Решение по делу № 2-3198/2024 от 23.06.2025 - о взыскании премии, компенсации морального вреда, судебных расходов, возложении обязанности уплатить налог, произвести отчисления.

Дело №

УИД №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

<адрес> 23 мая 2025 г.

Индустриальный районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Костаревой Л.М.,

при секретаре Шубиной А.О.,

с участием представителя истца ФИО1 по доверенности,

представителя ответчика АО «Дюрэй» и третьего лица ООО «Дюрэй Инжиниринг» ФИО2 по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к АО «Дюрэй» о взыскании премии, компенсации морального вреда, судебных расходов, возложении обязанности уплатить налог, произвести отчисления,

установил:

ФИО3 обратился в суд с иском о взыскании с АО «Дюрэй» задолженности в виде невыплаченной по трудовому договору премии.

В обоснование указал, что с ДД.ММ.ГГГГ работал в должности руководителя направление по энергосервисным контрактам ООО «ТД Дюрэй», одновременно представляя интересы на рынке светотехнической продукции в должности руководителя направления по энергосервисным контрактам в аффилированных компаниях АО «Дюрэй». С ДД.ММ.ГГГГ был переведен на должность директора ООО «ТД «Дюрэй», а ДД.ММ.ГГГГ ему было предложено перейти на работу в АО «Дюрэй» на должность коммерческого директора, продолжая представлять коммерческие интересы на рынке светотехнической продукции в должности коммерческого директора в аффилированной компании ООО «Дюрэй Инжиниринг». В ДД.ММ.ГГГГ. генеральным директором была предложена единая система премирования ФИО3 во всех аффилированных компаниях (ООО «ТД «Дюрэй», АО «Дюрэй», ООО «Дюрэй Инжиниринг»), которая была пролонгирована и подтверждена позднее служебной запиской, из которой следует: установить коммерческому директору ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ систему премирования от чистой прибыли АО «Дюрэй» и ООО «Дюрэй Инжиниринг», ежемесячной коммерческой деятельности компании 4 процента, при реализации личных проектов ФИО3 в размере 10 процентов. Начисления считать постоянными и применять, начиная с ДД.ММ.ГГГГ года. Исходя из указанной служебной записки размер не выплаченной премии по АО «Дюрэй» по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет: ДД.ММ.ГГГГ год от чистой прибыли составляет 1 500 000 руб., за ДД.ММ.ГГГГ год от чистой прибыли – 1 400 000 руб., за ДД.ММ.ГГГГ год от чистой прибыли - 550000 руб.; размер не выплаченной премии по ООО «Дюрэй Инжиниринг» по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет: за ДД.ММ.ГГГГ год от чистой прибыли – 4 700 000 руб., за ДД.ММ.ГГГГ год от чистой прибыли – 800 000 руб. Размер премии рассчитывается из исполнения ФИО3 следующих контрактов: Проект Энергосервисный контракт в <адрес>, договор № от ДД.ММ.ГГГГ, сумма остатка, по недовыплаченной премии составляет 339620 руб.; проект Энергосервисный контракт в <адрес>, договор № от ДД.ММ.ГГГГ, сумма остатка, по недовыплаченной премии составляет 201815 руб.; проект освещение в <адрес>, договор поставки светотехнической продукции № от ДД.ММ.ГГГГ, сумма остатка, по недовыплаченной премии составляет 1 600 000 руб.; проект архитектурной подсветки здании в <адрес>, договора № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ и других договоров, заключённых с компанией АО «Эр-Телеком Холдинг», предусматривающих выполнение архитектурной подсветки фасадов здании на <адрес>, Комсомольском проспекте. Сумма остатка не выплаченной премии составляет 10 871 936 рублей. В настоящее время работодатель обязательства по выплате премии ФИО3 не исполнил. На основании изложенного истец просил взыскать с АО «Дюрэй» задолженность в виде невыплаченной по трудовому договору премии в размере 21 963 371 руб., судебные расходы – 500 000 руб.

Истцом уточнены требования в части взыскания судебных расходов, с учетом уточнения истец просит взыскать в его пользу расходы по оплате услуг представителя в размере 180 000 руб., почтовые расходы 945 руб.

ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ истцом в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации уточнены исковые требования (л.д. 1-3 том 3), с учетом уточнения истец просит: взыскать с АО «Дюрэй» в пользу ФИО3 невыплаченную премию в размере 3 572 860,79 руб.; возложить обязанность на АО «Дюрэй» (ОГРН № ИНН №)» исчислить, удержать и перечислить в бюджет с суммы взысканной премии ФИО3 налог на доходы физических лиц, произвести начисления страховых взносов в соответствии с действующим законодательством РФ, расходы отнести на АО «Дюрэй»; взыскать с АО «Дюрэй» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100 000 (Сто тысяч) рублей.

