Решение по делу № 2-431/2022 от 21.03.2023 - о признании договора дарения земельного участка и жилой квартиры недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности, об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя.

К делу № 2-7/2023

УИД: 23RS0009-01-2022-000704-38

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ФИО1 края 21 марта 2023 года

Брюховецкий районный суд Краснодарского края в составе:

судьи Волковой О.П.,

при секретаре Дзюба А.Ю.,

с участием:

представителя истца ФИО2, по доверенности ФИО3,

представителя ответчиков ФИО4 и ФИО5, по доверенностям ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО4, ФИО5 о признании договора дарения земельного участка и жилой квартиры недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности, об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя,

установил:

Истец, ФИО7, обратился в суд с иском к ответчикам ФИО4 и ФИО5 (уточнив их в порядке статьи 39 ГПК РФ) о признании договора дарения земельного участка и жилой квартиры недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности, об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя. Истец, мотивируя заявленные требования, утверждает, что его сын ФИО4 и супруга истца ФИО5, с целью лишения его права собственности на единственное жилое помещение – квартиру, обманом добились от него подписания договора дарения от 25.12.2015 года, а потом 17.09.2021 года выгнали из дому, лишив его права на проживание в нем.

В обоснование заявленных исковых требований ФИО7 указал, что состоит в зарегистрированном браке с ФИО5 с 14.02.1971 года по настоящее время. От брака родился сын ФИО4 ОН являлся собственником земельного участка площадью 1200 кв.м. с кадастровым номером <......>, по адресу: <......>, на основании постановления главы администрации Батуринского сельсовета Брюховецкого района Краснодарского края <......> от 15.05.1992 года, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним была составлена регистрационная запись <......> от <......>. Также он являлся собственником квартиры общей площадью 118,4 кв.м. с кадастровым номером <......> по адресу: <......>, на основании договора <......> от <......>, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним была составлена регистрационная запись <......> от <......>. Он, супруга и сын, а также с 1994 года невестка ФИО8 проживали по указанному адресу.

Истец указывает, что в силу возраста страдает рядом заболеваний, начиная с 2008 года. 24.11.2015 года ему проведена операция на сердце. 22.12.2015 года ему также поставлен диагноз: Тромбоцитопения (онкологическое гематологическое заболевание). При этом истец утверждает, что заключил оспариваемый им договор дарения от 25.12.2015 года в возрасте 70 лет, с сыном, ФИО4, после оперативного вмешательства и выставленного онкологического диагноза, то есть при стечении тяжелых жизненных обстоятельств. Кроме того в силу возраста не обладал правовыми знаниями, не имел сил сопротивляться давлению со стороны членов семьи, не имел возможности самостоятельно обратиться к юристам и проконсультироваться о правильности предложенной ему сыном и супругой сделки, о соответствии ее условий форме и названию, а главное его истинной воле. Поверил в искренность хорошего отношения к нему со стороны супруги ФИО5, сына ФИО4 и невестки ФИО8, и, убежденный в том, что сын осуществит за ним при установленной болезни достойный уход до конца его дней, согласился подписать требуемый ими договор дарения. При этом супруга ФИО5 настаивала на заключении такого договора, убеждая его в том, что договор только называется дарение, а фактически взамен их единственный сын, ФИО4, станет досматривать их. Супруга пояснила, что ее племянник ФИО6 и его супруга ФИО9 юристы, они полностью помогут оформить договор. Сын ФИО4 в свою очередь говорил, что обеспечит ему спокойную старость и достойный уход, только нужно подписать договор.

Истец указывает, что перед посещением онкологического центра, <......>, сын привез его в офис Ш.М., расположенный по ул. Ленина ст. Брюховецкой. Супруга ФИО5 ранее подписала нотариальное соглашение и не присутствовала там. Юрист Шевченко М.П. дала им с сыном уже готовые документы и указала где нужно поставить подпись. Договор никем не зачитывался, последствия его подписания не разъяснялись. Истец утверждает, что если бы он знал, что предусматривает этот договор дарения, то он бы его не подписывал. Далее в регпалате он просто подтвердил, что знает, что за договор был им подписан, полагая, что после выполнения формальностей останется проживать в собственном домовладении до конца своих дней, получит надлежащий уход и содержание от сына, а потом после его смерти сын станет полноправным хозяином дома. 18.01.2016 года была произведена регистрация права собственности на квартиру и земельный участок на имя сына ФИО4

