Гражданское дело № 2-50/2025
УИД 74RS0030-01-2024-003958-45
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Магнитогорск 14 января 2025 года
Правобережный районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:
председательствующего Фадеевой О.В.,
при секретаре Зайнуллиной Г.Р.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Межрайонной ИФНС № 17 по Челябинской области, ФИО2, ФИО3, обществу с ограниченной ответственностью КА "ВОЗВРАТ", ФИО4, обществу с ограниченной ответственностью ПКО ЮФ "НЕРИС", ОГИБДД ОМВД России по Бабаюртовскому району об освобождении имущества от ареста, встречному иску ФИО2 к ФИО1, ФИО4 о признании договора займа не заключенным.
УСТАНОВИЛ
ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Межрайонной ИФНС № 17 по Челябинской области, ФИО2, ФИО3, ООО КА "ВОЗВРАТ", ФИО5 об освобождении имущества от ареста.
В обоснование требований указано, что решением Советского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО1 к ФИО4 о признании догвора процентного займа, обеспеченного залогом недвижимого имущества, заключенным в части обеспечения исполнения обязательств, об оставлении предмета залога за собой удовлетворены. Договор процентного займа, обеспеченного залогом недвижимого имущества № от ДД.ММ.ГГГГ признан заключенным в части обеспечения исполнения обязательств. Ответчик ФИО4 обязан передать истцу ФИО1 в собственность, как обеспечение по основному обязательству, недвижимое имущество: земельный участок, находящийся по адресу: <данные изъяты>, с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью 1284,15 кв.м., с расположенным на нем индивидуальным жилым домом, общей площадью 431,3 кв.м., с кадастровым номером <данные изъяты>.
На основании данного решения истцу необходимо произвести регистрацию права собственности на указанные объекты недвижимости, однако, ввиду наличия возбужденных исполнительных производств в отношении ФИО6, по которым наложены запреты на регистрационные действия в отношении указанного имущества, произвести регистрацию перехода права собственности не представляется возможным, что нарушает права истца.
Просит освободить имущество: земельный участок, находящийся по адресу: <данные изъяты>, с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью 1284,15 кв.м., с расположенным на нем индивидуальным жилым домом, общей площадью 431,3 кв.м., с кадастровым номером <данные изъяты>, от ареста, незамедлительно сообщив об освобождении имущества от ареста в государственные органы и органы местного самоуправления, регистрирующие имущество или права на него ограничения (обременения), в частности, в ФССП России и Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии.
ФИО2 обратилась с встречным иском к ФИО1, ФИО4 о признании договора займа незаключенным.
В обоснование встречных требований указано, что, несмотря на решение Советского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от ДД.ММ.ГГГГ, в действительности договор займа между ФИО1 и ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ не заключался, поскольку вступившим в законную силу решением Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ было установлено, что между ФИО7 и ФИО4 были заключены два договора займа от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, указанным решением в пользу ФИО2 с ФИО4 взыскана задолженность по данным договорам в общей сумме 3524010 рублей.
В ходе исполнения решения было установлено, что ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ, после наступления срока возврата сумм займа, произвел отчуждение имущества – спорных земельного участка и жилого дома, путем оформления договора дарения в пользу своего сына. На основании данного договора дарения, зарегистрированного ДД.ММ.ГГГГ на спорное имущество были выданы свидетельства о государственной регистрации права собственности.
Решением Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ данный договор дарения был признан недействительным, при этом основанием для признания недействительности данной сделки послужил пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, действия ФИО4 были расценены как осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, как заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом), нарушающее права ФИО2 как кредитора. Указанным решением установлено, что на момент заключения договора дарения, то есть на ДД.ММ.ГГГГ, на спорные жилой дом и земельный участок никаких обременений наложено не было.