В обоснование уточненных исковых требований указано, что проведенная по делу судебная почерковедческая экспертиза подтвердила, что служебные записки о премировании коммерческого директора ФИО3 написаны директором ФИО4, что является доказательством законности требования невыплаченной премии от АО «Дюрэй». Наличие исследуемых служебных записок свидетельствует о том, что у ответчика предложения о премировании формировались в виде служебных записок с указанием величины премирования по каждому работнику. Таким образом, генеральный директор принял решение о начислении премии ФИО3 через подписание служебной записки, содержащей алгоритм начисления премиальной выплаты. Истец принимался на работу в АО «Дюрэй» на условиях установленной заработной платы в виде оклада 80 000 рублей, а также премии, которая в трудовом договоре не отражалась ответчиком, как и любая, выплачиваемая сотрудникам «в конверте», с целью сокращения затрат на оплату налогов. Именно поэтому и договоренность между генеральным директором ФИО4 и истцом была зафиксирована не приказом (официально), а служебной запиской, так как размер заработной платы 80 000 рублей ничтожно мал, по сравнению с заработной платой, предлагаемой по рынку вакансий по должности коммерческого директора в <адрес> для производственной компании. На других условиях истец и не стал бы заключать трудовой договор и работать в АО «Дюрэй». В период с ДД.ММ.ГГГГ года премия ответчиком истцу начислялась и выплачивалась наличными (неофициально), как и всем остальным сотрудникам. Положение об оплате труда работников от ДД.ММ.ГГГГ не актуализировано, наименование организации не соответствует действительности, изменена организационно-правовая форма, прошло более 11 лет, ссылка на него не состоятельна, оно не актуально, в Положении не отражена передача акций АО «Дюрэй» работникам в виде поощрения, как указал ранее представитель ответчика в судебном заседании. Ответчик, а именно генеральный директор ФИО4 самостоятельно избрал способ выплаты премии по служебной записке и неофициально: наличными через бухгалтера ФИО10 (ранее фамилия ФИО5) и самостоятельно. Ответчик сам нарушал закон, производя выплаты наличными, без издания соответствующего приказа. И отношения по выплате премии с прибыли по проектам и с прибыли предприятия носили длящийся характер, они уже были начаты фактически ответчиком и продолжались, именно поэтому истец и заявил о требовании выплатить премию, поскольку генеральный директор каждый раз указывал разные даты по выплате премии, переносил срок, поэтому ранее истец не обращался в суд, полагал, что генеральный директор исполнит обещания по сроку выплаты премии, поскольку ранее выплата производилась по показателям, при анализе совместно с главным бухгалтером. Ответчиком не предоставлены документы, подтверждающие выплату премии ФИО3, отраженной в служебных записках, а сам истец сомневается, что денежные средства, полученные наличными, выплачены от АО «Дюрэй». Генеральный директор ФИО4 также являлся директором ООО «Дюрэй Инжиниринг», истец также работал в ООО «Дюрэй Инжиниринг», судом принят к рассмотрению иск к ООО «Дюрэй Инжиниринг» о признании отношений трудовыми и выплате премии. В случае отсутствия доказательств несения расходов ответчика на выплату премии истцу, считает, что такая выплата не может быть учтена при вынесении решения судом.

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Дюрэй Инжиниринг».

Истец в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании настаивал на удовлетворении иска, в том числе по доводам письменных пояснений (л.д.160-189 том 2, 108-110, 111-112 том 6).

Представитель истца в судебном заседании настаивает на удовлетворении иска с учетом уточнения исковых требований.

Представитель ответчика и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Дюрэй Инжиниринг» в судебном заседании возражает относительно заявленных исковых требований, в том числе по доводам письменных возражений (л.д. 126-127 том 1, л.д. 97-99 том 2), из которых следует, что оснований для выплаты премии в заявленном размере не имеется, так как Порядок, начисление и выплата премий работникам АО «Дюрэй» устанавливается в трудовых договорах с каждым конкретным работником, Положении об оплате труда работников от ДД.ММ.ГГГГ и в индивидуальных Приказах генерального директора о поощрении работника; применительно к работнику ФИО3 в соответствии с п. 4.2. Трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3, выплата премий и вознаграждений Работнику производится в порядке, установленном в Положении о премировании, с которым работник ознакомлен при подписании трудового договора. В соответствии с п. 1.2. Положения об оплате труда работников от ДД.ММ.ГГГГ, премии выплачиваются в зависимости от условий, предусмотренных трудовым договором и настоящим Положением. В соответствии с п.1.3. Положения об оплате труда работников от ДД.ММ.ГГГГ, премия рассчитывается и выплачивается в соответствии с Положением о премировании, утвержденном на предприятии. Отдельное Положение о премировании на предприятии не утверждено, поощрение осуществляется решением генерального директора, оформленного соответствующим индивидуальным Приказом. Таким образом, применительно к ФИО3 трудовым договором не предусмотрено каких-либо изъятий и отступлений от общих правил - обязанность выплачивать гарантированную премию отсутствует. Премирование ФИО3 осуществляется по общим правилам - на усмотрение работодателя путем оформления соответствующих индивидуальных приказов. Имеющиеся в деле расчеты и процессуальная позиция Истца противоречит содержанию указанных служебных записок, а именно истец в уточненном расчете невыплаченной премии от ДД.ММ.ГГГГ указывает на две составляющие премии: 4 % от чистой прибыли АО «Дюрэй» за ДД.ММ.ГГГГ г.; ДД.ММ.ГГГГ года; 10 % от чистой прибыли реализованных личных (закрепленных генеральным директором устно) проектов АО «Дюрэй». В части составляющей № Расчета (4 % от чистой прибыли) истец самовольно трактует понятие «чистая прибыль», которое положено в основу Расчета, цифровые значения взяты Истцом произвольно - вне связи с реальной бухгалтерской отчетностью (Отчетом о финансовых результатах). Так в своем Расчете Истец «Чистую прибыль» получает путем вычитания из показателя «Объем реализации» показателя «Себестоимость материала». Указанное грубым образом противоречит Федеральному стандарту бухгалтерского учета, утвержденному Приказом Минфина России от ДД.ММ.ГГГГ N 15 7н. Таким образом, надлежащим и законным документом, отражающим финансовый результат деятельности компании, является Отчет о финансовых результатах - показатель «Совокупный финансовый результат» (строка 2500). При осуществлении расчетов истец берет произвольные ничем не подтвержденные цифровые показатели, именуя их некими «реальным финансовым положением». Бухгалтерская отчетность АО «Дюрэй» проходит обязательный ежегодный аудит, которым подтверждена достоверность бухгалтерской отчетности за спорный период. Выводы аудита представлены в материалы дела. Также отсутствие каких-либо нарушений в вопросе реальности отражения финансовых операций подтверждено выводами ФНС РФ по результатам обращения ФИО3 с заявлением о проведении проверки АО «Дюрэй». Соответственно, единственным возможным источником определения размера чистой прибыли АО «Дюрэй», от которого возможен расчет премии в 4 %, является Отчет о финансовых результатах АО «Дюрэй» за соответствующий год. Расчет ФИО3 не может быть признан относимым, так как цифровые показатели в нем взяты «с потолка» и вне связи с реальной деятельностью компании. Период ДД.ММ.ГГГГ г. не может быть включен в расчет, в служебной записке № №б/н от ДД.ММ.ГГГГ установлен твердый размер премии в 1 400 000 рублей за период январь-сентябрь ДД.ММ.ГГГГ <адрес> самостоятельно подтверждает факт выплат премии за указанный период. Во второй служебной записке установлено начисление премии с ДД.ММ.ГГГГ Соответственно, начисление премии за ДД.ММ.ГГГГ год в размере 4% от чистой прибыли необоснованно применительно к содержанию текста обеих служебных записок. 4 % от чистой прибыли АО «Дюрэй» за период ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ года составляет 647 680 рублей. В части 10% от личных проектов требования основаны на служебной записке № б/н без даты, содержанием которой четко и однозначно, без допущения возможности двоякого толкования, установлено, что выплата премии в 10 % от проектов возможна при соблюдении совокупности следующих условий: проект должен быть инициирован не ранее ДД.ММ.ГГГГ; премия выплачивается только за те проекты, которые инициированы ФИО3; для выплаты премии в каждом конкретном случае необходимо дополнительное письменное согласование. Оснований для выплаты премии 10 % от реализации личных проектов не имеется, поскольку отсутствует последующее письменное согласование выплаты премии, описанные в расчете проекты инициированы до ДД.ММ.ГГГГ, соответственно, не могут быть основанием начисления премии, инициированы не ФИО3 Все описанные в расчете проекты структурно были организованы следующим образом: Договор заключен между Заказчиком и ООО «Дюрэй Инжиниринг» (Исполнитель), по условиям которого Исполнитель обеспечивает поставку, монтаж и последующее техническое сопровождение светодиодной продукции. Между ООО «Дюрэй Инжиниринг» и ООО «Дюрэй» заключен договор на поставку продукции, которая в последующем будет использоваться для реализации проекта с Заказчиком. Таким образом, применительно к предмету настоящего спора, и учитывая, что Ответчиком (работодателем) является АО «Дюрэй», оценке (на предмет роли ФИО3 в вопросе инициирования) подлежат договоры, заключенные именно с АО «Дюрэй». Таким образом, во всех указанных проектах АО «Дюрэй» являлся звеном в цепочке контрактов и осуществлял поставку своей продукции в пользу ООО «Дюрэй Инжиниринг». Объективным является то, что ФИО3 никаких действий по инициированию данных контрактов между юридическими лицами, входящими в одну группу Дюрэй, не осуществлял и не мог осуществить, так как между указанными лицами договор был заключен еще в ДД.ММ.ГГГГ году и являлся базовым для обеспечения взаимодействия между компаниями группы, а все представленные истцом в материалы дела документы о его участии в проектах являются к свидетельством его работы уже по обеспечению исполнения контрактов - указанные действия являются непосредственным трудовым функционалом ФИО3 как коммерческого директора, за которые ему выплачивался оклад.

