Судья Кургуз Ю.Ю. Дело № 22-418/2023
Докладчик УСК: судья Свинтицкая Г.Я.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
02 августа 2023 года г. Новосибирск
Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе:
председательствующего судьи Свинтицкой Г.Я.,
судей Плотниковой Е.А., Голубинской Е.А.,
при секретаре Ефремовой Н.Н.,
с участием:
прокурора прокуратуры Новосибирской области Маховой Е.В.,
адвокатов Лариной Е.Е., Ширшова К.А.,
потерпевшей <данные изъяты>
рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным жалобам потерпевшей <данные изъяты> адвоката Лариной Е.Е. в защиту интересов потерпевшей <данные изъяты> адвокатов Ширшова К.А., Коломбет Н.П. в защиту интересов осужденного ФИО1, апелляционному представлению государственного обвинителя Гончарова Е.Н. на приговор Советского районного суда г.Новосибирска от 12 сентября 2022 года, которым
ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в селе <адрес>, ранее не судимый,
осужден по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года, с установлением обязанностей: после вступления приговора в законную силу незамедлительно встать на учет в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного по месту жительства, не менять постоянное место жительства без предварительного уведомления данного органа, периодически, не реже одного раза в месяц,
по делу также разрешен вопрос о мере пресечения,
установил а:
по приговору суда ФИО1 признан виновным и осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.
Преступление совершено им ДД.ММ.ГГГГ в Советском районе г.Новосибирска в период времени и при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре, постановленном в общем порядке уголовного судопроизводства.
В апелляционной жалобе потерпевшая <данные изъяты> просит приговор суда в отношении ФИО1 изменить как незаконный и чрезмерно мягкий, признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, назначив наказание в виде 5 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима и взяв его под стражу в зале суда. Также потерпевшая просит вынести постановление по ч. 5 ст. 313 УПК РФ.
По доводам жалобы потерпевшей выводы суда о переквалификации действий ФИО1 с п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 111 УК РФ необоснованно связаны с тем, что предъявленным органом следствия обвинением не конкретизирован способ применения предмета, используемого в качестве оружия. Вместе с тем суд не учел ее показания о наличии у ФИО1 ключей в момент нанесения ей телесных повреждений, что подтверждается показаниями свидетеля Свидетель №2 и заключением эксперта №-ПК от ДД.ММ.ГГГГ.
Суд не учел, что ФИО1 так и не принес ей извинений, не поинтересовался состоянием ее здоровья, ходом лечения, о случившемся не сожалел, вел себя с ней резко и агрессивно, пытался избежать уголовной ответственности.
Суд не учел, что заявления с сожалением о случившемся направлены им в адрес суда, а не в ее адрес, почтовый перевод денежных средств на возмещение ущерба направлен осужденным перед прениями и в незначительной сумме, а ее лечение может растянуться на долгие годы и перелом может быть не восстановлен.
Таким образом, по мнению потерпевшей, в отношении ФИО1 должно быть назначено наказание только в виде реального лишения свободы.
В апелляционной жалобе представитель потерпевшей – адвокат Ларина Е.Е. также просит приговор суда в отношении ФИО1 изменить как незаконный и чрезмерно мягкий, признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, назначив наказание в виде 5 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима и взяв его под стражу в зале суда, и применить положения ч. 5 ст. 313 УПК РФ.
По доводам жалобы адвоката действия ФИО1 верно квалифицированы органами следствия по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, в связи с чем переквалификация его действий на ч. 1 ст. 111 УК РФ послужила основанием для назначения чрезмерно мягкого наказания, которое не позволит достичь целей наказания и не защитит права и интересы потерпевшей.
Суд не учел, что осужденный знал о том, что потерпевшая является инвалидом, и любая травма, в том числе причиненная металлическим предметом, является для нее опасной.
Не учел суд и пояснений осужденного о том, что он физически развит, спортсмен, играет в волейбол, то есть имеет «поставленный» удар.
Приведенные обстоятельства, по мнению адвоката, свидетельствуют о том, что ФИО1 необходимо назначить наказание лишь в виде реального лишения свободы.
