Дело № 2-354 /2022

УИД 22RS0060-01-2022-000442-86

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 октября 2022 года с.Хабары

Хабарский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего Зориной О.А.,

с участием прокурора Хабарского района Алтайского края Липова Е.В.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

при секретаре Мастевной И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о возмещении морального вреда, причиненного в результате преступления,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с настоящим исковым заявлением к ФИО3 о взыскании в её пользу в счет компенсации морального вреда 2000000 рублей.

В обоснование исковых требований ссылается на то, что 05 мая 2022 года приговором Хабарского районного суда Алтайского края по делу № 1-25/2022 ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, то есть в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего – её отца К. Смерть отца является для неё невосполнимой потерей. После совершения преступления ФИО3 помощь её отцу не оказал, медицинских работников не вызвал, покинул место преступления и оставил К. в безлюдном месте. Такое поведение вызвало у нее особые нравственные страдания и мучения. После совершения преступления ФИО3 не оказывает ей никакой материальной помощи, не компенсировал моральный вред, не предпринимал иных действий, направленных на заглаживание вреда. Её воспитанием и содержанием занимался её родной дядя ФИО4, так как в 2005 году её мать З. перестала принимать участие в ее содержании и стала проживать отдельно. Ее нравственные и физические страдания длились более 14 лет, так как ФИО3 не удавалось привлечь к уголовной ответственности. Причиненный ей моральный вред оценивает в 2000000 рублей и просит взыскать данную сумму с ответчика.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО2, допущенный к участию в деле по устному заявлению истца, в судебном заседании исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске. Истец ФИО1 дополнительно пояснила, что была привязана к отцу. Мать ее воспитанием не занималась. В 2000 году после смерти бабушки, у которой они с матерью проживали и которая занималась ее, ФИО1, воспитанием, ее отец ФИО5 забрал их с матерью к себе. Впоследствии мать стала выпивать и ушла жить по другому адресу, ее с собой не позвала. Она осталась жить с отцом, который хоть и выпивал, постоянно был рядом и в любой ситуации ее поддерживал. На место, где нашли тело ее отца, они приехали с дядей Ж. и его супругой Д., где она увидела К. лежащего на животе. Что отец мертв, она поняла только когда стали грузить тело в машину скорой помощи. Когда его привезли с экспертизы и она увидела крышку гроба, ей было плохо, она плакала. Потеряла сон. Не могла поверить, что отец умер. Переживала долго, тяжело переносила разговоры об отце, потом смирилась. ФИО3 поклялся, что в смерти ее отца он не виноват. Когда умер отец ей было 16 лет, для нее это была большая психологическая травма, ее воспитанием занимался дядя Ж. По поводу смерти отца переживала длительное время, не хотела никого видеть, ни с кем разговаривать, ее поддерживали классный руководитель, одноклассники, подруга. Медицинские препараты она не принимала, к врачу не обращалась. После окончании 11 класса училась в г.Новосибирске, пыталась себя чем-то отвлечь. В настоящее время проживает в <данные изъяты>. Отца ей не хватает до сих пор. Когда спустя много лет преступление раскрыли и ей об этом сообщили, ей было больно, все вспомнилось, ее поддержали сын и супруг. Ранее ФИО3 работал таксистом, заходил пить кофе на вокзал, где она работала, один раз довез ее до дома, расспрашивал о жизни, сказал, что она похожа на отца.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании пояснил, что истец ФИО1 потеряла отца в подростковом возрасте, в самый сложный период формирования психических процессов и личности в целом. Осталась без поддержки отца, при том, что мать ее воспитанием не занималась.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился. Как следует из материалов дела, о времени и месте его проведения извещен судом надлежащим образом, что подтверждается соответствующей распиской. При этом, каких-либо ходатайств об обеспечении его участия в судебном заседании, назначенном на 20 октября 2022 года, лично либо путем использования систем видеоконференц-связи от ФИО3, отбывающего наказание в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Алтайскому краю, не поступило. Согласно представленному суду письменному отзыву на исковое заявление признает, что дочери К. совершенным им преступлением был причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях, связанных с потерей родного человека. При этом, считает размер заявленной к взысканию суммы его компенсации чрезмерно завышенным, не обоснованным. Он является инвалидом второй группы, у него выявляются признаки органического астенического эмоционально-лабильного расстройства травматического генеза с умеренно выраженными когнитивными нарушениями, в связи с чем он не имеет возможности трудоустроиться, его доход полностью зависит от пенсионных выплат.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, как в отдельности так и в совокупности, выслушав истца и ее представителя, заключение прокурора, полагавшего, что требования истца подлежат частичному удовлетворению, с учетом степени нравственных страданий, связанных с утратой близкого человека – в сумме 500000 рублей, суд приходит к выводу, что иск подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Ст. 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

В соответствии со ст. 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 15 июля 2009 года № 13-П, обязанность возместить причиненный вред является, как правило, мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

В силу ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Судом установлено, что К. приходился истцу ФИО1 отцом, что подтверждается копией свидетельства о рождении серии <данные изъяты>, выданного отделом ЗАГС администрации <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ (л.д.22).

