Судья Ватралик Ю.В. УИД 39RS0011-01-2022-001760-50

дело №2-70/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 33-3806/2023

04 июля 2023 года г. Калининград

Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Мариной С.В.

судей Куниной А.Ю., Мамичевой В.В.,

при ведении протокола

помощником судьи Кондратьевой К.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Зеленоградского районного суда Калининградской области от 30 марта 2023 года по иску ФИО2 к ФИО1 о возмещении имущественного ущерба, причиненного ДТП, расходов по оплате госпошлины, расходов по оплате экспертизы, почтовых расходов, расходов по дефектовке кузова.

Заслушав доклад судьи Мариной С.В., объяснения ФИО1, поддержавшего апелляционную жалобу, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в суд с иском, уточненным в ходе рассмотрения дела, к ФИО1, указав, что 23 июля 2022 года в 12-30 часов на автодороге <адрес> произошло ДТП с участием транспортных средств: автомобиля «CHERY EXEED», госномер №, под управлением ответчика ФИО1, и автомобиля «TOYOTA PRIUS», госномер №, под управлением истца ФИО2

Виновным в данном ДТП является ФИО1, который в нарушение ПДД РФ неправильно выбрал дистанцию до остановившегося впереди автомобиля «TOYOTA PRIUS», госномер №, и совершил с ним столкновение.

В результате данного ДТП автомобиль истца «TOYOTA PRIUS» получил технические повреждения, что согласно акту экспертного исследования от 13 сентября 2022 года, причинило истцу ущерб в размере 693 927 рублей, помимо этого автомобиль утратил товарную стоимость на сумму 37 800 рублей.

Гражданская ответственность ответчика на момент ДТП была застрахована по договору обязательного страхования в АО «АльфаСтрахование», которое выплатило истцу страховое возмещение в размере 400 000 рублей. Однако данного возмещения недостаточно для полного восстановления автомобиля, разница, включая утрату его товарной стоимости, составляет 331 727,00 рублей.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец с учетом уточнений требований, просил взыскать с ответчика ФИО1 убытки, причиненные повреждением транспортного средства, в размере 331 727,00 рублей, из которых сумма ущерба - 245 500,00 рублей, возмещение утраты товарной стоимости автомобиля - 35 088,00 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 006 рублей, расходы по оплате экспертизы в размере 5 000,00 рублей; расходы по оплате расчета утраты товарной стоимости транспортного средства в размере 3 000,00 рублей, расходы по составлению иска в размере 3 000 рублей, почтовые расходы в размере 710,80 рублей; расходы по оплате работ, связанных с дефектовкой элементов кузова транспортного средства после ДТП, в размере 1 980,00 рублей. Также истец просил суд возвратить ему часть госпошлины в связи с уменьшением исковых требований.

Разрешив эти требования, Зеленоградский районный суд Калининградской области 30 марта 2023 года постановил решение, которым исковое заявление ФИО2 к ФИО1 о возмещении имущественного ущерба, причиненного ДТП, расходов по оплате госпошлины, расходов по оплате экспертизы, почтовых расходов, расходов по дефектовке кузова, удовлетворено. С ФИО1 в пользу ФИО2 взыскано в возмещение ущерба, причиненного ДТП, - 245 500,00 рублей, в возмещение утраты товарной стоимости автомобиля - 35 088,00 рублей, расходы на дефектовку автомобиля на сумму в 1 980,00 рублей, расходы по составлению иска в размере 3 000 рублей, а также расходы по оплате заключений специалиста в размере 8 000 рублей, расходы по оплате госпошлины 6 006 рублей, почтовые расходы в размере 710,80 рублей, а всего 300 284,80 рублей.

Кроме того, ФИО2 из средств бюджета возвращена излишне оплаченная государственная пошлина в размере 511,00 рублей, уплаченная по Чек-ордеру ПАО Сбербанк от 30 сентября 2022 года.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит вынесенное по делу судебное постановление отменить, принять новое решение об отказе ФИО2 в удовлетворении заявленных исковых требований.

Выражая несогласие с размером подлежащего взысканию ущерба, причиненного в результате ДТП, указывает на то, что на дату вынесения решения транспортное средство «TOYOTA PRIUS» было полностью отремонтировано, однако истцом не представлены документы, подтверждающие фактически выполненные ремонтные работы и фактически понесенные им затраты, в том числе на приобретение деталей для автомобиля за переделами РФ. Полагает, что ремонт автомобиля истца произведен без использования дополнительных материалов, помимо тех, которые были предоставлены станцией технического обслуживания, в связи с чем, считает, что размер полученного ФИО2 страхового возмещения являлся достаточным для проведения ремонта транспортного средства «TOYOTA PRIUS».

Ссылается на то, что суд при разрешении заявленных исковых требований не применил положения статей 15, 1082 ГК РФ.

Также апеллянт указывает на то, что судом нарушены нормы процессуального права, что выразилось в неразрешении заявленного ответчиком 30 марта 2023 года ходатайства, а также в нарушении принципа состязательности сторон, поскольку истец был освобожден судом от доказывания тех обстоятельств, на которые он ссылается в обоснование заявленных требований.