Истец утверждает, что в период с 25.12.2015 года до 17.09.2021 года он продолжал проживать в своей квартире, в собственной комнате, полагая, что также является ее хозяином, как и прежде. С августа 2021 года отношение к нему со стороны членов семьи изменилось: сын и невестка перестали общаться с ним, супруга перестала нормально разговаривать, готовить еду, заявляя, что он должен убираться из дому. То же самое стал говорить и сын. Члены семьи утверждали, что он, ФИО7 утратил право на проживание в квартире и должен уходить. Не выдержав постоянные оскорбления и скандалы, устраиваемые родными он вынужден был обращаться в Управление социальной защиты населения в Брюховецком районе и просил о получении социальной услуги социального обслуживания в стационарной форме в отделении временного проживания, однако такая услуга ему представлена не была. Конфликты с родными продолжились и он заявил сыну, что расторгнет с сыном договор в суде, если за ним ухаживать не хотят, однако сын, будучи в состоянии алкогольного опьянения стал оскорблять отца нецензурной баранью, выгонять его из дома, угрожать ему физической расправой. По данному поводу он обращался в ОМВД. Такое поведение повторилось и 17.09.2021 года, когда сын был сильно пьян и стал кричать, что сейчас станет его резать, что он на бойне работал, а потом откупится у ментов, а затем ударил его кулаком в левую часть головы, хватался за нож. Сообщение о данных инцидентах в ОМВД не дало результатов, скандалы продолжились и он был вынужден уйти из дома. Начиная с 17.09.2021 года, в возрасте 76 лет, он стал проживать в съемном жилье, где и проживает по настоящее время, внося плату в размере 3000 рублей ежемесячно и несет все расходы на оплату коммунальных услуг. Ухаживать за собой надлежащим образом истец не имеет физической возможности, поэтому заключил договор на оказание социальных услуг. За указанный период сын перед ним не извинился за произошедшее, не примирился с ним.

Также истец указывает, что еще больше убедился в том, что семья преднамеренно ввела его в заблуждение уже в судебном заседании, так как узнал, что его сын 20.08.2021 года подарил своей матери ? дома и земельного участка ранее подаренными им ему. С 01.09.2021 года его супруге ФИО5 и сыну ФИО4 принадлежат по ? доли в праве земельный участок с расположенной на нем квартирой по адресу: <......>.

Истец указывает, что готов был в суде подписать мировое соглашение и жить как прежде с семьей в своем доме, которым бы могло бы закрепить юридически на ним право на проживание в квартире до конца его дней, не меняя при этом права ответчиков на имущество, однако стороны не заключили с ним предложенное мировое соглашение. Таким образом он просит суд признать договор дарения земельного участка и жилой квартиры от 25.12.2015 года недействительной сделкой и применить последствия ее недействительности, истребовать имущество из незаконного владения приобретателя по договору дарения ? доли в праве на земельный участок и жилую квартиру от 20.08.2021 года, оспаривает договор дарения от 25.12.2015 года и просит признать его недействительным по основаниям предусмотренным статьей 178 ГК РФ.

В судебном заседании истец ФИО7 и его представитель по доверенности ФИО3 в полном объеме поддержали заявленные исковые требования и просили суд удовлетворить их полностью.

Допрошенный в судебном заседании ответчик ФИО4, показал суду, что исковые требования не признает, просит суд отказать в удовлетворении иска полностью, пояснил, что не помнит болел ли отец в 2015 году и не знает болел ли вообще. Как-то покупал отцу таблетки, но операцию на сердце отцу не делали, в этом он участия не принимал. С палочкой отец начал ходить при трудностях в передвижении. В 2015 году отец сказал, что хочет подарить ему дом, и он не отказался. С семьей Шевченко они родственники, их матери сестры. Он договорился с ФИО6 по поводу договора дарения, и не говорил юристу Шевченко М.П., чтобы у отца не было права на проживание в доме, она сама все составила. Затем у Шевченко М.П. подписали представленные ею документы, где она им указала. Присутствовали при этом Шевченко М.П., отец и он. Мать была у нотариуса. После пошли в МФЦ к специалисту, тот спросил согласны ли они подписать договор и они поставили свои подписи. Отец не оговаривал условий сделки, он намеревался проживать в доме. Сам он не давал отцу обязательств помогать, покупать лекарства, возить в больницу, покупать продукты. Также пояснил, что в сентябре 2021 года отец поменялся на глазах, стал странный, перестал общаться, зачем-то вызывал полицию. Затем отец ушел на квартиру. Там он не был, с отцом не общается с момента его ухода. Из дому отца он не выгонял, поэтому тот может идти домой и жить в своей комнате.

