснований для проведения дополнительной проверки не имелось. ФИО4 сразу был открыт больничный лист. Изменения тяжести травмы или заболевания основанием для проведения дополнительной проверки не является. Поддерживала доводы административного истца о том, что все документы на спорный станок у общества имеются, они поступили от изготовителя, другого пакета документов быть не может, паспорт оборудования в данном случае не нужен.

Заинтересованное лицо ФИО4 в судебном заседании вопрос о разрешении заявленных административных исковых требований оставил на усмотрение суда.

Заслушав пояснения сторон, исследовав материалы административного дела, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Исходя из содержания пункта 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации решение, действия (бездействие) могут быть признаны незаконными при наличии одновременно двух условий: несоответствия решения, действий (бездействия) закону и нарушения таким решением, действиями (бездействием) прав и законных интересов заявителя.

В силу ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; выполнение предписаний должностных лиц федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, других федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, и рассмотрение представлений органов профсоюзного контроля за соблюдением трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права, в установленные сроки, принятие мер по результатам их рассмотрения.

Как следует из материалов дела, в соответствии с трудовым договором № ****** от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 принят на работу сварщиком контактной сварки в ООО «Гефест-Сталь». Место работы определено по адресу: <адрес>.

Согласно дополнительному соглашению от ДД.ММ.ГГГГ, класс условий труда установлен 3.2 - вредные.

Из акта о несчастном случае на производстве следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 20.30 часов на участке изготовления трубы в цехе металлообработки ООО «Гефест-Сталь» произошел несчастный случай со сварщиком на машинах контактной сварки ФИО4 при следующих обстоятельствах. ФИО4, выполняя работу в ночную смену, заметил, что при резке карточек замятие металла, после чего он подошел к линии резки, снял защитный кожух с протяжного вала и надавил рукой на движущееся металлическое полотно. Правую руку ФИО4 затянуло под вал. На крик последнего подбежал другой сотрудник ФИО8 и нажал кнопку аварийной остановки. После чего был разобран, отключен станок, снят защитный кожух с правильных валов, расслаблен протяжной прорезиненный вал и освобождена кисть руки ФИО4 ФИО4 оказана первая медицинская помощь, его доставили в больницу.

Как не оспаривалось лицами, участвующими в деле, несчастный случай на производстве со сварщиком на машинах контактной сварки ФИО4 произошел в рабочее время на территории работодателя, при исполнении ими обязанностей, обусловленных трудовым договором, при обслуживании станка автоматизированной линии для изготовления обечаек SteelLine, год изготовления 2015, инвентарный номер: № ******.

Согласно медицинскому заключению от ДД.ММ.ГГГГ в результате несчастного случая на производстве травма полученная ФИО4 относится к категории легких. ******

Согласно справке о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 проходил лечение с период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по поводу перелома II-III пястной кости правой кисти, нейропатии выраженной п/травматической срединного нерва справа на уровне кисти, сенсорной нейропатии поверхностного лучевого нерва справа. ФИО4 установлена III группа инвалидности.

В силу ст. 229 Трудового кодекса Российской Федерации при расследовании несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили тяжелые повреждения здоровья, либо несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом в состав комиссии также включаются государственный инспектор труда, представители органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области охраны труда или органа местного самоуправления (по согласованию), представитель территориального объединения организаций профсоюзов, а при расследовании указанных несчастных случаев с застрахованными - представители исполнительного органа страховщика по месту регистрации работодателя в качестве страхователя. Комиссию возглавляет, как правило, должностное лицо территориального органа федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на проведение федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права.

В соответствии со ст. 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации государственный инспектор труда при получении сведений, объективно свидетельствующих о нарушении порядка расследования, проводит дополнительное расследование несчастного случая в соответствии с требованиями настоящей главы независимо от срока давности несчастного случая. Дополнительное расследование проводится, как правило, с привлечением профсоюзного инспектора труда, а при необходимости - представителей соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, и исполнительного органа страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя). По результатам дополнительного расследования государственный инспектор труда составляет заключение о несчастном случае на производстве и выдает предписание, обязательное для выполнения работодателем (его представителем).

