Судья Мельников С.Е. дело № 33-1756/2023
дело №2—1-199/2023; 12RS0016-01-2023-000222-46
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г.Йошкар-Ола 24 августа 2023 года
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Марий Эл в составе:
председательствующего Иванова А.В.,
судей Лоскутовой Н.Г. и Кольцовой Е.В.,
при секретаре Козылбаевой Э.И.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Горномарийского районного суда Республики Марий Эл от 4 мая 2023 года, которым постановлено:
исковые требования ФИО2 к ФИО1 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 5000 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 300 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 к ФИО1 о защите чести, достоинства и деловой репутации отказать.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Марий Эл Лоскутовой Н.Г., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО1, с учетом уточнений просил признать распространенные сведения не соответствующими действительности, обязать ответчика принести ему публичные извинения и публично опровергнуть порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца сведения, взыскать с ответчика компенсацию причиненного морального вреда в размере 100000 руб.
В обоснование требований указано, что <дата> около 12 часов 50 минут по месту работы истца в помещении стоматологической клиники <...> расположенной по адресу: Республика Марий Эл, <адрес>, <адрес> в его кабинет вошла ФИО1 и распространила порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца сведения, которые не соответствуют действительности, а именно ответчик высказала в адрес истца, следующую фразу: «<...> Приведенные в адрес истца высказывания ответчика являются оскорбительными, неприличными по форме, несут негативный смысл и отрицательно характеризуют личность истца и его моральный облик, унижают его честь и достоинство.
Судом постановлено вышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, отказав в удовлетворении исковых требований истца, ссылаясь на то, что на момент высказывания в адрес истца выражений, признанных судом оскорбительными, она находилась на работе. Указывает, что в рамках проведения проверки Горномарийской межрайонной прокуратурой Республики Марий Эл ею заявлялось ходатайство о проведении экспертизы на предмет наличия монтажа записи, экспертиза в указанной части проведена не была. Судом не приведено правого обоснования, на основании чего высказанная в адрес истца фраза отнесена к утверждению о фактах, а не оценочному суждению, мнению, убеждению. Полагает, что объяснения истца нельзя признать допустимым доказательством по делу ввиду его заинтересованности, из представленной видеозаписи невозможно установить, кто именно зафиксирован на ней, с заключением лингвистической экспертизы от 1 марта 2023 года не согласна, поскольку исследованию подлежала только фраза «уголовник», выделенное из контекста.
В возражениях на апелляционную жалобу Горномарийский межрайонный прокурор просит решение суда оставить без изменения. апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.
В возражениях на апелляционную жалобу представитель ФИО2 ФИО3 приводит доводы в поддержку решения суда.
В судебное заседание суда апелляционной инстанции стороны не явились, о времени и месте рассмотрения жалобы извещены надлежащим образом, в установленном порядке о необходимости обеспечения своего участия в судебном заседании при рассмотрении жалобы судебную коллегию не уведомили. В связи с этим судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.
Проверив материалы гражданского дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Реализация конституционных прав, направленных на защиту нематериальных благ, осуществляется в порядке, предусмотренном статьями 12, 150, 152, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).
Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Абзац десятый статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.
Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии с пунктами 1 и 5 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство и деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.
Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 5 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 года, согласно положениям статьи 29 Конституции Российской Федерации и статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, гарантирующих каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.
При рассмотрении дел о защите чести и достоинства одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению, является характер распространенной информации, то есть установление того, является ли эта информация утверждением о фактах либо оценочным суждением, мнением, убеждением.
Исходя из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года №3 следует, что по делам данной категории обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.
При этом под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.
Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности вовремя, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок.
Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, <дата> около 12 часов 50 минут по месту работы истца ФИО2 в помещении стоматологической клиники <...> расположенной по адресу: <адрес> в его кабинет вошла ФИО1 и высказала в адрес истца фразу: <...>
В этот же день ФИО2 обратился в МО МВД России «Козьмодемьянский» с заявлением о привлечении ФИО1 к установленной законом ответственности указав, что <дата> около 12 часов 50 минут ФИО1 в помещении стоматологической клиники <...>» назвала его «<...>» в присутствии посторонних граждан, чем оскорбила его и испортила его деловую репутацию, унизила его честь.
Как в ходе проверки заявления ФИО2 участковым уполномоченным МО МВД России «Козьмодемьянский», так и в судебном заседании ответчик ФИО1 отрицала свою причастность к событиям имевшим место в указанное истцом время в кабинете ФИО2 в помещении стоматологической клиники <...>» расположенной по адресу: <адрес>.
В ходе проверки заявления ФИО2 участковым уполномоченным МО МВД России «Козьмодемьянский» к материалу проверки приобщена видеозапись с камеры наблюдения установленной в кабинете истца ФИО2 на которой была зафиксирована фонограмма разговора имевшего место <дата> около 12 часов 50 минут по месту работы истца ФИО2 в помещении стоматологической клиники <...>».
27 января 2023 года участковым уполномоченным МО МВД России «Козьмодемьянский» была назначена лингвистическая экспертиза с постановкой вопросов, имеется ли в представленном тексте негативная оценка какого-либо лица? Если имеется, то какими языковыми средствами она выражена?
Из заключения эксперта <...> <№> от 1 марта 2023 года следует, что на представленной видеозаписи выявлены высказывания, в которых выражена негативная оценка лица, обозначенного как «М» в установленном тексте дословного содержания.
Материал проверки от <дата> по факту высказывания оскорблений со стороны ФИО1 в адрес ФИО2 был направлен по подведомственности в Горномарийскую межрайонную прокурату.
Определением заместителя Горномарийского межрайонного прокурора от 4 апреля 2023 года отказано в возбуждении дела об административном правонарушении по факту высказывания оскорблений со стороны ФИО1 в адрес ФИО2 в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности.
Разрешая заявленные требования, руководствуясь положениями гражданского законодательства, учитывая разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», оценив по правилам статьи 67 ГПК РФ представленные по делу доказательства, в том числе заключение судебной лингвистической экспертизы, исходя из установленных обстоятельств, установления факта высказывания ответчиком в адрес истца выражений оскорбительного характера, суд первой инстанции пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований, указав, что истцом не доказан факт распространения порочащих сведений, не соответствующих действительности, не представлены доказательства, подтверждающие факт распространения информации (сведений), в понимании статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации. Вместе с тем, указывая на допущенное ответчиком охраняемое законом право истца на защиту от оскорбления, суд пришел к выводу о возможности удовлетворения требования о компенсации морального вреда.
Определяя размер компенсации морального вреда, судом первой инстанции учтены фактические обстоятельства дела, характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, личности потерпевшего, степени вины причинителя вреда, степень нравственных страданий потерпевшего, связанных с претерпеванием волнений после совершенного в отношении него правонарушения, а также требования разумности и справедливости, сопоставив объем причиненных ответчиком нравственных переживаний с указанной в иске суммой компенсации морального вреда, пришел к выводу о несоразмерности, заявленной истцом суммы компенсации морального вреда, определив ее в размере 5000 руб.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они мотивированы, соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, и установленным по делу обстоятельствам.
Изложенный в жалобе довод ответчика о нахождении ее на рабочем месте в момент выражения высказываний оскорбительного характера в адрес истца, со ссылкой на то, что данный факт может подтвердить свидетель ФИО4, отклоняются судебной коллегией.
Вопреки доводам жалобы, факт нанесения оскорбления со стороны ФИО1 <дата> в 12 часов 50 минут подтверждается административным материалом, видеозаписью из рабочего кабинета истца стоматологической клиники <...>». В связи с обращением ФИО2 в МО МВД России «Козьмодемьянский» по факту высказывания в его адрес оскорблений, была назначена судебная лингвистическая экспертиза фонограммы разговора, которая содержит выводы, что на представленной видеозаписи выявлены высказывания, в которых выражена негативная оценка лица, обозначенного как «М» в установленном тексте дословного содержания.
В соответствии с частью 1 статьи 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
Таким образом, видеозаписи отнесены ГПК РФ к самостоятельным средствам доказывания.
У судебной коллегии, как и у суда первой инстанции, нет оснований ставить под сомнение выводы лингвистической экспертизы, проведенной ЭКЦ МВД РФ по Республике Марий Эл, экспертиза проведена компетентным специалистом, является полной, не содержит неясностей и противоречий, включает обоснованные выводы по поставленным вопросам и соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ. Из заключения судебной экспертизы следует, что эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.
Надлежащих, достоверных, допустимых доказательств, опровергающих выводы данного заключения, ФИО1 не представлено, ходатайства о назначении фоноскопической экспертизы разговора ответчиком не заявлено. В связи с чем, обоснованно заключение принято судом первой инстанции в качестве достоверного доказательства по делу.
Ссылаясь на необоснованный отказ суда первой инстанции в удовлетворении ее ходатайства о допросе в качестве свидетеля ФИО4, ответчик указывает на нахождение указанного свидетеля на стационарном лечении в период с 30 апреля по 5 мая 2023 года,
Судебная коллегия принимает во внимание, что ходатайство о допросе ФИО4 в качестве свидетеля было заявлено на судебном заседании 4 мая 2023 года, ранее судебные заседания неоднократно откладывалось по ходатайству ответчика, что не препятствовало заявить данное ходатайство на более раннем этапе судебного разбирательства с учетом разумности сроков рассмотрения дела.
В частности, судебное заседание, назначенное на 26 апреля 2023 года было отложено на 2 мая 2023 года по ходатайству сторон для обеспечения явки представителей, ходатайства о допросе свидетеля стороной ответчика заявлено не было, явка свидетеля обеспечена не была, о дате судебного заседания ответчик была извещена заблаговременно - 1 апреля 2023 года (л.д.23), представленные в суд возражения на исковое заявление каких-либо ходатайств, доводов в указанной части также не содержат. 2 мая 2023 года судебное заседание было отложено на 4 мая 2023 года по ходатайству стороны ответчика, ходатайства в части опроса свидетелей также заявлены не были.
Судом первой инстанции верно отмечено, что свидетельские показания являются косвенным подтверждением нахождения работника на рабочем месте. Учитывая, что интересы ответчика представлял профессиональный участник процесса - адвокат, который был ознакомлен с материалами гражданского дела 24 апреля 2023 года, судебная коллегия приходит к выводу, что факт нахождения работника на рабочем месте могли быть подтверждены иными доказательствами по делу (в том числе письменными), доказательств в указанной части представлено не было, как и в ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.
Вопреки доводам жалобы, из исследовательской части лингвистической экспертизы, проведенной ЭКЦ МВД РФ по Республике Марий Эл, следует, что экспертом исследовался устный текст длительностью примерно 22 секунды – «С наступающим вас, уголовник! Уголовное дело все равно будет возбуждено, … Потому что врать не хорошо», установлено, что в данном высказывании коннотативным значением обладает слово «уголовник», на основании чего сделан вывод о наличии высказываний на представленной видеозаписи, в которых выражена негативная оценка лица, обозначенного как «М» в установленном тексте дословного содержания.
Ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы на предмет определения, подвергался ли монтажу диск видеозаписи, содержащий запись с кабинета стоматологической клиники ООО «Дантист СВ», ответчиком не заявлялось, судом первой инстанции не разрешалось.
Изложенный в апелляционной жалобе довод о том, что заявленная сумма компенсации увеличена истцом в связи с распространением сведений, факт которой не доказан в рамках рассмотрения дела, судебной коллегией отклоняется в связи со следующим.
Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце шестом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», на ответчика, допустившего высказывание в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 ГК РФ).
Действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.
Как следует из искового заявления, ФИО2 просил обязать ответчика принести ему публичные извинения и публично опровергнуть порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца сведения, требования в данной части оставлены без удовлетворения.
Истец также просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, причиненного ему в результате оскорблений. Соответственно, в рамках заявленных требований истец должен был представить, в частности, доказательства факта высказывания ответчиком в его адрес оспариваемых выражений и их оскорбительный характер, факт их распространения ответчиком третьим лицам в данном случае не является обязательным к доказыванию.
Поскольку был установлен факт высказывания выражений оскорбительного характера в адрес истца, вывод суда первой инстанции о наличии оснований для возложения на ответчика обязанности компенсировать причиненный этими действиями моральный вред является законными и обоснованными.
Исходя из заявленной стороной истца суммы компенсации морального вреда в размере 100000 руб., судом первой инстанции определен размер денежной компенсации морального вреда в размере 5000 руб., что соответствует установленным фактическим обстоятельствам, степени нравственных страданий, требованиям разумности и справедливости.
Доводы ответчика о том, что неприязненные отношения к ней у истца возникли в связи с ее обращением в правоохранительные органы по факту некачественного оказания стоматологических услуг отклоняются судебной коллегией, поскольку не являются предметом рассматриваемого спора.
Вопреки доводам жалобы, судом первой инстанции при рассмотрении спора исследованы и оценены представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимосвязи, подробно аргументированы в оспариваемом решении суда, исходя из обстоятельств настоящего дела.
С учетом изложенного судебная коллегия полагает, что решение суда отвечает требованиям закона, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.
В соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ законность и обоснованность решения суда проверены исходя из доводов апелляционной жалобы.
Руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Горномарийского районного суда Республики Марий Эл от 4 мая 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок не превышающий трёх месяцев в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.
Председательствующий А.В. Иванов
Судьи Е.В. Кольцова
Н.Г. Лоскутова
Мотивированное апелляционное определение составлено 31 августа 2023 года.