Судья Борисенко Н.Л.

Дело № 22-609/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Петропавловск-Камчатский 11 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Камчатского краевого суда в составе:

председательствующего

ФИО24,

судей:

ФИО25 и ФИО26,

при секретаре

ФИО27,

с участием:

прокурора

осуждённого

защитников-адвокатов

защитника

Кузнецова В.Н.,

ФИО28,

Кирпиченко А.В., Гонтаря Е.И., Алейниковой Р.С.,

Григоренко В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённого ФИО29, защитника - адвоката Гонтаря Е.И., поданной в интересах осуждённых ФИО28 и ФИО29, защитника Григоренко В.А., поданной в интересах осуждённого ФИО29, а также по апелляционной жалобе (с дополнениями) защитника-адвоката Кирпиченко А.В., поданной в защиту интересов осуждённого ФИО28 на приговор Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 26 апреля 2023 года,

установил а:

Приговором Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 26 апреля 2023 года

ФИО28, родившийся <данные изъяты>,

ФИО29, родившийся <данные изъяты>

осуждены, каждый, по п. «а» ч. 4 ст. 171.1 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 600 000 рублей.

Сохранён арест, наложенный на принадлежащее ФИО28 имущество - маломерное судно «Ямаха Ф-24», идентификационный номер №, с подвесным лодочным мотором «Ямаха», мощностью 250 лошадиных сил, до исполнения решения суда в части назначенного штрафа.

Принято решение о конфискации двух вакуумных упаковщиков и электронных напольных весов.

Также разрешены вопросы по мере пресечения, вещественным доказательствам и процессуальным издержкам.

ФИО28 и ФИО29 осуждены за производство, приобретение, хранение, перевозку в целях сбыта и сбыт продовольственных товаров без маркировки и нанесения информации, предусмотренной законодательством Российской Федерации, когда такая маркировка и нанесение такой информации обязательны, совершённое группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Как установлено судом, преступление совершено на территории <адрес>, в том числе в <адрес> в период с 19 марта по 28 октября 2021 года, при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании ФИО28 и ФИО29 свою вину не признали.

В апелляционной жалобе адвокат Гонтарь Е.И. полагает приговор подлежащим отмене вследствие его незаконности, несправедливости, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также неправильного применения уголовного закона.

Приводя выдержки из описательно-мотивировочной части приговора, затрагивающие законодательство в сфере оборота немаркированной продукции, считает, что судом не дана оценка доводам стороны защиты о невозможности квалификации действий ФИО30 и ФИО29 по ст. 171.1 УК РФ на основании подпунктов г) и д) п. 3 Техрегламента Совета ЕЭК 040/2016, поскольку действия данного регламента не распространяются на его подзащитных, так как промышленным изготовлением рыбной, икорной и крабовой продукции они не занимались, цех по производству крабовой продукции имел все признаки «кустарного» производства. Оборудование по производству икорной и рыбной продукции в данном цеху отсутствовало, при этом производство такой продукции, также вменяется его подзащитным.

Излагая нормы законодательства, регулирующие правила обязательной маркировки отдельных видов пищевых продуктов средствами идентификации, приходит к выводу, что рыбная, крабовая и икорная продукция обязательной маркировке не подлежат, в связи с чем в действиях ФИО30 и ФИО29 отсутствует состав инкриминируемого им преступления.

Полагает недостаточным перечень указанных в обвинении нормативных документов, регламентирующих порядок производства и реализации товаров и продукции, подлежащих маркировке марками акцизного сбора, специальными марками или знаками соответствия, защищёнными от подделок, приводя при этом ряд постановлений Правительства РФ, касающихся маркировки алкогольной и табачной продукции.

Ставит под сомнение показания свидетеля под псевдонимом ФИО1, считая, что им является свидетель ФИО2 в виду их противоречивости, и просит в связи с этим исключить их из числа доказательств по делу.

Считает, что факт выхода ФИО29 два раза на разных с Лютиным плавательных средствах в море, ведение между ними переговоров по телефону с целью обсуждения стоимости рыбной продукции, а также то, что один раз ФИО29 привёз тару для упаковки икорной продукции, не говорит о том, что последний осуществлял незаконное изготовление, хранение и транспортировку рыбной, крабовой и икорной продукции, имел умысел на совершение преступления, сознательно к нему готовился. Из показаний ФИО30 следует, что изготовлением, хранением и транспортировкой крабовой продукции занимался только он, ФИО29 никакого отношения к данной деятельности не имел.

Доказательствами непричастности ФИО29 к инкриминируемому ему преступлению считает договоры аренды помещений, выписку по его банковскому счёту о переводе ему денежных средств ФИО30 за аренду помещения, отсутствие каких-либо сведений о получении ФИО29 от незаконной деятельности по изготовлению, хранению и транспортировке рыбной, крабовой и икорной продукции какой-либо прибыли, отсутствие свидетелей того, что ФИО29 имел какое-либо отношение, в том числе к реализации изъятой сотрудниками полиции в помещении, арендуемом ФИО30, рыбной, крабовой и икорной продукции.

Считает необоснованным вывод суда об умысле ФИО30 и ФИО29 на реализацию всей изъятой немаркированной продукции с целью извлечения прибыли от незаконной деятельности.

С учётом продажи ФИО30 22 октября 2022 года маломерного судна «Ямаха Ф-24», с подвесным лодочным мотором «Ямаха», считает незаконным решение суда об оставлении ареста на указанное имущество до исполнения ФИО30 решения суда в части назначенного штрафа, поскольку вышеуказанное имущество с даты акта приема-передачи должно быть возвращено владельцу (покупателю) по договору в соответствии п. 1 ст. 223 ГК РФ.

Просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО30 и ФИО29 новый судебный акт.

В апелляционной жалобе защитник Григоренко В.А. выражает несогласие с приговором в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

Указывает, что в нарушение ч. 3 ст. 15 УПК РФ суд первой инстанции фактически выступил на стороне обвинения и создал препятствия стороне защиты в осуществлении процессуальных прав, а также нарушил право ФИО29 на защиту, отказав стороне защиты в исследовании рапорта об обнаружении признаков преступления и содержания отметки на нём о регистрации сообщения о преступлении, в удовлетворении ходатайства об истребовании из УМВД России по г. Петропавловску-Камчатскому оригинала книги учета сообщений о происшествиях, в которой зарегистрировано в 2021 году сообщение за номером №, что влияет на разрешение вопроса о допустимости в качестве доказательства протокола осмотра места происшествия от 28 октября 2021 года. Данное обстоятельство, по мнению защитника, является основанием для отмены обжалуемого приговора.

Обращает внимание, что для привлечения ФИО30 и ФИО29 к ответственности за совершение инкриминируемого им преступления необходимо установить стоимость немаркированных продовольственных товаров. Между тем, установить данное обстоятельство не представляется возможным, поскольку при их изъятии органом дознания были допущены существенные нарушения требований УПК РФ, выразившиеся в отсутствии упаковки, опечатывания и заверения подписью следователя (оперуполномоченного) предметов. Изъятие произведено без технических средств для установления веса изымаемой продукции. В связи с существенным нарушением ч. 3 ст. 177 УПК РФ, количество и вес изъятой продукции нельзя считать установленным и достоверным. Считает, что при данных обстоятельствах протокол осмотра места происшествия является недопустимым доказательством, при этом суд оценки доводам ФИО29 и защитника в этой части не дал. Признание недопустимым указанного доказательства, влечёт за собой недопустимость всех последующих доказательств, связанных с осмотром изъятой пищевой продукции, оценки её стоимости.

Полагает, что при отсутствии доказательств того, что стоимость изъятой немаркированной пищевой продукции составляла более 400 000 рублей, действия подсудимых при доказанности их вины следует квалифицировать не как преступление, а как административное правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 15.12 КоАП РФ.

Отмечает, что нормами УПК РФ не предусмотрено внесение изменений в протокол осмотра места происшествия путём вынесения следователем постановления об этом. Таким образом, довод стороны защиты о том, что вес изъятой продукции в протоколе осмотра места происшествия от 28 октября 2021 года и вес продукции, указанный в заключении эксперта № от 14 июня 2022 года, не совпадают, судом не опровергнут, надлежащая оценка этому доводу судом не дана.

Приводит мнение, что нельзя считать установленной тождественность переданной на хранение изъятой рыбопродукции и рыбопродукции, в отношении которой проведена экспертиза, ввиду отсутствия весов при изъятии рыбопродукции и передачи её на хранение в ООО «Край Камчатки», где она хранилась с продукцией указанного общества в неопломбированном контейнере, с возможным доступом к ней неизвестных лиц, её смешивании, замены одной продукции другой.

Выражает несогласие с выводом суда о том, что применяемые в ходе экспертизы весы проходили поверку.

Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе с дополнениями адвокат Кирпиченко А.В., не соглашаясь с приговором суда в связи с существенным нарушением судом уголовного и уголовно-процессуального закона, несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, просит его отменить и вынести оправдательный приговор.

Считает, что судебное разбирательство проведено с обвинительным уклоном со стороны суда, при формальном исследовании доказательств, без предоставления участникам процесса возможности дать объяснения и делать замечания в процессе исследования каждого доказательства, а также при отказе в удовлетворении заявленных ходатайств и необоснованном их отклонении, в том числе со ссылкой на ч. 2 ст. 274 УПК РФ.

Указывает на нарушение судом права на защиту, выразившееся в незаконном оглашении судом показаний свидетеля ФИО3 при отсутствии согласия на это защитника наряду с адвокатом Григоренко, адвоката Алейниковой и его (Кирпиченко).

Полагает, что судом допущены нарушения уголовно-процессуального закона при допросе свидетеля ФИО1 личные данные которого «залегендированы». В деле отсутствует постановление, на которое ссылается суд в приговоре, с изложением причин решения о сохранении в тайне его анкетных данных. ФИО1 судом задан наводящий вопрос. С учётом этого считает допрос данного свидетеля несостоявшимся.

Обращает внимание на то, что судом полностью проигнорированы доводы стороны защиты о незаконности результатов оперативно-розыскной деятельности. Не дана оценка доводам о недопустимости проведения ОРМ по ст. 256 УК РФ и 14.2 КоАП РФ; о том, что краб не является продукцией запрещённой или ограниченной в обороте; суд, давший разрешение на прослушивание телефонных переговоров, указал, что в действиях ФИО28 усматриваются признаки преступления, предусмотренного п. «а» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, т.е. иного преступления; а также о несоответствии датирования предоставления результатов ОРД и рассекречивании с их фактическим производством. Полагает результаты оперативно-розыскной деятельности недопустимыми доказательствами.