Кроме того, адвокат указывает и на то, что суд необоснованно не разрешил ходатайство о предоставлении потерпевшей предусмотренной законом информации об осужденном.
В апелляционной жалобе адвокат Ширшов К.А. просит приговор суда изменить как незаконный, необоснованный, переквалифицировать действия осужденного на ст. 118 УК РФ, прекратив уголовное преследование в связи с истечением сроков давности, и при этом учесть, что ФИО1 положительно характеризуется, принял меры к возмещению вреда, раскаялся в содеянном, имеет устойчивые социальные связи, троих детей на иждивении, ранее к уголовной ответственности не привлекался, и смягчить ему наказание.
По доводам жалобы адвоката выводы суда о виновности ФИО1 основаны на противоречащих показаниях потерпевшей <данные изъяты> свидетеля <данные изъяты>, а также свидетеля <данные изъяты> которая не является прямым очевидцем произошедшего конфликта.
Суд не учел, что потерпевшая связывает получение перелома позвоночника и тяжкого вреда здоровью именно с последним рывком, однако ее показания и показания свидетелей не указывают на направление рывка и направление движения головы после него.
При этом судом не учтены показания потерпевшей о том, что рывком ФИО1 воздействовал на плечо и запястье, и из этих показаний следует, что такое воздействие вызывает движение всего туловища в определенное направление рывка, соответственно, формированное сгибание шейного отдела происходит совместно с движением туловища, что противоречит выводам экспертов о механизме получения травмы (относительном неподвижном состоянии туловища).
При этом суд не учел, что потерпевшая при неоднократных допросах не указывала на какое-либо воздействие в область шеи, а на прямые вопросы об этом отвечала отрицательно. Допрошенная в суде эксперт <данные изъяты> пояснила, что травматическое воздействие в любой области не всегда влечет за собой наличие видимых телесных повреждений, однако сама потерпевшая отрицает нанесение ей травмирующего воздействия в область головы и шейного отдела, что подтверждается совокупностью первичных медицинских документов об отсутствии видимых повреждений в указанных областях.
По мнению адвоката, выводы суда об умышленности действий ФИО1 также нельзя признать обоснованными, поскольку изначально конфликт спровоцирован противоправными действиями <данные изъяты> которая преградила ФИО1 путь к его несовершеннолетнему сыну и пыталась осуществлять видеосъемку на свой телефон, в связи с чем действия ФИО1 были продиктованы не желанием причинить потерпевшей физическую боль и страдание, а желанием прекратить видеосъемку.
Кроме того, суд не учел пояснения ФИО1 о том, что ему не было известно о заболеваниях потерпевшей и ее инвалидности, по внешнему виду это незаметно, а заключением эксперта достоверно не установлено, что плохое самочувствие потерпевшей, перелом шейного отдела позвоночника являлись следствием именно данных событий.
В апелляционной жалобе адвокат Коломбет Н.П. просит приговор суда изменить, переквалифицировать действия ФИО1 на ст. 118 УК РФ, прекратив в отношении него уголовное преследование в связи с истечением сроков давности.
По доводам жалобы адвоката выводы суда об умышленном характере действий ФИО1 необоснованы, поскольку дергая <данные изъяты> за запястье левой руки, он не мог предвидеть, что у нее наступит компрессионный перелом шейного отдела позвоночника, т.е. в других областях тела. Данное обстоятельство подтверждается и тем, что в заключении эксперта указано на отсутствие наружных повреждений в области головы потерпевшей и на образование сотрясения головного мозга вследствие внезапного поступательного смещения головы относительно туловища, при этом в перечень указанных экспертом мест приложения травмирующей силы и направлений их воздействия область пятого шейного позвонка и головы не входит.
В апелляционном представлении государственный обвинитель Гончаров Е.Н., не оспаривая выводы суда о квалификации действий ФИО1 и доказанности его вины, просит изменить приговор суда вследствие его чрезмерной мягкости и несправедливости.
По доводам представления в приговоре не приведено достаточных выводов о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания в виде лишения свободы, при этом судом оставлены без внимания данные о его личности и обстоятельствах преступления.
Так, суд не учел показания ФИО1 о том, что <данные изъяты> еще до событий ДД.ММ.ГГГГ проведена экспериментальная операция по установке металлического позвонка, она является инвалидом, и ему было известно об этом, но несмотря на это он применил в отношении нее опасное для ее жизни насилие, что повлекло тяжкие последствия для ее здоровья, в связи с чем она вынуждена по настоящее время проходить лечение, вину в предъявленном обвинении ФИО1 не признал.
Также суд необоснованно признал смягчающим обстоятельством противоправность поведения потерпевшей, сославшись на то, что она первой нанесла не менее десяти ударов руками и ногами по рукам и телу ФИО1 и удар в область паха, однако не указал в приговоре, на основании каких доказательств и материалов дела пришел к таким выводам, оценки тому, что за причинение ФИО1 телесных повреждений <данные изъяты> осуждена по ч. 1 ст. 115 УК РФ, судом не дана.
Не принял суд во внимание показания потерпевшей и о том, что в начале конфликта именно ФИО1 начал вести себя агрессивно, стал угрожать ей причинением телесных повреждений, после чего достал ключи и нанес ей удар. Кроме того, потерпевшая и ряд свидетелей подтверждают предыдущее агрессивное поведение ФИО1 в отношении бывшей жены и ребенка, которые опасались его нападения.
Проверив материалы дела, заслушав объяснения осужденного ФИО1, адвоката Ширшова К.А., поддержавших доводы жалоб, объяснения потерпевшей <данные изъяты> адвоката Лариной Е.Е., просивших, мнение прокурора Маховой Е.В., полагавшей необходимым приговор суда изменить, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Как следует из материалов дела, ФИО1 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, то есть в том, что своими действиями причинил потерпевшей <данные изъяты> телесные повреждения, в том числе тяжкий вред здоровью - компрессионный перелом 5-го шейного позвонка, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.
Рассмотрев уголовное дело по существу, суд пришел к выводам о том, что квалифицирующий признак умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, совершенного «с применением предмета, используемого в качестве оружия», не нашел своего подтверждения и переквалифицировал действия осужденного с п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 111 УК РФ.
Как видно из материалов дела, суд пришел к выводам о доказанности вины ФИО1 в том, что ДД.ММ.ГГГГ, находясь во дворе <адрес>, куда он приехал на встречу со своим малолетним сыном от первого брака, и увидев, что потерпевшая <данные изъяты>. производит видеозапись на телефон, «ударил ее по правой руке, в которой она держала свой сотовый телефон, отчего последняя испытала сильную физическую боль», затем «находясь лицом к <данные изъяты> схватил <данные изъяты>. за запястье ее левой руки и умышленно, с силой, рывком дернул <данные изъяты> на себя, отчего она моментально испытала головокружение и сильную физическую боль в шейном отделе позвоночника», затем «правой рукой схватил за правую кисть руки <данные изъяты>, при этом с силой сжал и умышленно вывернул правую руку последней наружу, отчего последняя испытала сильную физическую боль», после этого осужденный «умышленно нанес потерпевшей своей правой рукой, сжатой в кулак, не менее четырех ударов в область живота и грудной клетки, один удар ногой, обутой в ботинок, в область левого бедра, отчего последняя испытала сильную физическую боль», причинив своими действиями <данные изъяты>
- «компрессионный перелом 5-го шейного позвонка, который оценивается как тяжкий вред здоровью, по признаку вреда здоровью, опасного для жизни человека»,
- «черепно-мозговую травму в виде сотрясения головного мозга по признаку кратковременного расстройства здоровья, которая оценивается как легкий вред здоровью, так как повлекла за собой временное нарушение функции головного мозга, продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы»,
- «кровоподтеки в проекции мечевидного отростка, на левом бедре, правой кисти в проекции 5-го пястно-фалангового сустава, левом предплечье, правом плече, ссадины на внутренней поверхности в проекции основной фаланги 5-го пальца правой кисти и в проекции грудины, кровоподтеки и ссадину на передней поверхности грудной клетки слева, которые согласно п.9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека расцениваются как не причинившие вред здоровью человека, так как не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности».