От ФИО2 поступили письменные возражения на апелляционную жалобу, в которых истец, полагая решение суда законным и обоснованным, просит его оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец ФИО2, будучи надлежаще извещенным о месте и времени рассмотрения дела, не явился, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовал, о наличии уважительных причин, препятствующих явке в судебное заседание, не сообщил. При таком положении суд апелляционной инстанции в соответствии с частью 3 статьи 167, частями 1, 2 статьи 327 ГПК РФ полагает возможным рассмотрение дела в его отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с требованиями статьи 327.1 ГПК РФ – исходя из доводов апелляционной жалобы и возражений на неё, судебная коллегия находит решение суда подлежащим оставлению без изменения.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 23 июля 2022 года в 12-30 часов на автодороге <адрес> ФИО1, управляя принадлежащим ему автомобилем «CHERY EXEED», гос.номер №, и следую в попутном направлении с автомобилем «TOYOTA PRIUS», госномер №, под управлением ФИО2, не соблюдал дистанцию до впереди двигавшегося транспортного средства и совершил наезд на остановившийся автомобиль «TOYOTA PRIUS», госномер №. В результате данного дорожно-транспортного происшествия принадлежащий истцу автомобиль «TOYOTA PRIUS» получил технические повреждения.

Исследовав представленные сторонами доказательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что вышеуказанное ДТП произошло по вине ответчика ФИО1, который в нарушение Правил дорожного движения РФ, не обеспечил необходимую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, в результате чего допустил наезд на автомашину истца, что находится в прямой причинно-следственной связи с вредом, возникшим у ФИО2, вследствие повреждения принадлежащего ему автомобиля.

Так, в соответствии с пунктом 10.1 ПДД РФ, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В соответствии с пунктом 9.10 ПДД РФ водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Факт того, что рассматриваемое дорожно-транспортное происшествие произошло по его вине, ФИО1 не оспаривается.

Согласно экспертному заключению ООО «РАО «Оценка-Экспертиза» от 13 января 2022 года №, составленному по результатам проведенной на основании определения суда и по ходатайству ответчика судебной экспертизы, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «TOYOTA PRIUS», госномер №, составляет без учета износа деталей 645 500,00 рублей, величина утраты товарной стоимости автомобиля «TOYOTA PRIUS», госномер №, составляет 35 088,00 рублей.

Оснований не доверять данному положенному в основу выводов суда о размере причиненного истцу ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 23 июля 2022 года, у суда не имелось, поскольку экспертиза проведена в соответствии с требованиями статей 84 - 86 ГПК РФ полно и всесторонне, компетентным экспертом, имеющим необходимую квалификацию, стаж работы в соответствующих областях экспертизы. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ. В нем даны полные мотивированные ответы на поставленные судом вопросы, содержится обоснование выводов эксперта.

Таким образом, разрешая заявленный истцом спор, суд пришел к правильному выводу о том, что в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 23 июля 2022 года, истцу был причинен материальный ущерб, включая утрату товарной стоимости автомобиля, на общую сумму 680588 рублей.

Также судом установлено, что гражданская ответственность ФИО1 на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в АО «Альфа Страхование».

9 августа 2022 года ФИО2 в порядке прямого возмещения убытков обратился к страховщику с заявлением о наступлении страхового случая.

23 сентября 2022 года АО после осмотра принадлежащего истцу автомобиля «Альфа Страхование», признав случай страховым, заключило с истцом Соглашение о выплате страхового возмещения в размере 400 000 рублей, то есть в пределах лимита ответственности страховщика.

Платежными поручениями от 30 августа 2022 года № и от 26 сентября 2022 года № АО «Альфа Страхование» выплатило истцу страховое возмещение в размере 163 400 рублей и в размере 236 600 рублей соответственно.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО3 ссылался на то, что данное возмещение недостаточно для полного восстановления автомобиля до того состояния, в котором он находился к моменту дорожно-транспортного происшествия, вследствие чего он имеет право на получение с ответчика разницы между суммой причиненного ему действительного ущерба, включая стоимость утраты товарной стоимости транспортного средства, и страховым возмещением.

Удовлетворяя требования истца, суд первой инстанции правомерно исходил из их обоснованности и законности.

Оснований не согласиться с такими выводами суда у судебной коллегии не имеется, поскольку они основаны на нормах материального права, которые подлежат применению к возникшим правоотношениям, подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости, допустимости и достоверности, вытекают из установленных судом фактов.

Так, в силу статьи 15 ГК РФ лицо, чье право нарушено, вправе требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

Согласно пункту 3 статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Как установлено пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктом «б» статьи 7 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» лимит ответственности страховщика в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, составляет 400 000 рублей.

Статьей 1072 ГК РФ предусматривается, что юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935 ГК РФ), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ).

Суд может уменьшить размер возмещения ущерба, подлежащего выплате причинителем вреда, если последним будет доказано или из обстоятельств дела с очевидностью следует, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ восстановления транспортного средства либо в результате возмещения потерпевшему вреда с учетом стоимости новых деталей произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет причинителя вреда.

При реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом (пункт 64).

Если в ходе разрешения спора о возмещении причинителем вреда ущерба по правилам главы 59 ГК РФ суд установит, что страховщиком произведена страховая выплата в меньшем размере, чем она подлежала выплате потерпевшему в рамках договора обязательного страхования, с причинителя вреда подлежит взысканию в пользу потерпевшего разница между фактическим размером ущерба (то есть действительной стоимостью восстановительного ремонта, определяемого по рыночным ценам в субъекте Российской Федерации с учетом утраты товарной стоимости и без учета износа автомобиля на момент разрешения спора) и надлежащим размером страхового возмещения (пункт 65).

Согласно разъяснениями, содержащимся в пункте 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», к реальному ущербу, возникшему в результате дорожно-транспортного происшествия, относится также утрата товарной стоимости, которая представляет собой снижение рыночной стоимости поврежденного транспортного средства.

Утрата товарной стоимости подлежит возмещению и в случае, если страховое возмещение осуществляется в рамках договора обязательного страхования в форме организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания, с которой у страховщика заключен договор о ремонте транспортного средства, в установленном Законом об ОСАГО пределе страховой суммы.

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями главы 59 ГК РФ, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31 мая 2005 года № 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 ГК РФ, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года № 6-П Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения статей 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом об ОСАГО и договором.

Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и соответствует указанным выше целям принятия Закона об ОСАГО, а следовательно, сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчислен в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой.

Такая же позиция изложена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 11 июля 2019 года N 1838-О по запросу Норильского городского суда Красноярского края о проверке конституционности положений пунктов. 15, 15.1 и 16 статьи 12 Закона об ОСАГО с указанием на то, что отступление от установленных общих условий страхового возмещения в соответствии с пунктами 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО не должно нарушать положения ГК РФ о добросовестности участников гражданских правоотношений, недопустимости извлечения кем-либо преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения либо осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, о недопустимости действий в обход закона с противоправной целью, а также иного, заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (пункты. 3 и 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

Вопреки утверждениям в апелляционной жалобе об обратном, с учетом вышеприведенных норм права, разъяснений по их применению, и установленных по делу обстоятельств, суд пришел к правильному выводу о том, что поскольку доказательств иного, более разумного и распространенного в обороте способа восстановления транспортного средства истца, и того, что с учетом стоимости новых деталей произойдет значительное улучшение его транспортного средства, влекущее существенное увеличение его стоимости, ответчиком в ходе рассмотрения дела представлено не было, ФИО1 обязан возместить причиненный истцу имущественный ущерб в виде разницы между выплаченным страховым возмещением (400 000 рублей) и действительной стоимостью восстановительного ремонта (645 500,00 рублей), т.е. в размере 245 500,00 рублей.

Помимо этого, подробно мотивированы, основаны на законе и выводы суда о наличии оснований для возмещения истцу утраты товарной стоимости автомобиля в размере 35 088,00 рублей.

Доводы апелляционной жалобы о непредставлении истцом документов, подтверждающих фактически выполненные им работы по ремонту автомобиля и фактически понесенные им затраты, являлись предметом проверки и оценки суда первой инстанции и правомерны отклонены им.

Размер причиненного истцу ущерба достоверно установлен и подтвержден относимым и допустимым доказательством - заключением судебной экспертизы от 13 января 2022 года №, выполненным ООО «РАО «Оценка-Экспертиза», которым определена стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца по состоянию на дату совершения дорожно-транспортного происшествия.

Само по себе отсутствие в материалах дела сведений об объеме фактически выполненных истцом на дату вынесения оспариваемого судебного акта работ по ремонту автомобиля и о размере затрат на их выполнение, основанием для вывода о причинении истцу ущерба в меньшем размере, служить не могут. По смыслу закона и принципа полного возмещения потерпевшему причиненных ему убытков, истец вправе получить их возмещение в размере, величины затрат, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до дорожно-транспортного происшествия. Такой размер необходимых затрат для приведения автомобиля в указанное состояние определен допустимым и достоверным доказательством - экспертным заключением и сомнений в правильности его установления не вызывает.

Правильно разрешен судом первой инстанции и вопрос о распределении судебных расходов.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы выводов суда не опровергают, а сводятся лишь к несогласию с ними и субъективной оценке установленных обстоятельств, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на его обоснованность и законность, поэтому не могут служить основанием для отмены оспариваемого решения суда.

Все обстоятельства, имеющие значение для разрешения заявленного истцом спора, судом при рассмотрении дела исследованы, им дана правильная оценка в решении суда.

Вопреки утверждениям в жалобе об обратном, нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, применены судом верно, нарушений норм процессуального права, которые могли бы повлечь отмену решения, судом допущено не было.

Таким образом, предусмотренных статьей 330 ГПК РФ оснований для отмены законного и обоснованного решения суда или его изменения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Зеленоградского районного суда Калининградской области от 30 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 11 июля 2023 года.

Председательствующий

Судьи