31RS0021-01-2023-000119-03 № 22-923/2023

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Белгород 02 августа 2023 года

Апелляционная инстанция Белгородского областного суда в составе:

председательствующего судьи Шведова А.Н.,

судей Кононенко Ю.В. и Федоровской Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

с участием:

прокурора Колесниковой О.И.,

осужденной ФИО2 (в режиме видеоконференц-связи),

её защитника – адвоката Малыхина А.А.,

в отсутствие потерпевшего С.С.А., своевременно и надлежащим образом извещенного о месте, дате и времени заседания суда апелляционной инстанции,

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе защитника осужденной – адвоката Малыхина А.А. на приговор Старооскольского районного суда Белгородской области от 25 мая 2023 года, которым

ФИО2, <данные изъяты> не судимая,

о с у ж д е н а: по ч.1 ст.105 УК РФ к лишению свободы сроком на 8 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу ФИО2 оставлена без изменения - в виде заключения под стражей.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом времени содержания под стражей с 13 ноября 2022 года до дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск потерпевшего С.С.А. о компенсации морального вреда удовлетворен частично, с ФИО2 в его пользу постановлено взыскать в счет компенсации морального вреда 700 000 рублей.

Несовершеннолетние Д.А.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и Д.С.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения переданы органам опеки и попечительства управления социальной защиты населения администрации Старооскольского городского округа Белгородской области для дальнейшего жизнеустройства.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Кононенко Ю.В., изложившей содержание приговора, доводов апелляционной жалобы, возражений прокурора, выслушав выступления осужденной ФИО2 и её защитника Малыхина А.А., поддержавших апелляционную жалобу, мнение прокурора Колесниковой О.И., возражавшей против удовлетворения жалобы, но просившей в описательную часть приговора внести изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО2 признана виновной в убийстве, то есть умышленном причинении смерти С.А.А., совершенном 13 ноября 2022 года в доме № по <адрес> Белгородской области, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО2 свою вину признала частично, не отрицала, что у нее в руках находился нож, на который в ходе борьбы потерпевший случайно наткнулся. Утверждала об отсутствии у неё умысла на убийство, а последствия в виде смерти С.А.А. назвала несчастным случаем.

В апелляционной жалобе защитник Малыхин А.А., действуя в интересах осужденной, выражает несогласие с приговором, считая его незаконным и необоснованным, постановленным на основании недопустимых доказательств. Указывает, что при расследовании уголовного дела следствием был допущен ряд существенных нарушений уголовно-процессуального закона, а именно:

- в постановлении о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2, указано о нанесении ей С.А.А. не менее 6-ти ударов ножом, в то время, как следователь на момент его вынесения мог знать только о двух ранах, а точное их количество было установлено позднее при экспертном исследовании трупа;

- делая выводы о виновности Дворецкой, суд сослался на протоколы ее допросов в качестве подозреваемой и обвиняемой, а также протокол проверки показаний на месте, однако данные протоколы не могли быть положены в основу приговора, поскольку были скорректированы следователем после их составления и подписания;

- постановление о привлечении Дворецкой в качестве обвиняемой изначально было вынесено неуполномоченным на то следователем Г.Р.В., однако в материалы уголовного дела вложено иное постановление, автором которого указан старший следователь Д.Н.В. являвшийся руководителем следственной группы. В связи с нарушением процедуры предъявления обвинения, Дворецкая не была в установленном законом порядке признана обвиняемой, и протокол её допроса от 13 ноября 2022 года в качестве таковой не мог использоваться как доказательство по делу;

- показания супругов Е., которые они давали в ходе предварительного следствия, принятые судом в качестве допустимых и достоверных доказательств виновности ФИО2, таковыми не могут являться, поскольку получены с нарушением закона, и самими свидетелями в заседании суда не подтверждены.

Перечисленные в жалобе нарушения уголовно-процессуального законодательства, по мнению адвоката, являются существенными, повлиявшими на принятие судом законного решения и влекущими отмену обвинительного приговора.

В возражениях государственный обвинитель – помощник Старооскольского городского прокурора Чуканов С.Ю. просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав выступления участников судебного процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО2 в умышленном причинении смерти С.А.А. основаны на совокупности собранных по делу и непосредственно исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, которым суд дал надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ.

