Решение по делу № 2А-2168/2023 от 20.02.2023

66RS0001-01-2023-000106-33 дело № 2а-2168/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 февраля 2023 года город Екатеринбург

Верх-Исетский районный суд города Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Никитиной Л.С., при секретаре Халиловой К.Д.,

с участием административного истца ФИО1, представителя административных ответчиков Федеральной службы исполнения наказаний России, Федерального казенного учреждения СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО2, представителя административного ответчика ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания под стражей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, отбывающий наказание в виде лишения свободы, обратился в суд с административным исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области (далее- ФКУ СИЗО-1), в котором заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ СИЗО-1 в размере 25 000 рублей.

В обоснование требований указано, что в период с 12.01.2013 по настоящее время ФИО1 содержится под стражей. По прибытии в ФКУ СИЗО-1 ФИО1 был помещен в карантинную камеру №, где находилось 4 спальных места, санузел, стол, подставка под бак для воды. При этом общая площадь камеры не превышала 20 кв.м. С 13.01.2013 по 28.01.2013 в камере содержалось более 15 человек, что превышало количество спальных мест. Первые четыре дня с 13.01.2013 по 17.01.2013 ФИО1 не выдали одеяло, мотивируя их отсутствием в учреждении, что повлекло заболевание ОРВИ. Лекарственные препараты были предоставлены только при переводе в обычную камеру. С 28.01.2013 ФИО1 был переведен в камеру №, площадью 17 кв.м., где содержалось 20 человек на 8 спальных мест, что нарушало право на 8- часовой сон, поскольку спать приходилось на полу по очереди. В камере содержался с курящими людьми, хотя сам ФИО1 не курит. Кроме того, ФИО1 поступил в следственный изолятор с травмой руки, ему необходима была операция, которую он получил позднее, после чего, не работает левая рука. Указанные обстоятельства причиняли нравственные страдания административному истцу, в связи с чем, он просит взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей.

Определением судьи от 13.01.2023 к участию в деле в качестве административного ответчика привлечено ФКУЗ МСЧ 66 ФСИН России, определением судьи от 20.01.2023 к участию в деле в качестве административного ответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний России (далее- ФСИН России).

Административный истец ФИО1, опрошенный с использованием системы видеоконференц-связи, в судебном заседании настаивал на удовлетворении административного иска в полном объеме по изложенным в нем предмету и основаниям. Оспариваемый период содержания в ФКУ СИЗО-1 с указанными нарушениями указал с января 2013 года до 22.02.2015.

Представитель административных ответчиков ФСИН России и ФКУ СИЗО-1- ФИО2, действующая на основании доверенностей, в судебном заседании просила отказать в удовлетворении административного искового заявления в полном объеме в связи с отсутствием предусмотренных законом оснований.

Представитель административного ответчика ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании просила отказать в удовлетворении административного искового заявления в полном объеме по доводам, изложенным в письменных возражениях. Указала, что в оспариваемый в административном иске период ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России еще не было образовано.

Суд, изучив материалы дела, заслушав участвующих в деле лиц, приходит к следующим выводам.

В силу статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Поскольку по делу заявлено требование о присуждении компенсации морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, то в силу вышеприведенных положений закона надлежащим ответчиком по настоящему делу будет являться Федеральная служба исполнения наказаний, как главный распорядитель федерального бюджета по ведомственной принадлежности.

В Российской Федерации в силу ст. 17 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст. 21 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации).

Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

В силу ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу положений ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

Как следует из ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Принимая решение о заключении обвиняемых под стражу в качестве меры пресечения, о продлении сроков содержания их под стражей, разрешая жалобы обвиняемых на незаконные действия должностных лиц органов предварительного расследования, суды должны учитывать необходимость соблюдения прав лиц, содержащихся под стражей, предусмотренных статьями 3, 5, 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 N 5"О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к "бесчеловечному обращению" относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Материалами дела подтверждается, что приговором Красногорского районного суда г. Каменск-Уральского Свердловской области от 10.07.2014 ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных статьями ч.1 ст. 30, п. «г» ч. 3 ст. 228.1, п. «а» ч.3 ст. 228.1 УК РФ, назначено наказание в виде 11 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Приговор вступил в законную силу 15.01.2015

