Дело №
РЕШЕНИЕ
ИФИО1
26 октября 2022 года <адрес>
Советский районный суд <адрес> в составе: председательствующего судьи Омаровой М.А., при секретаре ФИО5, с участием истицы ФИО2, представителя истца ФИО6, представителя ответчика ГБУ РД «РКБ» ФИО9,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ГБУ РД «Республиканская клиническая больница», родильный <адрес>», ГБУ РД «Кизлярская Центральная городская больница» о компенсации морального вреда в размере 3 500 000 рублей с каждого ответчика,
УСТАНОВИЛ:
Представитель истца ФИО6 в интересах ФИО2 обратился в суд с иском к ГБУ РД «Республиканская клиническая больница», родильный <адрес>», ГБУ РД «Кизлярская Центральная городская больница» о компенсации морального вреда в размере 3 500 000 рублей с каждого ответчика, указав в обоснование иска, что ДД.ММ.ГГГГ из - за халатного отношения, несвоевременного и некачественного оказания медицинской помаши медперсонала ЦГБ <адрес> произошло перинатальная смерть ребенка истицы.
ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ поступила в родильное отделение Центральной больницы <адрес>, так как приближался срок родов.
Ее лечащим врачом была ФИО7, а заведующим отделением патологии ФИО3. Они наблюдали ее все время ее пребывания в больнице.
В понедельник 18 июня было сделано УЗИ, после чего отменили прием ранее назначенного лечения, а вскоре заявили, что проведение операции кесарева сечения преждевременно, так как срок беременности составляет 35 недель.
Сопровождающий ее фельдшер дала письменное заключение, в котором указала, что срок беременности составляет 35-36 недель.
Также в ее медицинских показаниях было указано, что беременность протекала с некоторой степенью отечности, что, в свою очередь, также является показанием к операции.
С момента поступления в больницу истица чувствовала острые боли внизу живота. Она неоднократно обращалась к медперсоналу с просьбами предпринять соответствующие меры, однако они лишь выдавали ей обезболивающие препараты, ссылаясь на то, что все будет хорошо. Но ее боли только усиливались, после чего истица стала настаивать на срочном проведении кесарева сечения.
Истица чувствовала, как у нее начались схватки, именно ими была вызвана острая боль внизу живота. Однако даже этот факт врачи не приняли во внимание. Операцию ей все же провели, только после того, как у нее началось кровотечение вследствие приема назначенного медперсоналом препарата в виде желтого вещества.
Спустя время истица узнала от своего супруга, что ее новорожденный ребенок умер. Истица уверена, что причина смерти заключается в халатности и несвоевременном, некачественном оказании медицинской помощи медперсоналом ЦГБ <адрес>.
Опыт неудачной операции кесарева сечения истица приобрела еще ранее, когда по той же вине врачей потеряла еще одного ребенка. Отчаянная попытка убедить врачей в необходимости срочной операции была обусловлена лишь страхом очередного летального исхода. Но, несмотря ни на что, все ее попытки были тщетны.
Истица обратилась с жалобой в Минздрав РД в т. Махачкала, указав детально последствия произошедшего события, и пояснила, что причиной тому является непрофессиональный подход в оказании медицинской помощи врачами ЦГБ <адрес>.
ДД.ММ.ГГГГ истице пришло письмо из Минздрава от имени начальника отдела организации медицинской помощи женщинам и детям ФИО8
В данном письме ее уведомили о том, что ее обращение было рассмотрено, и на основании изложенных в нем фактов была проведена служебная комиссионная проверка.
В ходе проверки якобы было проверено качество медицинской помощи, оказанной в ЦГБ Кизляр. В письме также говорится о том, что в ходе проверки ими был установлен ряд дефектов оказания медицинской помощи, как на амбулаторном, так и на стационарном этапах; не в полном объеме соблюдены стандарты оказания медицинской помощи, имела место недооценка тяжести состояния.
В конечном итоге, как сообщается в письме, все замечания комиссии были направлены в адрес главных врачей ГБУ РД «Кизлярская ЦГБ» для обсуждения в коллективе и принятия мер реагирования, а также в следственные органы.
В результате ознакомления с адресованной ей информацией у истицы возник ряд вопросов относительно целесообразности принятых ими мер, если их можно таковыми назвать.
Стоит заметить, что Минздрав направил в следственный отдел акт служебной проверки качества оказания медицинской помощи. В этом акте были указаны конкретные нарушения:
1. беременной относящейся к группе высокого материнского и перинатального риска не обеспечена соответствующая прегравидарная преконцепционная подготовка;
2. не проведена необходимая работа по планированию беременности;
3. во время беременности также не обеспечено качественное, динамическое обследование и лечение. Не проведена коррекция анемии, допущено развитие отеков;
4. беременная с ОАА и ожирением нуждалась в дополнительном прицельном обследовании для выявления врожденных генетических форм тромбофилии, антифосфолипидного синдрома, скрытой формы диабета;
5. по листу маршрутизации беременной показана была госпитализация в стационар 3 уровня
6. в стационаре медицинская документация оформлена некорректно, допущены неточности, разноречивые данные;
7. не обеспечено должное, качественное наблюдение за состоянием матери и плода;
8. не расценено адекватно состояние беременной 21.06.18г. Своевременно не диагностированы начальные признаки развывшегося в последующем осложнения;
9. Операция кесарево сечение произведено с некоторым опозданием.
Из приведенных в акте на те нарушений ниже следует вывод: смерть плода относится к условно предотвратимой.
Это значит, что при комплексном оказании помощи ее ребенка можно было спасти. То есть, вина за смерть ребенка полностью возлагается на врачей.
Так же, еще в ДД.ММ.ГГГГ году истица встала на учет при сроке беременности 10 -11 недель, посетила акушер -гинеколога 14 раз, дважды была госпитализирована, последний раз рожала в Махачкалинском родильном <адрес>. Где ДД.ММ.ГГГГ году у нее родился сын, который скоропостижно скончался.
Федеральная служба по надзору в сфере здравоохранения по РД установила, что медиками были нарушены стандарты обследования, недооценка состояния ее здоровья, как во время поступления, так и во время нахождения в отделении патологии, именно несвоевременное начало проведения терапии и отсутствие четких параметров контроля за сердцебиением плода могли привести к гибели плода.
На сегодняшний день, из-за непрофессионального и несвоевременного оказания, точнее неоказания специализированной медицинской помощи в экстренном порядке, у истицы ухудшилось состояние здоровья, она потеряла двоих детей. Постоянно находится в стрессовой ситуации, как мать, страдает от того, что не может прижать к своей груди столь долгожданных малюток. Тем самым ей был причинен моральный вред.
В определении Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ20-122-К4 отмечено, что возможность взыскания компенсации морального вреда не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.
Следовательно, в данном случае юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания работниками ЦГБ и ЦРП <адрес> медицинской помощи мне могли способствовать ухудшению состояния здоровья и привести к неблагоприятному для истицы исходу, то есть к смерти ребенка.
При этом ухудшение состояния здоровья вследствие ненадлежащего оказания истице медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.) причиняет страдания, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
ЦГБ <адрес> не предприняли все необходимые и возможные мер, в том числе предусмотренные стандартами оказания медицинской помощи, для своевременного и квалифицированного помощи по указанным истицей жалобам и в целях установления правильного диагноза, правильной организации обследование истицы и ее лечением в вышеуказанных организациях.
По сути явно выявлены дефекты оказания медицинской помощи и развитию неблагоприятных для жизни плода последствий. Почти никаких мероприятия не проводились работниками данной организации по сохранению жизни плода в угрожающей жизни ситуации.
Просит суд взыскать солидарно с ГБУ РД «Кизлярская Центральная городская больница» и «Родильный <адрес> ГБУ РД «Республиканская клиническая больница» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 3 500 000 рублей с каждого.
Представитель истца ФИО6 и истица ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали, просили иск удовлетворить в полном объеме.
Представитель ответчика ГБУ РД «РКБ» ФИО9 в судебном заседании в удовлетворении исковых требований, предусмотренных в части к ГБУ РД «РКБ» просил отказать, по основаниям, изложенным в возражениях.
Выслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счёт средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»),
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объёме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»),
В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учётом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причинённый жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объёме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Исходя из приведённых нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.
Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.
Статьёй 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьёй всех её членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причинённым увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесённым в результате нравственных страданий, и др.
Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относятся жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путём оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064-1101) и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причинённый его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Как разъяснено в абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесённых им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьёй 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьёй 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причинённого вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвёртый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).
По смыслу приведённых нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинён не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьёй 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечёт наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.
Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенёс физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Из содержания искового заявления ФИО2 усматривается, что основанием для её обращения в суд с требованием о компенсации причинённого морального вреда послужило, по мнению ФИО2, несвоевременное и некачественное оказание ей медицинской помощи действиями ответчиков, приведшее к перинатальной смерти ее ребенка.
Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчики по настоящему делу – ГБУ РД «РКБ», «ГБУ РД «Кизлярская центральная городская больница»- должны доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО2. в связи со смертью ее ребенка, медицинская помощь которой была оказана, как утверждает истец, несвоевременно и ненадлежащим образом, что привело к смерти ребенка.