Представитель ответчика ФИО4 по доверенности ФИО6, в судебное заседание представил письменное возражение, содержащееся в материалах гражданского дела, и пояснил, что просит суд применить последствия пропуска процессуального срока для обращения в суд с иском о признании договора дарения от 25.12.2015 года недействительной сделкой, в удовлетворении исковых требований отказать полностью. Считает, что договор дарения от 25.12.2015 года содержит все существенные условия, текст договора является ясным, исключает многозначное толкование, подписан истцом собственноручно, что исключает основание полагать, что истец ФИО7 не был ознакомлен с его содержанием. После заключения договора и до настоящего времени ответчик ФИО4 осуществляет правомочия собственника спорного имущества, несет самостоятельно бремя его содержания, производит его улучшения, оплачивает налоги на имущество. Истец ФИО7 подписал документы в МФЦ добровольно, сделка была зарегистрирована в соответствии с установленными требованиями, истец отвечал на вопрос регистратора о том понятно ли ему какую сделку заключает, и ответил что понятно, следовательно на момент заключения договора дарения от 25.12.2015 года волеизъявление ФИО2 в оформлении договора полностью соответствовало его намерению безвозмездно передать сыну ФИО4 без встречных условий земельный участок и квартиру. Последующее изменение истцом своего решения не является основанием для признания недействительным заключенного договора по мотиву заблуждения. Ответчик ФИО4 указал, что доводы истца о том, что он заблуждался относительно существа сделки, поскольку полагал, что в будущем ответчик будет оказывать ему помощь, содержание, не могут быть приняты во внимание, поскольку договор дарения не содержит встречного обязательства ответчика по осуществлению ухода за истцом. В материалах дела отсутствуют доказательства причинно-следственной связи между сообщенными истцом сведениями о состоянии здоровья и действиями по заключению договора дарения. Истец не доказал, что при совершении сделки по дарению имущества сыну его воля была направлена на совершение какой-либо другой сделки. Проект мирового соглашения им не был подписан потому что он не соответствует требованиям закона. Считает, что истец ФИО7 умышленно «смоделировал» ситуацию. В материалах дела отсутствует доказательства того, что от истца требуют освобождения помещения.

Ответчик ФИО5, будучи надлежащим образом уведомленной о времени проведения судебного заседания, не явилась. Суду представлена нотариальная доверенность на имя представителя ФИО6, а также письменные возражения.

Представитель ФИО5 по доверенности ФИО6 в судебном заседании от имени ответчика ФИО5, показал суду, что исковые требования ФИО2 его доверитель не признает, просит отказать в их удовлетворении полностью. Пояснил суду, что истец ФИО7 сам выразил намерение подарить дом и земельный участок сыну, мотивировал это желание тем, что Игорь их единственный сын. Игорь согласился принять дар, при этом вопрос по дальнейшему уходу, кормлению и содержанию ФИО2 не ставился. Ответчик ФИО5 дала согласие супруги на совершение оспариваемой сделки, удостоверенное нотариусом. Никакого давления на истца в отношении договора дарения от 25.12.2015 года члены семьи не оказывали, никто из членов семьи не обманывал ФИО2, и никто не брал на себя обязательства его пожизненного содержания. ФИО7 всю жизнь занимал руководящие должности в сельскохозяйственном предприятии, связанные с материальной ответственностью и работой с подчиненными, и прекрасно понимал суть прочитанного.

Допрошенный в судебном заседании по ходатайству стороны истца свидетель Н.А.И. пояснил суду, что знаком с ФИО2 и ФИО5 более 50-ти лет. До 2015 года супруги С-вы не говорили ему, что хотят подарить свой дом сыну Игорю. Игорь их единственный сын – дом и так ему по наследству достанется. В конце 2015 года он встретил ФИО2 и в ходе разговора узнал, что тому сделали операцию на сердце, что он сильно болеет. ФИО7 рассказал, что подписал соглашение с сыном ФИО4 о том, что дом останется сыну, а за это Игорь будет за отцом ухаживать. Речи о договоре дарения не было. В сентябре 2021 года он узнал от жителей станицы Батуринской, что ФИО7 живет на съемной квартире по улице Береговой, что сын Игорь ему угрожал ножом и выгнал из дома. При встрече ФИО7 рассказал, что вынужден был уйти из дома, потому что боится сына Игоря, который сказал, что зарежет его. Также сказал, что ему вообще не стали уделять внимания, еду ему не готовят, не обстирывают. Затем он был на съемной квартире у ФИО2, условия для проживания плохие, сам себе готовит и стирает, строение ветхое. Также соцработница, которая обслуживает ФИО2, рассказала ему, что еще в конце лета 2021 года, ФИО7 сидел целями днями сам в машине напротив своего дома и домой не шел домой. ФИО10 знает с детства. Характеризует его отрицательно, так как тот выпивает, часто менял работу, жил за счет отца. В станице люди осуждают Игоря и его мать, так как они выгнали отца из дома. ФИО5 стала дружить с невесткой, ФИО8, а та с Иваном Сергеевичем вообще не общается. Невестка ФИО2 ФИО9 юрист, что и привело к тому, что ФИО2 негде жить. ФИО7 хороший специалист в животноводстве, но не юрист. Считает, что ФИО2 обманули, тот не понимал последствий договора, который ему дали подписать. Если бы ему разъяснили последствия такого договора, он бы его не подписывал.

Свидетель стороны истца Р.Н.В. пояснил суду, что знает ФИО2 длительное время. С ФИО11 знаком с детства. С обоими находился в хороших отношениях. После ухода на пенсию ФИО7 стал болеть, в конце 2015 года ему сделали операцию на сердце. Примерно в конце 2015 года ФИО7 рассказал ему, что решил договор подписать, чтобы сын за ним ухаживал, под условием чтобы Игорь докормил его с женой. Он для этого подписал договор дарение квартиры, об этом также просила жена. На это он сказал ФИО2, что его обманули, потому что невестка все это придумала, чтобы стать хозяйкой, вырастил юриста. Она станет хозяйкой, и не будут они за ним ухаживать. ФИО7 сказал, что он остается хозяином. Считает, что ФИО7 доверял своим родным. Также пояснил, что ФИО5 рассказывала его жене, что муж ушел из дома из-за того, что сын кидался драться, а она против сына не идет, очень жалеет, что муж не живет дома.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля стороны ответчиков С.М.А. пояснила, что является супругой ответчика ФИО4 От мужа ей стало известно, что истец хочет подарить ему дом. Обращались за консультацией о проведении сделки к Шевченко М.П. К концу 2015 г. свекровь, свекр, муж ездили на заключение сделки. ФИО7 мотивировал это тем, что Игорь единственный сын. В сентябре 2021 года отец ушел из их дома. Считает, что произошел распад отношений между отцом и матерью. Их семьи питались раздельно, холодильники разные. Со свекровью у нее отношения хорошие. ФИО7 к ней за питанием и помощью не обращался, он находился в нормальном состоянии здоровья, возможно в 2016 году он перенес операцию. Ей известно, что сейчас истец снимает жилье, она этим не интересуется и туда не приезжала. Истец не проживает с ними по своему личному желанию, возможно с другой женщиной. По специальности она юрист. На 2015 год являлась главой Батуринского сельского поселения. Участковый ФИО12 работал и работает в станице Батуринской, взаимодействовала с ним по работе.

Свидетель стороны ответчиков Ш.М.П. в судебном заседании пояснила, что с 1989 г. была юристом в колхозе «Энгельса», где заведующим СТФ работал истец. Ответчика ФИО4 знала по школе. Когда вышла замуж за ФИО6, то они оказались родственниками. Вначале декабря 2015 года ее мужу позвонил ответчик ФИО4 и попросил оформить сделку, так как отец хочет подарить ему дом. Она разъяснила моменты заключаемого договора, сказала про документы. Через две недели Игорь вновь позвонил и сказал, что отец хочет закончить все до нового года. Они приехали к ней, ознакомились с документами, она прочла их содержание им в слух, дала по экземпляру чтобы они ознакомились сами. Затем они ушли в МФЦ, вернувшись оттуда поблагодарили ее. Принуждения не было, разъяснялись условия расторжения сделки. ФИО7 говорил, что препаратов сильнодействующих он не принимает. Если бы истец тогда просил ее внести какие-либо условия в договор, то она бы его отказалась оформлять, так как это сделка под условием, что влечет ее недействительность.

