дело №2-12/2025

УИД 92RS0004-01-2023-001407-74

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

(полный текст)

20 февраля 2025 года г. Севастополь

Нахимовский районный суд города Севастополя в составе:

председательствующего - судьи Лемешко А.С.,

при секретаре судебного заседания - Стешенко О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО13 к Министерству обороны Российской Федерации, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора войсковая часть <данные изъяты>, войсковая часть <данные изъяты>, о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

Истец ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Министерству обороны Российской Федерации, в котором просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что истец проходил военную службу в <данные изъяты> в войсковой части <данные изъяты> (г. <данные изъяты>). В настоящее время заявитель уволен с <данные изъяты> службы по истечению срока контракта. <данные изъяты> в связи с исполнением обязанностей военной службы, связанных с проведением <данные изъяты> на территориях <данные изъяты> при погрузке боеприпасов (детонации) на территории <данные изъяты> им была получена контузия и установлен <данные изъяты> синдром (<данные изъяты>), что подтверждается справкой ГБДУ Республики Крым «Крымский республиканский центр медицины катастроф и скорой помощи» от <данные изъяты> №<данные изъяты>, картой и журналом вызова скорой медицинской помощи. Кроме этого, в связи с детонацией боеприпасов были получены травмы иными военнослужащими, а военнослужащий Тупчаненко ФИО13 погиб.

Также, в период с <данные изъяты> по <данные изъяты> заявитель проходил лечение в неврологическом отделении филиала <данные изъяты>», во время которого, был установлен диагноз: <данные изъяты> от <данные изъяты> с формированием <данные изъяты>

При этом, в выписке из Медицинской карты стационарного больного прямо указано, что возникшие заболевания являются последствиями <данные изъяты> травмы в связи с контузией <данные изъяты>. Указанное происшествие случилось в связи с нарушением должностными лицами войсковой части <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> обязанностей, связанных с нарушением техники безопасности.

В частности, в ходе предварительного следствия командирам войсковых частей <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты> следователем в порядке ч. 2 ст. 158 УК РФ вынесены представления о принятии мер по устранению обстоятельств, способствующих совершению преступления, и иных нарушений закона. Вышеуказанные представления рассмотрены и виновные должностные лица привлечены к ответственности, в т.н. дисциплинарной. Данные обстоятельства подтверждаются уведомлением <данные изъяты> военной прокуратуры гарнизона от 11.04.2023 г. № отв.-20002203<данные изъяты>. Действиями ответчика истцу причинены нравственные и физические страдания.

Истец в судебное заседание не явился, о дне и времени рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом, воспользовался правом ведения дела через представителя. Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, просил их удовлетворить.

Ответчик явку своего представителя для участия в судебном заседании не обеспечил, о дне и времени рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом, об уважительных причинах неявки суд не уведомил.

Представитель третьего лица – войсковой части 49311- ФИО3 в судебном заседание против удовлетворения иска возражал по основаниям, изложенным в отзыве.

Прокурор в судебное заседание не явился, о дне и времени рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом.

Исследовав письменные материалы дела, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 ФИО13 проходил ФИО13 службу в <данные изъяты> в войсковой части <данные изъяты> (г. <данные изъяты>). В настоящее время заявитель уволен с военной службы по истечению срока контракта.

<данные изъяты> при погрузке боеприпасов в <данные изъяты> произошла их детонация. После чего ФИО1 обратился на Красноперекопскую станцию скорой медицинской помощи ГБДУ Республики Крым «Крымский республиканский центр медицины катастроф и скорой помощи».

Согласно справки от <данные изъяты> вышеуказанного медицинского учреждения <данные изъяты> истцу после осмотра был выставлен предварительный диагноз «<данные изъяты>», после чего, ФИО1 был доставлен в больницу ГБУЗ РК «Центральная городская больница г. Красноперекопска».

К исковому заявлению истцом не приложены документы, устанавливающие факт нахождения на лечении в ГБУЗ РК «Центральная городская больница г. Красноперекопска», а также выписной эпикриз, подтверждающий выставленный предварительный диагноз.

Согласно ответа на заявление представителя истца ФИО2 командиром войсковой части <данные изъяты> за исх. <данные изъяты> медицинские справки, подтверждающие получение ФИО1 ранения (<данные изъяты>) в войсковую часть <данные изъяты>, где истец проходил военную службу по контракту, не поступали.

При прохождении ФИО1 в <данные изъяты> года по направлению командования войсковой части <данные изъяты> военно-врачебной комиссии в поликлинике ФГБУ «1472 ВМКГ» Минобороны России ранее установленный предварительный диагноз в ходе проведения углубленных медицинских освидетельствований и обследований специалистами своего подтверждения не нашел.