Согласно п. 40 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года N 55 "О судебном приговоре", судам необходимо иметь в виду, что лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред, вправе также предъявить гражданский иск о компенсации морального вреда, которая, в соответствии с законом, осуществляется в денежной форме независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. При разрешении подобного рода исков следует руководствоваться положениями ст. ст.151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, в соответствии с которыми при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, степень вины подсудимого, его материальное положение и другие конкретные обстоятельства дела, влияющие на решение суда по предъявленному иску. Во всех случаях при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Приговором Хабарского районного суда Алтайского края от 05 мая 2022 года, постановленным по уголовному делу № 1-25/2022, с учетом апелляционного определения суда апелляционной инстанции Алтайского краевого суда от 30 июня 2022 года, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, то есть в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего К., совершенном в период с 9 часов 11 сентября 2007 года до 12 часов 13 сентября 2007 года на территории Хабарского района Алтайского края, назначено наказание 6 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Судами первой и апелляционной инстанции было уставлено, что ФИО3 совершил данное преступление при следующих обстоятельствах. В период с 09 часов 00 минут 11 сентября 2007 года до 12 часов 00 минут 13 сентября 2007 года, ФИО3 совместно с К. передвигались в салоне автомобиля «ГАЗ 3307» по автодороге из <данные изъяты>, где между ними возник словесный конфликт на почве злоупотребления К. спиртными напитками, а также подозрения в его адрес со стороны ФИО3 о совершении краж из дома последнего. В ходе указанного конфликта, у ФИО3 возникли неприязненные отношения к К., вызванные поведением потерпевшего, и умысел на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью К., опасного для жизни человека, реализуя который, ФИО3 по пути движения автомобиля «ГАЗ 3307» по автодороге из <данные изъяты>, от участка местности, расположенного по координатам: <данные изъяты>, находясь в салоне автомобиля, с силой нанес не менее 18 ударов руками по голове и туловищу потерпевшего, от чего К. неоднократно ударялся головой и туловищем о твердые тупые предметы в салоне автомобиля, после чего на участке местности, расположенном по координатам: <данные изъяты>, остановил транспортное средство, толкнул К. в открытую дверь автомобиля, от чего последний выпал из салона автомобиля, при этом ударившись головой и туловищем о твердое покрытие автодороги, представляющее собой асфальта-щебеночную смесь. Описанными выше умышленными преступными действиями, ФИО3 причинил К. следующие телесные повреждения:

- <данные изъяты>

Смерть потерпевшего К. наступила за 2-3 суток до начала исследования трупа в морге с 12 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ на открытом участке местности по координатам: <данные изъяты> от <данные изъяты>.

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, разъяснений, содержащихся в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении", вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Гражданский иск при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО3 ФИО1 не заявлялся и не рассматривался судом, сведения о возмещении подсудимым вреда отсутствуют.

Согласно ст. 151 ГК РФ и п. 3 ст. 1099 ГК РФ независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда потерпевший вправе требовать от причинителя вреда компенсации морального вреда – физических и нравственных страданий, причиненных ему вследствие нарушения его личных неимущественных прав, в том числе, в связи с потерей близкого человека.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины причинителя вреда и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 1101 ГК РФ).

Пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" предусмотрено, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в п. 32 постановления Пленума от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.

Истец ФИО1 приходилась погибшему К. дочерью, а потому, совершенные ответчиком преступные действия, установленные приведенным судебным актом, причинили истцу нравственные страдания, то есть моральный вред, который ответчик обязан компенсировать.

При этом суд, разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда, принимает во внимание следующие обстоятельства.

Как следует из приговора Хабарского районного суда от 05 мая 2022 года в ходе рассмотрения уголовного дела судом ФИО3 подтвердил данные в ходе предварительного следствия признательные показания, согласно которым 11 сентября 2007 года примерно в четвертом часу, он выехал на автомобиле ГАЗ 3307 на трассу <данные изъяты>, по пути подобрал идущего по трассе К., который находился в состоянии алкогольного опьянения. Во время поездки он предположил, что К. что-то украл из его дома, из-за чего сильно разозлился на него и кулаком правой руки сжатой в кулак с силой нанес не менее 5 ударов К. в левую, переднюю и заднюю часть туловища, чтобы причинить боль. Затем он нанес еще несколько ударов кулаком правой руки, сжатой в кулак, в область головы, возможно не менее двух-трех ударов, но точно сказать не может, так как не помнит. При ударе К. мог неоднократно удариться о заднюю металлическую часть кузова кабины, а также о металлическую дверь. Затем он вновь нанес удар кулаком правой руки сжатой в кулак в левую часть туловища К. и после данного удара К. ударился правым боком о выступающую ручку двери и при этом издал стон. Было понятно, что К. испытал физическую боль. Он был очень зол на К. из-за его постоянного вранья и краж. Свое транспортное средство он припарковал у обочины дороги, перекрестка между селом Коротояк и селом Усть-Курья, двигатель при этом не глушил. После чего, он вышел из салона автомобиля, подошел к пассажирской двери, где сидел К., открыл дверь и взял К. правой рукой за одежду в области правого плеча и вышвырнул его с салона автомобиля. Когда К. выпал из салона автомобиля, то упал на щебень, на правый бок, при этом К. мог удариться головой об грунт щебня, но он лично этого не видел, но может это предположить. После чего, он сел в салон своего автомобиля и покинул данный перекресток, а К. остался там. Когда он посмотрел в зеркало заднего вида, то К. сидел на коленках, при этом какие-либо транспортные средства перед ним и позади него не проезжали. По пути его следования и в месте, где он оставил К., людей не было.

Кроме того, из приговора суда следует, что труп К. с признаками насильственной смерти был обнаружен свидетелем по делу Р. ДД.ММ.ГГГГ на открытом участке местности, расположенном <данные изъяты>.

Ст. 12 ГК РФ относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

Согласно ч.3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

В Постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 г. по делу "М. (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Оценив с учетом требований закона все заслуживающие внимания обстоятельства, суд исходит из того, что компенсация морального вреда не должна носить формальный характер и призвана служить целям реального возмещения ущерба от перенесенных истцом физических и нравственных страданий, связанной с утратой близкого человека, поскольку смерть отца является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие его дочери ФИО1, а также нарушает ее неимущественное право на родственные и семейные связи.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, в силу действующего законодательства, принимает во внимание обстоятельства, при которых наступила смерть отца истца, учитывает степень эмоционального потрясения истца и ее нравственных страданий, которые она испытала в связи с преждевременной насильственной кончиной отца, принимает во внимание особенности взаимоотношений между истцом и погибшим, которые со слов ФИО1 были близкими, отец был единственным родителем, занимавшимся ее воспитанием и содержанием, индивидуальные особенности истца, являвшейся на момент смерти отца несовершеннолетней, что смерть К. наступила в результате умышленных действий ФИО3, длительность временного промежутка между обнаружением трупа К. и привлечением ФИО3 к уголовной ответственности за содеянное (почти 15 лет), принимает во внимание и тот факт, что ответчик каких-либо мер к возмещению причиненного истцу вреда не принимал, имущественное положение ответчика, являющегося <данные изъяты>, осужденного к лишению свободы на длительный срок, исходя из требований разумности и справедливости, суд полагает возможным определить ко взысканию с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей.

Суд полагает, что определенный в такой сумме размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

В удовлетворении остальной части требований о взыскании компенсации морального вреда истцу надлежит отказать.

При разрешении вопроса о взыскании судебных расходов суд исходит из следующего.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Ч. 1 ст.88 ГПК РФ закреплено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.

Ст. 100 ГПК РФ установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из толкования ст. 100 ГПК РФ следует, что разумность пределов, являясь оценочной категорией, является прерогативой суда и определяется судом с учетом особенностей конкретного дела.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п.13, 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», под разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. При этом положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении: иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

В п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» содержится разъяснение о том, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Согласно электронному чеку от 16 мая 2022 года № 2012yzqra0 истцом в пользу ФИО2 оплачено 4000 рублей за составление искового заявления.

Кроме того, в материалы дела представлен договор возмездного оказания юридических услуг от 16 мая 2022 года, согласно которому ФИО2 обязался по заданию ФИО1 оказать юридические услуги по составлению искового заявления о компенсации морального вреда, а также акт оказания услуги от 29 августа 2022 года.

Представленные заявителем доказательства по оплате юридических услуг, отвечают, по мнению суда, признаку допустимости и относимости, поскольку содержат все необходимые реквизиты, предъявляемые к данным документам, а потому подтверждают факт несения заявителем расходов в указанном размере.

При таких обстоятельствах, учитывая категорию дела, сложность дела, реально затраченное представителем истца время, в том числе, объем выполненной представителем работы (составление искового заявления), частичное удовлетворение требований истца, требования законодателя о разумности взыскиваемых судом сумм, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в заявленном размере 4000 рублей, находя эту сумму разумной и обоснованной.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в счет возмещения морального вреда 500000 рублей, в возмещение судебных расходов по оплате юридических услуг в размере 4000 рублей, всего 504000 (Пятьсот четыре тысячи) рублей.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд с подачей апелляционной жалобы в Хабарский районный суд Алтайского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 25 октября 2022 года.

Председательствующий О.А. Зорина

Верно

Судья О.А. Зорина

Нач.отдела ФИО6