Допрошенная в судебном заседании в качестве специалиста ФИО13 пояснила суду, что является специалистом-экспертом межмуниципального отдела по Брюховецкому и Каневскому районам Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю. По вопросу расхождения площади жилого помещения по адресу: Краснодарский край Брюховецкий район ст. Батуринская ул. Захарченко, 21, может пояснить следующее. Сведения о данном жилом помещении первично были внесены 10.12.2010 г. в ЕГРОКС и в кадастр недвижимости в качестве сведений о ранее учтенном объекте в точном соответствии с файлом, в котором содержались сведения о площади 66,6 кв.м. Госдарственный кадастровый учет изменений характеристик данного жилого помещения не осуществлялся. По решению госрегистратора от <......> сведения о данном жилом помещении с кадастровым номером <......> были исключены из ЕГРН со статусом «архивная». Сведения о жилом помещении <......> – ранее <......>, площадью 118,4 кв.м., были внесены в ЕГРОКС 26.01.2010 г. при постановке на гостехучет в результате заявления и представленного технического паспорта от <......>. Актуальный кадастровый номер – <......>, с площадью 118,4 кв.м.

Заслушав стороны, свидетелей, исследовав письменные материалы дела и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что истец ФИО7 <......> года рождения, с 14.02.1971 года и до настоящего времени состоит в зарегистрированном браке с ответчиком ФИО5,<......> года рождения. От брака имеется сын ФИО4, <......> года рождения. На период 2015 года, указанные члены семьи истца, в том числе и супруга сына ФИО8, совместно проживали по адресу: <......>, собственником которого являлся истец ФИО7 Согласно трудовой книжке колхозника от <......>, ФИО7 трудился животноводом и не выполнял деятельности связанной с юриспруденцией.

На основании исследованной в судебном заседании Медицинской картой пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях <......> ГБУЗ «Брюховецкая ЦРБ» МЗ КК ФИО2, <......> года рождения, содержащейся в ней Карты учета профилактических медицинских осмотров МБУЗ «Центральная районная больница» Брюховецкого района от <......>, судом установлено, что истец с 2000 года состоит на диспансерном учете по поводу заболеваний эндокринной системы и обмена веществ, болезней системы кровообращения, характеризующихся повышением кровяного давления, ишемической болезни сердца и других болезней сердца, цереброваскулярных болезней.

В соответствии с Выписным эпикризом из медицинской карты стационарного больного <......> Отделения хирургического лечения сложных нарушений ритма сердца и электрокардиостимуляции ГБУЗ ККБ №1 им. Очаповского МЗКК, пациенту ФИО2 выполнена операция на сердце.

22.12.2015 года, ФИО2 был установлен диагноз: <......>, что подтверждается направлением <......> от <......> в ГБУЗ «Онкологический диспансер <......>» МЗ КК истца.

Родным истца доподлинно было известно о состоянии его здоровья.

В судебном заседании установлено, и не оспаривалось сторонами, что после направления ФИО2 в онкологический диспансер от <......>, члены семьи истца ФИО5 и ФИО4, совместно с ним обсуждали вопрос принадлежности имущества, в котором все они на тот момент проживали, после чего истец дал согласие семье на переоформление принадлежащего ему дома и земельного участка, рассчитывая в дальнейшем проживать в доме, пользоваться им в полном объеме, получать внимание и уход сына ФИО4

Также судом установлено, что ответчики, каждый со своей стороны, предприняли действия, необходимые для того чтобы ФИО7 уже через три дня, а именно 25.12.2015 года, имел возможность подарить ФИО2 все свое имущество.

Так ФИО4 заблаговременно обратился к своему родственнику ФИО6, представляющему интересы данного ответчика в ходе настоящего судебного разбирательства, с просьбой, чтобы тот проконсультировал его по поводу переоформления имущества на него. В тоже время ответчик ФИО5 убедила мужа ФИО2 в необходимости подписания им договора от 25.12.2015 года, мотивируя тем, что и сама намерена отказаться от права на супружескую ? доли в праве на имущество, подписав нотариально удостоверенное Согласие на заключение договора на безвозмездную передачу домовладения в собственность сына, что и было сделано ей 25.12.2015 года, то есть в день подписания договора дарения

25.12.2015 года истец и ответчики прибыли в ст. Брюховецкую, где ФИО5 выполнила свое обещание о нотариальном отказе от супружеской ? доли в праве на имущество, а ФИО7 и ФИО4 прибыли к супруге представителя ФИО6 – Шевченко М.П., которая в качестве юриста подготовила для них договор дарения. Судом установлено из пояснений опрошенных в судебном заседании истца ФИО2 и ответчика ФИО4, что <......> в помещении, где они пописывали договор дарения находилась также юрист Шевченко М.П. При этом Шевченко М.П. самостоятельно без пожеланий и указаний истца ФИО2, с которым она не общалась на предмет существа сделки и ее последствий до подписания договора дарения, подготовила все необходимые документы и текст договора дарения от 25.12.2015 года. Шевченко М.П. вручила экземпляры договора сторонам и казала каждому, где нужно поставить подписи, стороны расписались. Аналогично поступил истец и в регистрационной палате, когда сказал государственному регистратору «да» на вопросы и поставил где необходимо подписи. Кроме пояснений ответчика ФИО4 и свидетеля Шевченко М.П., доказательств разъяснения договора ФИО2 и самого ознакомления с документами, в материалы дела стороной не представлены.