Выслушав представителя истца, представителя ответчика и третьего лица, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В числе основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений, согласно статье 2 Трудового кодекса Российской Федерации, - равенство прав и возможностей работников, установление государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей, осуществление государственного контроля (надзора) за их соблюдением, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту, обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В силу части 1 статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации (запрещение дискриминации в сфере труда) каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

По общему правилу, установленному статьей 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В соответствии с абз. 5 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации к обязательным условиям, подлежащим включению в трудовой договор, отнесены условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты).

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник при приеме на работу принимает на себя обязательства, в том числе добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзац второй части 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

При этом в силу статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Согласно статье 132 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Запрещается какая бы то ни было дискриминация при установлении и изменении условий оплаты труда.

Согласно части первой статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть вторая статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью первой статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).

Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине. За особые трудовые заслуги перед обществом и государством работники могут быть представлены к государственным наградам (часть вторая статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации).

По смыслу вышеприведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи, заработная плата работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и устанавливается трудовым договором в соответствии с действующей у работодателя системой оплаты труда. При этом системы оплаты труда и системы премирования определяются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и должны соответствовать трудовому законодательству и иным нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права. Система оплаты труда может включать помимо фиксированного размера оплаты труда (оклад, тарифные ставки), доплат и надбавок компенсационного характера, доплаты и надбавки стимулирующего характера, к числу которых относится премия, что предполагает определение ее размера, условий и периодичности выплаты (премирования) в коллективных договорах, соглашениях, локальных нормативных актах и иных нормативных актах, содержащих нормы трудового права, то есть премия, которая входит в систему оплаты труда и начисляется регулярно за выполнение заранее оговоренных работодателем показателей, является гарантированной выплатой, и работник имеет право требовать ее выплаты.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из материалов дела следует, что на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ принят на работу на должность коммерческого директора с окладом в размере 70 000 руб., с ним заключен трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 78, 83-87 том 1).

На основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 переведен на должность коммерческого директора с окла<адрес> 000 руб. (л.д. 79).

Согласно дополнительному соглашению от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ, п. 4.1. изложен в следующей редакции: «За выполнение трудовых обязанностей, предусмотренных настоящим трудовым договором, Работнику устанавливается: должностной оклад в размере 80 000,00 (Восемьдесят тысяч рублей) 00 коп. в месяц; надбавка в размере 15% к должностному окладу (районный коэффициент) ежемесячно» (л.д. 77 том 1).

Согласно должностной инструкции, утвержденной директором ФИО4 (л.д. 80-83 том 1), коммерческий директор выполняет следующие должностные обязанности: организует руководство материально-техническим снабжением предприятия, деятельностью по хранению, транспортировке и сбыту продукции; составляет стратегические и оперативные планы по экономической и производственной деятельности предприятия; разрабатывает мероприятия по расширению рынков сбыта и увеличению объемов продаж; контролирует исполнение разработанных планов не только по предприятию в целом, но также и по отдельным подразделениям и отделам; координирует разработку нормативов и стандартов материально-технического обеспечения (запасов материально-технических ресурсов), стандартов качества продукции (товаров, услуг), хранения готовой продукции (товаров), нормативов запасов готовой продукции (товаров); дает рекомендации и консультации специалистам предприятия по финансовому планированию, сбыту продаже; контролирует их работу; осуществляет своевременное составление отчетных документов и соответствующих расчетов по сбыту готовой продукции (продаже товаров); осуществляет контроль за финансовыми и экономическими показателями деятельности предприятия (расходованием финансовых средств с целью принятия управленческих решений; проводит переговоры от имени предприятия с контрагентами предприятия по хозяйственным и финансовым сделкам, заключает от имени предприятия хозяйственные и финансовые договоры, обеспечивает выполнение договорных обязательств; участвует от имени предприятия в ярмарках, торгах, на биржах, выставках по рекламе и реализации продукции (товаров, услуг); ведет разработку стратегии и плана развития предприятия (анализ рынка, конкурентов, маркетинг и т.д.); осуществляет анализ текущей работы предприятия и оперативное реагирование на сбой в производственном процессе с целью нормализации ситуации; осуществляет управление сотрудниками коммерческого блока (подбор, обучение, мотивация); управляет продажами (выполнение планов, построение бизнес-процессов, управление коммерчески блоком, мотивация, разработка KPI, учет и автоматизация работы); осуществляет разработку и реализацию ценовой и маркетинговой политики; по распоряжению Генерального директора предоставляет отчеты о деятельности коммерческого блока Общества (л.д. 80-82 том 1).

