Решение по делу № 2-762/2025 от 14.11.2025 | Прокопьевский районный суд (Кемеровская область)

Категория дела О компенсации морального вреда Гражданское Удовлетворено частично

Краткое содержание дела Все четыре части решения кратко

Вводная частькто, когда и о чём судился

<ФИО> обратился в суд с иском к ГАУЗ "Кузбасская областная клиническая больница имени С.В. Беляева" о компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что истец с 06.09.2004г. до 23.11.2020г. работал

Описательная частьчто требовал истец и что отвечал ответчик

Истец <ФИО> и его представитель <ФИО>, действующая на основании доверенности,- в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме. Представитель ответчика ГАУЗ "Кузбасская областная клиническая

Мотивировочная частьчем суд руководствовался и почему так решил

Суд, заслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные

Резолютивная частьитоговое решение суда

Исковые требования <ФИО> к ГАУЗ "Кузбасская областная клиническая больница имени С.В. Беляева" о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Суды по аналогичным делам принимают разные решения

Посмотреть все аналогичные дела →

Дело № 2-762/2025

УИД42RS0024-01-2025-001189-77

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Прокопьевск 05 ноября 2025 года

Прокопьевский районный суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Нусс Ю.В.,

при секретаре Субботиной Е.А.,

истца- ФИО1,

представителя истца – ФИО2,

представителя ответчика ГАУЗ "Кузбасская областная клиническая больница имени С.В. Беляева" – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ГАУЗ "Кузбасская областная клиническая больница имени С.В. Беляева" о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 обратился в суд с иском к ГАУЗ "Кузбасская областная клиническая больница имени С.В. Беляева" о компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что истец с 06.09.2004г. до 23.11.2020г. работал в ООО «Шахтоуправление «Карагайлинское» в должности «<данные изъяты>». 23.11.2020г. истец был уволен в связи с сокращением численности штата работников организации и больше не работал.

Согласно санитарно-гигиенической характеристики условий труда № от 22.04.2019г. истец в период работы подвергался воздействию вредных производственных факторов: шум, инфразвук, общая и локальная вибрация, пыль, химические вещества, тяжесть и напряженность трудового процесса и неблагоприятный микроклимат. За время работы во вредных условиях (более 30 лет) состояние здоровья истца ухудшилось. С 2006г. истец постоянно наблюдался у невролога с диагнозом: <данные изъяты>; а с 2021г. истцу был установлен диагноз: <данные изъяты>.

Несмотря на очевидность наличия причинно-следственной связи заболеваний с профессиональной деятельностью, в медицинском заключении ГАУЗ «Кузбасская областная клиническая больница им. С.В.Беляева» отделением профпатологии с областным центром № от 22.06.2021г. указано, что заболевания <данные изъяты> болезнь являются общими и не связаны с профессией.

Отсутствие заключения о профессиональном характере заболеваний истца нарушало право на возмещение вреда здоровью, предусмотренное ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24.07.1998г. №125-ФЗ.

27.09.2021г. истец обратился в Центральный районный суд г.Кемерово с исковым заявлением о признании медицинского заключения № от 22.06.2021г. об отсутствии профессионального заболевания незаконным и возложении обязанности признать заболевания профессиональными.

Решением Центрального районного суда г.Кемерово Кемеровской области от 27.11.2024г. иск истца к ГАУЗ «Кузбасская областная клиническая больница им. С.В. Беляева» о признании медицинского заключения об отсутствии профессионального заболевания незаконным и возложении обязанности признать заболевание профессиональным был удовлетворен частично. Суд решил признать медицинское заключение ответчика № от 22.06.2021г. в отношении ФИО1 незаконным в части, в которой не установлен профессиональный характер заболеваний: «<данные изъяты>», «<данные изъяты>». Обязать ответчика признать диагностированные у ФИО1 заболевания: «<данные изъяты>» и выдать соответствующее медицинское заключение о наличии профессионального заболевания.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 10.04.2025г. решение Центрального районного суда г.Кемерово от 27.11.2024г. оставлено без изменения, апелляционная жалоба ответчика – без удовлетворения.