Если бы договор займа с залогом недвижимости действительно был заключен ДД.ММ.ГГГГ, то есть всего за восемь месяцев до заключения договора дарения этого же недвижимого имущества, то при рассмотрении дела ФИО4 мог бы представить данный договор займа суду в качестве доказательства того, что недвижимое имущество находится в залоге по договору с ФИО1, однако, вместо этого, он неоднократно в суде указывал на правомерность заключенного договора дарения в отсутствие каких-либо обременений спорного недвижимого имущества и на свое право, в отсутствие этих обременений, распоряжаться своей собственностью. Кроме того, о не заключении в ДД.ММ.ГГГГ договора займа свидетельствует тот факт, что ФИО4 также в ходе исполнительного производства со дня его возбуждения (ДД.ММ.ГГГГ) и позже, после того как судом ДД.ММ.ГГГГ на дом и землю был наложен арест, ни разу не заявлял судебным приставам о том, что это имущество находится в залоге.
В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Данное поведение ответчика ФИО4, направленное на отчуждение имущества, является не чем иным, как попытками должника посредством недобросовестного использования, злоупотребления своими гражданскими правами "вывести" своё недвижимое имущество из-под возможного обращения на него взыскания в рамках исполнительного производства в пользу взыскателя ФИО2
Просит признать незаключенным договор процентного займа, обеспеченного залогом недвижимого имущества № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО4
К участию в деле в качестве соответчиков судом привлечены ООО ПКО ЮФ "НЕРИС", ОГИБДД ОМВД России по Бабаюртовскому району, в качестве третьего лица Управление Росреестра по Челябинской области.
Истец (ответчик по встречному иску) ФИО1 при надлежащем извещении участия в рассмотрении дела не принимал, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие.
Представитель ФИО1 – адвокат Ермолаева И.Ю., действующая на основании ордера, в судебном заседании первоначальные требования поддержала по доводам, изложенным в иске, просила их удовлетворить, встречные требования не признала, полагала, что оснований для их удовлетворения не имеется, просила отказать в удовлетворении встречных требований.
Ответчики ФИО2 (истец по встречному иску), ФИО3, ФИО4; представители ответчиков Межрайонной ИФНС № 17 по Челябинской области, ООО КА "ВОЗВРАТ", ООО ПКО ЮФ "НЕРИС", ОГИБДД ОМВД России по Бабаюртовскому району; третьи лица: представитель Управления Росреестра по Челябинской области, судебный пристав-исполнитель Правобережного РОСП г.Магнитогорска ГУФССП Росси по Челябинской области ФИО8 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.
Представитель ФИО2 – ФИО9, действующий на основании доверенности, в судебном заседании просил отказать в удовлетворении требований ФИО1, поскольку полагает, что оснований для освобождения недвижимого имущества от ареста не имеется, а, кроме того, удовлетворение его требований будет нарушать права взыскателей по имеющимся возбужденным исполнительным производствам в отношении должника ФИО4, встречные требования просил удовлетворить по доводам, изложенным в иске.
Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Как усматривается из материалов дела, решением Советского районного суда г. Махачкалы от ДД.ММ.ГГГГ удовлетворены исковые требования ФИО1 к ФИО4 о признании договора процентного займа, обеспеченного залогом недвижимого имущества, заключенным в части обеспечения исполнения обязательств, об оставлении предмета залога за собой.
Указанным решением договор процентного займа, обеспеченный залогом недвижимого имущества, № от ДД.ММ.ГГГГ признан заключенным в части обеспечения исполнения обязательств. На ФИО4 возложена обязанность передать ФИО1 в собственность, как обеспечение по основному обязательству по договору процентного займа № от ДД.ММ.ГГГГ, обеспеченного залогом недвижимого имущества: земельный участок, находящийся по адресу: <данные изъяты>, с кадастровым номером <данные изъяты>, общей площадью 1284,15 кв.м., с расположенным на нем индивидуальным жилым домом, общей площадью 431,3 кв.м., с кадастровым номером <данные изъяты> (т.5, л.д.126-129).
До настоящего времени регистрация права собственности на ФИО1 не произведена.