В данном случае юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания работниками ГБУ РД «РКБ» и «ГБУ РД «Кизлярская центральная городская больница» могли способствовать ухудшению состояния здоровья ее и ее ребенка и привести к неблагоприятному для него исходу, то есть к смерти ребенка.
При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов её оказания (постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.) причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
Как следует из материалов дела, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ поступила в родильное отделение Центральной больницы <адрес>, так как приближался срок родов.
Ее лечащим врачом была ФИО7, а заведующим отделением патологии ФИО3. Они наблюдали ее все время ее пребывания в больнице.
В понедельник 18 июня было сделано УЗИ, после чего отменили прием ранее назначенного лечения, а вскоре заявили, что проведение операции кесарева сечения преждевременно, так как срок беременности составляет 35 недель.
Сопровождающий ее фельдшер дала письменное заключение, в котором указала, что срок беременности составляет 35-36 недель.
Также в ее медицинских показаниях было указано, что беременность протекала с некоторой степенью отечности, что, в свою очередь, также является показанием к операции.
С момента поступления в больницу истица чувствовала острые боли внизу живота. Она неоднократно обращалась к медперсоналу с просьбами предпринять соответствующие меры, однако они лишь выдавали ей обезболивающие препараты, ссылаясь на то, что все будет хорошо. Но ее боли только усиливались, после чего истица стала настаивать на срочном проведении кесарева сечения.
Истица чувствовала, как у нее начались схватки, именно ими была вызвана острая боль внизу живота.
Истица обратилась с жалобой в Минздрав РД в т. Махачкала, указав детально последствия произошедшего события, и пояснила, что причиной тому является непрофессиональный подход в оказании медицинской помощи врачами ЦГБ <адрес>.
Согласно письму Минздрава РД от ДД.ММ.ГГГГ обращение истицы было рассмотрено, и на основании изложенных в нем фактов была проведена служебная комиссионная проверка.
В ходе проверки было проверено качество медицинской помощи, оказанной в ЦГБ Кизляр и был установлен ряд дефектов оказания медицинской помощи, как на амбулаторном, так и на стационарном этапах; не в полном объеме соблюдены стандарты оказания медицинской помощи, имела место недооценка тяжести состояния.
В конечном итоге, как сообщается в письме, все замечания комиссии были направлены в адрес главных врачей ГБУ РД «Кизлярская ЦГБ» для обсуждения в коллективе и принятия мер реагирования, а также в следственные органы.
Минздрав направил в следственный отдел акт служебной проверки качества оказания медицинской помощи. В этом акте были указаны конкретные нарушения:
1. беременной относящейся к группе высокого материнского и перинатального риска не обеспечена соответствующая прегравидарная преконцепционная подготовка;
2. не проведена необходимая работа по планированию беременности;
3. во время беременности также не обеспечено качественное, динамическое обследование и лечение. Не проведена коррекция анемии, допущено развитие отеков;
4. беременная с ОАА и ожирением нуждалась в дополнительном прицельном обследовании для выявления врожденных генетических форм тромбофилии, антифосфолипидного синдрома, скрытой формы диабета;
5. по листу маршрутизации беременной показана была госпитализация в стационар 3 уровня
6. в стационаре медицинская документация оформлена некорректно, допущены неточности, разноречивые данные;
7. не обеспечено должное, качественное наблюдение за состоянием матери и плода;
8. не расценено адекватно состояние беременной 21.06.18г. Своевременно не диагностированы начальные признаки развывшегося в последующем осложнения;
9. Операция кесарево сечение произведено с некоторым опозданием.
Из приведенных в акте на те нарушений ниже следует вывод: смерть плода относится к условно предотвратимой.
ЦГБ <адрес> не предприняли все необходимые и возможные мер, в том числе предусмотренные стандартами оказания медицинской помощи, для своевременного и квалифицированного помощи по указанным истицей жалобам и в целях установления правильного диагноза, правильной организации обследование истицы и ее лечением в вышеуказанных организациях.
Так согласно заключению эксперта за № от ДД.ММ.ГГГГ ГБУ «РБСМЭ» имело место недооценка состояния матери и плода, течения беременности ФИО2, не соблюдение стандартов и клинических протоколов оказания медицинской помощи. Медицинская помощь не была оказана своевременно в соответствии с клиническими проявлениями, стандартами оказания медицинской помощи и с учетом тяжести состояния беременной относящей к группе высокого материнского и перинатального риска.
Заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чём основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном решении»).
По данному делу юридически значимыми и подлежащими установлению с учётом правового обоснования ФИО10 заявленных исковых требований положениями Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», статей 151, 1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации и иных норм права, подлежащих применению к спорным отношениям, являлось выяснение обстоятельств, касающихся того, повлияли ли выявленные дефекты оказания ответчиком медицинской помощи на правильность постановки его диагноза.