Указывает, что суд, признав совершение ФИО30 и ФИО29 преступления в составе группы лиц по предварительному сговору, не указал, какие конкретно преступные действия были совершены каждым из соучастников преступлений. При этом утверждает, что действия в виде производства, приобретения, хранения, перевозки были выполнены ФИО30 самостоятельно, без участия ФИО29. Из приведённых в приговоре доказательств не усматривается, что между ФИО30 и ФИО29 была достигнута договоренность на совершение преступления и были распределены между ними роли, что их действия носили совместный и согласованный характер и были направлены на достижение единого результата; в деле отсутствуют сведения и о том, что ФИО29 получал доход с данной деятельности, за исключением оплаты аренды помещения.

Перечисляя приведённые в приговоре доказательства виновности осуждённых в совершении преступления, отмечает, что судом не указано по какой причине им не взяты за основу показания свидетеля ФИО2, в которых тот указывает на совершение преступления только ФИО30; из показаний свидетелей ФИО4 ФИО5 ФИО6 ФИО7, ФИО8 ФИО9 и ФИО10 также не следует, что деятельность ФИО30 и ФИО29 была совместной. Показания свидетелей ФИО11, ФИО12 ФИО13, ФИО14 ФИО15, ФИО16 могут свидетельствовать исключительно о совершении ФИО30 административного правонарушения, предусмотренного ст. 14.2 КоАП РФ.

С учётом отсутствия в деле сведений о том, что ФИО29 помогал, либо каким-то образом участвовал в оборудовании помещения под переработку ВБР, считает необоснованным вывод суда о выполнении ФИО30 и ФИО29 действий, составляющих объективную сторону инкриминируемого им преступления, о их подготовке к его совершению путём оборудования нежилого помещения.

Относится критически и к выводам суда о том, что ФИО29 в рамках единого умысла зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя, поскольку регистрацию в качестве предпринимателя с соответствующем ОКВЭД он имел задолго до инкриминируемых событий (ООО «Океан-Трейд»).

Указывает на отсутствие доказательств, что все 2725 особей краба были выловлены совместно и то, что перевозка происходила именно от пункта базирования судна по <адрес> до нежилого помещения по <адрес>

Выражает мнение, что без привязки ФИО29, который совершил оформление в качестве индивидуального предпринимателя, обвинительный приговор вынесен бы не был, так как ФИО29 не причастен к деятельности ФИО30, а последний не может нести ответственность по ст. 171.1 УК РФ за не маркировку ВБР в силу законодательства.

Обращает внимание, что в соответствии с подпунктами г) и д) п. 3 Техрегламента Совета ЕЭК 040/2016, действия данного регламента не распространяются ни на ФИО30, ни на ФИО29, так как промышленным изготовлением рыбной, икорной и крабовой продукции они не занимались, цех по производству крабовой продукции имел все признаки «кустарного» производства. Оборудование по производству икорной и рыбной продукции в данном цеху отсутствовало, при этом производство такой продукции, также вменяется осуждённым.

Ссылаясь на п. 4 ст. 18 ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов» от 02.01.2000 № 29-ФЗ; п. 12 ст. 2 Федерального закона от 28.12.2009 № 381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации»; распоряжение Правительства РФ от 28.04.2018 № 792-р «Об утверждении перечня отдельных товаров, подлежащих обязательной маркировке средствами идентификации», считает, что икорная, рыбная и крабовая продукции не является продукцией, подлежащей обязательной маркировке, ввиду чего в действиях ФИО30 и ФИО29 отсутствует состав преступления, предусмотренный ст. 171.1 УК РФ.

В дополнениях к апелляционным жалобам адвокатов Гонтаря Е.И., Кирпиченко А.В., защитника Григоренко В.А., составленных адвокатом Алейниковой Р.С., осуждённый ФИО29, соглашаясь с приведёнными в них доводами, дополнительно указывает, что в деле отсутствуют доказательства занятия им и Лютиным предпринимательской деятельностью через торговую сеть. Доводы осуждённых судом не проверялись и были отвергнуты без достаточных на то оснований.

Полагает, что суд применительно к его действиям неправильно истолковал приведённые в приговоре Федеральные Законы и нормативные документы.

Отмечает, что он никогда не привлекался к уголовной ответственности, занимался общественно полезным трудом, характеризовался только положительно, вел законопослушный образ жизни и не способен на совершение преступления.

Полагает, что выводы суда нуждаются в переоценке. Просит вынести в отношении него оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Храмова А.В. находит изложенные в них доводы необоснованными. Приводя доказательства по делу и давая им оценку, аналогичную данной в приговоре, полагает его законным и обоснованным, просит оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения осуждённого ФИО28, защитников-адвокатов Гонтаря Е.И., Кирпиченко А.В., Алейниковой Р.С., защитника наряду с адвокатом Григоренко В.А., поддержавших доводы жалоб об отмене судебного решения и вынесении оправдательного приговора, а также мнение прокурора Кузнецова В.Н., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, судебная коллегия, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы жалоб, с учётом поданных дополнений и возражений, находит приговор суда правильным.

Выводы суда о виновности ФИО28 и ФИО29 в совершении преступления, за которое они осуждены, являются правильными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства, которым в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ дана надлежащая оценка с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в своей совокупности они обоснованно признаны достаточными для признания ФИО30 и ФИО29 виновными в совершении преступления.

Все положенные в основу приговора доказательства соответствуют положениям ст. 74 УПК РФ и собраны с соблюдением требований ст. 86 УПК РФ. Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ по данному уголовному делу установлены судом в полном объёме и верно, поскольку они согласуются между собой и дают полное представление об обстоятельствах совершённого преступления.

Доводы апелляционных жалоб об отсутствии в действиях осуждённых состава преступления, о недоказанности предварительного сговора на совершение преступления, являются несостоятельными.

