Апелляционное определение по делу № 11-11461/2023 от 25.09.2023

Судья Губина М.В.

Дело № 2-7/2023

УИД: 74RS0007-01-2022-000803-27

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

дело № 11-11461/2023

25 сентября 2023 г. г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Скрябиной С.В.,

судей Челюк Д.Ю., Елгиной Е.Г.,

при секретаре Алёшиной К.А.,

с участием прокурора Томчик Н.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Областная клиническая больница №3» о компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО1, апелляционному представлению прокурора Курчатовского района г.Челябинска на решение Курчатовского районного суда г.Челябинска от 16 мая 2023 года.

Заслушав доклад судьи Челюк Д.Ю. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, пояснения истца ФИО1 и его представителя ФИО2, поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения представителя ответчика – ФИО3 против доводов апелляционной жалобы, заключение прокурора Томчик Н.В., полагавшей, доводы жалобы подлежащими удовлетворению, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Областная клиническая больница №3» (далее - ГАУЗ «ОКБ №3») о компенсации морального вреда в размере 1 500 000 руб. (л.д. 5-6 том 1)

В обоснование иска указал, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился на лечении в отделении сосудистой хирургии и ХЛСНРСиЭ ГАУЗ «ОКБ №3» с диагнозом <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в экстренном порядке выполнена операция <данные изъяты> После операции у него появилась сухость во рту, сухой кашель, а также осиплость голоса и <данные изъяты>. Голос изменился, чтобы говорить ему необходимо прилагать усилия, голос практически не слышен. Он неоднократно обращался с жалобами на изменение голоса и в результате осмотров врачей было установлено, что изменение голоса произошло в результате <данные изъяты> после указанного операционного вмешательства, так как в указанной области тела истца иных оперативных вмешательств никогда не производилось. Согласно заключению специалиста судебно-медицинского эксперта ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ у него нарушилось голосообразование после проведенной операции, что привело к <данные изъяты> Специалистом установлена причинно-следственная связь между проведенной в отношении истца операции и парезом левой половины гортани, что привело к <данные изъяты>. Полагает, что ответчиком оказана некачественная медицинская помощь, что привело к неблагоприятным последствиям для его здоровья.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании суда первой инстанции поддержали заявленные требования.

Представитель ответчика ГАУЗ «ОКБ №3» - ФИО3 возражала против удовлетворения исковых требований.

Третье лицо ФИО4, представитель третьего лица Министерства здравоохранения Челябинской области не явились, извещены надлежащим образом.

Суд вынес решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказал, Взыскал с ФИО1 в пользу ГАУЗ «ОКБ №3» судебные расходы в виде затрат на проведение экспертизы в размере 80 610 руб. (л.д.7-19 том 2).

Не согласившись с решением суда, истец ФИО1 подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования удовлетворить. В обоснование доводов жалобы указывает, что положенная в основу решения суда судебная экспертиза проведена формально, был проведен анализ медицинской документации на ФИО1 без исследования его самого, хотя такая возможность была, решение от отказе исследования ФИО1 не мотивировано. Кроме того, исследованная медицинская документация велась с нарушениями, в выписном эпикризе не отражено выявленное осложнение, не отражены жалобы пациента, не даны рекомендации по лечению выявленной патологии. Экспертиза была назначена в ЧОБ СМЭ, учредителем которого, как и учредителем ответчика является Минздрав Челябинской области, что может свидетельствовать о возможной заинтересованности и не дает объективного экспертного исследования. Между тем, истцом представлено заключение специалиста АНО ЭКБ «Судмедэксперт», которое необоснованно и немотивированно отвергнуто судом, в нем установлена причинно-следственная связь между проведенной операцией и <данные изъяты>, что привело к <данные изъяты>. Полагает, что суд может самостоятельно установить наличие дефекта оказания медицинской помощи или его отсутствие на основании анализа факта невнесения в медицинскую документацию информации о жалобах ФИО1 и о парезе левой половины гортани. Полагает, что данные действия совершены умышлено, чтобы скрыть дефекты оказания медицинской помощи. Как следует из пояснений экспертов за голосообразование отвечает гортанный нерв, который находится в зоне проведенной операции, проблемы с голосообразованием появились у истца после операции, значит его повредили. Информированное добровольное согласие дано истцом, он предупрежден о возможных осложнениях перед оперативным вмешательством, но в тексте согласия не было ни слова о нарушениях голосообразования и всех вытекающих последствиях. Парез гортанного нерва не является осложнением, а является актом механического действия со стороны хирурга (л.д. 47-49 том 2).

