Дело № 2-127/2025
УИД 65RS0003-01-2025-000010-78
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
07 апреля 2025 года г. Анива Сахалинской области
Анивский районный суд Сахалинской области в составе:
председательствующего судьи Невидимовой Н.Д.
при секретаре Молчановой А.А.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании объекта самовольной постройкой, подлежащей сносу, возложении обязанности произвести демонтаж ограждения и бетонной плиты,
установил:
09 января 2025 года ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением, указав в нем, что в 1996 году на территории кладбища с. Высокое Анивского района была захоронена ее мать ФИО3 (ряд 2, место 13, согласно план-схемы захоронений на кладбище с. Высокое на 2014 год).
10 сентября 2020 года ИП ФИО4 (Гранит-Сервис) на основании квитанции-договора № от 18 апреля 2020 года, заключенного с ФИО2, был установлен памятник, облицовочная плита (6м2), при этом демонтирована прежняя ограда в размере 1,8х2,5.
При установке облицовочной плиты были нарушены установленные законом границы между участками захоронения в соответствии с частью 1 статьи 17 Федерального закона от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», пунктами 9, 11, пункта 18 статьи 3 Решения Собрания муниципального образования «Анивский городской округ» от 16 апреля 2024 года № 150 «Об утверждении порядка содержания и деятельности муниципальных общественных кладбищ на территории МО «Анивский городской округ».
Вновь установленная в 2020 году могильная ограда и облицовочная плита на месте родового захоронения ФИО2 не соответствует определенным органом местного самоуправления нормативам, то есть выходит за границы отведенного участка родового захоронения. Ввиду того, что истцом фактически взяты на себя обязательства обеспечивать надлежащее содержание мест родовых захоронений и постоянный уход за ними, то она как лицо, ответственное за место захоронения вправе требовать устранения любых нарушений, связанных с установленным порядком содержания общественных кладбищ, как от уполномоченного органа местного самоуправления, так и от лиц, ответственных за содержание других захоронений на этом кладбище.
Истец имеет охраняемый законом интерес в приведении захоронения в соответствие с действующими нормативами, установленными органом местного самоуправления, поскольку установка ограды соседнего захоронения с нарушением разрыва между участками, являющегося по сути общественным проходом, свидетельствует о нарушении ее права, которое подлежит защите в судебном порядке.
Отсутствие со стороны администрации надлежащего контроля за содержанием общественного кладбища, соблюдением при осуществлении захоронений и последующим возведением намогильных и иных сооружений, а также могильных оград соответствующих нормативов является основанием для ущемления интересов лиц, чьи права нарушены такими действиями.
Изложив в исковом заявлении указанные обстоятельства, истец ФИО1 просит суд признать объект, возведенный ФИО2, самовольной постройкой, подлежащей сносу.
07 апреля 2025 года истцом представлено заявление об уточнении исковых требований, согласно которому истец ФИО1 просит суд признать объект (бетонное основание размером 0,6м х 2,5м), возведенный ФИО2 на кладбище в <адрес>, самовольной постройкой, подлежащей сносу; обязать ФИО2 произвести демонтаж ограждения и бетонной плиты с северной стороны 0,6м х 2,5м.
10 февраля 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, привлечена администрация Анивского муниципального округа Сахалинской области.
Истец ФИО1, ее представитель по доверенности ФИО5 настаивали на исковом заявлении с учетом уточнений по основаниям в нем изложенным.
Ответчик ФИО2, его представитель по доверенности ФИО6 в судебном заседании просили отказать в удовлетворении исковых требований.
В представленном суду отзыве на исковое заявление указали, что в соответствии с пунктом 10 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации могильные ограды и плиты не являются объектами капитального строительства, положения статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации неприменимы; решением Анивского районного суда от 27 октября 2023 года по делу № было установлено, что по сложившейся традиции на кладбище была установлена ограда захоронения бабушки ответчика, позволяющая осуществлять дозахоронение близких родственников; на момент установки ограждения отсутствовал утвержденный порядок проведения подобных работ. Спорная ограда и надгробие установлены в 1995 году, следовательно, срок исковой давности (3 года) истек.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, привлечена администрация Анивского муниципального округа Сахалинской области в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен.
В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Выслушав объяснения лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.
Защита гражданских прав осуществляется способами, закрепленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также иными способами, предусмотренными законом. Способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно статье 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.