В соответствии с п. 1.2. Положения об оплате труда работников от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 128-130 том 1), премии выплачиваются в зависимости от условий, предусмотренных трудовым договором и настоящим Положением.

В соответствии с п.1.3. Положения об оплате труда работников от ДД.ММ.ГГГГ, премия рассчитывается и выплачивается в соответствии с Положением о премировании, утвержденном на предприятии.

В судебном заседании установлено, что Положение о премировании у ответчика не утверждено.

Из расчетных листков за период работы истца у ответчика с ДД.ММ.ГГГГ г. (л.д.91-105 том 1) следует, что за указанный период истцу премия не начислялась.

На основании приказа трудовой договор с ФИО3 расторгнут ДД.ММ.ГГГГ.

В подтверждение своих доводов о наличии оснований для взыскания в его пользу премии за ДД.ММ.ГГГГ г.г. ФИО3 ссылается на представленные в материалы дела служебные записки, подписанные генеральным директором ФИО6, о премировании истца в размере, установленном исходя из чистой прибыли АО «Дюрэй».

Так, копия служебной записки от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 21 том 1) содержит распоряжение о премировании коммерческого директора ФИО3 в сумме 1 400 000 руб. из расчета 4 % от чистой прибыли 35 млн руб. за период ДД.ММ.ГГГГ <адрес> служебная записка содержит запись о выдаче 280 864 в июне ДД.ММ.ГГГГ., о выдаче 280 000 в ДД.ММ.ГГГГ г. и об остатке в размере 839 136 руб.

Представленная истцом служебная записка на имя генерального директора АО «Дюрэй» содержит распоряжение об установлении коммерческому директору ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ системы премирования от чистой прибыли АО «Дюрэй»: ежемесячной коммерческой деятельности компании в размере 4 %, при реализации личных проектов (инициированных ФИО3) в размере 10% (по письменному согласованию), которая содержит положение о том, что данные начисления считать постоянными и применять, начиная с ДД.ММ.ГГГГ г. (л.д. 179 том 1).

Данная служебная записка содержит резолюцию «Согласовано» и подпись ФИО4

Кроме того, в подтверждение сложившейся практики назначения премии на основании служебных записок истцом также представлена копия служебной записки от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.106 том 1), из которой следует, что генеральным директором ФИО4 поручено выдать ком.директору ФИО3 премию за ДД.ММ.ГГГГ г. в сумме 1 830 488 руб., при этом служебная записка содержит расчет: 70 762,0,04 * 0,04 – 1000=1 830,499; остаток к выплате 519 624 руб. (1 830 488-280 864 (06.22) – 280000 (07.22) - 300 000 (ДД.ММ.ГГГГ) - 150 000 (ДД.ММ.ГГГГ) – 300 000 (ДД.ММ.ГГГГ) = 519624. Указанная записка содержит расписку ФИО3 о получении денежных средств размере 350 000 руб. от ДД.ММ.ГГГГ.

Служебная записка от ДД.ММ.ГГГГ содержит распоряжение генерального директора ФИО4 о начислении и выплате ФИО3 премии по результатам работы компании за ДД.ММ.ГГГГ г. в сумме 440 750 руб. (из расчета 4 % от 11 018 759 руб.), а также расписку ФИО3 о получении ДД.ММ.ГГГГ.

Возражая относительно заявленных исковых требований, представитель ответчика пояснила в судебном заседании, что премии всем сотрудникам выплачивались в компании индивидуально на основании приказов, единственным документом, порождающим обязанность АО «Дюрэй» выплатить премию работнику ФИО3, может быть только приказ Генерального директора о премировании, служебные записки не подменяют приказы работодателя и не порождают обязанностей по выплате.

В подтверждение указанных доводов ответчиком в материалы дела представлены приказы о поощрении работников, расчетные листки за ДД.ММ.ГГГГ г.г.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ АО «Дюрэй» и его представителем ФИО7 было подано заявление о подложности доказательств, представленных истцом, а именно о подложности служебной записки об установлении ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ системы премирования и служебной записки о премировании ФИО3 на сумму 1 400 000 руб. (л.д. 133 том 1), в обоснование которого указано, что подписи генерального директора ФИО4 являются поддельными.

В обоснование возражений по доводам о подложности указанных служебных записок истцом в материалы дела представлено заключение специалиста ООО «Западно-Уральский региональный экспертный центр» ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 134-152 том 1), согласно выводам которого буквенно-цифровые записи и подписи, выполненные от имени ФИО4 ча, расположенные: в служебной записке о премировании ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ; в служебной записке о премировании ФИО3 за период ДД.ММ.ГГГГ года; в объяснении ФИО4 ча от ДД.ММ.ГГГГ, выполнены ФИО4 чем. Вопрос о получении изображения буквенно-цифровых записей и подписей, выполненных от имени ФИО4 ча, расположенных в исследуемых документах - в служебной записке о премировании ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ; в служебной записке о премировании О.Ю. за период ДД.ММ.ГГГГ года; в объяснении ФИО4 ча от ДД.ММ.ГГГГ не рассматривался, т.к. его решение (факт монтажа, выполнение при помощи каких-либо технических средств (методов), перекопирование и др.) выходит за пределы эксперта-почерковеда и решается технико-криминалистическим исследованием только по оригиналам документов.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено ФБУ «Пермская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ».