Решение Центрального районного суда г.Кемерово вступило в законную силу 10.04.2025г.

На основании п.14 Постановления Правительства РФ от 15.12.2000г. №967 «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний» центр профессиональной патологии (ответчик) на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз – хроническое профессиональное заболевание (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами) составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного. Согласно п. 15 Постановления Правительства РФ от 15.12.2000г. №967 «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний» медицинское заключение о наличие профессионального заболевания выдается работнику под расписку и направляется страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного.

Ответчик нарушил вышеуказанные положения Постановления Правительства РФ от 15.12.2000г. №967 «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний» не установил причинно-следственную связь профессиональных заболеваний с профессиональной деятельностью.

Решением Центрального районного суда г.Кемерово от 27.11.2024г. подтверждается, что действия сотрудников ГАУЗ «Кузбасская областная клиническая больница имени С.В.Беляева» по отказу в установлении причинно-следственной связи профессиональных заболеваний – <данные изъяты> с профессиональной деятельностью истца были незаконными.

Истец считает, что имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями ответчика, а также считает, что противоправное поведение ответчика, выразившееся в отказе в установлении причинно-следственной связи профессиональных заболеваний – <данные изъяты> с профессиональной деятельностью истца повлекло для него невозможность своевременно (в июне 2021г.) оформить акт о случае профзаболевания, своевременно пройти комиссию МСЭ и установить проценты утраты профессиональной трудоспособности, а затем и реализовать свое право на ежемесячные страховые выплаты, предусмотренные ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Противоправное поведение ответчика (отказ в установлении причинно-следственной связи профзаболеваний с профессиональной деятельностью) повлекло для истца наступление негативных последствий в виде нравственных страданий. С момента получения медицинского заключения № от 22.06.2021г. до настоящего времени истец постоянно находится в состоянии стресса, плохо спит ночами, переживает из-за незаконных действий ответчика, чувствует свою беспомощность.

Работая во вредных условиях, истец повредил свое здоровье, получил профессиональные заболевания, однако, ответчик нарушил права истца и вынес незаконное и необоснованное медицинское заключение № от 22.06.2021г. Истец был вынужден защищать свои права в судебном порядке. Рассмотрение дела по существу продолжалось с 27.09.2021г. до 27.11.2024г., более 3-х лет. Истец человек уже не молодой и, защищая свои права и законные интересы в суде, сильно переживал и волновался, его душевное спокойствие было нарушено на длительное время.

Неоднократно из-за переживаний по поводу незаконного отказа ответчика в установлении причинно-следственной связи профзаболеваний с профессиональной деятельностью, необходимостью защищать свои права в суде у истца повышалось давление. Истец потерял веру в объективность со стороны ответчика.

Переживания истца из-за незаконно вынесенного медицинского заключения № доводили его до состояния безысходности, обиды за необъективное отношение к нему со стороны ответчика, за допущение вынесения незаконного медицинского заключения в части отказа в установлении причинно-следственной связи с профессиональной деятельностью истца.

Истец чувствует свою беспомощность, оценивает причиненный ему моральный вред (нравственные страдания) в размере 1 000 000 рублей.

На основании изложенного, просил взыскать с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2, действующая на основании доверенности,- в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика ГАУЗ "Кузбасская областная клиническая больница имени С.В. Беляева" ФИО3, действующая на основании доверенности –в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных исковых требований. В суд представлены возражения, согласно которым ответчик просит отказать в удовлетворении заявленных требований.

Свидетель А в судебном заседании пояснила, что 4 года длится период рассмотрения дела, <данные изъяты> очень сильно переживает, стал хуже слышать, боли в сердце, поднимается давление, хотя никогда его не было. Она, как медик ставит капельницы, дает таблетки. В головном институте г. Москва подтвердили заболевание, а Кемеровской больнице нет. Также он ездил в г. Новокузнецк его направляли 2 раза, в Татарстан. <данные изъяты> знает, что у него есть заболевание, в больнице в г. Кемерово ему говорят, что его нет. После вынесения решения суда в пользу <данные изъяты>, у него состояние не нормализовалось, все так же. С давлением обращается в больницу по месту жительства, ходит к неврологу, так как болит голова.