Судом первой инстанции бесспорно установлено, что ФИО30 совместно с ФИО29, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, осуществили производство, приобретение, хранение, перевозку в целях сбыта и сбыт продовольственных товаров без маркировки и нанесения информации, предусмотренной законодательством Российской Федерации, когда такая маркировка и нанесение такой информации обязательны, общая средняя рыночная стоимость которых составила 1 105 423 рубля 80 копеек, что составляет крупный размер.

О наличии предварительной договоренности между осуждёнными и единого умысла на совершение инкриминируемого им преступления свидетельствуют согласованный характер их действий, активные действия каждого из них, направленные на достижение преступного результата.

Как видно из показаний осуждённых, они не отрицали дружеские взаимоотношения, совместные выезды на любительскую рыбалку, обсуждение цен на рыбу и икру, покупку контейнеров для засолки икры лососёвых пород рыб, неоднократные переводы денежных средств ФИО30 ФИО29. При этом, ФИО29 подтвердил свой статус индивидуального предпринимателя с 24 марта 2021 года, наличие у него в собственности недвижимого имущества, расположенного по <адрес>, приспособленного Лютиным под цех по производству крабовой, рыбной и икорной продукции, а ФИО30 не отрицал использование им указанного цеха, где изготавливал и хранил такую продукцию без маркировки для личного потребления. Одновременно ФИО30 подтвердил размещение им в сети интернет объявлений на площадке «Авито.ру», в мессенджерах «ВатсАпп» и «Телеграм» о продаже крабового мяса, зернистой икры лососёвых пород и продукции из рыбы лососевых пород, а также зачисление на его банковскую карту денежных средств, в том числе, от различных лиц за продажу им крабового мяса и рыбной продукции.

Данные показания согласуются с другими доказательствами, приведёнными в приговоре.

Так, свидетель ФИО1. в ходе предварительного следствия и в судебном заседании показал, что ему достоверно известно, что ФИО30 в 2021 году нанимал на работу людей, которые в гараже, оборудованном под цех, расположенном по <адрес> перерабатывали варёного краба на готовое к употреблению в пищу мясо. Друг ФИО30 ФИО29 - собственник указанного помещения, часто был в цеху и неоднократно обсуждал с ФИО30 вопросы добычи краба в <адрес>. ФИО30 самостоятельно вылавливал краба. На рыбалку вместе с ФИО30 выходил и ФИО29. Добытый краб перевозился в цех на автомобиле ФИО30, иногда - на автомобиле ФИО29. Готовая продукция из крабового мяса перед помещением в холодильники или морозильные камеры упаковывалась в пластиковые контейнеры различного объёма, при этом какой-либо этикеткой или маркировкой контейнеры не снабжались. Из разговоров ФИО30 с ФИО29 по телефону и лично он знает, что они часто перепродавали рыбу каким-то людям, при этом ФИО29 участвовал в обсуждении цены за рыбу и кому её выгодно продать. Также он знает, что ФИО29 отвозил рыбу в Елизовский район для копчения, а потом они с ФИО30 забирали готовое копченое филе и другие части рыбы лососевых пород, упаковывали в вакуумную упаковку и хранили в цеху для продажи. Он слышал, что ФИО30 и Тиджиев консультировались с неизвестными ему людьми о безопасности на рыбалке браконьерским способом, а перед рыбалкой договаривались с различными людьми о продаже, добытой ими рыбы и икры оптом. С учётом характера общения ФИО30 и ФИО29 и частого пребывания последнего в цеху, он уверен, что они совместно осуществляли деятельность, связанную с продажей водных биологических ресурсов. Мясо краба заготавливалось исключительно для продажи, а не для собственного употребления. Он неоднократно был свидетелем фактов продажи готовой продукции, а также слышал разговоры ФИО30 по телефону о том, что последний продаёт крабовое мясо. ФИО30 вместе с ФИО29 через вышеуказанный цех проводил достаточно большое количество крабового мяса, икры лососевых пород, которые они продавали жителям Камчатского края, а также отправляли в другие регионы страны. Готовую продукцию ФИО30 и ФИО29 реализовывали посредством сети «Интернет» на торговой площадке «Авито.ру», а также при помощи различных групп в социальной сети «ВатсАпп» и «Телеграм». Несколько раз он был свидетелем того, как ФИО29 привозил в цех контейнеры и какие-то консерванты и соль. Он слышал от ФИО30 в ходе его разговора по телефону с ФИО29, что они сначала выплачивали работникам заработную плату, остальные денежные средства пускали в оборот, покупали новые пластмассовые контейнеры для упаковки готовой продукции, соль и консерванты для приготовления пищевой продукции, и, возможно, делили между собой. Знает, что они тратили часть денежных средств на подготовку к рыбалке, а также на закупку у неизвестных лиц сырца рыбы и икры. Ему это известно со слов ФИО30, который данные факты обговаривал с ФИО29, как по телефону, так и лично. Они заранее закупали бензин для катера, платили коммунальные услуги за помещение, в котором был оборудован цех. Он уверен, что помещение, в котором был оборудован цех, не было арендовано ФИО30 у ФИО29, так как они никогда не обговаривали вопросы, касающиеся арендной платы. Деятельность по вылову и переработке краба ФИО30 и ФИО29 осуществляли совместно, они обсуждали рабочие моменты, в том числе процесс изготовления краба, при этом организацией добычи и приобретения морских биоресурсов занимался ФИО30, а ФИО29 обеспечивал процесс изготовления (привозил соль, контейнеры и другие необходимые предметы и ингредиенты), сам варил краба. Также ФИО30 и ФИО29 занимались изготовлением икры из рыбы лососевых пород. Икру и рыбу в цех привозили ФИО30 и ФИО29, в том числе последний на своем автомобиле «Ниссан». Кроме ФИО30 и ФИО29 никто производством не руководил.

Согласно ответу ООО «Авито Холдинг» (т. 2 л.д. 54), объявления и учетные записи с абонентским номером № принадлежат ФИО30, с абонентским номером № принадлежат ФИО29.Свидетель ФИО7. пояснил, что неоднократно был в цеху ФИО30 и ФИО29 по ул. <адрес>, где стояли морозильные камеры и холодильники. Знает, что ФИО30 и ФИО29 занимались выловом водно-биологических ресурсов.

Из показаний свидетеля ФИО6 следует, что он знает со слов ФИО29, что у последнего с ФИО30 имеется цех по переработке краба, который расположен по <адрес>

Показаниями свидетеля ФИО10, действовавшего в рамках оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка», подтверждён факт продажи ФИО30 через ФИО2 крабового мяса в упаковке без маркировки, а также производства, переработки и хранения краба, красной икры и продукции из рыбы лососевых пород без какой-либо маркировки в гараже по <адрес>, куда он прибыл после «проверочной закупки» вместе с ФИО2 и участниками оперативно-розыскного мероприятия. В ходе осмотра указанного помещения ФИО30 активно рассказывал сотрудникам полиции, как добывал краб, покупал и самостоятельно добывал рыбу лососевых пород, в том числе изготавливал икру и реализовывал её в различных группах в сети «Интернет», говорил, что знал и понимал, что действует незаконно, но думал, что сотрудники полиции его не поймают. По итогам осмотра был составлен соответствующий протокол.

Свидетели ФИО8. и ФИО9 участвующие в оперативном мероприятии «проверочная закупка», дали показания, аналогичные показаниям свидетеля ФИО10

Материалами оперативно-розыскной деятельности в ходе проведения оперативных мероприятий «проверочная закупка» и «прослушивание телефонных переговоров» зафиксированы факты реализации Лютиным посредством ФИО2 мяса краба ФИО10, а также телефонные разговоры ФИО30 и ФИО29, в ходе которых они обсуждали вопросы рыбалки, производства, приобретения, упаковки, хранения рыбной, икорной продукции и крабового мяса без маркировки и документов в целях последующей продажи, о самой продаже ими рыбной продукции без маркировки, а также зафиксированы разговоры с иными лицами о продаже биоресурсов без маркировки и документов. При этом ФИО30 и ФИО29 подтвердили своё участие в указанных переговорах.

Из показаний свидетеля ФИО2 следует, что он продавал мясо краба ФИО10 по указанию ФИО30. Также знает ФИО29, как знакомого ФИО30 и собственника помещения, расположенного по <адрес>

Свидетели ФИО5., ФИО4 дали показания об обстоятельствах переработки ими в помещении по <адрес> привозимого ФИО30 краба, об отсутствии на контейнерах с готовой крабовой продукцией какой-либо маркировки. При этом, ФИО4 сообщил, что неоднократно наблюдал, как ФИО2 продавал переработанное в этом же цеху крабовое мясо различным людям в разных объёмах.

Свидетели ФИО17 ФИО18 ФИО14, ФИО19., ФИО3 ФИО11 ФИО12 ФИО13 ФИО15., ФИО20., ФИО16 дали показания о планах приобретения и приобретении у ФИО30, в том числе предварительно связавшись с ним по техническим средствам связи, готовых водно-биологических ресурсов. ФИО11, ФИО12 ФИО13, ФИО15 ФИО20 ФИО16 также пояснили, что приобретённые у ФИО30 икра, крабовое мясо были упакованы в пластмассовые контейнеры, пакеты без каких-либо бирок или маркировочных элементов, а свидетель ФИО3 показал, что на встрече 4 августа 2021 года с целью приобретения у ФИО30 икры, также присутствовал ФИО29, который активно поддерживал разговоры о продаже икры наравне с ФИО30, в связи с этим он понял, что они совместно занимаются деятельностью по вылову и продаже водных биологических ресурсов.

Показания свидетелей ФИО21. и ФИО22. опровергают показания ФИО30 о хранении в цеху икорной продукции, не принадлежащей ему.

В ходе осмотра места происшествия - помещения по ул. <адрес> установлено наличие необходимого для обработки водных биологических ресурсов, изготовления из неё готовой продукции и её хранения оборудования. При этом изъята икорная, рыбная, крабовая продукция с указанием количества мест и веса.

Заключением эксперта по проведённой производственной технологической (ихтиологической) судебной экспертизе водно-биологических ресурсов № от 14 июня 2022 года установлены видовой и количественный состав рыбной, икорной, крабовой продукции, изъятой в ходе осмотра места происшествия, отсутствие на всей представленной к осмотру продукции маркировки изготовителя, а также её общая средняя рыночная стоимость по состоянию на 28 октября 2021 года в Камчатском крае, которая составила 1 105 423 рубля 80 копеек.

С составлением соответствующих протоколов осмотрены крабовая и рыбная продукция, оборудование, иные предметы, имеющие доказательственное значение по делу, которые признаны вещественными доказательствами.

Иными доказательствами подтверждены: регистрация на имя ФИО30 автомобилей; маломерного судна «Ямаха Ф-24» с идентификационным номером № уведомление ФИО31 ФСБ России по арктическому восточному району о выходе маломерного судна «Ямаха Ф-24» в акваторию <данные изъяты> в период с 14 мая по 2 ноября 2021 года; регистрация 24 марта 2022 года в качестве индивидуального предпринимателя ФИО29.