По смыслу статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации требовать наступления таких последствий (снос самовольной постройки осуществившим ее лицом либо за его счет) уполномочен собственник земельного участка, на котором возведена самовольная постройка, либо уполномоченный государственный орган, осуществляющий градостроительный и архитектурный контроль, так как данные требования могут затрагивать имущественные права.
Понятие объекта капитального строительства раскрыто в пункте 10 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации, из которого следует, что, объект капитального строительства - здание, строение, сооружение, объекты, строительство которых не завершено, за исключением некапитальных строений, сооружений и неотделимых улучшений земельного участка (замощение, покрытие и другие).
В то же время некапитальные строения, сооружения - строения, сооружения, которые не имеют прочной связи с землей и конструктивные характеристики которых позволяют осуществить их перемещение и (или) демонтаж и последующую сборку без несоразмерного ущерба назначению и без изменения основных характеристик строений, сооружений (в том числе киосков, навесов и других подобных строений, сооружений) (пункт 10.2 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации).
Аналогичные правила содержатся и в статье 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой к недвижимым вещам относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.
Термин «объект капитального строительства» является специальным понятием градостроительного законодательства, поэтому он не может подменять собой правовую категорию «объект недвижимого имущества», имеющую иную отраслевую принадлежность, объем и содержание (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 сентября 2013 года № 1160/13).
В соответствии с правовой позицией, изложенной в данном постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, суд при рассмотрении спора должен дать квалификацию объекту, основываясь на установленных фактических обстоятельствах, определить, имеется ли самостоятельный объект недвижимого имущества, отвечающий признакам, указанным в пункте 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 декабря 2023 года № 44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке», положения статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации регулируют отношения, связанные с самовольным возведением (созданием) зданий, сооружений, отвечающих критериям недвижимого имущества вследствие прочной связи с землей, исключающей их перемещение без несоразмерного ущерба назначению этих объектов (абзацы первый, третий пункта 1 статьи 130, пункт 1 статьи 141.3 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В то же время, положения статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации не распространяются на отношения, связанные с созданием самовольно возведенных объектов, не являющихся недвижимым имуществом, а также на перепланировку, переустройство (переоборудование) недвижимого имущества, в результате которых не создан новый объект недвижимости.
Согласно пункту 6 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда РФ, статья 222 Гражданского кодекса Российской Федерации не распространяется на объекты, которые в силу прямого указания закона подчинены режиму недвижимых вещей, но не являются таковыми в силу своих природных свойств (например, подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания), объекты движимого имущества (например, нестационарные торговые объекты), неотделимые улучшения земельного участка (в том числе замощения, ограждения).
В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
Судом установлено и следует из материалов дела, что захоронение умерших родственников истца ФИО1 и ответчика ФИО2 произведено на общественном кладбище (земельный участок с кадастровым номером №), расположенном в <адрес>, находящемся в ведении администрации Анивского муниципального округа Сахалинской области.
30 июня 2023 года ФИО1 обратилась в Анивский районный суд с иском к ФИО2, администрации МО «Анивский городской округ» о возложении обязанности убрать ограду родственного захоронения ФИО2, бетонное основание с декорированными плитами с участка захоронения на определенное расстояние, соблюсти проходной путь между участками захоронения, установить каркас вокруг участка захоронения, привести участок захоронения в соответствии с установленными размерами, взыскании компенсации морального вреда.
Решением Анивского районного суда Сахалинской области от 12 октября 2023 года, вступившим в законную силу 22 января 2024 года (гражданское дело №), исковые требования ФИО1 оставлены без удовлетворения. При рассмотрении дела судом установлены следующие обстоятельства.
В 1995 году захоронена бабушка ответчика ФИО2 – ФИО7, умершая ДД.ММ.ГГГГ. В 1996 году захоронена мать истца ФИО1 – ФИО3, умершая ДД.ММ.ГГГГ. Ограда на могиле матери истца не устанавливалась. Поскольку по состоянию на 1995 и 1996 годы не требовалось получения разрешения на захоронение умерших родственников, таких документов, а также документов о размерах захоронений матери истца и бабушки ответчика материалы дела не содержат. В 2018 и 2019 годах захоронены мать и отец ответчика ФИО2 – ФИО8, умершая ДД.ММ.ГГГГ, и ФИО9, умерший ДД.ММ.ГГГГ, путем родственного дозахоронения к могиле бабушки ответчика ФИО7
По состоянию на апрель 1996 года ответчик ФИО2 по исторической традиции установил могильное ограждение захоронения бабушки на этом же участке земли, позволявшее дозахоронение умерших близких родственников; в 2019, 2020 годах заменил ограждение на новое с установкой бетонного основания, покрытого плитами (размер ограды 5,0 м х 2,4 м).
Доказательств того, что дозахоронение родителей ответчика произведено с нарушением действующего законодательства (пункт 5 статьи 16 Федерального закона «О погребении и похоронном деле») суду не представлено.
Судом установлено, что ни одна из сторон не имеет разрешительных документов на захоронения и установления ограждений этих захоронений, в которых бы указывались их размеры, захоронения родственников сторон сделаны давно и имеют свое начало с 1995 года (захоронение у ответчика ФИО2). Захоронения родственников сторон граничат между собой.
Бесспорных доказательств наличия между захоронениями родственников сторон общественного прохода истцом ФИО1 представлено не было. Не было представлено и бесспорных доказательств того, что границы спорной возведенной ограды выходят за границы ограды, которая была установлена в 1996 году в месте захоронения бабушки ответчика – ФИО7
Таким образом, судом при рассмотрении гражданского дела № установлено, что захоронение родственников ответчика ФИО2 произведено в пределах участка для захоронения, размер захоронения соответствует как ранее действовавшим, так и современным нормам и правилам по захоронению, его ограда, бетонное основание с плитами не находятся на участке захоронения матери истца ФИО1, а потому не нарушает ее прав на достойный уход за могилой родственницы.
Применительно к настоящему делу, истец, заявляя в качестве способа защиты нарушенного права такое требование, как демонтаж объекта недвижимости, должен доказать, что спорное строение (в данном случае могильное ограждение и бетонная могильная плита), является объектом самовольного капитального строительства, возведенным на неотведенном для этих целей земельном участке, а также то, что только такая исключительная мера является единственным и соразмерным способом восстановления нарушенного права.
Однако совокупность условий для признания спорного строения объектом самовольного капитального строительства и, соответственно, для его частичного демонтажа не установлена. Могильное ограждение и бетонная могильная плита в понимании пункта 10 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации не могут рассматриваться как доказательство строительства капитального строения.
При этом суд учитывает, что действие статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации не распространяется на отношения, связанные с созданием самовольно возведенных объектов, не являющихся недвижимым имуществом.
Ссылка административного истца на нарушение ответчиком ФИО2 при устройстве родового захоронения Порядка содержания и деятельности муниципальных общественных кладбищ на территории МО «Анивский городской округ», утвержденного решением Собрания Анивского городского округ от 16 апреля 2020 года №, не состоятельна, поскольку к возникшим правоотношениям указанный Порядок применяться не может, с учетом захоронения как родственника истца, так и родственников ответчика, обустройства могильной ограды до его утверждения.
Учитывая, что права истца не нарушены, истцом избран ненадлежащий способ защиты своего нарушенного права, суд отказывает в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании объекта самовольной постройкой, подлежащей сносу, возложении обязанности произвести демонтаж ограждения и бетонной плиты.
Кроме того, по мнению суда, истец, заявляя настоящие исковые требования, фактически пытается преодолеть ранее вынесенное решение Анивского районного суда Сахалинской области от 12 октября 2023 гола (гражданское дело №), что недопустимо и противоречит процессуальному законодательству.
Кроме того, суд отказывает истцу в удовлетворении ее исковых требований и по следующим основаниям.
Ответчиком заявлено ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности, поскольку ФИО1 с 1995 года знала о захоронениях родственников ответчика и возводимых намогильных сооружениях.
В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (пункт 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно установленным судом обстоятельствам, трехлетний срок исковой давности начал исчисляться с 2020 года (в 2019, 2020 годах ответчик заменил старое ограждение на новое с установкой бетонного основания, покрытого плитами) и истек в 2023 году, в то время как настоящее исковое заявление подано в суд лишь в 2025 году.
В судебном заседании истцом ФИО1 не приведено каких-либо доказательств, свидетельствующих об уважительности причин пропуска срока исковой давности.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании объекта самовольной постройкой, подлежащей сносу, возложении обязанности произвести демонтаж ограждения и бетонной плиты оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Анивский районный суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.
Решение в окончательной форме изготовлено 18 апреля 2025 года.
Председательствующий судья Н.Д. Невидимова