Свидетель Б в судебном заседании пояснила, что3 года назад ФИО1 приехал с судебного заседания, лицо у него было красное, поднялось давление. Судов было много, после того как он съездил в Москву. Постоянно переживает, ждет, что решение будет в его пользу. Уравновешенный человек, все держит в себе, сколько его знает- всегда спокойный, первый раз такое случилось, чтобы он сильно переживал

Суд, заслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты нарушенных гражданских прав является компенсация морального вреда.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с положениями статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1).

Пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Положениями статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" указано, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пункту 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" в пункте 25 разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" указано, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

В пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" также разъяснено, что разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, истец с 06.09.2004г. до 23.11.2020г. работал в ООО «Шахтоуправление «Карагайлинское» в должности «<данные изъяты>».

23.11.2020г. истец был уволен в связи с сокращением численности штата работников организации и больше не работал.

В суд представлено медицинское заключение ГАУЗ «Кузбасская областная клиническая больница им. С.В.Беляева» отделением профпатологии с областным центром № от 22.06.2021г., в котором указано, что заболевания <данные изъяты> являются общими и не связаны с профессией.

Решением Центрального районного суда г.Кемерово Кемеровской области от 27.11.2024г. иск истца к ГАУЗ «Кузбасская областная клиническая больница им. С.В. Беляева» о признании медицинского заключения об отсутствии профессионального заболевания незаконным и возложении обязанности признать заболевание профессиональным был удовлетворен частично. Суд решил признать медицинское заключение ответчика № от 22.06.2021г. в отношении ФИО1 незаконным в части, в которой не установлен профессиональный характер заболеваний: «<данные изъяты>». Обязать ответчика признать диагностированные у ФИО1 заболевания: «вибрационная <данные изъяты>» и выдать соответствующее медицинское заключение о наличии профессионального заболевания.

Решение Центрального районного суда г.Кемерово вступило в законную силу 10.04.2025г.

Истец заявляет требование о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями ответчика, считает, что противоправное поведение ответчика повлекло для него невозможность своевременно оформить акт о случае профзаболевания, своевременно пройти комиссию МСЭ, и установить проценты утраты профессиональной трудоспособности, а затем и реализовать свое право на ежемесячные страховые выплаты, предусмотренные ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Переживания и ухудшение состояния здоровья истца из-за незаконно вынесенного медицинского заключения №, также подтвердили свидетели А, Б в судебном заседании.

У суда не имеется оснований не доверять показаниям свидетелей.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Вместе с тем, принимая во внимание характер физических и нравственных страданий истца, фактические обстоятельства дела, при которых причинен моральный вред, требования разумности и справедливости, суд первой инстанции правомерно снизил размер денежной компенсации, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца до 30 000 рублей.

Согласно ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В соответствии с пп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ размер госпошлины по иску о взыскании компенсации морального вреда составляет 3000 руб.

Таким образом, с учетом положений ст. 103 ГПК РФ данная сумма подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО1 к ГАУЗ "Кузбасская областная клиническая больница имени С.В. Беляева" о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с ГАУЗ «Кузбасская областная клиническая больница им. С.В. Беляева» (ОГРН <***>) в пользу ФИО1. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, компенсацию морального вреда в размере 30 000,00 рублей (тридцать тысяч рублей).

Взыскать с ГАУЗ «Кузбасская областная клиническая больница им. С.В. Беляева» (ОГРН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей (три тысячи рублей 00 копеек).

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Прокопьевский районный суд Кемеровской области в течение месяца с момента изготовления решения в мотивированной форме.

В мотивированной форме решение изготовлено 14 ноября 2025 года.

Председательствующий /подпись/ Ю.В. Нусс

Подлинный документ подшит в материалы гражданского дела № 2-762/2025 Прокопьевского районного суда Кемеровской области

В ряде случаев суды приходят к противоположным выводам

Актуальная практика 2025–2026 →