Из представленных документов следует, что 17.01.2013 ФИО1 прибыл в ФКУ СИЗО-1, откуда убыл 01.03.2013 в распоряжение ИВС г. Каменск-Уральский Свердловской области. 04.03.2013 прибыл в ФКУ СИЗО-1 из ИВС г. Каменск- Уральский Свердловской области. 23.05.2013 убыл в распоряжение ОБ при ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по Свердловской области на лечение. 06.06.2013 прибыл в ФКУ СИЗО-1 из ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по Свердловской области (возврат с лечения). 03.11.2013 убыл в распоряжение ПФРСИ при ФКУ ИК-47 ГУФСИН России по Свердловской области. 02.12.2013 прибыл в ФКУ СИЗО-1 из ФКУ ИК-47 ГУФСИН России по Свердловской области. 02.03.2014 убыл в распоряжение ПФРСИ при ФКУ ИК-47 ГУФСИН России по Свердловской области.

21.07.2014 прибыл в ФКУ СИЗО-1 из ПФРСИ при ФКУ ИК-47 ГУФСИН России по Свердловской области. 05.09.2014 убыл в распоряжение ИВС г. Каменск-Уральский Свердловской области. 24.09.2014 прибыл в ФКУ СИЗО-1 из ИВС г. Каменск-Уральский Свердловской области. 22.02.2015 убыл в распоряжение ФКУ ИК-47 ГУФСИН России по Свердловской области.

В административном иске <ФИО>3 указывает на ненадлежащие условия его содержания в камерах ФКУ СИЗО-1 с ДД.ММ.ГГГГ (не соблюдение нормы санитарной площади, отсутствие индивидуального спального места). В судебном заседании административный истец указал, что оспариваемый период содержания в ФКУ СИЗО-1 закончился ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно сведениям, предоставленным отделом режима и надзора ФКУ СИЗО-1, <ФИО>3 содержался в следующих камерных помещениях:

№ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, площадь камеры составляет 19,1 кв.м., 4 спальных места;

№ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, площадь камеры составляет 33,4 кв.м., 16 спальных мест;

№ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, площадь камеры составляет 4,3 кв.м., 2 спальных места;

№ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, площадь камеры составляет 32,2 кв.м., 14 спальных мест;

№ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, площадь камеры составляет 30,3 кв.м., 14 спальных мест. В данной камере содержалось от 14 до 30 человек, соответственно, в указанный период времени санитарная площадь на одного человека не соблюдалась;

№ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, площадь камеры составляет 16,7 кв.м., 4 спальных места. В данной камере содержалось от 1 до 3 человек, за исключением периода с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (содержалось 6 человек), соответственно, санитарная площадь на одного человека не соблюдалась в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ;

№ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, площадь камеры составляет 33,1 кв.м., 10 спальных места. В данной камере содержалось от 23 до 26 человек, соответственно, санитарная площадь на одного человека не соблюдалась;

№ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, площадь камеры составляет 32 кв.м., 14 спальных места. В данной камере содержалось от 15 до 39 человек, соответственно, санитарная площадь на одного человека не соблюдалась;

№ в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, площадь камеры составляет 31,6 кв.м., 12 спальных места. В данной камере содержалось от 25 до 27 человек, соответственно, санитарная площадь на одного человека не соблюдалась;

В ходе судебного заседания представитель административных ответчиков указала, что установить количество лиц, содержащихся до ДД.ММ.ГГГГ в камерных помещениях, не представляется возможным ввиду уничтожения учетной документации.

Таким образом, с учетом анализа представленных стороной административного ответчика ФКУ СИЗО-1 книг количественных проверок суд признает установленным факт нарушения права административного истца на надлежащее материально-бытовое обеспечение в ФКУ СИЗО-1 в части нарушения нормы санитарной площади в камерах на одного человека в периоды с 21.07.2014 по 05.09.2014, с 26.09.2014 по 22.02.2015. Указанные обстоятельства, в любом случае, способствовали претерпеванию страданий данным лицом, заключенным в следственный изолятор. В связи с чем, суд полагает обоснованными и доводы административного истца об отсутствии индивидуального спального места в связи с большим количеством заключенных в камерах в указанные выше периоды.