Согласно заключению врача невролога высшей категории, начальника неврологического отделения ФГБУ «1472 ВМКГ» Минобороны России ФИО4 по результатам рассмотрения медицинской документации, приложенной к исковому заявлению ФИО1 (далее по тексту - Заключение врача невролога) диагноз <данные изъяты>

Кроме того, в соответствии с вышеуказанным Заключением врача невролога диагноз <данные изъяты> может быть установлен спустя полгода после получения травмы в случае наличия остаточных явлений <данные изъяты> (<данные изъяты>) и наличия у пациента <данные изъяты> симптоматики. На МРТ головного мозга, проведенного ФИО1 18.10.2022 изменений травматического характера не выявлено.

Согласно заключению военно-врачебной комиссии №<данные изъяты> ФИО1 ФИО13 признан «<данные изъяты>» - годным к военной службе, (в соответствии с пунктом 2 Приложения к Положению о военно-врачебной экспертизе, утвержденному Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.07.2013 №565).

В соответствии с пунктом 51 Положения о военно-врачебной экспертизе, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.07.2013 №565, освидетельствование военнослужащих, граждан, проходящих военные сборы по линии Вооруженных Сил, в целях определения категории годности к военной службе проводят врачи-специалисты, включенные в состав военно-врачебной комиссии: врач-хирург, врач- терапевт, врач-невролог, врач-офтальмолог, врач-оториноларинголог и при необходимости - врачи других специальностей.

Таким образом, в <данные изъяты> года, перед увольнением с военной службы по окончанию срока контракта ФИО1, прошел всех специалистов (в том числе врача-невролога) и ему был проведен ряд исследований, необходимых тля определения годности к военной службе, в результате чего нарушения состояния здоровья истца не выявлено.

01 сентября 2022 года представитель истца ФИО2 обращался военную прокуратуру - войсковая часть 90935 с жалобой на действия должностных лиц поликлиники ФГБУ «1472 ВМКГ» Минобороны России в части выставления ему неверного диагноза.

Согласно ответа на данное обращение военного прокурора гарнизона ввиду отсутствия оснований меры прокурорского реагирования не осуществлялись.

Тот факт, что истец в <данные изъяты> года (уже после увольнения с военной службы и спустя более чем 6 месяцев после факта детонации боеприпасов в <данные изъяты>) находился на стационарном лечении в неврологическом отделении больницы им. Даши Севастопольской филиала №2 ГБУЗ Севастополя «Городская больница №1 им. Н.И. Пирогова и ему был выставлен диагноз: «<данные изъяты>», не может являться подтверждением причинения физического вреда ФИО1

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В соответствии с п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда” суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Военная служба, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26.12.2002 №17-П представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие военную службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их правовой статус, а также содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним. Соответственно, военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость осуществления поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья, а государство гарантирует адекватное возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащего в связи с исполнением им обязанностей военной службы.

Выбор правовых средств, направленных на возмещение такого вреда, относится к дискреции федерального законодателя, который, осуществляя на основании статей 37 части 1 и 3), 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты ’’в", "м") Конституции Российской Федерации правовое регулирование в данной сфере, обязан предусматривать эффективные гарантии реализации прав военнослужащих, соответствующие правовой природе и целям возмещения вреда, причиненного их здоровью, характеру возникающих между ними и государством правоотношений.

В соответствии с пунктами 1, 5 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 г. №76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Возмещение морального вреда и убытков, причиненных военнослужащим государственными органами и органами местного самоуправления, производится в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 3 постановления от 20 октября 2010 г. №18-П, ссылаясь на свою позицию, выраженную в постановлении от 26 декабря 2002 г. №17-П, указал, что военная и аналогичная ей служба (служба в органах внутренних дел, противопожарная служба и т.п.) представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их правовой статус, а также содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним.

Обязанности, возлагаемые на лиц, несущих военную и аналогичную ей службу, предполагают необходимость выполнения ими поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряжённых со значительным риском для жизни и здоровья, что в силу Институции Российской Федерации, в частности её статей 37 (части 1 и 3), 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 и 71 (пункты "в", ”м"), влечёт обязанность государства гарантировать им материальное обеспечение в случае причинения вреда жизни или здоровью в период прохождения службы.

