Решение по делу № 2-1133/2025 от 20.06.2025 | Междуреченский городской суд (Кемеровская область)

Дело № 2-1133/2025

(УИД 42RS0013-01-2025-001079-20)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Междуреченский городской суд

Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Чирцовой Е.А.,

при секретаре Малоедовой И.В.

с участием прокурора Сотниковой Н.Ю.

рассмотрев в открытом судебном заседании 04 июня 2025 года в г. Междуреченске гражданское дело по иску ФИО1 о к Акционерному обществу «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», Акционерному обществу «Распадская-Коксовая» о выплате сумм в счет возмещения морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» (далее АО «ОУК «Южкузбассуголь»), Акционерному обществу «Распадская-Коксовая» (далее АО «Распадская-коксовая») о выплате сумм в счет возмещения морального вреда.

Требования мотивированы тем, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал в АООТ шахта «Томская» в профессии подземного горнорабочего, подземного проходчика с полным рабочим днем под землей. Уволен переводом в ОАО «Шахта Томская-Н».

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в ОАО «Шахта «Томская-Н» в профессии проходчика с полным рабочим днем под землей. ОАО «Шахта «Томская-Н» реорганизовано путем слияния в ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Томская» (внесено в ЕГРЮЛ от ДД.ММ.ГГГГ за №)

В настоящее время правопреемником данных предприятий (АООТ шахта «Томская», ОАО «Шахта «Томская-Н») является АО «ОУК «Южкузбассуголь» согласно данных разделительного баланса и Устава.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Томская» проходчиком с полным рабочим днем под землей.

С ДД.ММ.ГГГГ переведен на филиал «Шахта «Томусинская 5-6» ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» проходчиком с полным рабочим днем под землей, уволен ДД.ММ.ГГГГ в связи с переводом в ЗАО «Коксовая».

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в ЗАО «Коксовая» в профессии проходчика с полным рабочим днем под землей. ДД.ММ.ГГГГ ЗАО «Коксовая» реорганизовано в ЗАО «Распадская- Коксовая» в порядке присоединения. ДД.ММ.ГГГГ ЗАО «Распадская-Коксовая» переименовано в АО «Распадская-Коксовая».

ДД.ММ.ГГГГ ему установлено профессиональное заболевание «<данные изъяты>», о чем составлен Акт о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ.

Заключением МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ установлено <данные изъяты>% утраты трудоспособности в связи с профзаболеванием впервые.

С ДД.ММ.ГГГГ процент утраты профессиональной трудоспособности установлен в размере <данные изъяты>

Также с ДД.ММ.ГГГГ установлена <данные изъяты> по профессиональному заболеванию.

На возникновение у него заболевания повлияла работа в условиях с воздействием вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов: аэрозоли преимущественно фиброгенного действия выше ПДК. Стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов — <данные изъяты>.

Вина Ответчиков в развитии профессионального заболевания заключением врачебной экспертной комиссии ФГБНУ «НИИ КПГиПЗ» № от ДД.ММ.ГГГГ распределена следующим образом:

АО «Распадская - Коксовая» — <данные изъяты> %;

АО «ОУК «Южкузбассуголь» - <данные изъяты> %.

Соглашением о компенсации морального вреда <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ АО «Распадская — Коксовая» выплатило ему <данные изъяты>.

Соглашением о компенсации морального <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ АО «ОУК «Южкузбассуголь» ему выплачено <данные изъяты> за <данные изъяты>% вины предприятия. Таким образом, АО «ОУК «Южкузбассуголь» исключила из расчета <данные изъяты> вины за период работы в ОАО «Шахта «Томская», так как не признают себя правопреемниками.

В то же время, решением Междуреченского городского суда <адрес> по делу № уже давалась оценка возражений АО «ОУК «Южкузбассуголь» и представленных документов (выписки из ЕГРЮЛ, разделительный баланс) относительно правопреемства в отношении ОАО «Шахта «Томская» и заключено, что «суд считает, что на АО "ОУК "Южкузбассуголь" может быть возложена ответственность за вред причиненный здоровью работника в связи с работой, в том числе и на предприятии предприятий ОАО шахта «Томская». При этом данное решение со стороны АО «ОУК «Южкузбассуголь» не обжаловалось.

Полагает, что сумма, выплаченная в счет возмещения компенсации морального вреда согласно коллективного договора не соответствует разумности и справедливости, установленным в ст.1101 ГК РФ.

В связи с прогрессией заболевания в настоящее время установлен диагноз «Хроническая обструктивная болезнь легких, бронхитический фенотип, тяжелой степени, ДН 2 (второй) степени. Стойкие умеренные нарушения функций дыхательной системы».

Полученное профессиональное заболевание приносит ему моральные и физические страдания. Его беспокоит сильный кашель и одышка. Кашель носит постоянный характер и сопровождается свистящим дыханием. Выраженность одышки варьирует в широких пределах: от ощущений нехватки воздуха при нагрузке до выраженной дыхательной недостаточности. В связи с болезнью испытывает постоянную усталость, отсутствие аппетита, депрессию и тревожность. Ночью, из-за мучающей одышки не может спать. Кроме того, возникли головные боли, которые вызывают тошноту или рвоту. В условиях пандемии риски заболеть пневмонией или коронавирусной инфекцией резко увеличились. Для лечения данного заболевания вынужден на постоянной основе принимать медикаментозное лечение, в том числе ингаляторы. Данное лечение дорогостоящее. Из-за последствий профессионального заболевания не может полноценно вести прежний активный образ жизни, изменилась бытовая активность и качество жизни, жизнь существенно изменилась в худшую сторону. При мысли о своей беспомощности, впадает в отчаяние, погружается в депрессию. В результате перенесенного повреждения здоровья, стал замкнутым, возникла склонность к эмоциональным вспышкам, раздражительным, беспокойным, что сказывается на близких людях. К тому же из-за наличия профессионального заболевания труд в подземных условиях был ему противопоказан.

С учетом тяжести заболевания, имеющимися последствиями и размером вины ответчиков считает, что размер компенсации морального вреда должен составлять 200 000,00 рублей за каждые <данные изъяты>% утраты трудоспособности.

На основании изложенного, с учетом приведенного расчета просит взыскать с АО «Распадская — Коксовая» в его пользу компенсацию морального вреда за полученное профессиональное заболевание в размере <данные изъяты>

В судебном заседании истец на удовлетворении исковых требований настаивал, поддержав доводы искового заявления в полном объёме. В судебном заседании пояснил, что действительно получал от АО «Распадская-Коксовая» в счет компенсации морального вреда в связи с профзаболеванием <данные изъяты> рубля, от АО «ОУК «Южкузбассуголь» получал в счет компенсации морального вреда в связи с профзаболеванием <данные изъяты> рубля. Считает, что выплаты, произведенные ответчиками в добровольном порядке в полной мере не компенсируют моральный вред, так как из-за профзаболевания, он постоянно кашляет, задыхается. Ночью, из-за мучающей одышки и кашля не может спать, постоянно использует ингаляторы. Из-за нехватки воздуха возникают головные боли, ограничен в физических нагрузках, так как сразу задыхается. Получает лечение по ПРП только в виде ингаляторов, так как с 2023 года установлен диагноз онкология. <данные изъяты> В связи с невозможность работать на даче, в 2024 году она была продана. Раньше ходил в тайгу за грибами, катался на велосипеде, но из-за болезненного состояния сейчас не может себе этого позволить.

Представитель истца ФИО5, допущенная к участию в деле на основании ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, в судебном заседании настаивала на удовлетворении уточненных исковых требований, поддержав доводы истца в исковом заявлении и в судебном заседании, просила учесть, что утрата профтрудоспособности увеличилась до 50 процентов, установлена 3 группа инвалидности в связи с профзаболеванием бессрочно.

Представитель ответчика АО «Распадская-Коксовая» ФИО6, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, представила возражения в письменном виде, в которых просит отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме, указывая, что на основании соглашения АО «Распадская-Коксовая» от ДД.ММ.ГГГГ выплатила истцу компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб. Истец был согласен с этой суммой, что влечет прекращение обязательств работодателя по возмещению морального вреда. Полагает, что заявленная ко взысканию сумма морального вреда и судебных расходов по оказанию юридических услуг завышена.

Представитель ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» ФИО6, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, представила возражения в письменном виде, в которых просит отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме, указывая, что на основании соглашения АО «ОУК «Южкузбассуголь» выплатила истцу компенсацию морального вреда за <данные изъяты>% вины в размере <данные изъяты> руб., поскольку АО «ОУК «Южкузбассуголь» не является правопреемником ликвидированного юридического лица ОАО «Шахта Томская», причинившего вред, следовательно, отсутствуют правовые основания для возложения ответственности за вред, причиненный здоровью истца в период его работы. АО «ОУК «Южкузбассуголь» не несет ответственности за вред причиненный другим работодателем, просит отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. Кроме того, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» полагает, что размер компенсации морального вреда, заявленный истцом, явно завышен, не соответствует требованиям справедливости и разумности. Также считают, что заявленный размер судебных расходов завышен и подлежит уменьшению до разумных пределов.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, с учётом заключения помощника прокурора <адрес> ФИО7, полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению с учётом степени вины ответчиков и сумм, выплаченных в добровольном порядке, а также принципа разумности и справедливости, приходит к следующему.

Часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, в период работы истца на предприятиях ответчиков он подвергался воздействию вредных производственных факторов, в результате чего приобрел профессиональное заболевание: <данные изъяты>», что подтверждается Актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, копией трудовой книжки, санитарно-гигиенической характеристикой условий труда.

В соответствии с п. 17 акта о случае профессионального заболевания профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: несовершенства технологии, механизмов, оборудования, рабочего инструментария, неэффективности средств индивидуальной защиты.

В соответствии с п.18 акта о случае профессионального заболевания причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм вредных производственных факторов: тяжесть трудового процесса.

В соответствии с п.19 акта о случае профессионального заболевания вины истца в развитии профессионального заболевания не установлено.

Общий стаж работы <данные изъяты> лет, стаж работы в профессии проходчик 5 разряда <данные изъяты>

Заключением МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ истцу впервые была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере <данные изъяты>%. Впоследствии утрата профтрудоспособности подтверждалась.

Заключением МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием в размере <данные изъяты> <данные изъяты>.

Заключением МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ истцу <данные изъяты> в связи с профзаболеванием <данные изъяты>

Согласно заключению врачебной экспертной комиссии ФГБУ «Научно-исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» № от ДД.ММ.ГГГГ, вина ответчиков в развитии профессионального заболевания установлена:

АО «Распадская - Коксовая» — <данные изъяты> %;

АО «ОУК «Южкузбассуголь» - <данные изъяты> %.

Соглашением АО «Распадская-Коксовая» от ДД.ММ.ГГГГ истцу выплачена компенсация морального вреда в размере <данные изъяты> руб.

Соглашением АО «ОУК «Южкузбассуголь» от ДД.ММ.ГГГГ истцу выплачена компенсация морального вреда в размере <данные изъяты> руб. с учетом степени вины <данные изъяты> % без учета степени вины ОАО «шахта Томская».

Истец в досудебном зарядке обращался к ответчикам с заявлением о выплате компенсации морального вреда в большем размере, однако данное требование удовлетворено не было.

Ответчик в судебном заседании не признал, что за предприятие ОАО «Шахта Томская» ОАО ОУК «Южкузбассуголь» обязан выплачивать компенсацию морального вреда.

При этом суд полагает, что ответственность за вред, причиненный в период работы истца в ОАО "Шахта "Томская", следует возложить на ОАО "ОУК "Южкузбассуголь" исходя из следующего.

Как установлено судом и подтверждено материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ акционерами ОАО "Шахта "Томская" в соответствии со ст. 15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" было принято решение о реорганизации общества в форме выделения и образования нового юридического лица: ОАО "Шахта Томская-Н", ДД.ММ.ГГГГ ОАО "Шахта Томская-Н" внесено в государственный реестр юридических лиц.

В соответствии с п. 4 ст. 58 ГК РФ и п. 4 ст. 19 Федерального закона "Об акционерных обществах" при выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с разделительным балансом.

Приложением N 1 к разделительному балансу предусмотрено, что ОАО "Шахта Томская-Н" передаются основные средства, нематериальные активы от ОАО "Шахта Томская" согласно балансу за 1 квартал 1999 г., что ОАО "Шахта Томская-Н" является правопреемником ОАО "Шахта "Томская" по обязательствам последнего в отношении его кредиторов и должников исключительно в объеме, определенном и зафиксированном настоящим актом.

При этом ОАО "Шахта "Томская-Н" было передано имущество: основные средства, непокрытые убытки прошлых лет, добавочный капитал, заемные средства, кредиторская задолженность, правопреемник по обязательствам о возмещении вреда здоровью за ОАО «Шахта Томская» в отношении других кредиторов не определен.

ОАО "Шахта "Томская" ликвидировано на основании решения суда о чем, в ЕГРЮЛ ДД.ММ.ГГГГ внесена соответствующая запись.

В результате реорганизации ОАО "Шахта "Томская-Н" в форме слияния нескольких обществ возникло ОАО "ОУК "Южкузбассуголь".

Таким образом, поскольку разделительный баланс на момент реорганизации не дает возможности определить правопреемника по возмещению вреда здоровью, а вновь созданное юридическое лицо ОАО "Шахта Томская-Н" несет солидарную ответственность по возмещению вреда здоровью за ОАО "Шахта Томская", ответственность по регрессным обязательствам ОАО "Шахта "Томская" должна быть возложена на ОАО ОУК "Южкузбассуголь", с учетом данных о правопреемстве ОАО "ОУК "Южкузбассуголь" и ОАО "Шахта "Томская-Н", что подтверждается п.1.1 Устава ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», согласно которого данное общество является правопреемником ОАО «Шахта «Томская», и других обществ по всем правам и обязанностям.

Согласно п. 22 Постановления Пленума ВАС РФ N 19 от ДД.ММ.ГГГГ указано, что в случае, когда утвержденный при реорганизации общества разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного общества, вновь возникшие юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного общества перед кредиторами.

В силу п. 1 ст. 57 ГК РФ и п. 2 ст. 15 Федерального закона "Об акционерных обществах" реорганизация юридического лица может быть осуществлена не только в форме разделения, но и в форме слияния, присоединения, выделения и преобразования.

Из указанных норм следует, что при организации юридических лиц путем выделения, вновь возникшие юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица, если разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица.

В результате реорганизации ОАО "Шахта Томская-Н" в форме слияния нескольких обществ возникло ОАО "ОУК "Южкузбассуголь".

Исходя из изложенного и положений п. 5 ст. 16 Федерального закона "Об акционерных обществах", поскольку при слиянии обществ все права и обязанности каждого из них переходят к вновь возникшему обществу в соответствии с передаточным актом, вновь возникшее ОАО "ОУК "Южкузбассуголь" следует привлечь к солидарной ответственности за ликвидированное ОАО «Шахта Томская».

Пункт 1 ст. 1093 ГК РФ, предусматривает, что в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник. К нему же предъявляются требования о возмещении вреда.

По указанным основаниям нельзя признать обоснованными доводы представителя ответчика о том, что ОАО "ОУК "Южкузбассуголь" не несет ответственности по обязательствам ОАО "Шахта Томская".

Таким образом, суд считает, что на ОАО "ОУК "Южкузбассуголь" может быть возложена ответственность за вред причиненный здоровью работника в связи с работой на предприятии ОАО «Шахта Томская» Толкование вышщеуказанных норм материального права позволяет прийти к выводу, что гражданин может обратиться с требованием о возмещении вреда к правопреемнику и в том случае, когда увечье или иное повреждение здоровья имели место в период существования реорганизованного юридического лица (самого причинителя вреда), но прекратившего существование к моменту предъявления требования о возмещении вреда.

Таким образом, суд считает, что на ОАО "ОУК "Южкузбассуголь" может быть возложена ответственность за вред причиненный здоровью истцу в связи с работой на предприятии ОАО «Шахта Томская» с учетом степени вины ОАО "ОУК "Южкузбассуголь" в причинении ФИО1 профессионального заболевания <данные изъяты>

Согласно выписного эпикриза Новокузнецкого филиала ГБУЗ ККОД имени ФИО8, истец находился на лечении в хирургическом отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с диагнозом: <данные изъяты>

Согласно ПРП от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлен диагноз: <данные изъяты>

Выписками из амбулаторной карты подтверждается постоянное обращение истца за медицинской помощью в терапевту, пульмонологу в связи с профессиональным заболеванием, проходит наблюдение и обследование, согласно ПРП в связи с наличием сопутствующего онкозаболевания легких, получает лечение в виде ингаляторов.

Истец не согласен с выплаченными суммами компенсации морального вреда, которые, по мнению истца, не компенсирует в полной мере нравственные и физические страдания, на которые истец ссылается в иске, указывая, что в связи с повреждением здоровья и ухудшением состояния здоровья до настоящего времени он переносит физические и нравственные страдания: постоянный кашель, одышка, ограничение в физических нагрузках, вынужден периодически обращаться к врачам, проходить лечение, принимать лекарственные препараты, он, в силу ограничения физического здоровья в результате установленного профессионального заболевания, не имеет возможности полноценно вести привычный образ жизни.

Из показаний свидетеля ФИО9, супруги истца, следует, что в связи с профзаболеванием истца постоянно мучает кашель, одышка, особенно по ночам и малейших физических нагрузках. <данные изъяты> Сам строил дачу, но из-за болезни дачу пришлось продать. Ранее увлекался походами в тайгу, велосипедом, но из-за заболевания он не может себе позволить такой активный образ жизни.

По смыслу действующего законодательства для наступления гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда истцу необходимо доказать наличие следующих (обязательных) условий: совершение противоправных действий конкретным лицом, то есть установить лицо, совершившее действие (бездействие), факт нарушения личных неимущественных прав (нематериальных благ) истца, наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившим моральным вредом.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (абз. 2 п. 32абз. 2 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Судом установлено, что истцу установлено профессиональное заболевание <данные изъяты>, возникшее в результате отсутствия безопасных режимов труда и отдыха; нарушения правил производственной санитарии, неэффективности работы средств индивидуальной защиты, несовершенство технологии, механизмов, оборудования, рабочего инструментария, а причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека производственных факторов. Тяжесть трудового процесса, то есть вследствие ненадлежащего обеспечения работодателем безопасных условий труда, что установлено актом о случае профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристикой условий труда, в настоящее время истцом частично утрачена профессиональная <данные изъяты>, согласно последнего ПРП степень тяжести диагноза ухудшилась, перспектив на выздоровление нет, так как утрата профтрудоспособности установлена <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ, в связи, с чем суд приходит к выводу о наличии оснований применения к ответчикам мер гражданско-правовой ответственности в виде возложения обязанности по компенсации причиненного морального вреда.

Доводы представителя ответчиков об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку истцу произведены выплаты в счет компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, с размером которой истец согласился, а также ссылка на положения Трудового кодекса Российской Федерации и нормы Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации, коллективных договоров и соглашений ответчиков, в соответствии с которыми, по мнению ответчиков, выплаченные суммы компенсации морального вреда соразмерны понесенным истцом физическим и нравственным страданиям, отвечают требования разумности и справедливости, в связи, с чем основания для довзыскания компенсации морального вреда не имеется, судом отклоняются, как несостоятельные.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления (абзацы первый и второй части 1 статьи 5).

В силу названной нормы в коллективных договорах, соглашениях между работниками и работодателями и в локальных актах могут быть определены порядок и условия регулирования тех или иных трудовых отношений сторон трудового договора при наступлении конкретных обстоятельств, в том числе и предоставление выплат в связи с гибелью работника, получением им увечья, травмы или профессионального заболевания, с определением правовой природы этих выплат, в том числе выплаты компенсации морального вреда при наступлении неблагоприятных для работника обстоятельств.

Как установлено судом, компенсация морального вреда, выплаченная АО «ОУК «Южкузбассуголь» и АО «Распадская-Коксовая» в добровольном порядке в соответствии с условиями заключенного сторонами трудового договора соглашениями, тем самым истцом реализовано его право на компенсацию морального вреда, предусмотренное частью 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации, а работодателем выполнена обязанность по компенсации морального вреда работнику, установленная статьёй 22 Трудового кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, в абзаце 3 пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Таким образом, в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, истец ссылается на положения статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывая на наличие спора о размере компенсации морального вреда, выплаченного работодателями, поскольку указанные суммы не компенсирует ему в полной мере нравственные и физические страдания, причиненные в результате профессионального заболевания и утраты профессиональной трудоспособности, о чём истец и свидетель также пояснили суду в судебном заседании.

Исходя из фактических обстоятельств дела, характера и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, выразившихся в длительном по настоящее время претерпевании негативных последствий в результате профессионального заболевания истца, нравственных страданий в виде переживания, расстройства, испытании чувства угнетения и неполноценности в результате ограничения здоровья в связи с наличием профессионального заболевания, с учётом степени вины ответчиков, а также принимая во внимание длительность периода работы истца в отсутствие надлежащего обеспечения работодателем условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, в результате чего истец длительное время подвергался воздействию вредных производственных факторов, учитывая, что здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, защита которых должна быть приоритетной, суд полагает, что размер компенсации морального вреда, выплаченный ответчиками в соответствии с положениями Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации, коллективного договора и соглашения нельзя признать достаточным для возмещения причиненного вреда здоровью истца, исходя из того, что заболевание имеет прогредиентное течение, <данные изъяты>, то есть имело место нарастание тяжести заболевания до <данные изъяты> утраты профтрудоспособности, что подтверждено программой реабилитации пострадавшего, заключениями МСЭ, выпиской из амбулаторной карты на имя истца и установленных обстоятельств по делу.