Согласно правовой позиции Европейского суда по правам человека, изложенной в постановлении от 6 октября 2015 года "Дело Сергеев против Российской Федерации" (жалоба N 41090/05), производство по жалобам на нарушения Конвенции не во всех случаях характеризуется неуклонным применением принципа "доказывание возлагается на утверждающего", так как в некоторых случаях только государство-ответчик имеет доступ к информации, подтверждающей или опровергающей жалобы заявителя. Не предоставление государством-ответчиком данной информации без убедительного объяснения причин подобного поведения может привести к выводу об обоснованности показаний заявителя.

Суд учитывает, что на момент рассмотрения дела документы, подтверждающие либо опровергающие заявленные административным истцом ненадлежащие условия содержания за период до 02.03.2014, уничтожены по истечении срока их хранения, в связи с чем, установить количество содержащихся в камере лиц в указанный период содержания административного истца в ФКУ СИЗО-1 не представляется возможным. В связи с изложенным, доказательств, подтверждающих доводы административного истца о ненадлежащих условиях содержания в период с 17.01.2013 по 02.03.2014, в силу независящих от действий ответчиков причин, добыто не было, поскольку с административным исковым заявлением административный истец обратился в суд в январе 2023 года, в то время как из ФКУ СИЗО-1 убыл 22.02.2015.

Административным истцом в свою очередь в обоснование нарушений условий содержания, кроме как общих фраз, иных доказательств не приведено, доводы административного истца о ненадлежащих условиях содержания также не подтверждены. В оспариваемый период содержания в ФКУ СИЗО-1 административный истец с жалобами к администрации, либо в иные органы не обращался. В связи с чем, суд отказывает в удовлетворении требований административного истца о взыскании компенсации морального вреда в результате не соблюдения нормы санитарной площади в ФКУ СИЗО-1 в период с 17.01.2013 по 02.03.2014.

В административном иске ФИО1 указывал на тот факт, что в период с 13 по 17 января 2013 года ему не было выдано одеяло, что повлекло заболевание ОРВИ.

В соответствии со статьей 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин).

Однако материалы дела не содержат относимых и допустимых доказательств, подтверждающих факт выдачи одеяла ФИО1 в январе 2013 года. Вместе с тем, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований о взыскании компенсации морального вреда в данной части, поскольку отсутствуют доказательства нарушения прав административного истца действиями (бездействием) административных ответчиков, причинно-следственной связи между оспариваемыми действиями (бездействием) и причиненными ему страданиями. Административным истцом не было представлено в суд достаточных и допустимых доказательств в обоснование заявленных требований, то есть административным истцом не доказан факт причинения морального вреда (физических страданий) в результате умышленных действий ответчика. Ссылки на заболевание ОРВИ в результате не выдачи одеяла не нашли своего объективного подтверждения в материалах дела, поскольку в медицинской карте отсутствуют сведения об обращениях ФИО1 за медицинской помощью в 2013 году в связи с заболеванием ОРВИ.

В силу положений ч. 1 ст. 33 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих.

Таким образом, помещение курящих лиц в отдельные камеры производится при наличии возможности, а не безусловно, что не дает оснований для вывода о нарушении условий содержания в следственном изоляторе и причинении административному истцу вреда в результате незаконных действий администрации учреждения.

Суд отмечает, что административный истец не представил доказательств нарушения его прав администрацией ФКУ СИЗО-1, а также то, что курение иных лиц рядом с ним имело место в определенный промежуток времени и против его воли. В связи с чем, в данной части требований суд также отказывает.

Доводы административного истца о ненадлежащем оказании медицинской помощи также не нашли своего объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28.12.2017 N 285 утвержден Порядок организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы (далее - Порядок).

Согласно пункту 2 Порядка оказание медицинской помощи осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН России, и СИЗО УИС, подчиненных непосредственно ФСИН России, а при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС - в иных медицинских организациях государственной и муниципальной системы здравоохранения.

В соответствии с пунктом 31 Порядка в период содержания осужденного в учреждении УИС осуществляется динамическое наблюдение за состоянием его здоровья, включающее ежегодное лабораторное исследование (общий анализ крови, мочи), осмотр врача-терапевта (врача общей практики) или фельдшера, которые проводятся один раз в год, а также флюорографию легких или рентгенографию органов грудной клетки (легких), которые проводятся не реже одного раза в шесть месяцев.