Конкретизируя названные положения Конституции Российской Федерации, федеральный законодатель закрепил в числе особых публично-правовых способов возмещения вреда, причинённого жизни или здоровью военнослужащих при исполнении ими обязанностей военной службы, обязательное государственное страхование жизни и здоровья военнослужащих, специальное пенсионное обеспечение и систему мер социальной защиты, цель которых в максимальной степени компенсировать последствия изменения их материального и социального статуса, обеспечив соразмерный получавшемуся денежному довольствию уровень возмещения вреда.

Одной из форм исполнения государством обязанности возместить вред, который может быть причинён жизни или здоровью военнослужащих при прохождении ими военной службы, является обязательное государственное личное страхование за счёт средств федерального бюджета, установленное законом в целях защиты их социальных интересов и интересов государства (пункт 1 статьи 969 Гражданского кодекса РФ, пункт 1 статьи 18 Федерального закона «О статусе военнослужащих»). В конституционно-правовом смысле страховое обеспечение, полагавшегося военнослужащим и приравненным к ним лицам в соответствии с Федеральным законом от 28 марта 1998 г. №52-ФЗ «Об обязательном государственном страхования жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы», - наряду с иными выплатами, которые в целях возмещения вреда, причинённого жизни или здоровью, могут быть установлены им на основании других законов, - входит в гарантированный государством объём возмещения бреда, призванного компенсировать последствия изменения их материального и (или) социального статуса вследствие наступления страховых случаев, включая причиненный материальный и моральный вред (пункт 3.1 постановления Конституционного Суда РФ от 20 октября 2010 г. №18-П).

В пункте 4 постановления от 20 октября 2010 г. №18-П Конституционный суд Российской Федерации отметил, что согласно статье 1084 Гражданского кодекса РФ вред, причинённый жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, службы в милиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам главы 59 (статьи 1064-1101) данного кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер ответственности.

В системной связи со статьёй 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, и статьёй 1069 Гражданского кодекса РФ, в силу которой вред, причинённый незаконными действиями (бездействием) государственных органов либо их должностных лиц, подлежит размещению за счёт соответствующей казны, это означает, что обязанность по размещению вреда, причинённого жизни или здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц, в порядке главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации за счёт соответствующей казны возникает в случае установления вины государственных органов или их должностных лиц в причинении данного вреда.

Следовательно, статья 1084 ГК РФ позволяет использовать дополнительно к публично-правовым средствам социальной защиты военнослужащих и членов их семей меры гражданско-правовой ответственности в тех случаях, когда вина органов и должностных лиц государства в причинении вреда жизни или здоровью гражданина при исполнении им обязанностей военной службы установлена.

Аналогичная правовая позиция заложена в пункте 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 мая 2011 г. №8-П.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 мая 2011 г. №8-П «По делу о проверке конституционности ряда положений статьи 18 Федерального закона «О статусе военнослужащих», статьи 5 Федерального закона «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы» и статьи 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО5 и ФИО6 и запросом Избербашского городского суда Республики Дагестан», учитывая особый характер обязанностей государства по отношению к военнослужащим как лицам, выполняющим конституционно значимые функции, федеральный законодатель закрепил в числе особых публично-правовых способов возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих при исполнении ими обязанностей военной службы, обязательное государственное страхование их жизни и здоровья, специальное пенсионное обеспечение и систему мер социальной защиты, предназначение которых - в максимальной степени компенсировать последствия изменения материального и социального статуса военнослужащего, обеспечив уровень возмещения вреда, соразмерный денежному довольствию, которое он получал на момент увольнения с военной службы.

Во исполнение предписания пункта 1 статьи 969 ГК РФ в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства статьей 18 Федерального закона «О статусе военнослужащих» предусмотрена обязательность государственного личного страхования военнослужащих за счет средств федерального бюджета (пункт 1), а условия и порядок его осуществления определены Федеральным законом «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы».

К числу страховых случаев при осуществлении обязательного государственного страхования названный Федеральный закон относит получение застрахованным лицом в период прохождения военной службы увечья (ранения, травмы, контузии).

Согласно статье 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина три исполнении обязанностей военной службы возмещается по правилам главы 59 (статьи 1064-1101) ГК РФ, если законом не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от октября 2010 г. №18-П, в системной связи со статьей 1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, и его статьей 1069, в силу которой вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов либо их должностных лиц, подлежит возмещению за счет соответствующей казны, это означает, что обязанность по возмещению вреда жизни или здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц в порядке главы 59 ГК РФ за счет соответствующей казны возникает в случае установления вины государственных органов или их должностных лиц в причинении данного вреда.

Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что статья 1084 ГК РФ не исключает, а, напротив, предполагает обеспечение выплаты государством в полном объеме возмещения такого вреда, но лишь в качестве меры гражданско-правовой ответственности государственных органов или их должностных лиц как причинителей этого вреда, и позволяет использовать дополнительно к публично-правовым средствам социальной защиты военнослужащих меры гражданско-правовой ответственности в тех случаях, когда вина органов и должностных лиц государства в причинении вреда жизни или здоровью гражданина при исполнении им обязанностей военной службы установлена.

Из приведенной правовой позиции следует, что данная статья, как направленная на возмещение - в рамках гражданско-правового регулирования - вреда военнослужащим, получившим увечье (ранение, травму, контузию) или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей военной службы, сама по себе не может рассматриваться как нарушающая права данной категории граждан, в том числе гарантированные статьями 7, 19 (части 1 и 2) и 39 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку все военнослужащие имеют равную с другими гражданами возможность использования гражданско-правовых механизмов возмещения вреда с соблюдением принципов и условий такого возмещения.

Согласно статье 4 Федерального закона от 28 марта 1998 г. №52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» (далее по тексту - Федеральный закон от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ) страховым случаем при осуществлении обязательного государственного страхования является, в частности, получение застрахованным лицом в период прохождения военной службы увечья (ранения, травмы, контузии).

В соответствии со статьей 5 Федерального закона от 28.03.1998 №52-ФЗ в случае получения застрахованным лицом в период прохождения военной службы тяжелого увечья (ранения, травмы, контузии) выплачивается страховая сумма в размере 200 000 рублей, легкого увечья (ранения, травмы, контузии) - 50000 рублей.

Из приведённых нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что обязанность по возмещению вреда, причинённого жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, в том числе компенсации морального вреда, за счёт соответствующей казны (в данном случае заявлено исковое требование о компенсации морального вреда к Минобороны России) может быть возложена на государственные органы или должностных лиц этих органов при наличии противоправности деяния и вины указанных органов и лиц в причинении вреда здоровью военнослужащего. Если в действиях государственных органов, а также их должностных лиц не установлено противоправности и вины в причинении военнослужащему вреда, то основания для компенсации морального вреда по нормам главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Истцом получены все соответствующие выплаты, входящие в гарантированный государством в лице Минобороны России объем возмещения вреда, призванные компенсировать последствия изменения их материального и (или) социального статуса, вследствие наступления страховых случаев, включая причиненный материальный и моральный вред.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Для подтверждения доводов истца и возражений ответчика судом назначена комплексная судебно- медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам Севастопольского городского бюро судебно-медицинской экспертизы.

Согласно заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы <данные изъяты>, из анализа представленных в распоряжение экспертной комиссии материалов дела и медицинских документов с контрольным пересмотром МРТ- и КТ-дисков в рамках настоящей экспертизы, экспертной комиссией установлено, что повреждения (увечья или иные телесные повреждения (травмы) у ФИО1 ФИО13 вследствие чрезвычайного происшествия (детонация боеприпасов), произошедшего <данные изъяты> года, отсутствуют, что подтверждается следующими данными:

- согласно записям карты вызова скорой медицинской помощи №<данные изъяты> от <данные изъяты> г. (л.д. 18, том 1) при обращении за медицинской помощью 30.03.2022 ФИО1 был выставлен диагноз под вопросом: «<данные изъяты>?» В данном случае, выставленный диагноз по степени тяжести вреда, причиненного здоровью не может быть квалифицирован, так как не подтвержден объективными клиническим данными в соответствии с клиническими рекомендациями М3 РФ «<данные изъяты>. Ассоциация нейрохирургов России. Москва, 2016» (неврологической симптоматикой, результатами инструментальных методов исследования - при контрольных пересмотрах МРТ- и КТ-дисков отсутствуют изменения головного мозга травматического характера), а выставлен лишь на основании субъективных жалоб и анамнеза (<данные изъяты> со слов пациента сегодня около 20 минут назад во время разгрузочных работ произошла детонация (взрыв) боеприпасов), поэтому, согласно п. 27 Приказа М3 и СР РФ от 24.04.2008 №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» данный диагноз не учитывается при определении степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека;

согласно записям медицинской книжки (форма №2) отсутствуют объективные признаки <данные изъяты> травмы у ФИО1 (неврологическая симптоматика, характерная для <данные изъяты> травмы, отсутствует);

согласно записям медицинской книжки (форма №2) отоларингологом выставлен диагноз: <данные изъяты> от 30.03.2022. Выставленный диагноз не подтвержден объективными клиническим данными в соответствии с клиническими рекомендациями (повреждения уха отсутствуют), а выставлен лишь на основании субъективных признаков «<данные изъяты>».