Решением Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ гражданское дело № № частично удовлетворены исковые требования ФИО2, с ФИО4 в ее пользу взыскана по договорам займа от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ задолженность, проценты и неустойка, всего в размере 3524010 рублей (т.1, л.д.187-188).
Определением Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ приняты обеспечительные меры, наложен арест на имущество ФИО4 в пределах суммы исковых требований в размере 5161845 рублей (т.1, л.д.185).
Задолженность ФИО4 перед ФИО2 не погашена, ведется исполнительное производство.
В ЕГРН зарегистрированы следующие запреты на совершение действий по регистрации спорным имуществом (т.6, л.д.32-55), наложенные на основании:
- определения Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области по гражданскому делу №;
- постановления Правобережного РОСП г. Магнитогорска ГУФССП России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства №
- постановления Правобережного РОСП г. Магнитогорска ГУФССП России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства №
- постановления Правобережного РОСП г. Магнитогорска ГУФССП России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства №
- постановления Правобережного РОСП г. Магнитогорска ГУФССП России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства №
- постановления Правобережного РОСП г. Магнитогорска ГУФССП России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства №
- постановления Правобережного РОСП г. Магнитогорска ГУФССП России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства №
- постановления Правобережного РОСП г. Магнитогорска ГУФССП России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства №
- постановления Правобережного РОСП г. Магнитогорска ГУФССП России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства №
- постановления Правобережного РОСП г. Магнитогорска ГУФССП России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства №
- постановления Правобережного РОСП г. Магнитогорска ГУФССП России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства №
- постановления Правобережного РОСП г. Магнитогорска ГУФССП России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства №
- постановления Правобережного РОСП г. Магнитогорска ГУФССП России по Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства № (только в отношении земельного участка).
ФИО1 полагает, что наложенные ограничения препятствуют ему в регистрации за собой права собственности на спорное имущество, что и послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.
Возражая против иска, представитель ФИО9 указал, что наряду с ФИО1 ФИО2 имеет право на удовлетворение своих требований за счет спорного имущества, иного имущества, за счет которого могут быть удовлетворены требования ФИО2, у должника ФИО4 не имеется.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства" разъяснено, что исковой порядок установлен для рассмотрения требований об освобождении имущества, включая исключительные имущественные права, от ареста (исключении из описи) в случае возникновения спора, связанного с принадлежностью имущества.
Посредством предъявления такого иска разрешается вещно-правовой спор между несколькими лицами (истцом, взыскателем и должником), претендующими на имущество (удовлетворение требований за счет его стоимости).
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 50 постановления Пленумов № 10/22, по смыслу статьи 119 Закона об исполнительном производстве при наложении ареста в порядке обеспечения иска или исполнения исполнительных документов на имущество, не принадлежащее должнику, собственник имущества (законный владелец, иное заинтересованное лицо, в частности невладеющий залогодержатель) вправе обратиться с иском об освобождении имущества от ареста.
Залогодержатель также вправе требовать освобождения заложенного имущества от ареста (исключения его из описи) в связи с обращением на него взыскания в порядке исполнительного производства (абзац 2 пункта 2 статьи 347 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 3 статьи 218, пунктом 1, подпунктом 1 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации обращение взыскания на имущество является основанием для прекращения права собственности должника на это имущество и возникновения названного права у иных лиц. В отдельных случаях право собственности на имущество должника может перейти к взыскателю.
Учитывая специальную процедуру приобретения кредитором имущества должника, в данном случае, решение суда от 29 октября 2018 года об оставлении предмета залога за кредитором, фактически является эквивалентом договора купли-продажи.
При этом переход к покупателю права собственности на недвижимое имущество по договору продажи недвижимости подлежит государственной регистрации; до этого времени право собственности сохраняется за продавцом. Необходимой предпосылкой для такой регистрации является передача недвижимости покупателю, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1 статьи 551, статья 556 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункты 60, 61 постановления Пленумов № 10/22).
Обращение взыскания на имущество, прежде всего, заключается в изъятии такого имущества у должника и в результате обращения взыскания на недвижимое имущество должника, последний утрачивает не только титул на такое имущество, но и принадлежащие собственнику права владения, пользования и распоряжения. В случае оставления взыскателем за собой недвижимого имущества, на которое обращается взыскание, судебный пристав-исполнитель обязан не только оформить документы, но и обеспечить фактическое поступление названного имущества во владение взыскателя без каких-либо притязаний со стороны должника. Должник в этом случае обязан освободить имущество.
Вместе с тем пунктом 2 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности от продавца к покупателю не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами. Одно лишь фактическое исполнение договора в отсутствие регистрации перехода права собственности от продавца к покупателю не дает последнему права на удовлетворение иска об освобождении имущества от ареста.
Таким образом, для перехода к взыскателю права собственности на оставленное им за собой недвижимое имущество, оно должно быть передано ему в фактическое владение, а право собственности - зарегистрировано в ЕГРН.
Применительно к реализации имущества, обремененного ипотекой, по смыслу пункта 4 статьи 25 Федерального закона от 16 июля 1998 года № 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" и пункта 2 статьи 50 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" до момента регистрации за взыскателем (залогодержателем) права собственности на оставленное им за собой нереализованное имущество должника (залогодателя) сохраняется и залог, поскольку в такой ситуации удовлетворение обеспеченных залогом требований происходит лишь с переходом к залоговому кредитору названного права.
За ФИО1 не было зарегистрировано право собственности на спорное имущество, следовательно, он остался его залогодержателем, а должник ФИО4 - собственником.
До момента государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость от продавца к покупателю для третьих лиц собственником имущества остается продавец, кредиторы которого могут обратить взыскание по его обязательствам на это имущество.
Кроме того, в соответствии с пунктом 5 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не вытекает из существа отношений залога, кредитор или иное управомоченное лицо, в чьих интересах был наложен запрет на распоряжение имуществом (статья 174.1), обладает правами и обязанностями залогодержателя в отношении этого имущества с момента вступления в силу решения суда, которым требования таких кредитора или иного управомоченного лица были удовлетворены. Очередность удовлетворения указанных требований определяется в соответствии с положениями статьи 342.1 настоящего Кодекса по дате, на которую соответствующий запрет считается возникшим.
Наделение кредитора правами залогодержателя по правилам пункта 5 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации обусловлено необходимостью защиты его прав, прежде всего, путем предоставления кредитору возможности обратить взыскание на арестованную вещь после того, как ее собственником стало другое лицо, которое знало или должно было знать о запрете.
Если заложенное имущество возмездно приобретено лицом, которое не знало и не должно было знать, что это имущество является предметом залога, залог прекращается (подпункт 2 пункта 1 статьи 352 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 сентября 2008 года № 6343/08 внесение в реестр сведений об аресте имущества исключает правомерность его передачи и регистрации перехода права собственности на него, даже если договор купли-продажи такого имущества заключен до наложения на него ареста. В случае передачи имущества и регистрации перехода права собственности на него после наложения ареста, но до внесения соответствующей записи в реестр, передача имущества может быть признана неправомерной, если будет доказано, что приобретатель знал или должен был знать об аресте этого имущества.
В пункте 96 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в случае отчуждения арестованного имущества лицу, которое не знало и не должно было знать об аресте этого имущества (добросовестному приобретателю), возникает основание для освобождения имущества от ареста независимо от того, совершена такая сделка до или после вступления в силу решения суда, которым удовлетворены требования кредитора или иного управомоченного лица, обеспечиваемые арестом.
При этом для лиц, не являющихся сторонами сделки и не участвовавших в деле, считается, что подлежащие государственной регистрации права на имущество возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, а не в момент совершения или фактического исполнения сделки либо вступления в законную силу судебного решения, на основании которых возникают, изменяются или прекращаются такие права (абзац 2 пункта 3 указанного постановления Пленума).