Медицинские осмотры и диспансерное наблюдение осужденных осуществляются в соответствии с законодательством Российской Федерации в сфере охраны здоровья (пункт 32 Порядка). Медицинская помощь в амбулаторных условиях осужденным оказывается в соответствии с режимом работы медицинской части (здравпункта) по предварительной записи (пункт 33 Порядка).

Согласно статье 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

В ходе судебного заседания представитель административного ответчика ФКУЗ МСЧ 66 ФСИН России указала, что из медицинских документов следует, что в 2012 году ФИО1 попал в ДТП, проходил лечение в стационаре с 27.08.2012 по 07.09.2012 с диагнозом: «закрытая черепно-мозговая травма, рваная неспецефическая рана левого плеча и левого предплечья». 07.09.2012 ФИО1 был выписан в удовлетворительном состоянии. Из копии медицинской карты следует, что 18.02.2013 в ФКУ СИЗО-1 ФИО1 был осмотрен врачом- травматологом, жалоб не предъявлял. 23.05.2013 ФИО1 убыл в распоряжение Областной больницы при ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по Свердловской области на лечение, где 24.06.2013 ему была проведена операция по удалению инородного тела из левого плеча, 24.06.2013 выписан в удовлетворительном состоянии. В конце октября 2013 ФИО1 был осмотрен неврологом. 03.11.2014 был осмотрен врачом- терапевтом, состояние удовлетворительное, указано на трудоспособность после консультации хирурга. В дальнейшем был осмотрен хирургом и предъявлял жалобы на артроз, движение сохранено, установлено, что рубцы на плече чистые, ФИО1 признан трудоспособным.

В связи с чем, доводы административного истца о том, что ему несвоевременно была проведена операция на руке в 2013 году, являются несостоятельными, поскольку опровергаются медицинской документацией, из которой следует, что операция была проведена 24.06.2013 при наличии соответствующих жалоб. Каких-либо относимых и допустимых доказательств, подтверждающих тот факт, что ФИО1 с января 2013 года предъявлял жалобы на боли в левой руке, материалы дела не содержат. Из справки начальника канцелярии ФКУ СИЗО-1 следует, что в период с 17.01.2013 по 22.02.2015 ФИО1 с жалобами и заявлениями не обращался. Кроме того, из приложенной к административному иску медицинской справки от 10.08.2022 следует, что ФИО1 трудоспособен без тяжелого физического труда, что также подтверждает позицию административных ответчиков, что медицинская помощь в 2013 году ФИО1 была оказана своевременно и в полном объеме. Какие-либо документы о наличии у административного истца инвалидности отсутствуют, данный факт не оспаривался и самим административным истцом.

Таким образом, судом установлен факт не соблюдения нормы санитарной площади на 1 человека при содержании административного ситца в ФКУ СИЗО-1 в период с 21.07.2014 по 05.09.2014, с 26.09.2014 по 22.02.2015.

При определении размера денежной компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень страданий административного истца, длительность его нахождения в ФКУ СИЗО-1 с 21.07.2014 по 05.09.2014, с 26.09.2014 по 22.02.2015 с установленными судом нарушениями (не соблюдение нормы санитарной площади, отсутствие индивидуального спального места), учитывая требования разумности и справедливости, состояние здоровья и возраст административного истца, отсутствие наступления негативных последствий с учетом того, что содержанию под стражей неизбежно присущ элемент страдания и трудностей, суд полагает возможным определить компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в следственном изоляторе в размере 10 000 рублей. Суд полагает, что данный размер компенсации будет отвечать требованиям пропорциональности, справедливости и соразмерности, поскольку заявленный административным истцом размер компенсации суд полагает чрезмерно завышенным.

В связи с чем, суд частично удовлетворяет административный иск ФИО1

Руководствуясь статьями ст. 175 – 180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

административный иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в следственном изоляторе в размере 10 000 рублей.

Решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в следственном изоляторе подлежит немедленному исполнению.

В удовлетворении остальной части административного иска- отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Верх-Исетский районный суд города Екатеринбурга.

Мотивированное решение суда составлено 03.03.2023

Судья: