К делу 2-769/2023
УИД: 23RS0020-01-2023-000343-69
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
12 апреля 2023 года г. Кореновск
Кореновский районный суд Краснодарского края в составе:
председательствующего судьи Обуховой Я.В.,
при секретаре судебного заседания Журба А.А.,
с участием истца, представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО2,
помощника прокурора Кореновского района ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО1 к ФИО4, ФИО5 о компенсации возмещении материального ущерба, морального вреда, причиненного преступлением,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 и ФИО1 обратились в суд с иском к ответчикам ФИО4, ФИО5 с требованиями о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, компенсации морального вреда, обосновывая которые указали, что приговором Кореновского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 и ФИО5 признаны виновными по п. «а» ч. 3 ст. 158, ч. 2 ст. 167 УК РФ, каждому назначено наказание в виде лишения свободы.
В результате противоправных действий ФИО5 и ФИО4 истцам ФИО2 и ФИО1 причинен материальный ущерб в общей сумме <данные изъяты> копеек, из которого сумма похищенного имущества - <данные изъяты> рублей, ущерб, причиненный поджогом домовладения – <данные изъяты> копеек.
С учетом изложенного истцы просят взыскать солидарно с ФИО4 и ФИО5 средства в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением в размере <данные изъяты> копеек, а также солидарно с ответчиков денежные средства компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. каждому.
В судебном заседании истец ФИО2, представитель истца ФИО1 по доверенности, заявленные исковые требования поддержала в полном объеме, просила удовлетворить.
В судебное заседание ответчик ФИО4 не явился, будучи своевременно и надлежащим образом, отбывает наказания в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России. Своей позиции по иску не представил.
В судебное заседание ФИО5 не явился, не явился, будучи своевременно и надлежащим образом, отбывает наказания в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Самарской области. Своей позиции по иску не представил.
Помощник прокурора Кореновского района ФИО3 в судебном заседании полагал, что заявленные исковые требования являются обоснованными, при этом подлежат частичному удовлетворению с учетом снижения подлежащей взысканию с ответчиков суммы компенсации морального вреда.
Выслушав объяснения истца, заключение помощника прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с ч. 1 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) решение должно быть законным и обоснованным.
Пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» разъяснил, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).
Приговором Кореновского районного суда от 26.05.2022 ФИО4 признан виновным по ч. 1 ст. 119, ч. 3 ст. 30, п.п. «б», «в» ч. 2 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, ч. 2 ст. 167, п. «а» ч. 3 ст. 158, ч. 1 ст. 139, ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 131 УК РФ, и на основании ч. 3 ст. 69, ст. 71 УК РФ, и осужден к 8 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
Этим же приговором ФИО5 признан виновным по п. «а» ч. 3 ст. 158, ч. 2 ст. 167, п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 244, ч. 3 ст. 162 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, осужден к 7 годам с отбыванием в исправительной колонии общего режима.
Судом установлено, что 25.12.2020 в период времени с 22 часов до 02 часов 48 минут 26.12.2020, более точное время следствием не установлено, ФИО4 совместно с несовершеннолетним ФИО5, находясь в состоянии алкогольного опьянения, вступили в предварительный сговор на тайное хищение чужого имущества из дома по ул. Комсомольской, д. 101 ст. Дядьковской Кореновского района, действуя группой лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений, проникли на территорию домовладения, где сбили запирающие устройства и навесные замки входной двери жилого дома, незаконно проникли в жилой жом, откуда похитили имущество, принадлежащее ФИО2 и ФИО1 на общую сумму <данные изъяты> рублей, причинив значительный материальный ущерб, с места преступления скрылись, распорядившись похищенным по своему усмотрению.
Они же после совершения кражи имущества в доме № <адрес>, с целью сокрытия следов совершенной кражи, решили поджечь дом, применив интенсификатор горения, искусственно инициировали загорание горючих предметов в помещении коридора, в результате умышленных и целенаправленных действий ФИО4 и несовершеннолетнего ФИО5 путем поджога дома по ул. <адрес> строение на сумму 1 355 983,55 руб., являющейся значительным ущербом для потерпевших ФИО2 и ФИО1
Апелляционным определением от 07.12.2022 приговор Кореновского районного суда от 26.05.2022 оставлен без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.