Согласно заключению эксперта ФБУ «Пермская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д 66-84 том 2) подпись от имени ФИО4 ча, расположенная в оригинале Служебной записки о премировании ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ., в левой верхней части листа, после записи «Согласовано», выполнена самим ФИО4 чем; сообщено о невозможности дать заключение по поставленному перед экспертом вопросу в отношении исполнителя подписи от имени ФИО4 ча, изображение которой расположено в копии служебной записки о премировании ФИО3 в сумме 1 400 000 руб. от ДД.ММ.ГГГГ; записи «Согласовано» и «(по письменному согласованию)», расположенные соответственно в левом верхнем углу листа и после основного текста оригинала Служебной записки о премировании ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ, выполнены одним лицом - ФИО4 чем; цифровая запись «1 400 000», изображение которой находится в копии Служебной записки от ДД.ММ.ГГГГ о премировании ФИО3 в сумме 1 400 000 руб., после фразы «Премировать коммерческого директора ФИО3 в сумме», выполнена ФИО4 чем.

Суд принимает заключение экспертизы как относимое и допустимое доказательство, соответствующее предъявляемым требованиям Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Заключение экспертизы содержит исследовательскую часть с подробным описанием используемых методик, графических результатов исследования, выполнено в соответствии с требованиями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Судебная экспертиза проведена в порядке, установленном статьей 84 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Заключение составлено специалистом, имеющим профильное образование, длительный стаж работы по специальности. Экспертом соблюдены требования Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Эксперт в установленном порядке предупрежден об уголовной ответственности. Оснований не доверять представленному заключению у суда не имеется.

В судебном заседании по ходатайству сторон допрошены свидетели.

Так, ФИО10 пояснила, что является главным бухгалтером АО «Дюрэй» с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время, с ДД.ММ.ГГГГ г.г. каких-либо требований, предписаний, претензий к достоверности бухгалтерской отчетности не выносилось, бухгалтерская отчетность подлежит ежегодному аудиту. Ее доход в АО «Дюрэй» состоит из фиксированного оклада, по усмотрению руководства могут быть дополнительные премии, которые начисляются генеральным директором, премии выплачиваются за дополнительные поручения, предусмотренные трудовым договором. Ей известна компания ООО «Дюрэй Инжиниринг», она была в качестве покупателя. За все ее время работы в АО «Дюрэй» поручений о выполнении работы для ООО «Дюрэй Инжиниринг» не было. Основанием для выплаты премии в АО «Дюрэй» является распоряжение генерального директора, которое поступает в виде приказа, размер премии определяется на усмотрение руководителя отдела. Она как главный бухгалтер принимает участие в решении вопроса о премировании только в отношении своих подчиненных, исходя из объема сделанной работы. Сначала премия устно согласовывается с генеральным директором, потом готовится приказ и начисляется премия. Генеральный директор может посмотреть все сведения о доходах и расходах компании в 1С, дополнительных отчетов не требовал. Вся зарплата в основном приходит работникам на карту, по просьбе работника возможна выдача в наличной форме. Производство каких-либо выплат, не включенных в официальную заработную плату, не предусмотрено.

Свидетель ФИО11, являвшийся сотрудником АО «Дюрэй» с ДД.ММ.ГГГГ г., пояснил в судебном заседании, что ФИО3 являлся его руководителем, в его должностные обязанности входило обзвон клиентов, подбор оборудования, расчеты, деятельность по уже заключенным контрактам, в переговорах по согласованию новых контрактов не участвовал. За период его работы в АО «Дюрэй» были реализованы контракты в Очере и Кизеле. Большую часть этапов реализации проектов согласовывал с ФИО3 Его размер заработной платы менялся с 25 000-30 000 руб. до 45 000 – 50 000 руб. Ему выплачивалась премия за выполнение объектов.

Свидетель ФИО12 пояснил, что является главным инженером АО «Дюрэй» с ДД.ММ.ГГГГ г. по настоящее время, в его обязанности входит разработка новой продукции, обеспечение документации производства, сертификация продукции, он курирует все вопросы производства серийной продукции, на этапе согласования проектов не работает. Получаемая зарплата состоит из оклада и премии, которая выплачивается по договоренности с генеральным директором на основании ежемесячной служебной записки в свободной форме, которую он подает в отношении своих подчиненных генеральному директору. Его премия зависит от объема выпущенной продукции, премия остальных сотрудников – от исполняемых обязанностей. Выплата премии оформляется приказом, который передается для ознакомления. Ему не известно, какие должностные обязанности выполнял ФИО3, полагает, что коммерческий директор определяет политику компании, его действия направлены на рост компании.

Свидетель ФИО13 пояснила в судебном заседании, что с ДД.ММ.ГГГГ г. работала по основному месту работы в АО «Дюрэй», с ДД.ММ.ГГГГ г. – по совместительству в ООО «Дюрэй Инжиниринг», в настоящее время работает в ООО «Дюрэй Инжиниринг» по основному месту работы. В АО «Дюрэй» была юристом, занималась заключением и сопровождением договоров. По всем крупным объектам решение о заключении контракта принимают учредители компании, поиск инвестора осуществлялся учредителем компании, ей не известно о роли ФИО3 в реализации проектов. В АО «Дюрэй» занималась договорной претензионной деятельностью, перепиской, по распоряжению генерального директора занималась разработкой локальных актов совместно с другими лицами. Премия назначалась на основании распоряжения генерального директора.

Свидетель ФИО14, являвшийся в период с ДД.ММ.ГГГГ г. специалистом по энергосервисным контрактам в АО «Дюрэй» и в настоящее время – директор ООО «Дюрэй Инжиниринг», пояснил, что клиентов на проекты, по которым заключены контракты, привел учредитель. Заработная плата состоит из оклада и премии, размер которой определяется по согласованию с генеральным директором в служебной записке, в которой указывается размер процента.

Согласно акту опроса свидетеля от ДД.ММ.ГГГГ, составленному адвокатом Адвокатской палаты <адрес> Фаст К.В. (л.д.223-227 том 2), ФИО15 пояснил, что знаком с ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ года, у них сложились рабочие отношения, поскольку ФИО3 являлся представителем - директором фирмы по производству светильников, он был покупателем данных светильников, контракт между ними действовал до конца ДД.ММ.ГГГГ года. Знает компанию ООО «Дюрэй Инжиниринг», она являлась их контрагентом, директором компании был ФИО4, а ФИО3 там состоял на должности коммерческого директора. Основные взаимоотношения по бизнесу - заключение договоров, согласование спецификаций, сроков поставок и прочих деталей было именно с ФИО3 - он вел с ним всю переписку, вел общение по телефону и с ним же решались форс-мажорные обстоятельства, когда возникали проблемы со сроками или качеством поставок.