Судом установлено, что после заключения договора дарения, установившийся ранее устой семьи и отношение членов семьи истца к нему постепенно стали меняться. Так ранее супруга истца ответчик ФИО5 готовила и стирала вещи ФИО2, убирала в доме, то есть выполняла женскую работу в привычных брачных отношениях. Однако после заключения указанного договора перестала ему готовить еду, обслуживать его в бытовом плане. В силу возрастных физиологических изменений ФИО7 стал раздражать членов семьи. ФИО2 было выделено место на летней кухне, чтобы он самостоятельно готовил себе еду, а также выделена комната которой он мог распоряжаться.

Согласно материала КУСП 6488 от <......> ФИО7 обратился в ОМВД по Брюховецкому району с заявлением о привлечении к установленной законом ответственности сына ФИО4, который выгонял его из дома, не дает спокойно жить, прячет от него продукты питания, оказывает на него психологического воздействие. Указанный материал приобщен к номенклатурному делу, на основании рапорта сотрудника ФИО12, который со слов супруги заявителя ФИО5, указал, что какого-либо воздействия на ее супруга ни кто не оказывает, питание у них с детьми отдельное, не установил каких-либо противоправных действий в отношении ФИО2

Также, согласно материалам КУСП от<......> ФИО7 вновь обращался в ОМВД по Брюхвоецкому району с заявлением о привлечении сына ФИО4 к ответственности, который высказывал в его адрес угрозы. Постановлением уполномоченного дознавателя ФИО12 в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 119 УК РФ в отношении ФИО4 отказано за отсутствием состава преступления.

Вместе с тем судом установлено, что лицо, проводившее указанные проверки уполномоченный дознаватель ФИО12, является близким знакомым ФИО4 и его супруги ФИО8, имеющей юридическое образование и ранее занимавшей пост главы Батуринского сельского поселения.

Кроме того ФИО7 25.08.2021 года вынужден был обратиться к руководителю Управления социальной защиты населения в Брюховецком районе ФИО14 за помещением его в спецучереждение для престарелых людей, однако ответом за <......>-с-13 от <......> руководителя управления ФИО14, ему в этом было отказано со ссылкой на заявление сына ФИО4, утверждавшего, что просьба отца надуманна и безосновательна, порочит его репутацию.

Начиная с 17.09.2021 года ФИО2 стало понятно, что его ввели в заблуждение относительно заключенного им с сыном договора и он был вынужден покинуть ранее принадлежавшее ему домовладение, поселившись в съемном жилом помещении по адресу: <......>, где и проживает по настоящее время, производя арендную плату и пользуясь социальными услугами. Истец был вынужден обратиться с данным иском в суд. В ходе судебного заседания ответчики отказали истцу в подписании мирового соглашения, по условиям которого должна была быть предоставлена истцу жилая комната для пожизненного проживания, и гарантии гуманизма и нравственности по отношении к нему со стороны членов семьи.

В судебном заседании ответчик ФИО4 показал суду, что «.. отец ему ничего толком не дал в жизни … не знает болел ли вообще отец… не помнит, что отец чем-то болел и лежал в больницах … он помощи отцу не оказывал и не знает, что с ним было, он с ним не общается вообще … Отец не оговаривал условий сделки, отец намеревался проживать в доме. Он не давал обязательств отцу помогать ему… он на съемной квартире не был у отца, он не обещал отца досматривать... он не интересовался как отец живет, не звонил ему, не проведывал, и ему не интересно что с ним…».

ФИО8 показала суду, что «.. питание у них раздельное, холодильники разные... ФИО7 к нй за питанием и помощью не обращался, когда он ушел, то вопросов и переживаний у нее не было…. снимает квартиру… Она не интересовалась, не звонила, не приезжала… Она не обращала на него внимания, не кормила, не предлагала покушать… знает, что у него был кашель и болело когда-то сердце…».

Исследовав документальные доказательства по делу, выслушав пояснения сторон, свидетелей по делу, суд приходит к убеждению в том, ФИО7, при объективном восприятии обстоятельств предшествующих подписанию им договора дарения от 25.12.2015 года, не мог добровольно, без мотивации отказаться в пользу сына Игоря от права собственности на единственное жилое помещение и согласиться на то, чтобы в результате подписания такой сделки, он утратил право на проживание в собственном жилом помещении.

Согласно ч. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от лица требовалась по условиям оборота.

Сын истца, по сути дела умышленно не сообщив отцу информацию о характере заключаемого договора, подменил договор ренты на договор дарения, которые имеют разную правовую основу и порождают разные правовые обязательства.

Согласно ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу приведенных положений п. 1 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность

В п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

В информационном письме Президиума ВАС РФ от 10 декабря 2013 года N 162 "Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что заблуждение относительно природы сделки (статья 178 Гражданского кодекса Российской Федерации) выражается в том, что лицо совершает не ту сделку, которую пыталось совершить.Юридически значимым обстоятельством является выяснение вопроса о том, понимал ли истец сущность сделки на момент ее совершения или же его воля была направлена на совершение сделки вследствие заблуждения относительно ее существа применительно к пункту 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В ходе рассмотрения гражданского дела судом сделан вывод о том, что истец ФИО7 оспариваемый договор считает недействительным по следующим основаниям: - он никогда не имел намерения дарить ответчику принадлежащую ему недвижимость, а был убежден, что передает недвижимость взамен на выполнение обязательств по осуществлению за ним ухода и содержания, заблуждался в отношении природы сделки и последствий ее заключения; - сделка была заключена под влиянием обмана со стороны ответчиков; - оспариваемая сделка является притворной, поскольку под этой сделкой скрыт договор ренты.

Целью подписания нотариально удостоверенного Согласия ФИО5 на совершение сделки ФИО2 являлось намеренное введение супруга в существенное заблуждение относительно природы сделки и необходимости ее заключения именно в том виде, в котором ее составила Шевченко М.П. В результате сделки - договора дарения от 20.08.2021 года, заключенного между «Дарителем» ФИО4 и «Одаряемой» ФИО5, последняя с 01.09.2021 года вновь является собственницей ? доли в праве на спорные объекты недвижимости по адресу: <......>. Судом сделан вывод о том, что «Одаряемый» ФИО4 до заключения сделки имел договоренность с с матерью ФИО5, о введении в заблуждение ФИО2 в необходимости подписать именно договор дарения от 25.12.2015 года, за что в последствии ФИО5 сын отдаст свою ? долю подаренного ему имущества. Доказательством указанной договорённости является, представленный ответчиками в судебное заседание договор дарения от 20.08.2021 года о дарении ? доли в праве на квартиру ФИО5 Ответчики скрывали данное обстоятельство в ходе рассмотрения данного дела судом и ФИО5 первоначально была привлечена судом в качестве 3 лица, и только после установления судом обстоятельств договора дарения от 20.08.2021 года, путем получения судом сведений из ЕГРН, была привлечена судом в качестве ответчика. Следовательно, в результате подписания договора дарения от 25.12.2015 года только супруг ФИО7 лишился собственности.

Исходя из изложенного, в силу закона, оспариваемый договор дарения земельного участка с расположенной на нем квартирой от 25.12.2015 года является недействительным.

Сделкой, совершенной под влиянием заблуждения, признается сделка, в которой волеизъявление стороны не соответствует его подлинной воле на момент заключения сделки.

Сторона, заключившая договор под влиянием обмана или существенного заблуждения, вызванного недостоверными заверениями, данными другой стороной, вправе вместо отказа от договора (пункт 2 ст. 431.2 ГК РФ) требовать признания договора недействительным, руководствуясь статьями 179 и 178 ГК РФ.

В таких случаях, предполагается, что сторона, предоставившая недостоверные заверения, знала, что другая сторона будет полагаться на такие заверения.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию по данному спору, является выяснение вопроса о понимании истцом, ФИО2, сущности сделки на момент ее заключения.

Верховный Суд Российской Федерации в определениях №5-В01-355 от 25.06.2002 года и №4-КГ13-40 от 25.03.2014 года, указывает на необходимость выяснения таких обстоятельств и разъясняет, что при решении вопроса о существенности заблуждения по поводу обстоятельств, указанных в ч.1 ст. 178 ГК РФ, необходимо исходить из существенности данного обстоятельства для конкретного лица, с учетом особенностей его положения, состояния здоровья, характера деятельности, значения оспариваемой сделки.

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со статьёй 301 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно пункту 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума ВАС РФ №22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в случае, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301,302 ГК РФ.