В соответствии со ст. 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.
В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Как следует из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 04.07.2017 № 1442-О признаваемые и гарантируемые в Российской Федерации права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием; гарантируется государственная, в том числе судебная, защита прав и свобод человека и гражданина, каждому обеспечивается право защищать права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, а решения и действия (бездействие) органов государственной власти и должностных лиц могут быть обжалованы в суд; права потерпевших от преступлений охраняются законом, государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 17 часть 1; статьи 18 и 45; статья 46 части 1 и 2; статья 52).
Вместе с тем, по вышеуказанному уголовному делу истцы признаны потерпевшими, гражданский иск истцами не заявлен.
Право на судебную защиту предполагает не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты, обеспечивающей эффективное восстановление нарушенных прав и свобод посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости и равенства.
Гарантируя права лиц, потерпевших от преступлений, Конституция Российской Федерации не определяет, в какой именно процедуре должен обеспечиваться доступ потерпевших от преступлений к правосудию в целях защиты своих прав и законных интересов и компенсации причиненного ущерба, и возлагает решение этого вопроса на федерального законодателя, который, в свою очередь, вправе устанавливать различный порядок защиты прав и законных интересов лиц, пострадавших от преступлений, - как в рамках уголовного судопроизводства, так и путем искового производства по гражданскому делу.
В соответствии с ч. 3 ст. 31 ГПК РФ гражданский иск, вытекающий из уголовного дела, если он не был предъявлен или не был разрешен при производстве уголовного дела, предъявляется для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства по правилам подсудности, установленным ГПК РФ.
Указанным приговором установлено, что умышленными преступными действиями ФИО5 и ФИО4 причинен истцам материальный ущерб в виде похищенного имущества на сумму <данные изъяты> руб., и уничтоженного строения путем поджога дома на сумму <данные изъяты>.
Ответчиками не представлено доказательств, подтверждающих возмещение причиненного ущерба.
В разъяснениях, изложенных в п. 8 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» в силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.
Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.
В решении суда об удовлетворении иска, помимо ссылки на приговор по уголовному делу, следует также приводить имеющиеся в гражданском деле доказательства, обосновывающие размер присужденной суммы (например, учет имущественного положения ответчика или вины потерпевшего).
На основании ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный гражданину, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившем вред.
В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Учитывая, что согласно приговору непосредственным причинителями вреда истцам являются ответчики, суд приходит к выводу о возложении на ФИО5 и ФИО4 обязанности по возмещению причиненного ФИО2 и ФИО1 материального ущерба.
Разрешая требования о взыскании морального вреда, суд приходит к следующему выводу.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Исходя из положений ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26.10.2021 № 45-П признал ч. 1 ст. 151 ГК РФ не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку она сама по себе не исключает компенсацию морального вреда в случае совершения в отношении гражданина преступления против собственности, которое нарушает не только имущественные права данного лица, но и его личные неимущественные права или посягает на принадлежащие ему нематериальные блага (включая достоинство личности), если при этом такое преступление причиняет указанному лицу физические или нравственные страдания.
При этом отметил, что в соответствии с Конституцией Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и свобод - обязанность государства. Основу прав и свобод человека и гражданина, действующих непосредственно, определяющих смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти и обеспечиваемых правосудием, составляет достоинство личности, которое одновременно выступает и в качестве необходимого условия существования и соблюдения этих прав и свобод. Достоинство личности охраняется государством, и ничто не может быть основанием для его умаления (статьи 2 и 18; статья 21, часть 1).
Исходя из этого государство, руководствуясь вытекающими из Конституции Российской Федерации принципами правового государства, верховенства права и справедливости, обязано способствовать максимально возможному возмещению потерпевшему от преступления причиненного ему вреда и тем самым обеспечивать эффективную защиту достоинства личности как конституционно значимой ценности.
Согласно Уголовному кодексу Российской Федерации основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного данным Кодексом (статья 8). В то же время даже включение законодателем вреда определенного вида (например, имущественного) в качестве обязательного признака состава преступления не означает, что данное деяние не способно повлечь иные общественно опасные последствия, в том числе в виде причинения вреда другого вида (в частности, морального), которые формально остаются за пределами законодательной конструкции состава преступления.
Любое преступное посягательство на личность, ее права и свободы является одновременно и наиболее грубым посягательством на достоинство личности - конституционно защищаемое и принадлежащее каждому нематериальное благо, поскольку человек как жертва преступления становится объектом произвола и насилия.
При определенных обстоятельствах оно может причинять потерпевшему от преступления как физические, так и нравственные страдания (моральный вред).
Характер и степень такого рода страданий могут различаться в зависимости от вида, условий и сопутствующих обстоятельств совершения самого деяния, а также от состояния физического и психического здоровья потерпевшего, уровня его материальной обеспеченности, качественных характеристик имущества, ставшего предметом преступления, его ценности и значимости для потерпевшего и т.д.
В этом смысле реализация потерпевшим от преступления против собственности конституционного права на компенсацию причиненного ущерба может включать в себя и нейтрализацию посредством возмещения морального вреда понесенных потерпевшим физических или нравственных страданий, но лишь при условии, что таковые реально были причинены лицу преступным посягательством не только на его имущественные права, но и на принадлежащие ему личные неимущественные права или нематериальные блага, среди важнейших из которых - достоинство личности.
Закрепляя в ч. 1 ст. 151 ГК РФ общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации.
Таким образом, обстоятельства дела могут свидетельствовать о причинении физических или нравственных страданий потерпевшему от преступления против собственности, которое явным образом нарушает его личные неимущественные права либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага (например, при совершении преступления в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в тяжелой жизненной ситуации). В таком случае факт причинения морального вреда потерпевшему от указанного преступления не может быть сам по себе поставлен под сомнение судом, что, в свою очередь, не может им не учитываться в ходе оценки представленных доказательств в их совокупности.
Изложенная выше правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации получила развитие в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», согласно которому судам следует учитывать, что в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях. Например, умышленная порча одним лицом имущества другого лица, представляющего для последнего особую неимущественную ценность (единственный экземпляр семейного фотоальбома, унаследованный предмет обихода и др.) (пункт 4).
Гражданин, потерпевший от преступления против собственности, например, при совершении кражи, мошенничества, присвоения или растраты имущества, причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием и др., вправе предъявить требование о компенсации морального вреда, если ему причинены физические или нравственные страдания вследствие нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага (часть первая статьи 151, статья 1099 ГК РФ и часть 1 статьи 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). В указанных случаях потерпевший вправе требовать компенсации морального вреда, в том числе путем предъявления самостоятельного иска в порядке гражданского судопроизводства (пункт 5).
В результате противоправных действий ФИО5 и ФИО4 причинен значительный материальный ущерб, который до настоящего времени не возмещен. Истцам также причинен моральный вред, связанный с потерей дома, поскольку, как пояснила, ФИО2 домовладение являлось родительским домом, как память о родителях, а его сожжение ответчиками причинило нравственные страдания.
С учетом установленных судом обстоятельств, при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО2 и ФИО1, суд принимает во внимание степень вины ответчиков, степень физических и нравственных страданий истцов, а также требования принципа разумности и справедливости при его взыскании.
Согласно ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным п. 2 ст. 1081 настоящего Кодекса.
Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснил (п. 34), что лица, совместно причинившие моральный вред, исходя из положений ст. 1080 ГК РФ, отвечают перед потерпевшим солидарно.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, не составляет исключение из этого правила и требования о возмещении морального вреда при определении размера такого возмещения.
С учетом вышеизложенного, суд считает необходимым взыскать с ответчиков солидарно в пользу истцов сумму материального ущерба, причиненного преступлением в размере <данные изъяты> копеек, а также с ответчиков в пользу истцов сумму компенсации морального вреда по <данные изъяты> рублей каждому.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2, ФИО1 к ФИО4, ФИО5 о компенсации возмещении материального ущерба, причиненного преступлением – удовлетворить частично.
Взыскать солидарно с ФИО4 и ФИО5 в пользу ФИО2 и ФИО1 денежные средства в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, в размере <данные изъяты> (один <данные изъяты> копеек.
Взыскать солидарно с ФИО4 и ФИО5 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб.
Взыскать солидарно с ФИО4 и ФИО5 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб.
Решение суда может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Кореновский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Полный текст решения составлен 14 апреля 2023 года.
Судья
Кореновского районного суда Я.В. Обухова