Анализ доказательств свидетельствует о правильности установления судом фактических обстоятельств дела. Выводы суда об умысле виновных на совершение инкриминируемого им преступления, а также о наличии в их действиях квалифицирующих признаков «группой лиц по предварительному сговору» и «в крупном размере» судом мотивированы и сомнений в своей правильности при установленных судом обстоятельствах не вызывают, поскольку обоснованы в приговоре со ссылками на требования закона и конкретные материалы уголовного дела.

Доказательства, взятые за основу и приведённые в приговоре, последовательны, согласуются между собой, получены в установленном законом порядке, соответствуют требованиям относимости, допустимости и достоверности, и в своей совокупности достаточны для вывода о виновности ФИО30 и ФИО29 в преступлении, за которое они осуждены.

Учитывая имеющиеся по делу доказательства, правильность квалификации действий ФИО30 и ФИО29 по п. «а» ч.4 ст.171.1 УК РФ, данной судом первой инстанции в соответствии с установленными обстоятельствами, сомнений у судебной коллегии не вызывает.

Позиция стороны защиты об иной оценке доказательств основана на их собственной интерпретации без учёта установленных ст. ст. 87, 88 УПК РФ правил оценки, которыми руководствовался суд.

Вопреки доводам жалоб судебное следствие по делу проведено достаточно полно, всесторонне и объективно, с соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства.

Сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации процессуальных прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей.

Приговор суда соответствует требованиям УПК РФ, каких-либо предположений и не устраненных противоречий в показаниях свидетелей со стороны обвинения, требующих их истолкования в пользу осуждённых, не содержит.

При рассмотрении дела суд первой инстанции дал надлежащую оценку всем доводам стороны защиты, в том числе аналогичным тем, что содержатся в апелляционных жалобах: о не вхождении изъятой продукции в Перечень товаров, подлежащих обязательной маркировке; о недопустимости в качестве доказательств показаний свидетеля ФИО1, протокола осмотра места происшествия и производных от него доказательств, результатов оперативно-розыскной деятельности; о несоответствии веса изъятой и поступившей на экспертизу пищевой продукции; об определении в ходе экспертного исследования веса продукции весами, не прошедшими поверку; а также о производстве биоресурсов ФИО30 исключительно для его личного пользования, изложив мотивированно в приговоре причины принятых решений. При этом судом приведены и доказательства стороны защиты, опровергающие, по их мнению, причастность ФИО30 и ФИО29 к совершению инкриминируемого преступления, которые также оценены судом и признаны неубедительными. Оснований не согласиться с оценкой, данной судом первой инстанции, судебная коллегия не находит.

Вопреки доводам жалобы адвоката Кирпиченко А.В., предъявленное ФИО30 и ФИО29 обвинение содержит указание на конкретные действия каждого из соучастников преступления. Отсутствие в деле сведений, прямо подтверждающих получение ФИО29 дохода от инкриминируемой виновным совместной деятельности, при наличии иных приведённых в приговоре сведений о его соучастии в совершении преступления, не влияет на квалификацию действий осуждённых.

Материалами дела не установлено данных о том, что со стороны председательствующего по делу проявлялись предвзятость, необъективность или иная заинтересованность в исходе дела. Председательствующим по делу были созданы необходимые условия для выполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Из протоколов судебного заседания усматривается, что нарушений принципа состязательности сторон, ограничения защиты на представление доказательств, судом не допущено. Вопрос об удовлетворении либо отказе в удовлетворении ходатайств, с учётом аргументов сторон, разрешался судом. Решения суда по данным вопросам надлежаще мотивированы, приняты судом в порядке, предусмотренном действующим уголовно-процессуальным законом, и, таким образом, доводы стороны защиты о необоснованном отклонении заявленных ими ходатайств, в том числе об истребовании книги учёта сообщений о происшествиях, являются несостоятельными.

Указанный стороной защиты рапорт об обнаружении признаков преступления, составленный оперуполномоченным ФИО23, не является доказательством по делу, при этом ходатайств об его исследовании в суде первой инстанции не заявлялось. Вместе с тем, в суде апелляционной инстанции прокурором представлена требуемая стороной защиты выписка из Книги учета сообщений о происшествиях за 2021 год, в которой 28.10.2021 за № зарегистрирован рапорт оперуполномоченного ФИО23

Таким образом доводы защиты о том, что протокол осмотра места происшествия помещения по <адрес> от 28.10.2021 является недопустимым доказательством, поскольку рапорт об обнаружении признаков преступления по результатам проверочной закупки зарегистрирован на следующий день после осмотра места происшествия, несостоятелен.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводом адвоката Кирпиченко А.В. о проведении судебного разбирательства с обвинительным уклоном, при формальном исследовании доказательств, поскольку судом, вопреки доводам жалобы, дана оценка всем доказательствам, как приведённым стороной обвинения, так и стороной защиты, при этом раскрыто содержание положенных в основу приговора доказательств.

В судебном заседании в полном объёме были исследованы заявленные государственным обвинителем доказательства и материалы. Сторона защиты выразила согласие с мнением государственного обвинителя о порядке исследования доказательств, в том числе об оглашении показаний свидетеля ФИО3 По данному вопросу судом было вынесено соответствующее постановление. Вопреки доводам жалобы, после оглашения показаний свидетеля стороне защиты по её ходатайству обеспечена возможность для непосредственного допроса ФИО3 в судебном заседании, в том числе выдана судебная повестка и предоставлено время для уведомления указанного свидетеля о необходимости явки в суд. При указанных обстоятельствах использование судом в качестве доказательства показаний данного свидетеля не может расцениваться как нарушение требований уголовно-процессуального законодательства.

Учитывая, что в жалобах защита выражала сомнение правильности изложения показаний свидетеля ФИО3 в протоколе его допроса, судом апелляционной инстанции были приняты меры к проверке указанных доводов жалоб. В результате свидетель ФИО3 уведомил суд об уважительности причины неявки в судебное заседание суда первой инстанции и невозможности явки в суд апелляционной инстанции, подтвердив в полном объёме правильность показаний, данных им на предварительном следствии.

Вопреки доводам жалоб осуждённого ФИО29, адвокатов Гонтаря Е.И. и Кирпиченко А.В. органами предварительного следствия ФИО30 и ФИО29 не вменялось осуществление ими предпринимательской деятельности через торговую сеть, а также производство икорной и рыбной продукции. В последней части им было инкриминировано приобретение продовольственных товаров без маркировки в виде зернистой икры, пищевой рыбной продукции, мороженой и солёной пищевой рыбной продукции – пресервов, её перевозка и хранение в целях сбыта, за что они, в том числе, и были осуждены.

Согласно Техническому регламенту "О безопасности рыбы и рыбной продукции" (ТР ЕАЭС 040/2016), принятому решением ЕАЭС от 18 октября 2016 г. № 162, установлены требования безопасности пищевой рыбной продукции, выпускаемой в обращение на территории Союза, и связанные с ними требования к процессам производства, хранения, перевозки, реализации и утилизации; требования к маркировке и упаковке пищевой рыбной продукции для обеспечения ее свободного перемещения.

Приведённые в обвинении нормы указанного Технического регламента раскрывают понятия зернистой икры, пищевой рыбной продукции, мороженой пищевой рыбной продукции, соленой пищевой рыбной продукции, пресервов, общие нормы необходимости соответствия данного технического регламента процессам хранения и перевозки, реализации и утилизации пищевой рыбной продукции, а также её маркировки.

При этом ссылки стороны защиты на то, что на основании подпунктов г) и д) п. 3 данный технический регламент не распространяется на их подзащитных, не ставят под сомнение необходимость нанесения соответствующей маркировки на изъятую по делу рыбную и крабовую продукцию, исходя из приведённых в обвинении положений Федерального закона от 2 января 2000 года № 29-ФЗ, приказа Минсельхоза России № 646 от 18 декабря 2015 года, а также иных указанных в приговоре нормативных документов.

Доводы жалоб о недостаточности указанных в обвинении нормативных документов, регламентирующих порядок производства и реализации товаров и продукции, подлежащей маркировке, с указанием ряда постановлений Правительства РФ, касающихся маркировки алкогольной и табачной продукции, являются несостоятельными ввиду не идентичности предмета преступного посягательства, установленного по делу, а также необоснованности излагаемого мнения стороной защиты в этой части.

Положения п. 4 ст. 18 ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов» от 02.01.2000 № 29-ФЗ; п. 12 ст. 2 Федерального закона от 28.12.2009 № 381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации»; распоряжение Правительства РФ от 28.04.2018 № 792-р «Об утверждении перечня отдельных товаров, подлежащих обязательной маркировке средствами идентификации», приведённые адвокатом Кирпиченко А.В. в своей жалобе, не опровергают выводы суда об обязательности маркировки икорной, рыбной и крабовой продукции.

Доводы жалобы защитника Григоренко В.А. об отсутствии доказательств стоимости немаркированной пищевой продукции и необходимости расценивать действия осуждённых как административное правонарушение, являются несостоятельными, поскольку вес продовольственных товаров хранившихся в цеху в целях сбыта, изъятых сотрудниками правоохранительных органов, в полном объёме подтверждён представленными доказательствами, а её стоимость в размере 1 105 423 рубля 80 копеек и отсутствие на данной продукции обязательной маркировки установлены экспертным путём.

Расхождения в объёме изъятой рыбной и крабовой продукции при осмотре места происшествия и проведении экспертного исследования обусловлено неточностями, допущенными в ходе доследственной проверки, устранёнными в ходе предварительного расследования по уголовному делу путём проведения её детального осмотра с участием специалиста, с выявлением по факту меньшего количества такой продукции, чем было установлено протоколом осмотра места происшествия, что в свою очередь улучшает положение осуждённых. При этом судебная коллегия отмечает, что изъятая по делу в ходе осмотра места происшествия рыбная и крабовая продукция тождественна видовому составу продукции, помещённой на ответственное хранение в ООО «Край Камчатки» и опломбированной в рефрижераторном контейнере, в связи с чем ставить под сомнение то, что именно изъятая в ходе осмотра места происшествия 28.10.2021 продукция осмотрена и представлена на экспертизу, оснований не имеется. С учётом изложенного, доводы стороны защиты о возможном доступе к изъятой продукции посторонних лиц, её смешивании, замены одной продукции другой носят предположительный характер, ничем не подтверждены, в связи с чем являются несостоятельными. Вынесенным следователем постановлением процессуально закреплено точное количество, видовой состав и вес изъятых у ФИО30 и ФИО29 в нежилом помещении по <адрес> продовольственных товаров без маркировки, что не противоречит ч. 1, пп. 4, 6 ч. 2 ст. 38 УПК РФ.

