Дело № 2-724/2025

(УИД 73RS0004-01-2025-000506-83)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Ульяновск 12 марта 2025 года

Заволжский районный суд города Ульяновска в составе:

председательствующего судьи Павлова Н.Е.,

с участием прокурора Хомяка Д.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шаталовой Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ГК Компаньон» о взыскании компенсации морального вреда, главному государственному инспектору труда Государственной инспекции труда в Республике Татарстан ФИО2 о признании недействительным акта о несчастном случае на производстве,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ООО «ГК Компаньон» о взыскании компенсации морального вреда, главному государственному инспектору труда Государственной инспекции труда в Республике Татарстан ФИО2 о признании недействительным акта о несчастном случае на производстве.

В обоснование иска указано, что 10.05.2024 между ООО «ГК Компаньон» и ФИО3 был заключен договор об оказании услуг №, по условиям которого ФИО3 обязался выполнять обязанности по должности строителя монтажника, а ООО «ГК Компаньон» обязалось обеспечить истцу необходимые условия труда, предусмотренные трудовым законодательством РФ, а также своевременную и полную выплату заработной платы. Таким образом, фактически между сторонами был заключен трудовой договор.

31.07.2024 около 07.45 час. истца и других работников привезли на служебном транспорте на территорию строительного объекта по адресу: <адрес>). По прибытии на объект ФИО3 переоделся в подсобном помещении, надел спортивный костюм, из средств индивидуальной защиты у истца были только шлем и перчатки, спецодежда ему не выдавалась.

Около 08.00 час. истец и его коллеги направились для производства работ. Когда они дошли до объекта строительства начался сильный дождь и гроза. В момент возврата в подсобное помещение истца и ФИО6 ударила молния. В результате чего ФИО3 получил термический ожог третьей степени, электротравму, термический ожог пламенем, правой верхней конечности, правой половины туловища, правой нижней конечности площадью 30 %, ожоговую болезнь, ожоговый шок.

Поскольку истец был одет в спортивный костюм, он получил более сильные ожоги. Отсутствие на территории стройки молниеотвода и направление выполнять работу в плохих погодных условиях способствовали получению травмы.

Истец получил акт о несчастном случае на производстве от 28.10.2024, из которого следует ФИО3 работал в ООО «ГК Компаньон» по трудовому договору № от 22.07.2024, и ему 22.07.2024 были разъяснены все инструкции по технике безопасности и выданы средства индивидуальной защиты. Однако эти документы истец не подписывал.

Из содержания акта о несчастном случае на производстве от 28.10.2024 следует, что вина работодателя в нарушение требований охраны труда не установлена, причиной несчастного случая является чрезвычайная ситуация природного характера. Однако положения акта от 28.10.2024 противоречат закону, поскольку в акте отсутствует указание на вину работодателя в нарушении требований охраны труда, в направлении на выполнение работы в плохих погодных условиях. Причиной несчастного случая явилось необеспечение работодателем безопасных условий труда.

В связи с полученными телесными повреждениями истец испытывает значительные нравственные страдания, вызванные утратой здоровья и обезображиванием тела.

Просил признать недействительным акт о несчастном случае на производстве от 28.10.2024, взыскать с ООО «ГК Компаньон» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб.

Судом привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан, Государственная инспекция труда в Республике Татарстан, ООО «Дорхан Девелопмент».

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, ранее в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме, просил иск удовлетворить.

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме, просил иск удовлетворить.

Представитель ответчика ООО «ГК Компаньон» ФИО5 в судебном заседании не согласилась с иском, просила отказать в его удовлетворении. Пояснила, что ответчик не виновен в причинении вреда истцу, который причинен вследствие обстоятельств непреодолимой силы (удар молнии). Указала на завышенный размер компенсации морального вреда, заявленного в иске, просила уменьшить его размер с учетом фактических обстоятельств дела.

Ответчик главный государственный инспектор труда Государственной инспекции труда в Республике Татарстан ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, представила отзыв на исковое заявление, в котором просила отказать в удовлетворении иска в части признания недействительным акта о несчастном случае на производстве от 28.10.2024.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан, Государственной инспекции труда в Республике Татарстан, ООО «Дорхан Девелопмент» в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Суд, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав пояснения представителя истца ФИО4, представителя ответчика ООО «ГК Компаньон» ФИО5, заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 10.05.2024 между ООО «ГК Компаньон» и ФИО3 был заключен договор об оказании услуг №, по условиям которого ФИО3 обязался выполнять обязанности по должности строителя монтажника, а ООО «ГК Компаньон» обязалось обеспечить истцу необходимые условия труда, предусмотренные трудовым законодательством РФ, а также своевременную и полную выплату заработной платы (л.д. 9-10, т. 1).

Из текста договора от 10.05.2024 следует, что он по своему содержанию представляет трудовой договор, данное обстоятельство не оспаривалось стороной ответчика в судебном заседании. Таким образом, фактически между ООО «ГК Компаньон» и ФИО3 с 10.05.2024 сложились трудовые отношения, истец работал в должности монтажника. Работу ФИО3 в ООО «ГК Компаньон» в должности монтажника подтвердил также ФИО8, допрошенный по делу в качестве свидетеля.

Представленный суду срочный трудовой договор от 22.07.2024 не доказывает отсутствие трудовых отношений между ООО «ГК Компаньон» и ФИО3 с 10.05.2024 (л.д. 72-73, т. 1).

Как указано в п. 8.1 Акта формы Н-1, несчастный случай в ООО «ГК Компаньон» произошел 31.07.2024 в 08.40 час. с подсобными рабочими ФИО3 и ФИО6 на территории строительного объекта: «Складское здание со встроенными помещениями АБК в г. Казань на земельном участке с кадастровым номером №, находящемся по адресу: <адрес> в результате природного явления, а именно удара молнии. Местом несчастного случая является дорога из железобетонных плит и засыпанных песком. Дорога ведет от строящегося здания в вагон-бытовкам.

Обстоятельства несчастного случая установлены и подробно описаны в Акте от 28.10.2024, составленном по Форме Н-1 (л.д. 14-20, т. 1).

Причиной указанного выше несчастного случая, как отражено в Акте формы Н-1, является причинение вреда жизни и здоровью в результате чрезвычайных ситуаций природного, техногенного и иного характера.

В п. 9.2 Акта формы Н-1 указано, что согласно медицинскому заключению № от 01.08.2024 о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести на ФИО3, выданного ГАУЗ «Республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Республики Татарстан»: Поражение молнией (электротравма), термический ожог пламенем 1-2 степени на площади 30 % от поверхности тела, ожоговая болезнь, ожоговый шок. Согласно схеме определения и степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории тяжелая степень.

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой близкого человека.

Суд учитывает, что несмотря на то, что в Акте формы Н-1 от 28.10.2024 не указано на наличие вины ООО «ГК Компаньон» в несчастном случае на производстве, произошедшем 31.07.2024 с ФИО3, ООО «ГК Компаньон», являясь работодателем, не обеспечило безопасных условий нахождения на строительном объекте своего работника, что привело к нечастному случаю на производстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации). Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. (пункты 27,28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает степень физических и нравственных страданий ФИО3, нежелательные последствия, наступившие для здоровья и образа жизни истца в связи с полученными телесными повреждениями, тяжесть полученных повреждений, фактические обстоятельства, при которых причинен моральный вред, требования разумности и справедливости.

Поэтому суд полагает возможным взыскать в качестве компенсации морального вреда с ответчика ООО «ГК Компаньон» денежные средства в размере 800 000 руб. в пользу истца.

Оснований для взыскания с ООО «ГК Компаньон» компенсации морального вреда в пользу ФИО3 в большем размере суд не усматривает.

Суд отказывает в удовлетворении исковых требований ФИО3 к главному государственному инспектору труда Государственной инспекции труда в Республике Татарстан ФИО2 о признании недействительным акта о несчастном случае на производстве от 28.10.2024 по следующим основаниям.

Главный государственный инспектор труда Государственной инспекции труда в Республике Татарстан ФИО2 в силу своих полномочий возглавляла комиссию по расследованию несчастного случая на производстве, произошедшего 31.07.2024 с ФИО3 По результатам расследования несчастного случая на производстве был составлен акт 28.10.2024. Отсутствие в акте указания на наличие вины ООО «ГК Компаньон» в несчастном случае на производстве не свидетельствует о незаконности данного акта. В данном случае это не повлекло нарушения трудовых прав ФИО3, поскольку суд взыскал с ответчика в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда.

В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ООО «ГК Компаньон» надлежит взыскать государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования «город Ульяновск» в размере 3000 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ГК Компаньон» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 800 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ГК Компаньон» о взыскании компенсацию морального вреда и в иске к главному государственному инспектору труда Государственной инспекции труда в Республике Татарстан ФИО2 о признании недействительным акта о несчастном случае на производстве от 28.10.2024 отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ГК Компаньон» в доход бюджета муниципального образования «город Ульяновск» государственную пошлину в размере 3000 руб.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Заволжский районный суд города Ульяновска в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: Н.Е. Павлов

Решение изготовлено в окончательной форме 19.03.2025