Таким образом, из представленных в материалы дела доказательств, пояснений сторон, показаний свидетелей следует, что в отсутствие у ответчика Положения о премировании вопрос о премировании работников решается АО «Дюрэй» путем оформления служебных записок, на основании которых, после согласования их генеральным директором, издается приказ о премировании.

Принимая во внимание наличие в материалах дела служебных записок об установлении истцу ФИО3 премии в процентном отношении от чистой прибыли компании, которые согласованы и подписаны генеральным директором ФИО4, суд приходит к выводу о согласованной между работником и работодателем системе премирования в размере 4 % от коммерческой деятельности компании.

Принимая во внимание, что служебные записки, которыми установлена указанная система премирования, не оспорены, с учетом заключения судебной почерковедческой экспертизы, приняты судом в качестве допустимого доказательства по делу, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных исковых требований о взыскании в пользу истца премии исходя из 4 % от чистой прибыли АО «Дюрэй».

Из пояснений представителя ответчика в судебном заседании следует, что истцу действительно во время его работы выплачивалась премия в размере 4 % от чистой прибыли, однако выплата данной премии осуществлялась не за счет средств АО «Дюрэй», а за счет личных средств акционеров в целях стимулирования, поэтому приказы работодателем не оформлялись.

Из представленных ответчиком в материалы дела данных официальной отчетности следует, что размер чистой прибыли АО «Дюрэй» составляет: за ДД.ММ.ГГГГ г. – 41 266 000 руб., за ДД.ММ.ГГГГ г. – 5 388 000 руб., за ДД.ММ.ГГГГ г. – 10 804 000 руб. (л.д. 131 том 1, л.д. 139, 143 том 3).

Из пояснений истца в судебном заседании следует, что фактическая прибыль АО «Дюрэй» отличается от финансовых показателей, переданных в качестве официальной отчетности в налоговую, в связи с чем он обращался в МИФНС № по <адрес> с заявлением о проведении проверки в отношении налогоплательщиков (л.д. 169-171 том 1).

Истцом в материалы дела представлены данные о финансовых результатах ответчика, содержащие сведения о чистой прибыли компании в размере: за ДД.ММ.ГГГГ г. – 126 816 904 руб., за ДД.ММ.ГГГГ г. – 5 452 236 руб., за ДД.ММ.ГГГГ г. – 17 626 112 руб.

Между тем указанные сведения, представленные в виде таблицы, не подписаны уполномоченными лицами, в связи с чем не принимаются судом во внимание в качестве допустимого доказательства иного результата финансовой деятельности АО «Дюрэй», чем указано в данных бухгалтерской и налоговой отчетности. Сведений о признании обоснованным поданного ФИО3 в МИФНС № заявления о недостоверности представленной АО «Дюрэй» отчетности, занижении премии, проведении проверки в отношении ответчика в материалах дела не имеется.

Оснований не доверять представленным в материалы дела ответчиком сведениям о размере чистой прибыли в ДД.ММ.ГГГГ г.г., соответствующим данным бухгалтерской отчетности за соответствующий период, суд не усматривает, принимая во внимание также то обстоятельство, что указанный в служебной записке об установлении премии размер чистой прибыли АО «Дюрэй» за период с января по ДД.ММ.ГГГГ г. (35 млн руб.) не противоречит данным официальной отчетности о размере чистой прибыли за ДД.ММ.ГГГГ г. (41,266 млн руб.).

Согласно расчету истца, исходя из прибыли за ДД.ММ.ГГГГ г. на основании бухгалтерского аванса на ДД.ММ.ГГГГ, данные которого, по мнению истца, не являются достоверными, в размере 41 266 000 руб. премия составляет 1 830 488 руб., из которой выплачено 350 000 руб., задолженность - 1 480 488 руб.

Исходя из прибыли за ДД.ММ.ГГГГ г. на основании бухгалтерского аванса на ДД.ММ.ГГГГ, данные которого, по мнению истца, не являются достоверными, в размере 5 388 000 руб. премия с ДД.ММ.ГГГГ. составляет 440 750,36 руб., из которой выплачено 440 750,36 руб.

Исходя из прибыли за ДД.ММ.ГГГГ г. на основании бухгалтерского аванса на ДД.ММ.ГГГГ, данные которого, по мнению истца, не являются достоверными, в размере 10 804 000 руб. премия составляет 432 160 руб., выплат не производилось, задолженность – 432 160 руб.

Итого, согласно расчету истца, задолженность по премии за ДД.ММ.ГГГГ г.г. составляет 1 912 648,36 руб.

Исходя из представленных ответчиком сведений о размере чистой прибыли АО «Дюрэй» за спорный период, размер полагавшейся выплате истцу премии составлял: за ДД.ММ.ГГГГ г. – 1 650 640 (41 266 000 * 4 %), за 2023 г. – 215 520 руб. (5 388 000 * 4 %), за 6 месяцев 2024 г. – 432 160 руб. (10 804 000 * 4 %).

При этом из представленных истцом в материалы дела служебных записок и копий служебных записок следует, что исходя из начисленной истцу за период ДД.ММ.ГГГГ г. премии в размере 1 400 000 руб. истцу выплачена премия в размере 280 864 в ДД.ММ.ГГГГ г., 280 000 в ДД.ММ.ГГГГ г., ДД.ММ.ГГГГ - 300 000 руб., ДД.ММ.ГГГГ - 150 000 руб., ДД.ММ.ГГГГ – 300 000 руб., ДД.ММ.ГГГГ – 350 000 руб., всего выплачено за ДД.ММ.ГГГГ г. – 1 660 864 руб.

Согласно служебной записке от ДД.ММ.ГГГГ начисленная ФИО3 премия по результатам работы компании за ДД.ММ.ГГГГ г. в сумме 440 750 руб. (из расчета 4 % от 11 018 759 руб.), выплачена ему ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается его распиской.