Распоряжением Государственной инспекции труда в <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № ******-№ ****** на ФИО1 возложено проведение дополнительного расследования несчастного случая, произошедшего в ООО «Гефест-Сталь» в связи с получением извещения Туринского районного суда <адрес> № ****** от ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ ООО «Гефест Сталь» в адрес ГИТ направлено извещение о тяжелом несчастном случае в отношении ФИО4

Решением государственного инспектора Государственной инспекции труда в <адрес> ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ срок проведения дополнительной проверки продлен до ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ государственным инспектором Государственной инспекции труда в <адрес> ФИО1 подготовлено заключение по тяжелому несчастному случаю. Согласно указанному заключению, причинами, вызвавшими несчастный случай явились: отсутствие ограждения или защитных устройств при эксплуатации станка автоматизированной линии для изготовления обечаек – не исключение контакта работника с движущимися частями оборудования, что не исключило последующее травмирование пострадавшего, а также неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии на предприятии технической документации на эксплуатацию оборудования, локальных актов работодателя, устанавливающих порядок и требования безопасного выполнения работ, что не позволило предусмотреть безопасные методы и приемы выполнения данных работ и фактически реализовать.

ДД.ММ.ГГГГ государственным инспектором Государственной инспекции труда в <адрес> ФИО1 выдано ООО «Гефест-Сталь» оспариваемое предписание № ******

Проверяя порядок проведения дополнительного расследования несчастного случая на производстве, а также оценивая доводы представителя административного истца и представителя заинтересованного лица – ФСС о том, что оснований к тому не имелось, суд исходит из того, что в силу прямого указания закона при расследовании несчастного случая, в результате которого пострадавший получил тяжелые повреждения, в комиссию включается государственный инспектор труда. В настоящем случае при проведения расследования несчастного случая работодателем ДД.ММ.ГГГГ государственный инспектор труда включен не был ввиду установления степени тяжести вреда – легкая. Однако впоследствии, ввиду получения информации из извещения Туринского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, а также извещения ООО «Гефест Сталь» о тяжелом несчастном случае, ГИТ стало известно об ухудшении состояния здоровья пострадавшего и об установлении тяжелой степени вреда, что по мнению суда свидетельствует о нарушении порядка расследования и дает основания для проведения дополнительного расследования несчастного случая.

Проверяя законность оспариваемого предписания, суд исходит из того, что в соответствии со ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Административным истцом оспаривается пункт 3 указанного предписания, согласно которому ООО «Гефест-Сталь» предписано до ДД.ММ.ГГГГ – вывести из эксплуатации Станок автоматизированной линии для изготовления обечаек SteelLine, год изготовления 2015, инвентарный номер: № ****** до получения на данное оборудование соответствующего паспорта, сертификата соответствия и декларации соответствия. В соответствии с п.п.6,7,9 ст.8, п.44 Положения № ****** Технического регламента Таможенного союза «О безопасности машин и оборудования» ТР № ******, ст. 214, 213.1 Трудового Кодекса РФ.

Согласно Акту № ****** от ДД.ММ.ГГГГ станок автоматизированной линии для изготовления обечаек SteelLine введен в эксплуатацию в ООО «Гефест-Сталь» с ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со ст. 213.1 Трудового кодекса Российской Федерации машины, механизмы и другое производственное оборудование, транспортные средства, технологические процессы, материалы и химические вещества, средства индивидуальной и коллективной защиты работников, в том числе иностранного производства, должны соответствовать государственным нормативным требованиям охраны труда и иметь обязательное подтверждение соответствия в случаях, установленных законодательством Российской Федерации о техническом регулировании.

Решением Комиссии Таможенного союза от 18.10.2011 N 823 принят Технический регламент Таможенного союза. О безопасности машин и оборудования" (ТР ТС 010/2011), который вступил в силу с 15.02.2013 года.

Настоящий технический регламент распространяется на машины и (или) оборудование, выпускаемое в обращении на единой таможенной территории Таможенного союза (п.1 ст.1 Технического регламента (ТР ТС 010/2011)).

Согласно ст.3 Технического регламента (ТР ТС 010/2011), машины и (или) оборудование выпускаются в обращение на рынке при их соответствии настоящему техническому регламенту, а также другим техническим регламентам Таможенного союза, ЕврАзЭС, действие которых на них распространяется, и при условии, что они прошли процедуры подтверждения соответствия, установленные настоящим техническим регламентом, а также другими техническим регламентам Таможенного союза, ЕврАзЭС, действие которых на них распространяется.

Машины и (или) оборудование, выпускаемые в обращение на единой таможенной территории Таможенного союза, подлежат оценке соответствия требованиям настоящего технического регламента, которая проводится в форме подтверждения соответствия и в форме государственного контроля (надзора) (ст.7).

Согласно п.2 ст.8 Технического регламента (ТР ТС 010/2011) подтверждение соответствия машин и (или) оборудования требованиям настоящего технического регламента осуществляется в форме:

- сертификации аккредитованным органом по сертификации (оценке (подтверждению) соответствия), включенным в Единый реестр органов по сертификации и испытательных лабораторий (центров) Таможенного союза;

- декларирования соответствия на основании собственных доказательств и (или) полученных с участием органа по сертификации или аккредитованной испытательной лаборатории (центра), включенных в Единый реестр органов по сертификации и испытательных лабораторий (центров) Таможенного.

Станки металлообрабатывающие относятся к объектам технического регулирования, подлежащих подтверждению соответствия требованиям технического регламента Таможенного союза "О безопасности машин и оборудования" в форме декларирования соответствия (п.4 ст.8, Приложение № 3 к Техническому регламенту).

В силу п. 6 ст.8 Технического регламента (ТР ТС 010/2011) декларация о соответствии или сертификат соответствия является единственным документом, подтверждающим соответствие машины и (или) оборудования требованиям настоящего технического регламента.

При этом, сведения о декларации о соответствии или о сертификате соответствия должны быть указаны в паспорте машины и (или) оборудования (п.8 ст.8).

Согласно п.7 ст.8 Технического регламента (ТР ТС 010/2011) декларация о соответствии и сертификат соответствия имеют равную юридическую силу и действуют на единой таможенной территории Таможенного союза в отношении машин и (или) оборудования, выпускаемых в обращение на единой таможенной территории Таможенного союза во время действия декларации о соответствии или сертификата соответствия, и применительно к каждой единице (машине и (или) оборудованию), в течение ее срока службы.

Судом установлено, что в отношении оборудования – станки металлообрабатывающие: автоматическая линия для производства заготовок труб модели SteelLine 1000.5, SteelLine 1000.76, SteelLine 1000.78 изготовителя «Sintra Automation srl» выдана декларация о соответствии требованиям ТР № ******: № ******. Сроком действия с даты регистрации - ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Сведений о том, что спорное оборудование проходило декларирование соответствия в более поздний период, материалы дела не содержат, административным истцом не представлено. Судом таких обстоятельств не установлено.

Доводы административного истца о том, что оборудование было изготовлено в 2013 году противоречит материалам дела и содержанию самого административного иска, в котором также указывается дата изготовления спорного станка: 2015 год.

С учетом изложенного, указанный административным истцом сертификат соответствия № № ****** от ДД.ММ.ГГГГ не может подтверждать соответствие спорного оборудования требованиям безопасности.

При этом, согласно п.3.2 Решения Комиссии Таможенного союза от 18.10.2011 N 823 Документы об оценке (подтверждении) соответствия обязательным требованиям, установленным нормативными правовыми актами Таможенного союза или законодательством государства - члена Таможенного союза, выданные или принятые в отношении продукции, являющейся объектом технического регулирования Технического регламента (далее - продукция) до дня вступления в силу Технического регламента, действительны до окончания срока их действия, но не позднее 15 марта 2015 года. Указанные документы, выданные или принятые до дня официального опубликования настоящего Решения, действительны до окончания срока их действия.

Указанный сертификат № № ****** от ДД.ММ.ГГГГ имел срок действия с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, соответственно даже с учетом указанного пункта Решения Комиссии Таможенного союза от ДД.ММ.ГГГГ N 823, он был действителен лишь до ДД.ММ.ГГГГ.

При данных обстоятельствах, поскольку срок действия декларации о соответствии от ДД.ММ.ГГГГ истек ДД.ММ.ГГГГ, то на момент вынесения спорного предписания в отношении спорного оборудования отсутствовала действующая декларация о соответствии. Административным истцом соответствующих доказательств наличия в отношении оборудования действующей декларации о соответствии не представлено ни в ходе проведения дополнительного расследования, ни при рассмотрении настоящего спора.

Кроме того, как указано ранее сведения о декларации о соответствии или о сертификате соответствия должны быть указаны в паспорте машины и (или) оборудования, который в данном случае отсутствует. Доводы административного истца о незаконности предписания в части необходимости получения соответствующего паспорта на оборудование со ссылками на п. 5.2 ГОСТ 2.601-201, ввиду наличия эксплуатационного документа – руководства по эксплуатации и техническому обслуживанию, судом отклоняются, поскольку из названного руководства невозможно с достоверностью определить его принадлежность тому или иному оборудованию. Иной подход не позволит достоверно установить проверку, сертификацию либо декларирование на соответствие требованиям безопасности конкретного оборудования и как следствие не сможет являться гарантией безопасности работников на производстве. Административным истцом представлено руководство по эксплуатации, которое не соответствует истребованному судом у производителя, имеет рукописные дописки, расхождения в части модели оборудования, в связи с чем представленное руководство нельзя признать достаточным для идентификации спорного оборудования.

Каких-либо существенных нарушений при составлении заключения и предписания государственным инспектором труда, влекущих безусловное признание предписания незаконным судом не установлено.

Каких-либо оснований считать оспариваемое предписание неисполнимым судом не установлено, вопреки доводам административного истца обязанности административным ответчикам указывать конкретный способ устранения выявленных нарушений законодательство не содержит.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что оспариваемые заключение и предписание составлены административными ответчиками в соответствии с требованиями закона, при наличии установленных положениями ст.227, 229.3, 230 Трудового кодекса Российской Федерации оснований и, как следствие, не могут расцениваться как нарушающие права административного истца, в связи с чем в удовлетворении административных исковых требований суд отказывает.

Кроме того, согласно ч. 8 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

Как следует из материалов дела, копии оспариваемых документов получены представителем юридического лица ДД.ММ.ГГГГ, с настоящим иском административный истец обратился ДД.ММ.ГГГГ, то есть по истечении установленного ч. 2 ст. 357 Трудового кодекса Российской Федерации 10-дневного срока с момента их получения.

Достаточных оснований для восстановления указанного срока суд не находит.

Сам же факт допущения административным истцом, являющимся юридическим лицом, имеющим штатного юриста, ошибки относительно суда, которому подсудно рассмотрение административного иска, достаточным основанием для восстановления срока не является.

При таких обстоятельствах суд находит самостоятельным основанием к отказу в иске пропуск административным истцом установленного срока, оснований для восстановления которого суд не усматривает.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

Решил:

Административные исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Гефест-Сталь» к Государственной инспекции труда в <адрес>, государственному инспектору труда Государственной инспекции труда в <адрес> ФИО1 о признании предписания в части незаконным оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательном виде путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд <адрес>.

Председательствующий В.В. Обухова