Дело № 2-1991/2025
УИД: 03RS0004-01-2024-006736-05
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
30 июля 2025 года г. Уфа
Ленинский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан в составе: председательствующего судьи Улемаева Р.Р.,
при секретаре судебного заседания Сунгатуллиной Г.Р., с участием представителя истца ФИО1- ФИО5, представителя ответчика ФИО2- ФИО8, представителей ответчика ФИО3 – ФИО7, ФИО6
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным соглашения об отступном от ДД.ММ.ГГГГ, применении последствий недействительности сделки,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3, в котором с учетом уточненного иска просила признать недействительным соглашение об отступном от ДД.ММ.ГГГГ, заключенное между ФИО2 и ФИО3 о передаче в собственность жилого помещения с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, <адрес>, общей площадью 44,1 кв.м. и применить последствия недействительности сделки.
Требования мотивированы тем, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (решением мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении брака) ФИО1 и ФИО2 состояли в зарегистрированном браке, в период которого приобретена квартира по адресу: <адрес>.
ДД.ММ.ГГГГ супруг истца без ее согласия произвел отчуждение указанной выше квартиры на основании соглашения об отступном ФИО3, подписав соглашение за нее.
Об указанной сделки истец не знала, узнала только 24 июля 2024 года (в суде апелляционной инстанции представитель пояснил о технической описке в годе и верной дате ДД.ММ.ГГГГ), продолжает пользоваться квартирой, оплачивает квартплату. Срок исковой давности для оспаривания сделки не пропущен.
Соглашение является недействительным в связи с отсутствием ее согласия, получение нотариально удостоверенного согласия на отчуждение совместно нажитого имущества она не давала.
В судебном заседании представитель истца ФИО1 – ФИО5 просил удовлетворить исковые требования.
В судебном заседании представители ответчика ФИО3 – ФИО6, ФИО7 просили применить срок исковой давности и отказать в удовлетворении искового заявления.
В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 – ФИО11 иск признал, просил удовлетворить исковые требования.
Представители ответчика ФИО3 - ФИО6, ФИО7, представитель истца ФИО1 – ФИО5, представитель ответчика ФИО2 – ФИО8 не возражали против рассмотрения дела в отсутствие своих доверителей, подтвердив их надлежащее извещение о времени и месте судебного разбирательства и отсутствия уважительных причин, препятствующих явке на судебное заседание.
ФИО3,ФИО1, третье лицо Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.
От ФИО2, находящегося в исправительной колонии, поступила расписка о надлежащем извещении времени и месте судебного разбирательства, с указанием об отсутствии желания участвовать в судебном заседании.
В связи с чем на основании ст. ст. 117, 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело в суде рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.
Суд, выслушав стороны, исследовав представленные в дело доказательства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, исходя из следующего.
С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (решением мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении брака) ФИО1 и ФИО2 состояли в зарегистрированном браке, в период которого приобретена квартира на имя ФИО2 по адресу: <адрес> (договор № от ДД.ММ.ГГГГ, акт передачи жилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ, запись в ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ)
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО1 заключен договор займа, обеспеченного залогом недвижимого имущества, в том числе, квартира, расположенная по адресу: <адрес>, согласно которому ФИО3 передала ФИО1 взаем денежные средства в размере 8500000 руб., а ответчик ФИО2 обязательства возвратить истцу сумму займа в срок до ДД.ММ.ГГГГ
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО1 заключен договор залога (ипотеки) недвижимости, в том числе квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, в обеспечение обязательств ответчика по договору займа, обеспеченного залогом недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 дано нотариально удостоверенное согласие супругу ФИО2 на заключение договора займа и передачи в залог, в том числе вышеуказанной квартиры.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 и ФИО3 обратились в Управление Россреестра по <адрес> за регистрацией в ЕГРН на квартиру: <адрес>, по договору залога от ДД.ММ.ГГГГ
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3 заключено соглашение об отступном, которое впоследствии было зарегистрировано за ФИО3
ДД.ММ.ГГГГ истица обратилась в регистрирующий орган с заявлением, в котором она просила не производить сделки в отношении спорной квартиры по адресу: <адрес> из-за действий ФИО3 по переоформлению по незаконным, по мнению истца, сделкам в отношении совместно нажитого имущества истца и ответчика ФИО2
В соответствии с положениями ст.166 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Согласно статье 4 Семейного кодекса Российской Федерации к названным в статье 2 данного Кодекса имущественным и личным неимущественным отношениям между членами семьи, не урегулированным семейным законодательством (статья 3 данного Кодекса), применяется гражданское законодательство постольку, поскольку это не противоречит существу семейных отношений.
Статьей 253 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (пункт 2); каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (пункт 3); правила данной статьи применяются постольку, поскольку для отдельных видов совместной собственности данным Кодексом или другими законами не установлено иное (пункт 4).
В силу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.
Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (пункт 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации).
Согласно п. 3 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации, в редакции закона, действовавшего на момент заключения соглашения от ДД.ММ.ГГГГ, для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.
Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.
В соответствии с п. I ст. 183 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку.
Согласно пункту 2 этой же статьи последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.
Таким образом, отсутствие воли одной из сторон на заключение сделки, не является основанием для признания такой сделки недействительной. Такая сделка может быть признана незаключенной либо заключенной в зависимости от последующих действий, поименованных в сделке сторон (п. 2 ст. 183 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункта 123 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» установление факта заключения сделки представителем без полномочий или с превышением таковых служит основанием для отказа в иске, вытекающем из этой сделки, к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку (пункты 1 и 2 статьи 183 ГК РФ).
Под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься: письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.Независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или иного лица, уполномоченного заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение.