С учетом изложенного, при определении размера премии, подлежащей взысканию в пользу истца, принимая во внимание размер выплаченных истцу в счет премии за соответствующий период сумм, суд приходит к выводу о том, что премия за ДД.ММ.ГГГГ г. выплачена истцу в полном объеме, в связи с чем исковые требования о взыскании премии за ДД.ММ.ГГГГ г.г. удовлетворению не подлежат, при этом с учетом отсутствия доказательств выплаты ответчиком истцу премии за ДД.ММ.ГГГГ г., с ответчика в пользу истца подлежит взысканию премия за период с ДД.ММ.ГГГГ г. в размере 432 160 руб.

Доводы истца о том, что с учетом осуществления в спорный период также трудовой деятельности в ООО «Дюрэй Инжиниринг», часть денежных средств могла быть им получена в качестве премии не от АО «Дюрэй», а от ООО «Дюрэй Инжиниринг», со ссылкой на непредставление ответчиком доказательств выплаты ему премии за спорный период, судом не принимаются во внимание.

Представленные истцом в материалы дела в обоснование требований о взыскании премии служебные записки оформлены на бланке АО «Дюрэй», подписаны генеральным директором АО «Дюрэй» ФИО4, не содержат указания на начисление истцу премии от другой компании ООО «Дюрэй Инжиниринг», в связи с чем оснований для исключения из расчета указанных в расписках сумм денежных средств, полученных ФИО3 в качестве премии, суд не усматривает, принимая во внимание, что в спорный период времени ФИО3 сотрудником ООО «Дюрэй Инжиниринг» не являлся.

Кроме того, то обстоятельство, что выплаченная истцу премия за ДД.ММ.ГГГГ г. в размере 440 750 руб. исчислена исходя из чистой прибыли компании за ДД.ММ.ГГГГ г. (11 018 759 руб.), не свидетельствует о наличии оснований для взыскания в пользу истца премии за период с октября по ДД.ММ.ГГГГ г., с учетом представленных ответчиком в материалы дела сведений о размере чистой прибыли компании за ДД.ММ.ГГГГ г. (11 018 759 руб.) и за ДД.ММ.ГГГГ г. (5 388 000 руб.), свидетельствующих об уменьшении по итогам ДД.ММ.ГГГГ г. размера чистой прибыли ответчика по данным бухгалтерской отчетности, а также с учетом пояснений представителя ответчика о том, что премия выплачивалась истцу нарастающим итогом исходя из размера чистой прибыли компании, поэтому с учетом принципа отражения чистой прибыли в бухгалтерской отчетности за счет увеличения в ДД.ММ.ГГГГ года расходной части компании, размер чистой прибыли по итогам ДД.ММ.ГГГГ г. уменьшился по сравнению с ее размером за ДД.ММ.ГГГГ г.

Разрешая заявленные истцом требования о взыскании премии в размере 10 % при реализации личных проектов, суд приходит к следующему.

Из пояснений истца следует, что личным проектом, от реализации которого ему полагается 10 % от прибыли, является тот проект, в котором исключительно он (единолично и только своими усилиями) осуществил поиск контрагента, провел с ним переговоры, достиг соглашения о заключении договора.

В обоснование доводов о наличии оснований истец ссылается на служебную записку на имя генерального директора АО «Дюрэй», которая содержит распоряжение об установлении коммерческому директору ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ системы премирования от чистой прибыли АО «Дюрэй»: ежемесячной коммерческой деятельности компании в размере 4 %, при реализации личных проектов (инициированных ФИО3) в размере 10% (по письменному согласованию) (л.д. 179 том 1).

Данная записка содержит резолюцию «Согласовано» и подпись ФИО4

Согласно расчету истца размер невыплаченной премии при реализации проектов составил: по проекту «Пермь управляемые светильники» - 1 019 813,94 руб., по проекту «Энергосервисный контракт в <адрес>» - 269 398 руб., по проекту Энергосервисный контракт «Кизел» - 127 296,85 руб., по проекту «Архитектурная подсветка <адрес> №», (Дом офицеров Пермского гарнизона, Учебный корпус ФГБОУ ВО «ПГИК», Главного корпуса ФГБОУ ВО "ШТПУ", Эстакада транспортная у аэропорта Большое Савино) - 243 703,64 руб., по проекту для КГБУ УАДИТ <адрес>, шоссе 1 Космонавтов и п проекту для КГБУ УАДИТ <адрес> - точные суммы чистой прибыли проектов на текущий момент неизвестны, так как нет последнего счёта в сторону АО «Эр-Телеком Холдинг», итого 1 660 212,43 руб.

В подтверждение непосредственного участия истца в реализации проектов в материалы дела представлен отчет по исполнению каждого проекта, с указанием участников (организации) проекта, принципа взаимодействия с контрагентами и их сотрудниками, скриншоты переписки.

Исследовав материалы дела, оценив представленные истцом в обоснование указанных требований доказательства, суд приходит к выводу о недоказанности истцом факта отнесения указанных им в исковом заявлении проектов к личным, инициированным именно истцом, при этом, принимая во внимание текст служебных записок, предусматривающих, что основанием для выплаты ФИО3 премии при реализации личных проектов, инициированных им, является письменное согласование, доказательств письменного согласования в материалах дела не имеется, в связи с чем исковые требования о взыскании премии в указанной части не подлежат удовлетворению.

С учетом занимаемой истцом должности коммерческого директора и предусмотренных в связи с этим должностных обязанностей истца, участие ФИО3 в реализации указанных проектов само по себе не свидетельствует об инициировании данных проектов самим истцом.

Доводы истца о том, что дополнительного согласования для выплаты премии при реализации личных проектов не требуется, со ссылкой на переписку между сторонами, сложившийся документооборот, совершение конклюдентных действий, не свидетельствуют о наличии оснований для взыскания премии в пользу истца исходя из реализации указанных проектов, принимая во внимание отсутствие доказательств их инициирования именно истцом.

Положениями статьи 24, пункта 1 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации установлена обязанность российских организаций и индивидуальных предпринимателей, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, исчислить, удержать и перечислить в бюджет сумму налога на доходы физических лиц, причитающуюся к уплате с этих доходов.

Согласно статье 419 Налогового кодекса Российской Федерации плательщиками страховых взносов (далее в настоящей главе - плательщики) признаются следующие лица, являющиеся страхователями в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования: лица, производящие выплаты и иные вознаграждения физическим лицам: организации; индивидуальные предприниматели; физические лица, не являющиеся индивидуальными предпринимателями.

