Решение по делу № 2-4-109/2024 от 05.06.2025 - о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием.

УИД 40RS0020-04-2024-000021-88 Дело № 2-4-3/2025 РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Бабынино 29 мая 2025 года

Сухиничский районный суд Калужской области в составе председательствующего судьи Федорова М.А., при секретаре Грибовой Е.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании, проводимом с использованием систем видеоконференцсвязи Брянского районного суда Калужской области, с участием истца ФИО1 и его представителя ФИО2, представителя ответчика Гоголя Н.И. ФИО3, и.о. прокурора Бабынинского района Калужской области Кирюхиной Ю.А. дело по иску ФИО1 к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Гоголю Н.И. (с учетом уточнения иска), в котором содержатся требования взыскать с ответчика материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в сумме 927800 руб.; компенсацию морального вреда в сумме 100000 руб.; расходы по оплате услуг оценщика в сумме 15000 руб.;

расходы по оплате юридических услуг в сумме 70000 руб.

В обоснование заявленных требований указывается на то, что 28.11.2023 года в 06 час. 15 мин. на 201+895 м автодороги М-3 «Украина» произошло бесконтактное дорожно-транспортное происшествие, а именно, водитель автомобиля «Шокман» с государственным регистрационным номером № ФИО4 не уступил дорогу управляемому истцом транспортному средству «Рено Сандеро» с государственным регистрационным номером №, в результате чего ФИО1, пытаясь уйти от столкновения, совершил наезд на световую опору. В результате ДТП автомобиль истца получил механические повреждения, стоимость устранения которых составляет 1325627 руб., но с учетом того, что данный размер превышает стоимость названного автомобиля «Рено Сандеро» (1153100 руб.), подлежащий возмещению размер убытков определен, как разница между стоимостью автомобиля и стоимостью его годных остатков (225300 руб.), что составляет 927800 руб. Также в результате ДТП у истца диагностирован ушиб грудной клетки справа, на протяжении длительного времени его беспокоили болезненные ощущения в области груди, даже вдох доставлял боль, в связи с чем он вынужден был принимать обезболивающие препараты, испытал физические и нравственные страдания, которые до настоящего времени не прошли бесследно.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал уточненные исковые требования по изложенным в иске основаниям, дополнительно пояснив, что в результате ДТП потерял работу в г. Калуге. Ранее в судебных заседаниях указывал, что перед ДТП двигался со скоростью 60-80 км/ч, в отдалении 100 метров по ходу движения обнаружил стоящий на правой обочине грузовик «SHACMAN». Увидев за 25 метров до передней части автомобиля «SHACMAN», что последний, совершая маневр разворота с обочины, выехал на его полосу для движения, применил экстренное торможение, когда названный грузовик выехал на полосу движения истца на 1/4 часть данной полосы, однако в связи с состоянием дорожного покрытия (гололед) и сработавшей антиблокировочной системой (АВС) не смог затормозить и в целях избегания столкновения с грузовым автомобилем в последний момент вынужден был вывернуть руль влево в результате чего произошло столкновение со световой опорой. При совершении маневра грузовик пересек всю полосу движения истца и половину встречной полосы движения, а затем отъехал назад на правую обочину.

Представитель истца ФИО1 ФИО2 отметил, что на месте ДТП водитель автомобиля «SHACMAN» свою вину в том, что не уступил дорогу пользующемуся преимуществом для движения автомобилю «Рено Сандеро» признал, дав соответствующие письменные объяснения. Действия водителя автомобиля «SHACMAN» состоят в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДТП. При назначении экспертизы имело место быть неверное понимание сути данных истцом ФИО1 объяснений об обстоятельствах ДТП. При этом другие данные суду ФИО1 до назначения экспертизы объяснения соответствуют обстоятельствам развития ДТП (увидел автомобиль «SHACMAN» за 100-150 метров, где-то за 15 метров автомобиль «SHACMAN» перекрыл полосу для движения истца, за 4-5 метров до предполагаемого столкновения с грузовиком была перегорожена уже и встречная полоса).

Ответчик ФИО4, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, не явился.

Представитель ответчика Гоголя Н.И. ФИО3, против удовлетворения иска возражал полностью, компенсацию морального вреда и судебные расходы считал завышенными. Отметил, что постановление № от 27.12.2023 года о привлечении Гоголя Н.И. к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ было отменено судом. Сослался на то, что из схемы ДТП от 28.11.2023 года и объяснения Гоголя Н.И. не следует, что автомобиль «SHACMAN» выехал на полосу для движения истца, поскольку на схеме оба автомобиля находятся на разных обочинах напротив друг друга. Согласно позиции Гоголя Н.И. перед ДТП последний набирал скорость на правой обочине и только хотел развернуться, но отказался от маневра разворота и затормозил на обочине, увидев приближающегося по правой полосе для движения автомобиль «Рено Сандеро». ФИО1, как водитель, в целях избегания столкновения с автомобилем «SHACMAN» должен был, руководствуясь п. 10.1 ПДД РФ вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Данная скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель должен был обнаружить, истец должен был принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. При этом данный пункт Правил не предусматривает маневрирование как способ предотвращения столкновения. Своими действиями ФИО1 увеличил возможный размер ущерба. После проведения по делу автотехнической экспертизы, назначенной на основании объяснений ФИО1 о том, что последний перед ДТП увидел как автомобиль «SHACMAN» выехал на полосу для движения истца за 100 метров впереди по ходу движения автомобиля «Рено Сандеро», ФИО1 дал иные объяснения, из которых следует, что данное расстояние составляло около 25 метров (примерно 3 длины автомобиля «SHACMAN». Как следует из показаний эксперта ФБУ Брянская ЛСЭ Министерства Юстиции РФ ФИО8, за 1,4 секунды при скорости движения 80 км/ч истец проехал бы около 31 метра, а при скорости 60 км/ч – около 23 метров. Исходя из данных расчетов, представитель ответчика делает вывод о том, что указанное ФИО1 расстояние до автомобиля «SHACMAN» в момент выезда последнего на полосу для движения истца (25 метров) не позволяло ФИО1 среагировать путем применения торможения и ухода на левую полосу для движения до столкновения с грузовиком. При этом представитель ответчика обратил внимание на то, что грузовик с обочины не мог быстро набрать скорость, с нарощенными бортами он бы перевернулся. Также представитель ответчика отметил, что согласно объяснениям истца последний, двигаясь на не очень невысокой скорости, перед столкновением еще и применил торможение, в результате чего повреждения автомобиля «Рено Сандеро» после столкновения со световой опорой должны были быть незначительными. Также изначально данные объяснения истца о 6-7 секундах до момента выезда автомобиля «SHACMAN» на полосу для его движения соответствуют обстоятельствам дела и указанному ФИО1 расстоянию до грузовика в названный момент (100 метров).

Иные участвующие в деле лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, не явились.

Суд в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) определили рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав материалы дела, выслушав объяснения участвующих в деле лиц, показания свидетелей суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон (ч. 1 ст. 12 ГПК РФ).

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Судом установлено, что 28.11.2023 года в 06 час. 15 мин. на 201 км + 895 м автодороги М-3 «Украина» произошло бесконтактное ДТП с участием автомобиля «Шокман» с государственным регистрационным номером № под управлением Гоголя Н.И. (приобретшего данный автомобиль 25.11.2023 года у ФИО5, что ответчиком не оспаривалось) и автомобиля «Рено Сандеро» с государственным регистрационным номером №, под управлением ФИО1, являющегося его собственником.

Как следует из собственноручно составленных ФИО4 на месте ДТП письменных объяснений, ФИО4 28.11.2023 года примерно в 6 час. 15 мин. на 202 км а/д М3-«Украина» остановился на обочине с правой стоны и хотел развернуться, не убедился в безопасности и не уступил дорогу транспортному средству «Рено Сандеро» с государственным регистрационным номером №, после чего тот, чтобы избежать столкновения, ушел в левую сторону, совершил наезд на снежный бустер и световую опору, после включил аварийный сигнал, выставил аварийный знак.

ФИО1 на месте ДТП даны письменные объяснения, из которых следует, что он, примерно в 6 час. 15 мин., подъезжая к 202 км а/д М-3 «Украина», увидел как перед ним с обочины с правой стороны с обочины разворачивается грузовой автомобиль «Шокман» с государственным регистрационным номером №, чтобы избежать столкновения он ушел влево, совершил наезд на снежный бустер и световую опору, которую не повредил.

Из материала ДТП видно, что на переднем пассажирском сиденье в автомобиле «Рено Сандеро» в момент ДТП находилась ФИО9 В письменных объяснениях ФИО9 указано, что в момент ДТП она спала.

Между тем, в судебном заседании от 06.08.2024 года, предупрежденная об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний ФИО9, не являющаяся родственником или супругой истца ФИО1, пояснила, что в момент ДТП не спала, написала так в объяснениях, потому, что прибывшие на место ДТП люди сказали, что при отсутствии столкновения с другой машиной ФИО1 будет отвечать за пассажира. Перед ДТП «Рено Сандеро» ехал с небольшой скоростью, истец вообще не ездит с большой скоростью. Считает, что истец не мог избежать ДТП, удивляется как они остались живы. Свидетель полагает, что в день ДТП дорога была скользкая. Автомобиль «Шокман» стоял на обочине и стал резко поворачивать. При этом «Шокман» перекрыл всю полосу для движения ФИО1 и половину встречной полосы. ФИО6 торнулась с обочины и начала разворачиваться менее, чем за 5 метров. ФИО1 затормозил и тут же сделал поворот. ФИО9 при параллельном движении с грузовиком по направлению к левой обочине последовательно видела его задние колеса, борт и передние колеса в метре от себя. Если бы ФИО1 не затормозил, то автомобиль «Рено Сандеро» совершил бы столкновение с серединой грузовика. Свидетель видела, как после пересечения полосы ФИО1 грузовик тормознул. Затем он сдал задним ходом и вернулся назад, на правую обочину.

Свидетель Свидетель №2 (сотрудник ГИБДД) в судебном заседании подтвердил указанные в объяснениях сторон обстоятельства.

На схеме ДТП автомобиль истца отмечен в конечной точке столкновения со световой опорой, автомобиль Гоголя Н.И. обозначен стоящим на правой обочине.

Судом установлено, что в момент ДТП в автомобиле «Рено Сандеро» сработали две передние подушки безопасности, затем автомобиль загорелся.

Из сделанных сотрудниками ГИБДД на месте ДТП фотографий следует, что в день ДТП обочина была заснеженной, стрелками указаны параллельные курсы движения грузового и легкового автомобилей по направлению к левой обочине.

В связи с ДТП водитель автомобиля «Шокман» ФИО4 поставлением № от 27.12.2023 года по делу об административном правонарушении был привлечен к административной ответственности по с. 3 ст. 12.14 КоАП РФ (невыполнение требованияПравилдорожного движения уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом движения).

Данное постановление было отменено решением судья Калужского районного суда Калужкой области от 06.05.2014 года в связи с допущенными при его вынесении процессуальным нарушением (отсутствие сведений об извещении Гоголя Н.И. о месте и времени рассмотрения дела об административном правонарушении).

Между тем, в настоящем случае само по себе отсутствие постановления по делу об административном правонарушении свидетельствует лишь о том, что факту вышеназванного ДТР ФИО4 не привлечен к административной ответственности.

Вина участвовавших в ДТП лиц должна быть установлена судом в порядке гражданского судопроизводства.

Как установлено ч. 1 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

По делу была проведена судебная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено ФБУ Брянская ЛСЭ Минюста России.

Согласно экспертному заключению названной организации от 22.11.2024 года у водителя ФИО1, исходя из скорости его движения 60-80 км/ч и расстояния обнаружения опасности для движения 100 м, с технической точки зрения имелась возможность избежать пересечения воображаемой линии траектории движения автомобиля «Шокман» с момента его выезда с обочины путем применения экстренного торможения.

Судом установлено, что максимальная разрешенная скорость движения на участке, где произошло ДТП, составляет 70 км/ч.

Разворот грузового транспорта не запрещен, но имеется другое рекомендованное место для разворота.

Вопрос установления скорости ФИО1 перед ДТП из имеющихся материалов дела установить не представилось возможным в связи с отсутствием необходимых следов ДТП. Методика установления скорости движения по повреждениям автомобиля отсутствует.

Вместе с тем, по делу, в связи с указанными выше противоречиями в объяснениях истца, была проведена дополнительная автотехническая экспертиза, из которой следует, что с расстояния в 25 м при скорость движения 60-80 км/ч истец совершил бы столкновение с грузовиком «Шокман», поскольку техническая возможность избежать столкновения путем применения экстренного торможения отсутствовала.

Заключение эксперта, сделанное по имеющимся материалам (с учетом дополнительного заключения), суд находит полным и обоснованным, оснований не согласиться с содержащимися в нем выводами не имеется.

Доводы представителя ответчика о том, что сведения указанные в первичной экспертизе соответствуют обстоятельствам ДТП и указанному истцом времени, за которое он обнаружил опасность для движения (6-7 секунд) отклоняются судом, поскольку данные показатели противоречат другим данным истцом в суде объяснениям о неожиданности возникновения опасности для движения и невозможности избежать столкновения с грузовиком путем применения экстренного торможения, а также показанием предупрежденного об уголовной ответственности за заведомо ложные показания свидетеля ФИО9 Оснований не доверять показаниям названного свидетеля, с учетом совокупности обстоятельств дела, не имеется.

Разность указанных названными лицами расстояний до грузовика в момент его выезда на полосу для движения ФИО1 суд связывает с эффектом занижения восприятия расстояния на скорости и индивидуальными особенностями личностного восприятия.

В остальном объяснения ФИО1 и показания свидетеля ФИО9 последовательны и непротиворечивы, соотносятся с иными доказательствами по делу.

Из приведенной экспертом в заключении формулы и его показаний в суде следует, что приведенная в заключении формула для расчета возможности произвести остановку в диапазоне с 60 км/ч до 80 км/ч постоянна и будет зависеть лишь от установленной скорости движения.

Таким образом, при разрешенной скорость 70 км/ч истец не имел возможности полностью затормозить до столкновения с грузовиком на любом расстоянии до 73,5 м.

Указанное истцом расстояние – 25 м (3 длины грузовика) почти в три раза меньше минимального расчетного расстояния полной остановки автомобиля «Рено Сандеро» на скорости 70 км/ч.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу о том, что опасность для движения автомобиля истца возникла уже после того, как расстояние до грузовика ответчика сократилось до значительно меньшего, чем позволяющее избежать столкновения с ним.

Доводы представителя Гоголя Н.И., о том, что последний не совершал выезда на полосу для движения ФИО1, суд расценивает, как избранный ответчиком способ защиты, поскольку, являясь водителем грузовика, то есть лицом осуществляющим деятельность по перевозке грузов на профессиональной основе, в случае невыезда с обочины его собственноручные объяснения на месте ДТП лишены признака разумности.

При этом анализ материалов дела, объяснений истца и показаний свидетеля, свидетельствует о наличии прямой причинно-следственной связи между выездом автомобиля «Шокман» на полосу движения ФИО1 и созданием опасности для движения автомобиля последнего и совершенным истцом столкновением со световой опорой.

Резкий съезд автомобиля ФИО1 на полосу встречного движения носил вынужденный характер, обусловленный противоправными, неожиданными для истца действиями ответчика, не предоставившего преимущество двигающемуся по своей полосе для движения автомобилю «Рено Сандеро».

При этом при совершении маневра разворота на водителе автомобиля «Шокман» лежала обязанность уступить дорогу всем транспортным средствам, траекторию которых он пересекает, в том числе, движущимся в обоих направлениях по встречной полосе.

Ссылка представителя ответчика на необходимость соблюдения истцом п. 10.1 ПДД с учетом установленных обстоятельств дела не может являться основанием для вывода о наличии также и в действиях ФИО1 вины (части вины) в произошедшем ДТП.

Положения п. 2 ст. 1083 ГК РФ в настоящем случае применению не подлежат, так как грубая неосторожностьсамого потерпевшего в действиях ФИО1 не установлена.

В нарушение норм действующего законодательства гражданская ответственность водителя грузовика «Шокман» застрахована не была.

В силу п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.

Для возникновения обязательства по возмещению вреда правовое значение имеет факт владения транспортным средством, как источником повышенной опасности, а не только лишь факт управления им в момент ДТП.

В результате ДТП автомобиль истца получил механические повреждения, стоимость устранения которых составляет 1325627 руб., но с учетом того, что данный размер превышает стоимость названного автомобиля «Рено Сандеро» (1153100 руб.), подлежащий возмещению размер убытков определен, как разница между стоимостью автомобиля и стоимостью его годных остатков (225300 руб.), что составляет 927800 руб.

Данный размер ответчиком по правилам состязательного процесса в суде не оспаривался.

Суд находит данную сумму подлежащей взысканию с ответчика в полном объеме.

Также в результате ДТП у истца диагностирован ушиб грудной клетки справа, что подтверждается медицинской справкой.

Из объяснений истца следует, что на протяжении длительного времени его беспокоили болезненные ощущения в области груди.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно положениям ст. 151, п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Принимая во внимание вышеизложенное, обстоятельства ДТП, характер его последствий и последующее поведения Гоголя Н.И., индивидуальные особенности ФИО1, характер полученной им травмы, степень перенесенных истцом физических и нравственных страданий, суд приходит к выводу о том, что моральный вред подлежит возмещению в размере 15000 руб. Оснований для компенсации морального вреда в большем размере по заявленным истцом основаниям не имеется.

Таким образом, исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

ФИО1 было оплачено 15000 руб. за проведение ИП ФИО10 оценки стоимости повреждений принадлежащего истцу автомобиля. Данная сумма в качестве судебных расходов подлежит взысканию с ответчика.

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть 2).

Согласно ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Согласно ст.ст. 88, 94 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к числу которых относятся расходы на оплату услуг представителей.

Согласно ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

На основании ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по его письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Процессуальное законодательство исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленных истцом к соответствующему ответчику требований.

Законодатель не установил каких-либо ограничений по возмещению имущественных затрат на представительство в суде интересов лица, чье право нарушено. Иное противоречило бы обязанности государства по обеспечению конституционных прав и свобод. Правоотношения, возникающие в связи с договорным юридическим представительством, по общему правилу, являются возмездными. При этом, определение (выбор) таких условий юридического представительства как стоимость и объем оказываемых услуг является правом доверителя (ст. ст. 1, 421, 432, 779, 781 ГК РФ). Следовательно, при определении объема и стоимости юридических услуг в рамках гражданских правоотношений доверитель и поверенный законодательным пределом не ограничены. Однако ни материально-правовой статус юридического представителя (адвокат, консультант, др.), ни согласованный доверителем и поверенным размер вознаграждения определяющего значения при решении вопроса о возмещении понесенных участником процесса судебных расходов не имеют.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, в том числе в Определении от 17 июля 2007 года № 382-О-О обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

При этом суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В рассматриваемом правовом контексте разумность является оценочной категорией, определение пределов которой является исключительной прерогативой суда. Неразумными могут быть сочтены значительные расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права либо несложностью дела.

Согласно имеющемуся в материалах дела договору оказания юридических услуг от 13.12.2023 года была определена стоимость оказания ООО «АВТОКРАТИЯ» в лице ФИО2 услуг ФИО1: 50000 руб. – стоимость юридических услуг по составлению судебного заседания и участие в двух судебных заседаниях и 10000 руб. за участие представителя в каждом следующем заседании суда.

50000 руб. за оказанные услуги было оплачено ФИО1 по квитанции № 01.12.2023 года. Еще 20000 руб. оплачено по чеку от 14.08.2024 года.

Представитель ответчика ссылался на завышенность расходов на оплату услуг представителя.

Определяя размер взыскания судебных издержек, понесенных истцом, суд учитывает объем и сложность дела, цену иска, длительность его рассмотрения, проведение по делу судебной экспертизы, допрос свидетелей, требования разумности, характер спора, процессуальное поведение участвующих в деле лиц, среднюю стоимость оказания аналогичных услуг, фактическое участие представителя ответчика в судебных заседаниях 29.02.2024 года, 27.06.2024 года, 06.08.2024 года, 29.08.2024 года, 26.09.2024 года, 09.01.2025 года, 17.02.2025 года, 06.05.2025 года и 29.05.2025 года и приходит к выводу о том, что сумма судебных расходов в размере 70000 руб., фактически понесенных истцом по договору об оказании юридических услуг от 13.12.2023 года, не является чрезмерной.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Учитывая результат рассмотрения дела с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате государственной пошлины за подачу иска в сумме 12478 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>о <адрес>, зарегистрированного по адресу: <адрес>, паспорт <данные изъяты>, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, зарегистрированного по адресу: <адрес>, паспорт <данные изъяты>:

материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в сумме 927800 руб.;

компенсацию морального вреда в сумме 15000 руб.;

расходы по оплате услуг оценщика в сумме 15000 руб.;

расходы по оплате юридических услуг в сумме 70000 руб.;

расходы по уплате государственной пошлины за подачу иска в сумме 12478 руб.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Калужского областного суда в течение одного месяца со дня его вынесения в окончательной форме через Сухиничский районный суд Калужской области.

Мотивированное решение суда составлено 05.06.2025 года.

Председательствующий подпись

Копия верна

Судья М.А. Федоров