В обоснование выводов о виновности ФИО1 суд привел в приговоре:
- показания потерпевшей <данные изъяты> о том, что в указанный день она по просьбе бывшей жены осужденного находилась во дворе <адрес>, куда приехал ФИО1 на встречу со своим малолетним сыном, увидев ее и <данные изъяты> он стал выражаться нецензурной бранью, высказывать оскорбления, поэтому она попыталась заснять его агрессивное поведение на видеокамеру, и в ответ на это он сначала ударил ее по правой руке, затем схватил за запястье ее правой руки, отчего она испытала сильную физическую боль, рывком дернул ее в свою сторону, правой рукой схватил ее за левое предплечье, при этом левой рукой продолжал удерживать ее за запястье, затем перехватил своей рукой за ее правое плечо и резким движением, а именно рывком, дернул ее в свою сторону, отчего она моментально испытала головокружение и сильную физическую боль в шейном отделе позвоночника, кроме того, он повредил ей мизинец правой руки, нанес ей не менее трех ударов в область грудной клетки и живота, отчего она испытала сильную физическую боль, правой ногой, обутой в ботинок, нанес один удар в область левого бедра,
- заключения судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, повторной комплексной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, и заключение комплексной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, из выводов которых следует, что у <данные изъяты> имелись закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга, кровоподтек на левом бедре, кровоподтек в проекции мечевидного отростка, кровоподтеки на тыльной поверхности правой кисти, кровоподтек на левом предплечье, кровоподтек на правом плече, кровоподтек и ссадина на передней поверхности грудной клетки слева, ссадина в проекции средней трети тела грудины, ссадина в проекции основной фаланги 5-го пальца правой кисти, и компрессионный перелом тела 5-го шейного позвонка, который образовался ДД.ММ.ГГГГ при форсированном сгибании шейного отдела позвоночника, превышающем физиологические возможности подвижности этого сегмента позвоночного столба при сохранении инерции покоя головы и относительно неподвижном положении туловища, и который оценивается как тяжкий вред здоровью по признаку вреда здоровью, опасного для жизни человека, так как перелом тела шейного позвонка по своему характеру непосредственно создаст угрозу для жизни,
- показания самого осужденного ФИО1, не отрицавшего тот факт, что в этот день он действительно приезжал в указанное место на встречу со своим сыном, и у него произошел конфликт с потерпевшей, которая нанесла ему удары по телу, а он – ей, а также фактически не отрицавшего, что последствия в виде тяжкого вреда здоровью могли наступить от его действий, но он не имел умысла причинять ей этот вред, поскольку хотел лишь выбить телефон из ее рук,
- показания свидетеля <данные изъяты> о том, что она просила потерпевшую и мать – <данные изъяты> поприсутствовать при встрече осужденного с сыном ДД.ММ.ГГГГ, а затем с их слов узнала, что ФИО1 нанес <данные изъяты> удары по телу,
- показания свидетеля <данные изъяты> о том, что осужденному не понравилось, что <данные изъяты> записывает на камеру его поведение, поэтому он «своей правой рукой схватил <данные изъяты> за запястье ее левой руки, после чего рывком дернул <данные изъяты> в сторону»…. «схватил <данные изъяты> за предплечье, продолжая удерживать ее за запястье руки, произвел резкое движение – рывок»….., затем нанес ей не менее 2-3-х ударов в живот и грудную клетку.
Оценив в совокупности показания потерпевшей, свидетелей и письменные доказательства, приведенные в приговоре, суд пришел к обоснованному выводу о том, что своими действиями осужденный ФИО1 причинил <данные изъяты> вышеуказанные повреждения, в том числе и действия, которые привели к образованию компрессионного перелома 5-го шейного позвонка, который оценивается как тяжкий вред здоровью, по признаку вреда здоровью, опасного для жизни человека.