Согласно пункту 35 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» в ситуации, когда предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, в том числе к лицу, приобретшему имущество у лица, которое не имело права его отчуждать, следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Исходя из смысла данных законоположений суду следует установить факт выбытия имущества из владения собственника или из владения лица которому оно было передано собственником во владение, по воле или помимо их воли, возмездность (безвозмездность) приобретения имущества, то, знал ли приобретатель или не знал и не должен был знать о том, что имущество приобретено у лица, не имевшего права на его отчуждение.
В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
Исходя из приведенной выше нормы права и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации добросовестность приобретателя резюмируется.
Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества (пункт 38 постановления № 10/22).
В пункте 9 постановления от 23 июня 2015 г. № 25 разъяснено, что статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав. Иные способы защиты гражданских прав могут быть установлены законом.
Из содержания указанных норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что суд сам определяет, какие нормы материального права подлежат применению при разрешении спора; в случае приобретения имущества не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права его отчуждать, должны применяться положения статей 301 и 302 названного выше Кодекса, для которых юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию, являются факт выбытия имущества из владения собственника по его воле либо помимо его воли, а также то, являлось ли приобретение возмездным и добросовестным.
В Постановлении от 21 апреля 2003 года № 6-П по делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации Конституционный Суд Российской Федерации указал, что права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного упомянутыми нормами. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные статьей 302 ГК Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя. Данная правовая позиция Конституционным судом поддержана в последующих судебных актах, в частности в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 июля 2021 года № 35-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО4, в котором он указал, что приведенная правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации сохраняет свою силу и не может быть преодолена при истолковании и применении положений статьи 302 ГК Российской Федерации в процессе рассмотрения и разрешения конкретных дел.
Данная правовая позиция в полной мере распространяются на защиту права собственности на жилое помещение супругом – участником совместной собственности, который оспорил сделку по распоряжению общим имуществом в связи с тем, что она была совершена другим супругом без его согласия.
Кроме того, из толкования п. 3 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации следует, что течение годичного срока исковой давности начинается не только в момент, когда лицо достоверно узнало о нарушении своих прав, но и в момент, когда такое лицо должно было узнать о таких обстоятельствах, что в данном случае должно быть оценено в совокупности с принципами разумности и добросовестности действий участников спорных правоотношений.
Каких-либо иных оснований для признания соглашения недействительным, которые не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, стороной истца не заявлено. В связи с чем, исковые требования истицы ФИО1 о недействительности соглашения об отступном являются необоснованными.
Также суд считает, что необходимо удовлетворить ходатайство о применении срока исковой давности, поскольку к искам о признании сделок недействительным в связи с отсутствием волеизъявления собственника на отчуждение принадлежавшего ему имущества в связи с не подписанием сделок, к искам об истребовании недвижимого имущества из чужого незаконного владения применяется общий срок исковой давности, предусмотренный ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, составляющий три года, а в отношении сделок по отчуждению совместно нажитого имущества супругов без согласия на это другого супруга, то есть по мотиву оспоримости сделки, срок исковой давности составляет один год.
В указанных случаях срок исковой давности начинает течь в порядке установленном статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации со дня, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Как разъяснено в пункте 57 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22, течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРН.
Вместе с тем, поскольку сама по себе запись в ЕГРН о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в ЕГРН лицо знало или должно было знать о нарушении права, постольку, момент начала течения срока исковой давности по заявленным требованиям может определяться исходя из обстоятельств конкретного дела.
Из представленных в дело доказательств следует, что ФИО1 была осведомлена о соглашении от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается обращением истца в регистрирующий орган с заявлением от ДД.ММ.ГГГГ, в котором она просила не производить сделки в отношении спорной квартиры из-за действий ФИО3 по переоформлению по незаконным, по мнению истца, сделкам в отношении совместно нажитого имущества истца и ответчика ФИО2
Соответственно, ФИО1 достоверно могло стать известно о соглашении путем обращения в регистрирующий орган с заявлением об ознакомлении с материалами реестрового дела в отношении принадлежавшей ей квартире в указанное время и стало известно о совершенном соглашении об отступном в указанный период времени путем подачи заявления в регистрирующий орган о запрете регистрационных действий, в том числе по спорной квартире.
Однако, с настоящим иском ФИО1 обратилась только в сентябре 2024 года, то есть с пропуском вышеуказанных сроков исковой давности по основаниям указываемым ею в иске, что в силу положений п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований ФИО1
Каких-либо доказательств наличия уважительных причин пропуска срока исковой давности ФИО1 не представлено. Доводы ФИО1 о том, что ее владение и пользование спорной квартирой не прекращено по настоящее время, что подтверждается оплатой квартплаты, ремонтом квартиры, а также проживанием ею суд воспринимает как способ защиты истца.
Судом установлено, что в отношении спорной квартиры осуществлен переход права собственности к ФИО3, которой представлены доказательства об оформлении права собственности.
Кроме того, суд отмечает, что согласно ч.2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
Апелляционным определением Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Ленинского районного суда <адрес> Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным соглашения об отступном от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 и ФИО3 о передаче в собственность жилого помещения по адресу: <адрес>, установлено, что истец проживает по адресам: <адрес>27, и <адрес>, о чем истицей указано в процессуальных документах. Тот же адрес проживания истицей указан в рассматриваемом исковом заявлении и в уточненном исковом заявлении в Ленинский районный суд г.Уфы. Поэтому к утверждению истца о проживании ФИО1 по адресу <адрес>, суд относится критически и считает выбором истца как способа защиты.
На основании изложенного и руководствуясь ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным соглашения об отступном от ДД.ММ.ГГГГ, применении последствий недействительности сделки, отказать.
Решение суда может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Уфа Республики Башкортостан.
Судья Р.Р. Улемаев
Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 12.08.2025