Доводы жалобы адвоката Кирпиченко А.В. о нарушении должностными лицами законодательства при проведении ОРМ являются несостоятельными и опровергаются материалами дела. Эти мероприятия проведены при наличии оснований и с соблюдением требований закона, предусмотренных ст. ст. 7, 8 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", а результаты ОРМ представлены органу предварительного следствия в соответствии с положениями указанного Федерального закона и УПК РФ, отвечают требованиям допустимости. Фактические данные, отраженные в них, подтвердили лица, участвовавшие в их проведении, а потому данные материалы обоснованно в соответствии со ст. ст. 74, 89 УПК РФ приняты судом первой инстанции в качестве доказательств виновности осуждённых.

Учитывая, что субъектом преступления, предусмотренного ст. 171.1 УК РФ является любое физическое вменяемое лицо, достигшее ко времени совершения преступления 16-летнего возраста, то есть общий субъект, противоречит нормам уголовного права и довод жалобы адвоката Кирпиченко А.В. о невозможности вынесения обвинительного приговора отдельно в отношении ФИО30 без участия ФИО29, являющегося индивидуальным предпринимателем, поскольку ФИО30, по мнению защитника, не может нести ответственность по ст. 171.1 УК РФ в силу законодательства.

Свидетель под псевдонимом ФИО1 допрошен в суде в соответствии с ч. 5 ст. 278 УПК РФ, не установлено нарушений и при его допросе в качестве свидетеля в ходе предварительного следствия в порядке ч. 9 ст. 166 УПК РФ, с вынесением соответствующего постановления, помещённого в конверт, который опечатан, приобщён к уголовному делу и хранится при нём в условиях, исключающих возможность ознакомления с ним иных участников уголовного судопроизводства. В связи с этим признавать показания ФИО1 недопустимым доказательством у суда первой инстанции оснований не имелось, не находит таковых и судебная коллегия.

Не может согласиться судебная коллегия и с доводами адвоката Гонтаря Е.И. относительно решения суда о сохранении ареста на принадлежащее Лютину маломерное судно «Ямаха Ф-24» с идентификационным номером № с подвесным лодочным мотором «Ямаха», мощностью 250 лошадиных сил до исполнения ФИО30 решения суда в части назначенного штрафа. Передача ФИО30 данного имущества по договору купли-продажи другому лицу до принятия судебного решения о наложении ареста на имущество, не ставит под сомнение выводы суда в данной части, поскольку данный договор составлен после использования ФИО30 маломерного суда в процессе выполнения им объективной стороны инкриминируемого преступления. При этом разрешение вопроса о правомерности заключения данной сделки либо расторжении договора купли-продажи сторонами не исключается, в том числе, в порядке гражданского судопроизводства. При этом доводы стороны защиты о невозможности наложения ареста на указанное имущество по данному основанию уже являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, оставившем их без удовлетворения (т. 9 л.д. 224-225).

Как не влияющие на установление обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела, расцениваются судебной коллегией и иные доводы, приведённые в апелляционных жалобах и выступлениях стороны защиты в суде.

При наличии установленных доказательств, отсутствии нарушений уголовно-процессуального законодательства со стороны должностных лиц правоохранительных органов, осуществлявших оперативно-розыскные мероприятия, следственные и процессуальные действия по делу, поводов для постановления оправдательного приговора в отношении ФИО30 и ФИО29, как об этом ставят вопрос апеллянты, у суда не имелось, не находит таких оснований и судебная коллегия, в том числе и ввиду отсутствия нарушений УПК РФ со стороны суда первой инстанции при рассмотрении им дела и правильном применении им уголовного закона.

Наказание осуждённым в виде штрафа назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности совершённого преступления, данных о личности виновных, наличия у ФИО30 смягчающего и отсутствия у обоих отягчающих наказание обстоятельств.

Исследуя данные о личности осуждённых, суд также установил отсутствие у них судимостей, наличие постоянного места жительства и регистрации, работы и дохода, в целом положительные характеристики, а также наличие у ФИО30 благодарственного письма за активное участие в волонтёрском движении и оказание помощи людям, оказавшимся в трудной жизненной ситуации.

Таким образом, судом учтены все обстоятельства, которые могли оказать влияние на назначение ФИО30 и ФИО29 наказания, в том числе и указанные последним в апелляционной жалобе сведения.

На основании установленных данных суд пришёл к выводу о том, что для достижения целей уголовного наказания и исправления подсудимых, им должно быть назначено наказание в виде штрафа, то есть наиболее мягкого вида наказания, в пределах санкции статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации.

Суд не установил каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением ФИО30 и ФИО29, а также других условий, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, и обоснованно пришёл к выводу об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ.

Размер наказания за совершённое преступление определён осуждённым не в максимальных пределах, с учетом имущественного положения осуждённых и возможности получения ими дохода и, по мнению суда апелляционной инстанции, является справедливым и соразмерным содеянному.

В силу изложенного, признавая обжалуемый приговор соответствующим требованиям закона, поводов для его отмены либо изменения, в том числе по доводам апелляционных жалоб, судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 38913, 38920 и 38928 УПК РФ, судебная коллегия

определил а:

Приговор Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 26 апреля 2023 года в отношении ФИО28, ФИО29 оставить без изменения.

Апелляционные жалобы осуждённого ФИО29, защитников - адвокатов Гонтаря Е.И., Кирпиченко А.В., защитника Григоренко В.А. оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке Главы 47.1 УПК РФ в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вынесения.

В случае подачи кассационной жалобы, осуждённые вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: