77RS0019-02-2022-002995-62
Дело №2–1880/22
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
дата адрес
Останкинский районный суд адрес в составе председательствующего судьи Арзамасцевой А.Н., при секретаре судебного заседания фио,
рассмотрев в закрытом судебном заседании гражданское дело № 2–1880/22 по иску ФИО1 к ФИО2, наименование организации им. фио, фио «Высшая Школа сценических искусств» о защите чести, достоинстве и деловой репутации,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам ФИО2, наименование организации им. фио, фио «Высшая Школа сценических искусств» о защите чести, достоинстве и деловой репутации. Требования мотивированы тем, что ФИО1 и ФИО2 являются учредителями наименование организации им. фио и членами его высшего коллегиального органа управления. В феврале дата на интернет сайте фио «Высшая Школа сценических искусств» по адресу: https://www.raikin-school.com/news/INTERVYU/ была размещена публикация ФИО2 под названием «Интервью ректора самому себе», содержащая целый ряд утверждений ФИО2, которые не соответствуют действительности, а также порочат честь, достоинство и деловую репутацию истца. В результате размещения публикация стала доступна широкой аудитории сети «Интернет». В тексе публикации не содержится каких-либо доказательств, подтверждающих достоверность приведенных в ней сведений. На основании изложенного, истец просит суд:
- признать не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию фио следующие сведения, опубликованные на интернет-сайте фио «Высшая школа сценических искусств» (публикация «Интервью ректора самому себе») по адресу: https://www.raikin-school.com/news/INTERVYU/: «Школу надо укрепить квалифицированными профессиональными кадрами. Разве может быть школа для фио «делом всей жизни», если он, пользуясь властью художественного руководителя Школы, запрещает принимать в Школу преподавателей на кафедру актерского мастерства и режиссеры, если они – не члены семьи фио»; «Для этих целей лично ФИО1, видимо исчерпав все возможные варианты давления, даже были сфальсифицированы документы, грубо нарушающие все пункты статьи 5. Устава Фонда, статей Гражданского Кодекса РФ»; «Заявление от фио было подано дата в Следственное управление по адрес ГСУ СК РФ по адрес. В этом заявлении содержалась информация о якобы уже совершенном и в дальнейшем совершаемом ФИО2 умышленном тяжком преступлении. В этом заявлении в категоричной форме указывались недостоверные и не соответствующие действительности сведения – умозаключения, о совершенном мною якобы «преступлении», о моем якобы «преступном плане», и не было приведено ни одного объективного или хотя бы в чем-то достоверно подтвержденного Доказательства»; «А ему, «творцу», ничего не нужно доказывать, несмотря на то, что в этих обвинениях сознательная ложь, сознательное искажение фактов с целью ввести заблуждение следственные органы, убедить их в моих преступных намерениях и вынудить их к возбуждению против меня уголовного дела»; «Все незаконные обвинения, все не соответствующие действительности сведения, изложенные в заявлении фио , краснеют от стыда, когда бухгалтерские отчетные документы раскрывают истинное финансовое положение Гостиницы и наименование организации; «В заявлении о преступлении, поданном дата представителем фио в Следственное управление по адрес ГСУ СК РФ по адрес, ФИО1 обвинил меня в совершении тяжкого преступления, ответственность за которое установлена частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. В указанном заявлении ФИО1, в лице своего представителя, указал на преступные деяния как на фактически совершенные мною, а не как на возможные к осуществлению. Тем самым он сообщил недостоверную информацию о факте совершения тяжкого преступления, сведения о котором в ходе проверки не нашли подтверждения»; фио, вместо обещанного партнерства, блокирует финансирование Фонда и Школы, убедив близких к нему жертвователей прекратить финансирование, и тем самым лишает Фонд и Школу средств к существованию (а добровольные пожертвования были единственным источником формирования бюджета Фонда»; «В завершении я хочу сообщить, что не намерен больше терпеть все издевательства, оскорбления, угрозы со стороны фио»;
- обязать ФИО2, фио «Высшая школа сценических искусств» и наименование организации им. фио в течение пяти календарных дней с даты вступления в силу решения по настоящему делу удалить с интернет-сайта фио «Высшая школа сценических искусств» публикацию «Интервью ректора самому себе», размещенную по адресу: https://www.raikin-school.com/news/INTERVYU/;
- обязать фио, фио «Высшая школа сценических искусств» и наименование организации им. фио в течение пяти календарных дней с даты вступления в силу решения по настоящему делу опубликовать па интернет-сайте фио «Высшая школа сценических искусств» (публикация ««Интервью ректора самому себе») по адресу: https://www.raikin-school.com/news/INTERVYU/ на срок не менее пяти месяцев шрифтом, который используется для подзаголовков, текст опровержения (с указанием в качестве заголовка фразы «ОПРОВЕРЖЕНИЕ»): «В дата на интернет-сайте наименование организации был опубликован текст публикации «Интервью ректора самому себе». Нижеприведенными решением суда сведения, содержащиеся в указанной публикации, признаны не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию фио» Далее в тексте опровержения указать дату принятия решения суда, номер дела и процитировать резолютивную часть решения суда по настоящему делу;
- взыскать с ФИО2, фио «Высшая школа сценических искусств», наименование организации им. фио в пользу фио судебную неустойку на основании ст. 308.3 ГК РФ в размере сумма за каждый день неисполнения решения суда, с каждого.
В ходе судебного заседания от дата было удовлетворено ходатайство представителя ответчиков о проведении судебного заседания в закрытом судебном заседании.
Истец в судебное заседание не явился, обеспечил явку своего представителя, который заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, просил иск удовлетворить.
Представитель ответчиков в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения заявленных исковых требований, указав, на отсутствие в публикации сведений, порочащих честь и достоинство истца, публикация носит субъективное мнение ФИО2 на сложившуюся ситуацию в институте.
Суд, с учетом мнений участников процесса, считает возможным рассмотреть настоящий спор при данной явке в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.
Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив письменные материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.
Согласно п. 2 ст. 1 ГК РФ, граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условии договора.
В п. 3 ст. 10 ГК РФ закреплена норма презумпции добросовестности и разумности действий участников гражданских правоотношений: в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается.
В силу ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. При этом каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ).
В соответствии со ст. 23 Конституции Российской Федерации, каждому гарантируется право на защиту чести и доброго имени.
Вместе с этим, ст. 29 Конституции Российской Федерации, каждому гарантируется свобода мысли и слова, а также свобода массовой информации.
Согласно ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы, Применительно к свободе массовой информации на адрес действует статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от дата, в соответствии с частью первой которой, каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения, получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.
Вместе с тем в ч. 2 ст. 10 названной Конвенции указано, что осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.
При этом положения данной нормы должны толковаться в соответствии с правовой позицией Европейского Суда по правам человека, выраженной в его постановлениях.
адрес ст.ст. 23 и 46 Конституции Российской Федерации право каждого на защиту своей чести и доброго имени, а также установленное ст. 152 ГК РФ право каждого на судебную защиту чести, достоинства и деловой репутации от распространенных не соответствующих действительности порочащих сведений является необходимым ограничением свободы слова и массовой информации для случаев злоупотребления этими правами.
В соответствии с п. 1 ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.
Согласно разъяснениям, данным в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», суды при разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации должны обеспечивать равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами - свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (ст. 23, 29 и 33 Конституции Российской Федерации), с другой.
Согласно пункту 7 указанного Постановления, обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 ГК РФ значение для дела, являются факт распространения ответчиками сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.
Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.
Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.
Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок. Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина.
В соответствии со ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свобод) массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.
Кроме того, в силу части 3 статьи 29 Конституции Российской Федерации никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них.
Следовательно, вопрос о признании мнения одного лица, соответствующим мнению другого лица не может быть предметом судебного контроля или судебной оценки.
В соответствии со ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, в связи с чем, такие высказывания не запрещены.
Прогнозы, гипотезы, предположения, в том числе сформулированные в вопросительной форме, в сослагательном наклонении или с использование других грамматических конструкций, предполагающих восприятие сведений, как возможных или вероятных, не могут признаваться порочащими.
Как следует из искового заявления, в феврале дата на интернет сайте фио «Высшая Школа сценических искусств» по адресу: https://www.raikin-school.com/news/INTERVYU/ была размещена публикация ФИО2 под названием «Интервью ректора самому себе».
По мнению фио в публикации содержится целый ряд утверждений ФИО2, которые не соответствуют действительности, а также порочат честь, достоинство и деловую репутацию фио, в подтверждении чего стороной фио было представлено Лингвистическое заключение (заключение специалиста) от дата, из которого следует, что в публикации под заголовком «Интервью ректора самому себе» рвмешенной в информационно-телекоммуникационной сети общего пользования Интернет на сайте https://www.raikin-school.com на странице с https://www.raikin-school.com/news/INTERVYU/ и зафиксированной протоколом осмотра доказательств от дата фио, временно исполняющей обязанности адрес зарегистрированным в реестре за № 77/710-н/77-2022-6-334 (на 25 листах с приложениями), содержатся выраженные языковыми средствами негативные сведения (информация) в форме утверждений о факте или фактах, а именно: «Он [ФИО1], пользуясь властью художественного руководителя Школы, запрещает принимать в Школу преподавателей на кафедру актерского мастерства и режиссеры [режиссуры], если они – не члены семьи фио» (явное утверждение о фактах); «В этом заявлении [то есть заявлении от фио, которое было подано дата в Следственное управление по адрес ГСУ СК РФ по адрес], в категоричной форме указывались недостоверные и не соответствующие действительности сведения... и не одного объективного или хотя бы в чем-то достоверно доказательства» (явное утверждение о факте); «Нет ни одного [доказательства обвинений, изложенных в Заявлении ФИО1.] в этих обвинениях сознательная ложь, сознательное искажение фактов» (скрытое утверждение о факте); «[Имеются] незаконные обвинения, не соответствующие действительности сведения, изложенные в заявлении фио» (скрытое утверждение о факте); фио, вместо обещанного партнерства, блокирует финансирование Фонда и Школы, убедив близких к нему жертвователей прекратить финансирование, и тем самым лишает Фонд и Школу средств к существованию (а добровольные пожертвования были единственным источником формирования бюджета» (утверждение о фактах); «Лично ФИО1 … даже были сфальсифицированы документы, грубо нарушающие все пункты статьи 5. Устава Фонда, статей Гражданского Кодекса РФ» (явное утверждение о факте);«Он [ФИО1] сообщил [в заявлении, которое было подано дата в Следственное управление по адрес ГСУ СК РФ по адрес] недостоверную информацию о факте совершения [ФИО2] тяжкого преступления [ответственность за которое установлена частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской федерации], сведения о котором в ходе проверки не нашли подтверждения» (явное утверждение о факте); «[Имеются] издевательства, оскорбления, угрозы со стороны фио [в адрес ФИО2]» (скрытое утверждение о фактах). Языковая форма фрагментов, содержащих подробно проанализированные выше негативные сведения о ФИО1 в форме утверждений, позволяет сделать вывод, что все негативные сведения о КА. фио не представляют собой цитат из текстов иных печатных и электронных СМИ, должностных лиц, новостных агентств, пресс-служб и т. п., а сообщаются от лица автора текста публикации – ФИО2.
В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Проанализировав содержание оспариваемой истцом статьи на предмет наличия в ней утверждений о фактах, порочащих истца и не соответствующих действительности, суд применительно к положениям ст. ст. 150, 151, 152 ГК РФ и приведенным выше разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ приходит к выводу об отсутствии необходимых для удовлетворения иска фактических и правовых оснований, поскольку оспариваемые истцом сведения не носят характера, порочащего честь, достоинство и деловую репутацию истца, часть из распространенных сведений не является утверждением о фактах и носят общий характер, а часть из них в действительности имеют место быть.
Так в действительности ФИО1 в отношении фио было подано заявление в правоохранительные органы о возбуждении в отношении последнего уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, на основании указанного заявления в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ.
Таким образом, фио в оспариваемой статье, в том числе выражал мнение на поданное ФИО1 заявление.
Разрешая заявленные требования, оценив представленные сторонами доказательства, руководствуясь ст. ст. 150, 152 ГК РФ, Постановлением Пленума Верховного Суда РФ № 3 от дата «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», проанализировав содержание оспариваемой статьи, оценив её содержание как в целом, так и оспариваемые фрагменты в отдельности, суд приходит к выводу о том, что распространенные сведения представляют собой мнение в отношении сложившейся ситуации связанной с деятельностью истца в институте и сложившейся в целом конфликтной ситуации между ФИО2 и ФИО1, что также следует из названия оспариваемой публикации «Интервью ректора самому себе».
Доводы стороны истца не могут быть признаны обоснованными, поскольку приведенные высказывания являются оценочными суждениями, спорные фразы вырваны из контекста статьи, является взглядом на сложившуюся ситуацию, которая, в силу своего субъективного и оценочного содержания, не является предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, а является реализацией права выражать субъективное мнение, которое гарантировано каждому гражданину.
Несогласие истца с субъективными суждениями (мнениями) ответчика и иных лиц, не является основанием для признания этих мнений ложными, а также порочащими его честь и достоинство.
Оценивая заключение специалиста, суд отмечает, что данное заключение было составлено по запросу истца, специалист об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупреждался, что вызывает сомнения в обоснованности данного заключения как единственного доказательства истца по данному делу.
При этом суд отмечает, что содержание и общий контекст распространенной информации свидетельствуют о субъективно-оценочном характере распространенных ФИО2 сведений, являющихся реализацией права на свободу слова, которое в соответствии с Конституцией РФ включает в себя свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей, гарантируемую государством возможность беспрепятственно выражать свое мнение и убеждение по самым разным вопросам общественного, государственного и иного характера, что не противоречит содержанию Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Россией.
Принимая во внимание изложенное, учитывая необходимость соблюдения равновесия между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами - свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, с другой, суд полагает, что исковые требования удовлетворению не подлежат.
Поскольку судом отказано в удовлетворении основным требований, онснований для удовлетворения производных требований у суда также не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 (паспортные данные) к ФИО2 (паспортные данные), наименование организации им. фио (ИНН <***>), фио Высшая Школа сценических искусств (ИНН <***>) о защите чести, достоинстве и деловой репутации – отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Останкинский районный суд адрес в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательном виде.
Судья Арзамасцева А.Н.
решение изготовлено в окончательной форме дата
77RS0019-02-2022-002995-62
2-1880/22