Таким образом, в ситуации, когда собственником имущества, вопреки запрету на его отчуждение, стало третье лицо, вопрос о судьбе залога разрешается в зависимости от того, знало ли (должно ли было знать) указанное лицо о запрете.
В данном случае, поскольку до наложения судом обеспечительных мер в пользу ФИО2, спорное имущество в фактическое владение ФИО1 не передавалось, и регистрация за ни права собственности не производилась, то есть отчуждение имущества не состоялось, отсутствуют основания для применения подпункта 2 пункта 1 статьи 352 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу части 3 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.
С учетом изложенного, с ДД.ММ.ГГГГ - дня вступления в законную силу решения суда по гражданскому делу о взыскании с ФИО4 в пользу ФИО2 задолженности по договорам займа, в рамках которого судом был наложен запрет на распоряжение спорным имуществом, ФИО2 является лицом, в пользу которого установлен залог, то есть кредитором по обеспеченному залогом обязательству. Следовательно, возникший между ФИО1 и ФИО2 спор является спором залоговых кредиторов.
Между тем, при реализации права ФИО1 как залогодержателя требовать освобождения заложенного имущества от ареста, необходимо учитывать положения пункта 5 статьи 334 Кодекса о залоге, возникающем из судебного ареста. В такой ситуации, если арест был наложен по денежным требованиям других кредиторов залогодателя, то залогодержатель не имеет права требовать исключения предмета залога из ареста. Его интересы обеспечиваются тем, что он будет считаться старшим залогодержателем по отношению к кредиторам, по требованию которых заложенное имущество было арестовано.
Исходя из приведенных обстоятельств, спорное имущество не может быть освобождено от запрета на распоряжение им, наложенного в пользу ФИО2, ни по основаниям подпункта 2 пункта 1 статьи 352, ни по основаниям абзаца 2 пункта 2 статьи 347 Гражданского кодекса Российской Федерации и части 1 статьи 119 Закона об исполнительном производстве.
Запреты на распоряжение спорным имуществом, наложенные после вступления в законную силу решения суда от ДД.ММ.ГГГГ также не могут быть сняты, поскольку они правомерно наложены в рамках возбужденных исполнительных производств в отношении должника ФИО4, за которым зарегистрировано право собственности на спорное имущество, при этом залог в пользу ФИО1 при заключении договора процентного займа № от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован не был.
При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения требований ФИО1 у суда не имеется.
Встречный иск ФИО2 удовлетворению также не подлежит, поскольку из разъяснений, данных в пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" следует, что при наличии спора о действительности или заключенности договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключенности и действительности договора и учитывает установленную в пункте 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений.
Решение суда от ДД.ММ.ГГГГ, которым исковые требования ФИО1 к ФИО4 о признании договора процентного займа, обеспеченного залогом недвижимого имущества, заключенным в части обеспечения исполнения обязательств, об оставлении предмета залога за собой, где установлено заключение оспариваемого ФИО2 договора займа вступило в законную силу.
Доводы ФИО2 в обоснование встречного иска, в данном случае, могут являться основанием для оспаривания указанного решения, с учетом того, что к участию в деле она привлечена не была, при наличии сведений о имеющихся запретах на совершение действий по регистрации спорного имущества.
Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ
В удовлетворении требований ФИО1 к Межрайонной ИФНС № 17 по Челябинской области, ФИО2, ФИО3, обществу с ограниченной ответственностью КА "ВОЗВРАТ", ФИО4, обществу с ограниченной ответственностью ПКО ЮФ "НЕРИС", ОГИБДД ОМВД России по Бабаюртовскому району об освобождении имущества от ареста отказать.
Встречные требования ФИО2 к ФИО1, ФИО4 о признании договора займа не заключенным оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение одного месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Правобережный районный суд г. Магнитогорска Челябинской области
.
Председательствующий
Мотивированное решение составлено 20 февраля 2025 года.