При этом судом достоверно установлено, что осужденная, при изложенных в судебном решении обстоятельствах, на почве возникших неприязненных отношений, обусловленных произошедшим между ней и С.А.А. конфликтом, умышленно лишила его жизни, нанеся удары ножом в области расположения жизненно важных органов, причинив в том числе колото-резаное ранение шеи, от которого потерпевший скончался.

В обоснование выводов о виновности ФИО2 в совершении инкриминируемого преступления суд правомерно сослался на показания самой ФИО2, данных ею непосредственно после задержания в качестве подозреваемой и обвиняемой, а также в ходе проверки ее показаний на месте в этот же день, в которых она рассказала, что С.А.А., на почве ревности стал ее оскорблять, ударил по лицу, высказывал угрозу убийством, размахивая в ее сторону ножом. Нож из его руки она выбила, толкнула потерпевшего, после чего, лежащему на полу пыталась ограничить доступ воздуха в районе шеи, желая тем самым обезвредить его. Он отбивался, продолжал ее оскорблять, и она, опасаясь за себя, увидев нож, нанесла им С.А.А. неоднократные удары в область головы и шеи, отчего наступила его смерть.

Признавая эти показания достоверными, суд справедливо отметил, что допросы ФИО2 в качестве подозреваемой, при проверке показаний на месте совершения преступления и в качестве обвиняемой проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, ей были надлежащим образом разъяснены процессуальные права, статья 51 Конституции РФ, предоставлен защитник, с участием которого при совершении указанных следственных действий ФИО2 была согласна. Протоколы предъявлялись ей и ее защитнику, факт ознакомления с показаниями и правильность их изложения удостоверены их подписями.

Добровольность показаний ФИО2 наглядно подтверждает видеозапись в ходе проверки ее показаний на месте, при исследовании которой в судебном заседании было установлено, что допрашиваемая свободно, без каких-либо подсказок в присутствии своего защитника поясняла об обстоятельствах произошедшего.

При этом судом проверены доводы ФИО2 о возможном ее нахождении на допросах в состоянии алкогольного опьянения, в связи с чем она не могла правильно воспринимать происходящее и задаваемые следователем вопросы. Они были обоснованно отвергнуты, поскольку следственные действия с ее участием как видно из дела, проводились по истечении значительного периода времени после употребления спиртных напитков; каких-либо замечаний и жалоб от осужденной и ее защитника, в том числе, относительно плохого самочувствия ФИО2 не поступало. Кроме того, как верно отмечено судом, об аналогичных обстоятельствах ФИО2 сообщала по прошествии продолжительного периода времени в ходе проведения судебно-медицинской и судебно-психиатрической экспертиз в отношении нее.

Заявление осужденной о самооговоре, связанном с применением в отношении нее оперативными сотрудниками психологического давления и физической силы, проверялось и органом расследования. В результате проверки, объективных данных, свидетельствующих о совершении в отношении нее преступления со стороны сотрудников полиции установлено не было, в возбуждении уголовного дела по указанным осужденной фактам было отказано.

Оснований полагать, что исследованные в судебном заседании протоколы допросов ФИО2 в качестве подозреваемой, обвиняемой и при проверке показаний на месте являются сфальсифицированными не имеется. Доводы адвоката об их составлении вне процессуальных действий, беспочвенны.

Эти показания суд правильно положил в основу обвинительного приговора, поскольку они наиболее объективно отражают реальный ход произошедших событий, и согласуются с иными исследованными доказательствами - сведениями, отраженными в протоколе осмотра места происшествия об обстановке, где было совершено преступление, о месте расположения трупа потерпевшего и орудия преступления – ножа. А описанный ФИО2 механизм нанесения ножевых ранений, их локализация подтверждены заключением эксперта и полностью соответствуют морфологической картине, установленной при исследовании трупа.

Кроме того, как установлено судом, о своей причастности к гибели С.А.А. ФИО2 изначально сообщила супругам Е.В.Ю. и Е.А., когда непосредственно после произошедшего прибежала к ним за помощью. Созналась осужденная в убийстве и племяннику потерпевшего – свидетелю Ш.Е.А., также прибывшему на место происшествия. Допрошенный в суде врач скорой помощи Р.В.И. не отрицал, что ФИО2 сообщала о нанесении С.А.А. около 3-х ножевых ранений в шею.

Вопреки доводам защитника, нарушений порядка допросов свидетелей, в том числе и Е., влекущих признание протоколов недопустимыми, а самих показаний недостоверными допущено не было.

Некоторые разногласия в сообщаемых свидетелями в судебном заседании фактах с теми, о которых они поясняли в первоначальных допросах, были устранены судом, путем оглашения их показаний на следствии, которые они в итоге подтвердили, объяснив причину давностью событий.

Сведений об оговоре свидетелями подсудимой, либо иной их заинтересованности в исходе дела, суду представлено не было, поэтому подвергать сомнению показания указанных лиц у суда оснований не имелось. Веских доказательств указывающих о вынужденном характере исследованных в суде показаний, которые свидетели давали следователю, защитой не представлено, в связи с чем суд обоснованно эти доводы отклонил, как не нашедшие своего подтверждения.

Ни одно из доказательств, положенных в основу обвинительного приговора, сомнений в своей достоверности у суда апелляционной инстанции не вызывает, поскольку суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил и оценил их с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал достаточными для разрешения уголовного дела.

При этом судом приведены мотивы, по которым одни показания приняты во внимание и положены в основу обвинительного приговора, в том числе показания свидетелей Е.В.Ю. и Е.Е.А. на предварительном следствии, достоверность которых оспаривает осужденная и ее защитник, а другие, включая показания ФИО4, в судебном заседании вину отрицавшей, отвергнуты, как несостоятельные, не согласиться с чем у суда апелляционной инстанции оснований нет.

Доказательств причастности иных лиц, кроме как ФИО2 к совершенному преступлению в отношении С.А.А., материалы дела не содержат, не представлено таковых сведений и в суд апелляционной инстанции.

Проанализировав и оценив собранные по делу доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что нанесение осужденной ударов потерпевшему в области расположения жизненно важных органов шеи и головы, одно из которых, проникающее в шею с полным рассечением правой язычной артерии, сопровождавшейся наружным и внутренним кровотечением, вызвавшее механическую асфиксию от аспирации крови в дыхательные пути, от которой С.А.А. скончался, и выбор для этого в качестве орудия преступления ножа, с колюще-режущими свойствами, свидетельствуют о направленности умысла ФИО2 именно на убийство потерпевшего.

Доводы осужденной о неосторожном причинении смерти потерпевшему, который по ее утверждению, сам натыкался на нож, являлись предметом тщательного исследования суда первой инстанции и обоснованно, по мотивам, указанным в приговоре, признаны несостоятельными, как противоречащие совокупности доказательств по делу, в том числе, выводам судебно-медицинской экспертизы, о локализации колото-резаных ран - в области шеи, височной и затылочной областях, что с очевидностью исключает их образование путем так называемого «самонатыкания на нож».

Суд проверили и версию осужденной о нахождении ее в состоянии необходимой обороны или превышении ее пределов, которая была обоснованно отвергнута, так как судом достоверно установлено, что потерпевший, несмотря на свое предшествующее поведение, непосредственно перед получением ножевых ранений реальной угрозы для ее жизни и здоровья не представлял. При таких обстоятельствах ножевые удары С.А.А. были нанесены ФИО2 в условиях, когда необходимость в применении таких мер защиты явно отсутствовала.

Также судом обоснованно отмечено, что признаков аффекта у осужденной не установлено, она совершала последовательные и целенаправленные действия, ориентировалась в обстановке, давала подробные показания о произошедшем, в связи с чем, осужденная правильно признана вменяемой.

Обоснованно признав ФИО2 виновной, суд дал правильную правовую оценку ее действиям по ч.1 ст.105 УК РФ, что убедительно мотивировано в приговоре, не согласиться с чем у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Судебная коллегия согласна с выводами суда о том, что существенных нарушений, влекущих оправдание ФИО2 либо необходимость возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ на стадии возбуждения и расследования уголовного дела допущено не было.

Указание в постановлении о возбуждении уголовного дела определенного количества ударов ножом, не ставит под сомнение его законность, поскольку предусмотренные ст.140 УПК РФ повод и основания для принятия такого решения у следователя имелись. Внесением исправлений в постановление о привлечении в качестве обвиняемой, а также в протокол проверки показаний на месте, права ФИО2 не нарушались, поскольку содержание и юридическое значение указанных процессуальных актов осталось неизменным.

Дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного приговора, не допущено. Все ходатайства сторон рассмотрены с вынесением мотивированных решений. Оснований полагать, что судебное разбирательство велось предвзято и односторонне, не имеется.

Назначая ФИО2 наказание, суд в соответствии с требованиями ст. ст.6, 43, 60 УК РФ принял во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства содеянного, данные о личности осужденной, смягчающие наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд первой инстанции учел активное способствование раскрытию преступления, наличие малолетнего ребенка, аморальное и противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом к совершению преступления, наличие малолетнего ребенка и несовершеннолетнего ребенка, являющегося инвалидом, а также неудовлетворительное здоровье совершеннолетнего сына осужденной, имеющего 3 группу инвалидности с детства.

Все известные по делу обстоятельства, смягчающие наказание и характеризующие осужденную, были учтены судом при назначении наказания. Каких-либо обстоятельств, способных повлиять на вид или размер наказания, и не учтенных судом при его назначении, не усматривается.

Оснований для признания какого-то обстоятельства или их совокупности исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности содеянного ФИО2, позволяющими назначить наказание с применением положений ст.64 УК РФ, суд не усмотрел. Не находит таковых и судебная коллегия.

Суд первой инстанции, учитывая характер, общественную опасность и иные обстоятельства совершенного преступления, данные о личности ФИО2 пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст.ст.73 УК РФ. Данные выводы в приговоре мотивированы, оснований не согласиться с ними не имеется.

Назначенное осужденной наказание является справедливым, поскольку соразмерно тяжести содеянного, полностью отвечает таким целям наказания как восстановление социальной справедливости, исправление осужденной и предупреждение совершения ею новых преступлений. Оснований для смягчения наказания судебная коллегия не находит.

Вид исправительного учреждения назначен в соответствии с требованиями ст. 58 УК РФ.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает, что приговор в отношении ФИО5 подлежит изменению по следующим обстоятельствам.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года N 55 "О судебном приговоре", судам следует иметь в виду, что описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должна содержать описание преступного деяния, как оно установлено судом, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Если суд установил обстоятельства преступления, которые не были отражены в предъявленном подсудимому обвинении, но признаны судом смягчающими наказание (к примеру, совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, либо по мотиву сострадания, в результате физического или психического принуждения; противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившиеся поводом для преступления), эти обстоятельства также должны быть приведены при описании деяния подсудимого.

В силу положений ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов и последствий преступления; доказательства, на которых основаны выводы суда, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

При назначении ФИО2 наказания, обстоятельством его смягчающим суд, помимо прочего, признал аморальность и противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

Однако как видно из описательной части обжалуемого приговора, при описании преступного деяния суд не указал, в чем выражалось такое поведение потерпевшего, послужившее причиной возникновения у осужденной умысла на причинение ему смерти.

Из показаний ФИО2 следует, что, находясь в состоянии алкогольного опьянения, С.А.А. стал вести себя агрессивно и предъявлять ей на почве ревности претензии, обзывал ее, с использованием грубой ненормативной лексики. Когда она подошла к нему чтобы успокоить, он нанес ей ладонью один удар по лицу. Она рукой толкнула С.А.А. в область груди, отчего тот упал на спину на пол. Когда вышла в коридор, чтобы уйти домой, увидела, что он поднялся и подошел к кухонному столу, взял кухонный нож и направив в ее сторону, стал им размахивать из стороны в сторону, высказывая угрозу убийством.

Описанные ФИО2 обстоятельства произошедшего стороной обвинения опровергнуты не были.

Таким образом, суд обоснованно установил и указал при квалификации действий осужденной, что причиной нанесения осужденной С.А.А. смертельных ножевых ранений, послужило противоправное и аморальное поведение самого потерпевшего, который допустил оскорбительные высказывания в ее адрес и, демонстрируя нож, угрожал расправой.

С учетом указанных обстоятельств, суд апелляционной инстанции полагает, что устранение установленного нарушения закона возможно без отмены судебного решения, путем внесения изменений в описательную часть приговора.

Существенных нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора по доводам апелляционной жалобы адвоката, суд второй инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

Приговор Старооскольского районного суда Белгородской области от 25 мая 2023 года в отношении ФИО2 изменить.

Дополнить описательно-мотивировочную часть приговора при описании преступного деяния, установленного судом, указанием о том, что причиной возникновения умысла на причинение смерти С.А.А. послужило аморальное и противоправное поведение потерпевшего, выразившееся в оскорблении ФИО2, высказывании в отношении нее угрозы убийством с демонстрацией ножа.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника осужденной – адвоката Малыхина А.А. оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вынесения, а осужденными, содержащимися под стражей, - в тот же со дня вручения копии апелляционного определения и вступившего в законную силу приговора.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий (подпись)

Судьи (подписи)