Судом установлено, что в результате проведенных ответчиком ГБУ РД «Кизлярская центральная городская больница» мероприятий, истице ФИО2 нанесен серьезный вред здоровью, выразившийся в перинатальной смерти плода.
Кроме того, в судебном заседании были допрошены судебно-медицинские эксперты ФИО11 и ФИО12, которые также подтвердили установленный в их заключении (заключение за № от ДД.ММ.ГГГГ) факт ненадлежащего и не своевременного оказания медицинской помощи врачами ГБУ РД «РКБ» оказанной ФИО2, возможно повлекшее в результате перинатальную смерть ее ребенка.
Следовательно, в действиях «ГБУ РД «Кизлярская центральная городская больница» были явно выявлены дефекты оказания медицинской помощи и развитию неблагоприятных для жизни плода последствий. Почти никаких мероприятия не проводились работниками данной организации по сохранению жизни плода в угрожающей жизни ситуации.
Таким образом, суд приходит к выводу, что в случае оказания «ГБУ РД «Кизлярская центральная городская больница» качественной и своевременной медицинской помощи в соответствии со стандартами оказания медицинской помощи, в частности проведения необходимых обследований пациента – ФИО2, своевременной качественной оказании ей медицинской помощи, проведения операции, был бы правильно и своевременно установлен диагноз, выбрана соответствующая этому диагнозу и состоянию здоровья истицы надлежащая тактика лечения, и, следовательно, была бы оказана надлежащая медицинская помощь и неблагоприятного исхода – смерти ребенка можно было бы избежать.
Истицей ФИО2 также заявлены требования к родильному дому № ГБУ РД «РКБ» о возмещении морального вреда.
Частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (части 1 и 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применён по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном решении» разъяснено, что заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Как следует из имеющейся в материалах дела судебной комиссионной медицинской экспертизы ГБУ «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» за №-Д от ДД.ММ.ГГГГ, проводимой на основании постановления старшего следователя СО по <адрес> СУ СК РФ по РД ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ случай перинатальной смертности относится к предотвратимым.
Однако, в категоричной форме не представилось ответить так как ссылка истца на заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы за №-ГД от ДД.ММ.ГГГГ в которой указано, что случай перинатальной смертности относится к предотвратимым не свидетельствует о безусловной вине ответчика ГБУ РД «РКБ», поскольку из указанного заключения также следует, что реанимационные мероприятия ребенку были оказаны в полном объеме.
Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Применительно к вышеуказанной норме закона стороной истца не представлено суду доказательств наличия вины ответчика ГБУ «РКБ» в причинении морального вреда ФИО2, медицинская помощь которой была оказана, как утверждала истец, ненадлежащим образом.
Таким образом в удовлетворении исковых требований ФИО2 к родильному дому № ГБУ РД «Республиканская клиническая больница» о компенсации морального вреда в размере 3 500 000 рублей следует отказать.
Суждение ответчика о том, что одним из условий наступления ответственности за причинение морального вреда является наличие прямой причинной связи между противоправным поведением ответчика и наступившим вредом повлекшей причинение ФИО2 моральных страданий, противоречит приведенному правовому регулированию спорных отношений, которым возможность взыскания компенсации морального вреда не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.
В данном случае юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания работниками ответчика медицинской помощи ФИО2. могли способствовать ухудшению состояния ее здоровья и привести к неблагоприятному для нее исходу.
При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом, дефекты в составлении лечебной документации, несвоевременное оказание медицинской помощи, не проведение операции кесарево сечение) причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
Учитывая требования разумности и соразмерности суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований истицы к ГБУ РД «Кизлярская Центральная городская больница» в части компенсации морального вреда, определив ко взысканию сумму в размере 1 000 000 0рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4 к ГБУ РД «Кизлярская Центральная городская больница» о компенсации морального вреда в размере 3 500 000 рублей следует отказать.
Руководствуясь ст.ст. 194- 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО4 к ГБУ РД «Кизлярская Центральная городская больница» о компенсации морального вреда в размере 3 500 000 рублей – удовлетворить частично.
Взыскать с ГБУ РД «Кизлярская Центральная городская больница» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в пользу ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт серии 82 19 №) компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион ) рублей.
В удовлетворении остальной части иска ФИО4 к ГБУ РД «Кизлярская Центральная городская больница» о компенсации морального вреда в размере 3 500 000 рублей – отказать.
В удовлетворении иска ФИО4 к родильному дому № ГБУ РД «Республиканская клиническая больница» о компенсации морального вреда в размере 3 500 000 рублей - отказать.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Дагестан в течение одного месяца со дня его вынесения в окончательной формулировке.
Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.
Председательствующий: судья М.А. Омарова