Пунктами 25,26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

При этом законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, с учетом установленного факта причинения вреда здоровью истца, исходя из того, что здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, защита которых должна быть приоритетной, принимает во внимание обстоятельства причинённого ответчиками вреда: ненадлежащего обеспечения работодателями безопасных условий труда, степень тяжести диагноза, установленного истцу на момент рассмотрения дела, и процент утраты профессиональной трудоспособности, степень и характер физических страданий истца : длительное время беспокоят кашель, одышка, из лечения остались только ингаляторы, так как выявлено заболевание рак правого легкого, что подтверждено медицинскими документами, пояснениями истца и свидетеля, а также судом учитываются нравственные страдания истца, относящиеся к его душевному неблагополучию, выразившихся в чувстве беспомощности, разочарования, стыда и неловкости, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений в результате повреждения здоровья профессиональным заболеванием, а также в переживании и чувстве расстройства из-за невозможности по состоянию здоровья в связи с профессиональными заболеваниями оказать полноценную помощь своей семье, ограничен в способности к трудовой деятельности, и нуждается в постоянной реабилитации; а также учитывая испытание истцом чувства неполноценности в связи ограничением здоровья и невозможностью вести прежний образ жизни, принимая во внимание продолжительность физических и нравственных страданий, значимости для истца нарушенного права на надлежащие условия труда, принимая во внимание индивидуальные особенности потерпевшего – возраст, ведение образа жизни до получения профессионального заболевания: ходил в тайгу, катался на велосипеде, выполнял физическую работы на садовом участке, который пришлось продать и, учитывая требования разумности и справедливости, а также значимость компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, суд считает необходимым определить: <данные изъяты>

С учетом степени вины ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь<данные изъяты> и выплат произведенных в добровольном порядке без учета вины ОАО «шахта Томская» довзыскать с ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» в пользу истца моральный вред за профессиональное заболевание в размере <данные изъяты> руб.

С учетом степени вины ответчика АО «Распадская-Коксовая»-ФИО11% и выплат произведенных в добровольном порядке довзыскать с ответчика АО «Распадская-Коксовая» в пользу истца моральный вред за профессиональное заболевание в размере <данные изъяты>

Указанные суммы суд считает соразмерными причиненным физическим и нравственным страданиям, в удовлетворении остальной части иска суд считает необходимым отказать, полагая требования истца о компенсации морального вреда указанными истцом завышенными, не отвечающими требованиям разумности и справедливости.

В соответствии со ст.ст. 88, 98, 100 ГПК РФ, а также разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» суд считает возможным удовлетворить требования истца о взыскании в его пользу, понесенные судебные расходы по оплате юридических услуг за составление искового заявления и участие представителя в судебных заседаниях: с АО «Распадская-Коксовая» в размере <данные изъяты> рублей, АО «ОУК «Южкузбассуголь» в размере <данные изъяты> руб. находя данный размер разумным с учетом обстоятельств настоящего дела, количества судебных заседаний, объема выполненной представителем работы по оказанию истцу правовой помощи. Вместе с тем истцом представлено, в подтверждение указанных расходов, договор на оказание юридических услуг, акт выполненных работ, расписка в получении денежных средств на сумму <данные изъяты> рублей.

Истец освобожден от уплаты госпошлины в соответствии со ст. 333.36 Налогового Кодекса Российской Федерации, в соответствии со ст. 103 Гражданского Процессуального Кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит взысканию с каждого ответчика в доход местного бюджета в размере по <данные изъяты> рублей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 о к Акционерному обществу «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», Акционерному обществу «Распадская-Коксовая» о выплате сумм в счет возмещения морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Распадская-Коксовая» в пользу ФИО1 о компенсацию морального вреда за профессиональное заболевание <данные изъяты>

Взыскать с Акционерного общества «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в пользу ФИО1 о компенсацию морального вреда за профессиональное заболевание <данные изъяты>

Взыскать с Акционерного общества «Распадская-Коксовая» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме <данные изъяты> рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме <данные изъяты> рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения, путём подачи апелляционной жалобы через Междуреченский городской суд Кемеровской области.

Мотивированное решение изготовлено 20 июня 2025 года.

Судья Е.А. Чирцова

Копия верна

Судья Е.А. Чирцова

Подлинник подшит в материалы дела № 2-1133/2025 в Междуреченском городском суде Кемеровской области.