Согласно записям медицинской карты стационарного больного №<данные изъяты> неврологического отделения Больницы им. Даши Севастопольской - филиал №2 ГБУЗС «Городская больница №1 им. Н.И. Пирогова» и консультации главного невролога от 05.10.2023 ФИО1 выставлен диагноз: Посттравматическая энцефалопатия (последствия перенесенной черепномозговой травмы от 30.03.2022) в виде синдрома внутричерепной гипертензии с ликвородинамическими кризами до 1-2 раз в месяц, умеренного упорного цефалгического синдрома, выраженною перебросгеничсского синдрома, с умеренным снижением когнитивных функций.

Согласно записям медицинской карты стационарного больного №33275 неврологического отделения Больницы им. Даши Севастопольской - филиал №2 ГБУЗС «Городская больница №1 им. Н.И. Пирогова» и консультации главного невролога от 05.10.2023 ФИО1 выставлен диагноз: <данные изъяты>

Согласно записям медицинской книжки (форма №2) ФИО1 выставлен психиатром диагноз «<данные изъяты>», так как данная оценка входит в компетенцию судебно-психиатрической экспертизы.

Учитывая вышеизложенное, судебно-медицинская экспертная комиссия прищла к выводу, что причинная связь между причиненными повреждениями ФИО1 ФИО13 вследствие чрезвычайного происшествия (детонация боеприпасов) 30.03.2022 года и его нахождения на лечении в неврологическом отделении Филиала №2 ГБУЗ «Городская больница №1 им. Н.И. Пирогова» в период с 01.11.2022 по 11.11.2023, отсутствует, так как экспертной комиссией повреждений не установлено.

Проанализировав содержание заключение судебной экспертизы, суд приходит к выводу о том, что она в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, ст. 25 Федерального закона №73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", является полным, ясным, содержит подробное описание проведенного исследования, мотивированные ответы на поставленные судом вопросы, последовательно, непротиворечиво и согласуется с другими доказательствами по делу.

При проведении экспертизы эксперт проанализировал и сопоставил все имеющиеся и известные исходные данные, провел исследование объективно, на базе общепринятых научных и практических данных, в пределах своей специальности, всесторонне и в полном объеме. Каких-либо объективных и допустимых доказательств, опровергающих выводы эксперта, представлено не было.

Эксперт имеет необходимые для производства подобного рода экспертиз полномочия, образование, квалификацию, специальности, стаж работы.

Каких-либо обстоятельств, позволяющих признать данное заключение судебной экспертизы недопустимым либо недостоверным доказательством по делу, не установлено, выводы эксперта подтверждаются, в том числе, представленными доказательствами и не опровергнуты ответчиком, и оценены судом в совокупности с другими доказательствами по делу.

Доказательств издания командованиями воинских частей или должностными лицами Минобороны России незаконного приказа, приказания или распоряжения, совершения незаконных действий (бездействия), которые имели бы причинно-следственную связь с фактом получения ФИО1 увечья материалы гражданского дела не содержат и сторонам не представлены.

Документов о том, что заключением военно-врачебной комиссии истец признан не годным к военной службе либо ограниченно годным к военной службе не имеется, уволен с военной службы истец не по состоянию здоровья, а по истечении срока контракта о прохождении военной службы.

Все представленные документы в обоснование доводов свидетельствуют о том, что записи в них произведены со слов самого ФИО1 и доказательств ухудшения состояния здоровья и наличия прямой причинно-следственной связи между полученной 30.03.2022 контузией и ухудшением состояния здоровья не имеется.

Для применения ответственности, предусмотренной ст. 1069 ГК РФ лицо, требующее возмещение убытков за счет государства, должно доказать факт противоправных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) названных органов и возникшими убытками, а также размер причиненного вреда.

Оценив представленные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, руководствуясь приведенными выше нормами закона и разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, суд приходит к выводу о том, заявленное требование о компенсации морального вреда не подлежит удовлетворению.

При этом, суд исходит из того, что в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о совершении ответчиками действий (бездействия), нарушающих его личные неимущественные права либо посягающих на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, и как следствие, причинение морального вреда.

Таким образом, учитывая отсутствие доказательств виновных действий должностных лиц Минобороны России, которые имели бы причинно - следственную связь с фактом получения ФИО1 увечья, основания для удовлетворения предъявленных исковых требований к ответчику отсутствуют.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении иска ФИО1 ФИО13 к Министерству обороны Российской Федерации, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора войсковая часть 49311, войсковая часть 73954, о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Севастопольский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Нахимовский районный суд города Севастополя.

Решение в окончательной форме изготовлено 28 февраля 2025 года.

Председательствующий А.С. Лемешко