Не согласившись с решением суда прокурором Курчатовского района г. Челябинска подано апелляционное представление, в котором он просит решение суда отменить, принять новое решение об удовлетворении требований. В обоснование апелляционного представления указывает, что судом не дана оценка заключению специалиста судебно-медицинского эксперта ФИО5, где обоснован вывод о взаимосвязи проведенной операции с возникшими повреждениями голоса. В ходе рассмотрения дела доказательства правомерности всех действий медицинских работников при оказании Назарову медицинской помощи не доказаны. Выводы об отсутствии вины ответчика поверхностны, носят предположительный характер (л.д. 27-28 том 2).

Третье лицо ФИО4, представитель третьего лица Министерства здравоохранения Челябинской области не приняли участие в суде апелляционной инстанции, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на официальном сайте Челябинского областного суда в сети Интернет. В связи с чем, на основании ч. 2.1 ст. 113, ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность судебного решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия полагает необходимым решение суда отменить, в связи с несоответствием выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, допросив судебного эксперта, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (частью 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (частью 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статья 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ).

В силу статьи 4 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ).

В силу ст. 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п. 3 ст. 2 указанного Федерального закона).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч. ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Наименование и объем оказываемых услуг определяются на основании стандартов медицинской помощи, которые разрабатываются в соответствии с Номенклатурой услуг, утвержденной Приказом Минздравсоцразвития России от 27 декабря 2011 г. N 1664н "Об утверждении Номенклатуры медицинских услуг". Стандарт устанавливается для конкретных видов заболевания и представляет собой усредненные показатели частоты предоставления и кратности применения медицинских услуг, лекарственных препаратов, медицинских изделий и др. (п. 4 ст. 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Стандарт медицинской помощи: нормативный документ, определяющий упорядоченную последовательность лечебно-диагностических и реабилитационных мероприятий с набором лечебно-диагностических манипуляций с определением формализованной программы действий врача по ведению пациента для каждого заболевания в сочетании со стоимостью медицинских услуг... (ГОСТ Р 52977-2008, утвержденный Приказом Ростехрегулирования от 13 октября 2008 г. N 240-ст).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (пункт 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 и пункту 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу части 2 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ).

Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, право на семейную жизнь, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

26 Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Согласно п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении в отделении сосудистой хирургии и ХЛСНРСиЭ МБУЗ с диагнозом: <данные изъяты> сопутствующий диагноз: <данные изъяты> Поступил с жалобами на периодическое головокружение, головные боли и шум в ушах. ДД.ММ.ГГГГ выполнена <данные изъяты>, подтвержден <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ выполнена в экстренном порядке операция: <данные изъяты> (л.д. 18 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в ГБУЗ «ГКП №» с жалобами на температуру 37,1, першение в горле, кашель сухой, приступами, слабость, общее недомогание. ФИО1 установлен диагноз: <данные изъяты> (л.д. 36-39 том 1).

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в ГБУЗ «ГКП №» с жалобой на дискомфорт в области шеи (операции). Установлен диагноз: <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> (л.д. 38,42 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в ГБУЗ «ГКП №» с жалобой на осиплость голоса, кашель с умеренным количеством мокроты, периодические боли в грудной клетке при ходьбе (л.д. 43 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в ГБУЗ «ГКП №» с жалобой на сухой кашель, першение в горле, шум в голове, где отоларингологом установлен диагноз: <данные изъяты> (л.д. 44 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ пульмонологом ГБУЗ «ГКП №» истцу ФИО1 установлен диагноз: <данные изъяты> (л.д. 46,51 том 1).

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на лечении в пульмонологическом отделении ГАУЗ «ОКБ №» с диагнозом: <данные изъяты> (л.д. 53 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 вновь обращается в ГБУЗ «ГКП №» с жалобами на осиплость голоса, кашель сухой постоянный, периодические боли в грудной клетке при ходьбе. В ГБУЗ «ГКП №» истцу проводится обследование и назначается лечение (л.д. 55 том 1).

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проходит лечение и обследование в ГБУЗ «Челябинский областной клинический центр онкологии и ядерной медицины», поступил с жалобами на отдышку при не большой физической нагрузке, слабость, боли в левой половине грудной клетки, осиплость голоса, сухой кашель (л.д. 70-85 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ при осмотре лор-онкологом ГБУЗ «Челябинский областной клинический центр онкологии и ядерной медицины» ФИО1 установлен диагноз: <данные изъяты> (л.д. 86-89 том 1).

Согласно акту проверки Министерства здравоохранения Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ № в рамках проверки оценить причинно-следственные связи, в том числе связи с проведением лечения и «парезом возвратного гортанного нерва», установлены быть не могут, поскольку проведение таких экспертиз не входит в полномочия Министерства здравоохранения Челябинской области. Выявлены замечания к ведению медицинской документации, а именно в осмотре врача-оториноларинголога нет отражения жалоб пациента и локального статуса, не даны рекомендации по лечению выявленной патологии; в выписном эпикризе не отражено выявленное осложнение, нет рекомендаций по дальнейшему наблюдению врача – оториноларинголога в выписном эпикризе (л.д. 128-130 том 1).

Из ответа Министерства здравоохранения Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на лечении в ГАУЗ «ОКБ №», где ДД.ММ.ГГГГ выполнена <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ проведено оперативное вмешательство - <данные изъяты>. Показания к оперативному лечению выставлены в соответствии с действующим отечественными и зарубежными рекомендациями. Операция выполнена по стандартной методике. ФИО1 предупрежден о риске осложнений данного вида оперативного вмешательства, информационное добровольное согласие подписано лично. Выявлены замечания по ведению медицинской документации (л.д. 11-12 том 1).

Согласно письму руководителя территориального фонда обязательного медицинского страхования Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ провести экспертизу качества оказания медицинской помощи ФИО1 в ГАУЗ «ОКБ№» на стационарном лечении за период с ДД.ММ.ГГГГ не представляется возможным, поскольку медицинская помощь не была оказана за счет средств обязательного медицинского страхования (л.д. 17).

Из заключения специалиста - судебно-медицинского эксперта ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что у ФИО1 после проведения ему операции по удалению <данные изъяты>, при типичном расположении проходит через зону проводившегося ФИО1 оперативного вмешательства на сонных артериях. В связи с чем является очевидным, что парез левой половины гортани, возникший непосредственно после операции на сосудах шеи с этой же стороны связан с нарушением иннервации гортани в результате повреждения верхнего гортанного нерва, которое так или иначе связано с проведенным оперативным вмешательством (л.д. 104-107 том 1).

Определением суда от 26 апреля 2022 года по ходатайству ответчика была назначена судебно-медицинская экспертиза (л.д. 151-155 том 1).

Из заключения № от ДД.ММ.ГГГГ врачебной экспертной комиссии в составе: ФИО14, ФИО10, ФИО9 ГБУЗ «Челябинской областное бюро судебно-медицинской экспертизы» следует, что согласно данным, предоставленной на экспертизу медицинской документации, гр. ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения поступил (ДД.ММ.ГГГГ) в отделение сосудистой хирургии и ХЛСНРСиЭ. По результатам обследования подэкспертному был выставлен диагноз: <данные изъяты> Показаниями для госпитализации подэкспертного была необходимость проведения хирургического лечения. Перед операцией, ФИО1 были проведены необходимые обследования, с целью уточнения характера поражения сонных артерий и формирования плана предстоящего хирургического вмешательства. Согласно действующим российским и зарубежным рекомендациям, были выставлены показания к хирургическому лечению. <данные изъяты> может быть рекомендована бессимптомным пациентам со стенозами от 70 до 99%, если операционный риск составляет менее 3%. (Национальные рекомендации по ведению пациентов с заболеваниями брахиоцефальных артерий. Москва 2013г.). Пациент был ознакомлен с рисками предстоящего хирургического вмешательства и подписал добровольное информированное согласие на проведение операции. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была проведена операция: <данные изъяты> В послеоперационном периоде, ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 отметил першение в горле. После консультации ЛОР врача, данных за воспалительный процесс обнаружено не было, и было сделано заключение о наличии <данные изъяты>.

Парез гортани - это временное нарушение подвижности мышц гортани и данный диагноз устанавливается пациентам с длительностью заболевания до 6 мес. Возможно восстановление подвижности мышц гортани в сроки от нескольких месяцев до года. При выявлении картины паралича возвратного гортанного нерва причину его поражения следует искать на всем протяжении, от основания черепа в области яремного отверстия, далее вдоль его следования в области шеи, а также в грудной клетке, в средостении. Все мероприятия, направленные диагностировать данную патологию, включают, в первую очередь, рентгенологическое исследование гортани, органов грудной клетки и пищевода, ларингоскопию. Также исследование включает КТ гортани, КТ и МРТ головного мозга, обязательное УЗИ щитовидной железы и сердца. Лечение нейропатиче-ского пареза гортани — это, в первую очередь, ликвидация фактора, вызвавшего поражение нервов, которые иннервировали гортань. Также лечение предполагает применение нейропротекторов, дальнейшее восстановление голосовой функции с помощью фонопе-дических, а также вокальных занятий.

Периферический нейропатический парез гортани может быть различного генеза. Болезнь может возникать, как результат токсического неврита возвратных нервов в случае отравления алкоголем, никотином, свинцом и мышьяком. Не исключено и развитие болезни из-за сахарного диабета (у пациента ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ из записей терапевта... <данные изъяты> В настоящем случае, дополнительные методы исследования и дифференциальная диагностика с целью подтверждения диагноза и установления причины возникновения патологии не проводились. Выставленный диагноз объективными признаками обоснован не был. По результатам <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, патологии выявлено не было.

Обычно n.reccurens (возвратный нерв) располагается намного ниже зоны реконструкции сонной артерии и хирург при проведении операции не взаимодействует с ним, не видит, и не выделяет нерв из тканей. Согласно Европейским рекомендациям по лечению пациентов с атеросклеротическим поражением сонных и вертебральных артерий 2017г, развитие пареза возвратного гортанного нерва составляет от 2 - 4,2% среди пациентов после данного вида операции. Согласно данным различных исследований, вероятность интраоперационного выявления хирургом повреждения возвратного нерва низкая.

Таким образом, по результатам ретроспективного анализа медицинских документов, составленных в отношении гр. ФИО1, настоящим экспертным исследованием каких-либо дефектов оказания подэкспертному медицинской помощи по профилю сердечно-сосудистой хирургии обнаружено не было. Операция проведена согласно клиническим рекомендациям, выполнена по стандартной методике, с соблюдением всех необходимых мер по защите головного мозга от эмболии. Стандарт (Клинические рекомендации хирургическое лечение стенозирующих поражений магистральных артерий головного мозга в условиях нейрохирургического стационара. Москва 2014г). Принимая во внимание топографию возвратного нерва, прямое его повреждение маловероятно, так как сам возвратный нерв находится ниже, на уровне подключичной артерии, и его ветви идут вверх. Как было указано ранее, выставленный в лечебном учреждении диагноз: <данные изъяты> достаточного объективного клинико-морфологического обоснования под собой не имел. Проведенное ФИО1 хирургическое вмешательство не было причиной возникновения функциональных нарушений гортани, и возможно, послужило лишь поводом для их проявления, что требует проведения полного клинического обследования, с целью выявления истинной причины данных изменений (л.д. 179-199 том 1).

Кроме того, из пояснений третьего лица ФИО4, изложенных в судебном заседании 26 апреля 2022 года следует, что операция выполнялась по показаниям и была направлена на профилактику инсульта. В показаниях к операции и в протоколе было указано, что выявился <данные изъяты> На операции выявилась <данные изъяты> <данные изъяты>. Операция прошла стандартно. Он сам проводит операции в 80 % случаев. В послеоперационный период тоже было все стандартно, но после истец пожаловался на осиплый голос. При операции какие-то неосторожные действия могут спровоцировать инсульт. Операцию выполнили без неврологических нарушений. Никто не застрахован от последствий. Все знают последствия инсульта. Истец пришел на операцию с направлением из поликлиники. Пациенты подписывают информированное согласие на операцию, но то, что именно это осложнение может возникнуть, не указывалось. Нужен длительный срок для восстановления голоса, направили на консультацию к лор-врачу (л.д. 148-150 том 1).

Разрешая заявленные исковые требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции принимая за основу заключение судебно-медицинской экспертизы, пришел к выводу об отсутствии дефектов оказания медицинской помощи ФИО1 со стороны ответчика, нарушений прав истца как потребителя со стороны ответчиков не установлено, в связи с чем оснований для компенсации морального вреда не усмотрел.

Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и требованиям закона, в связи с чем доводы апелляционной жалобы истца заслуживают внимания по следующим основаниям.

Положив в основу решения суда указанное выше заключение судебно-медицинской экспертизы, суд первой инстанции не учел, что выводы судебных экспертов не являются категорическими, носят вероятностный характер, что также подтверждено судебным экспертом ФИО14 в ходе судебного заседания при рассмотрении дела в суде первой инстанции, в связи с чем указанное заключение судебно-медицинской экспертизы не может быть единственным доказательством, положенным в основу решения суда, и должно оцениваться в совокупности с иными доказательствами по делу.

Допрошенный в судебном заседании суда апелляционной инстанции эксперт ФИО10 также не исключил возможность повреждения возвратного гортанного нерва в результате проведенной истцу операции <данные изъяты> пояснив, что хирургическое вмешательство также могло послужить поводом к развитию такого рода осложнений, риск повреждений в своем заключении он не исключил.

Как указано в заключении судебно-медицинской экспертизы для установления причины возникновения функциональных нарушений гортани требуется проведение полного клинического обследования.

Доводы о том, что выставленный истцу диагноз не был обоснован объективными признаками, также судебными экспертами надлежащими доказательствами опровергнут не был.

Кроме того, судебная коллегия учитывает, что такое осложнение как «парез гортани» истцу в письменных информированных согласиях перед оперативным вмешательством, разъяснено не было. В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО3 подтвердила, что осложнение «парез гортани» в письменном информированном согласии пациенту не разъяснено, однако указанная информация до него была доведена в устном порядке.

В соответствии со статьей 20 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Закон N 323-ФЗ) необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи (часть 1). При этом медицинское вмешательство без согласия гражданина допускается в том числе, если медицинское вмешательство необходимо по экстренным показаниям для устранения угрозы жизни человека и если его состояние не позволяет выразить свою волю (пункт 1 части 9). Порядок дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства, в том числе в отношении определенных видов медицинского вмешательства, форма информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и форма отказа от медицинского вмешательства утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 8).

При этом отсутствие в информированном добровольном согласии сведений, поименованных в статье 20 Закона N 323-ФЗ, не может свидетельствовать о даче пациентом такого согласия.

Как следует из материалов дела, от ФИО1 в медицинском учреждении получено информационное добровольное согласие на анестезиологическое обеспечение медицинского вмешательства, информационное добровольное согласие на оперативное вмешательство, где разъяснены последствия проведения операции, информационное добровольное согласие на медицинское вмешательство, при этом отсутствует указание на конкретные последствия оперативного вмешательства.

Отсутствие названных сведений не может быть расценено как получение информированного добровольного согласия гражданина на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи.

При изложенных обстоятельствах, решение суда первой инстанции подлежит отмене по основаниям, предусмотренным п.п. 3,4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ, - несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; неправильное применение норм материального права; с ответчика следует взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, судебная коллегия учитывает обстоятельства причинения ответчиком вреда здоровью ФИО1 – некачественное оказание медицинской помощи; последствия причиненного ему вреда здоровью – <данные изъяты>, в судебном заседании суда апелляционной инстанции истец принял участие, голосообразование восстановлено не в полной мере, голос сиплый, истец испытывает трудности при голосообразовании, не может долго говорить, кашляет, степень и глубину физических и нравственных страданий в виде переживаний за то, как слышат его близкие люди, не мог разговаривать с родственниками по телефону, поскольку его голос стал женственным, тихим, при разговоре он задыхался, вынужден делать паузы, поскольку очень тяжело непрерывно говорить; изменение привычного для него образа жизни, поскольку на момент проведения операции он работал у индивидуального предпринимателя, а после ее проведения вынужден был уволиться с работы в связи с потерей голоса, испытывает чувство стыда, что голос изменился, стал более женственным, и необходимости медикаментозного лечения, а также требования разумности и справедливости, в связи с чем полагает правильным взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда с ГАУЗ «ОКБ №3» в размере 100 000 рублей.

Оснований для удовлетворения требований истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в заявленном размере судебная коллегия не усматривает.

В соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Как следует из материалов дела, определением Курчатовского районного суда г.Челябинска от 26 апреля 2022 года по настоящему гражданскому делу назначена судебно-медицинская экспертиза, обязанность по оплате экспертизы возложена на ответчика ГАУЗ «ОКБ №3».

Согласно платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ ГАУЗ «ОКБ №3» перечислила в счет оплаты экспертизы денежные средства в размере 80 610 руб. (л.д. 173 том 1).

Поскольку исковые требования ФИО1 удовлетворены, судебная коллегия полагает необходимым отменить решение суда в части взыскания расходов на проведение судебно-медицинской экспертизы с ФИО1, отказать во взыскании расходов на проведение судебно-медицинской экспертизы.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Курчатовского районного суда г.Челябинска от 16 мая 2023 года отменить, принять по делу новое решение о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Областная клиническая больница №3» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Это же решение суда отменить в части взысканных с ФИО1 расходов на производство судебно – медицинской экспертизы.

Председательствующий

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 02.10.2023 года.