Вместе с тем, суд приходит к выводу о том, что ходатайство ответчиков о применении срока исковой давности удовлетворению не подлежит, потому что не основано на законе, при этом суд исходит из положений статьи 200 ГК РФ, согласно которым, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Судом установлено, что о совершении договора дарения от 25.12.2015 года с пороком воли, при наличии существенного заблуждения относительно природы и последствий такого договора, ФИО7 узнал только 17.09.2021 года, когда об этом обстоятельстве ему объявил ответчик ФИО4 и ответчица ФИО5 такие утверждения поддержала.

В соответствии с частью 2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании недействительным договора дарения и о применении последствий ее недействительности, составляет один год и течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец ФИО7 узнал об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии со ст. 203 ГК РФ, течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

Таким образом, перерыв течения срока исковой давности на обращение в суд ФИО2, в период с 25.12.2015 года до 17.09.2021 года, был обусловлен тем, что ответчик ФИО4 не нарушал свое обязательство по обеспечению истцу ФИО2 права проживать в жилом помещении, право на которое перешло к ответчику.

С учетом изложенного, суд находит заявленные исковые требования обоснованными, так как истец, полагал, что заключается договор ренты, но подписал договор дарения, что и породило дальнейшие последствия, приведшие к судебному разбирательству. Судом установлено, что воля не всех участников оспариваемого договора дарения направлена на достижение одних правовых последствий, сын ввел своего отца в заблуждение при заключении договора дарения, а потом якобы исполнял обусловленные договоренности, как при договоре ренты, истец сделал неверный вывод о природе совершенной им сделке, следовательно данные требования суд признает подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения земельного участка и жилой квартиры, расположенных по адресу: <......>, заключенный <......> между ФИО2, <......> года рождения и ФИО4, <......> года рождения.

Истребовать земельный участок с кадастровым номером <......> и жилую квартиру с кадастровым номером <......>, расположенные по адресу: <......>, из владения ФИО4, <......> года рождения и ФИО5, <......> года рождения, прекратив право собственности на ? долю в праве общей долевой собственности ФИО4 и ФИО5 на земельный участок с кадастровым номером <......>, и жилую квартиру с кадастровым номером <......>, расположенные по адресу: <......>.

Погасить в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационную запись <......> от <......> на имя ФИО4 о праве собственности на земельный участок с кадастровым номером <......>, расположенный по адресу: <......>.

Погасить в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационную запись <......> от <......> на имя ФИО4 о праве собственности на квартиру с кадастровым номером <......>, расположенную по адресу: <......>.

Погасить в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационную запись <......> от <......> на имя ФИО4 о праве собственности на ? долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером <......>, расположенный по адресу: <......>.

Погасить в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационную запись <......> от <......> на имя ФИО5 о праве собственности на ? долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером <......>, расположенный по адресу: <......>.

Погасить в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационную запись <......> от <......> на имя ФИО4 о праве собственности на ? долю вправе общей долевой собственности на квартиру площадью 118,4 кв.м. с кадастровым номером с кадастровым номером <......>, расположенную по адресу: <......>.

Погасить в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационную запись <......> от <......> на имя ФИО5 о праве собственности на ? долю вправе общей долевой собственности на квартиру площадью 118,4 кв.м. с кадастровым номером <......>, расположенную по адресу: <......>.

Признать право собственности за ФИО2 право собственности на земельный участок отнесённый к землям поселений, предназначенный для ведения личного подсобного хозяйства площадью 1200 кв.м. с кадастровым номером <......>, расположенный по адресу: <......>.

Признать право собственности за ФИО2 право собственности на помещение–квартиру, назначения жилого (Литера А,а1,а3) общей площадью 118,4 кв.м., с кадастровым номером <......>, расположенную по адресу: <......>.

Признать право собственности за ФИО2 право собственности на хозяйственные строения и сооружения: сарай (литера Г3), сарай (Литера Г4), летняя кухня (Литера Г11), сарай (Литера Г12), гараж (Литера Г13), сарай (Литера Г14), навес (Литера Г15), навес (Литера Г16), уборная (Литера Г17), забор (Литера Г1), калитка (Литера 2), ворота (Литера 3), забор (Литера 4), забор (Литера 5), забор (Литера 6), ворота (Литера 7), забор (Литера 8), калитка (Литера 9), забор (Литера 10), септик (Литера IX), мощение (Литера X), расположенные по адресу: <......>.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Брюховецкий районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 27.08.2023 года.

Судья О.П. Волкова