В силу части 1 статьи 420 Налогового кодекса Российской Федерации объектом обложения страховыми взносами для плательщиков, указанных в абзацах втором и третьем подпункта 1 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса, если иное не предусмотрено настоящей статьей, признаются выплаты и иные вознаграждения в пользу физических лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (за исключением вознаграждений, выплачиваемых лицам, указанным в подпункте 2 пункта 1 статьи 419 настоящего Кодекса): в рамках трудовых отношений и по гражданско-правовым договорам, предметом которых являются выполнение работ, оказание услуг.

Принимая во внимание, что налог на доходы физических лиц, а также страховые взносы АО «Дюрэй» со взысканной судом премии за ДД.ММ.ГГГГ г. в сумме 432 160 руб. не начислялись и не уплачивались, исковые требования в части возложения такой обязанности на ответчика также подлежат удовлетворению.

Рассматривая требования истца о взыскании морального вреда, суд приходит к следующему.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и (индивидуальных особенностей потерпевшего (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №) приведены разъяснения о том, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 названного постановления).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер и степень умаления таких прав и благ, интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда; последствия причинения потерпевшему страданий. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (абзацы второй и третий пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. (абзац первый пункта 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

В абзаце четвертом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» указано, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Суд, учитывая установленные по делу обстоятельства, свидетельствующие о нарушении ответчиком трудовых прав истца, исходя из характера допущенного ответчиком нарушения, длительности нарушения прав истца, степени нравственных страданий истца, принимая во внимание доводы истца, а также с учетом принципа справедливости и разумности, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 25 000 руб.

С учетом установленных обстоятельств дела данный размер компенсации является соразмерным и отвечающим признакам разумности и справедливости, способствует восстановлению нарушенных прав истца, отвечает признакам справедливого вознаграждения за перенесенные нравственные страдания в связи с нарушением прав истца, оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленном истцом размере, учитывая фактические обстоятельства, не имеется.

Истцом также заявлены требования о взыскании понесенных по делу судебных расходов на оплату услуг представителя.

Согласно статье 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей и другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно части 2 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при отказе в иске издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, взыскиваются с истца, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 11, 12, 13, 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (п. 11). Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (п. 12). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13). После принятия итогового судебного акта по делу лицо, участвующее в деле, вправе обратиться в суд с заявлением по вопросу о судебных издержках, понесенных в связи с рассмотрением дела, о возмещении которых не было заявлено при его рассмотрении (п. 28).

Из материалов дела следует, что в связи с рассмотрением данного дела между ФИО3 и ИП ФИО1 заключен Договор возмездного оказания юридических услуг № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 120 000 руб. (л.д. 102-103 том 2).

Предметом договора является оказание юридических услуг по защите интересов Заказчика в первой инстанции в Индустриальном районном суде по иску Заказчика к АО «Дюрэй» (ИНН <***>) о взыскании премии (премиальных выплат) по делу №, в том числе: анализ процессуальных документов, документов Заказчика, материалов дела (после ознакомления), прослушивание аудио-протоколов проведенных судебных заседаний (при наличии); представление интересов Заказчика в суде (участие в 3 (трех) судебных заседаниях), в том числе составление необходимых процессуальных документов в первой инстанции (пояснений, возражений, отзывов, ходатайств, в том числе уточнения исковых требований), сбор доказательств, получение судебного акта.

В подтверждение факта оказания услуг и оплаты по договору возмездного оказания юридических услуг № от ДД.ММ.ГГГГ истцом в материалы дела представлен акт сдачи-приемки оказанных услуг от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 180 000 руб., платежное поручение № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 20 000 рублей по счету № от ДД.ММ.ГГГГ; платежное поручение № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 20 000 рублей по счету № от ДД.ММ.ГГГГ; квитанция к приходному ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ, кассовый чек от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 80 000 рублей (л.д. 104-106 том 2), платежное поручение от ДД.ММ.ГГГГ № на сумму 20 000 руб., квитанция и чек от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 40 000 руб.

Итого оплата истцом по договору произведена на сумму 180 000 рублей.

Как следует из материалов дела, представитель истца ФИО3 – ФИО1, действуя на основании доверенности, принимала участие в предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ продолжительностью 55 минут (л.д.149-163 том 3), судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ.

Учитывая период рассмотрения дела судом, степень сложности данного спора, исходя из фактически оказанного представителем истца объема правовой помощи (представление интересов истца в судебных заседаниях суда первой инстанции, составление процессуальных документов), количества проведенных предварительных и судебных заседаний, доказанности фактического несения истцом расходов, а также учитывая наличие возражений со стороны ответчика, руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что судебные расходы, понесенные истцом ФИО3 на оплату юридических услуг, подлежат возмещению частично в размере 90 000 рублей.

Данная сумма согласуется с требованиями разумности и справедливости, завышенной не является.

Кроме того, истцом заявлены требования о взыскании понесенных им почтовых расходов на отправку документов сторонам в размере 945 руб.

В подтверждение представлена квитанция СДЭК от ДД.ММ.ГГГГ и кассовый чек на сумму 360 руб., квитанция СДЭК от ДД.ММ.ГГГГ и кассовый чек на сумму 585 руб.

Суд признает указанные расходы обоснованными и подлежащими взысканию с ответчика в пользу истца в полном объеме.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 7 521,60 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Взыскать с АО «Дюрэй» в пользу ФИО3 премию в размере 432 160 руб., компенсацию морального вреда в размере 25 000 руб.

Возложить на АО «Дюрэй» обязанность уплатить налог на доходы физических лиц, а также страховые взносы за ФИО3 с начисленной премии в сумме 432 160 руб., в размере, установленном законодательством.

Взыскать с АО «Дюрэй» в пользу ФИО3 расходы по оплате услуг представителя в размере 90 000 руб., почтовые расходы в размере 945 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3 к АО «Дюрэй» – отказать.

Взыскать с АО «Дюрэй» в доход местного бюджета госпошлину в размере 7 521,60 руб.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в <адрес>вой суд через Индустриальный районный суд <адрес> в течении месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Л.М. Костарева

Мотивированное решение составлено 23.06.2025