К таким выводам суд пришел в результате рассмотрении дела по существу, при котором обеспечил равенство прав сторон, сохраняя объективность и беспристрастие, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.
Полно и подробно приведены судом в приговоре и доказательства виновности осужденного в причинении потерпевшей <данные изъяты> указанных повреждений.
Оценивая приведенные в приговоре доказательства в совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о том, что они достоверны, допустимы и относимы, а также о том, что показания потерпевшей и свидетелей в части причинения <данные изъяты> телесных повреждений, последовательны, подробны и объективно подтверждаются письменными доказательствами, а письменные доказательства получены в соответствии с требованиями закона.
Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что виновность осужденного в причинении потерпевшей телесных повреждений, в том числе и компрессионного перелома 5-го шейного позвонка, установлена совокупностью доказательств, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших надлежащую оценку суда в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ и признанных не только относимыми, достоверными и допустимыми, но и в совокупности - достаточными для постановления обвинительного приговора.
Между тем, правильно установив фактические обстоятельства дела, при которых осужденный нанес потерпевшей телесные повреждения, суд пришел к неверным выводам о квалификации действий ФИО1 по ч. 1 ст. 111 УК РФ, которые противоречат как установленным обстоятельствам, так и требованиям закона.
В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.
По смыслу ст. 111 УК РФ субъективная сторона данного преступления характеризуется умышленной виной в виде прямого или косвенного умысла. Лицо осознает, что совершает деяние, опасное для здоровья другого человека, предвидит возможность или неизбежность причинения тяжкого вреда его здоровью и желает либо сознательно допускает причинение такого вреда или безразлично относится к факту его причинения.
В приговоре суд указал, что субъективная сторона содеянного ФИО1 характеризуется умышленной формой вины, и описывая преступное деяние, сослался на то, что у осужденного «возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью <данные изъяты> опасного для жизни человека», и во исполнение этого умысла он «действуя с прямым умыслом, целенаправленно, применяя насилие, опасное для жизни потерпевшего, осознавая противоправный характер своих действий и предвидя наступление общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей и желая этого, находясь лицом к <данные изъяты>, схватил <данные изъяты> за запястье ее левой руки и умышленно, с силой, рывком дернул <данные изъяты> на себя, отчего она моментально испытала головокружение и сильную физическую боль в шейном отделе позвоночника».
Между тем, принимая решение о направленности умысла осужденного, суд первой инстанции должен был исходить из совокупности всех обстоятельств совершенного преступления, учитывать мотивы, причины, способ преступления, поведение потерпевшей, количество, характер и локализацию телесных повреждений.
Из показаний осужденного следует, что он не имел умысла на причинение потерпевшей тяжкого вреда здоровью, и свои действия совершил лишь потому, что потерпевшая первой нанесла ему несколько ударов и стала записывать обстоятельства на телефон, а он хотел пресечь ее действия.
Доводы осужденного в этой части не опровергнуты приведенными в приговоре доказательствами, поскольку ни потерпевшая, ни свидетель <данные изъяты> не указали на какие-либо обстоятельства, свидетельствующие о наличии прямого умысла осужденного на причинение <данные изъяты> тяжкого вреда здоровью.
Об отсутствии прямого или косвенного умысла свидетельствует и поведение осужденного, который непосредственно после конфликта обратился в отделение полиции, указывая на то, что потерпевшим является он, а не <данные изъяты>
Не опровергаются доводы осужденного об отсутствии у него такого умысла на причинение указанного вреда потерпевшей и приведенными в приговоре заключениями судебно-медицинских экспертиз потерпевшей, указавших не только на степень тяжести, характер и локализацию обнаруженных у нее повреждений, но и на то, что шея потерпевшей не являлась местом приложения травмирующей силы. При этом эксперты указали, что «компрессионный перелом 5-го шейного позвонка образовался при форсированном сгибании шейного отдела позвоночника, превышающем возможности подвижности этого сигмента позвоночного столба при сохранении инерции покоя головы и относительно неподвижном положении туловища».
Кроме того, из установленных судом данных о личности осужденного следует, что медицинского образования он не имеет. Сведений о том, что он обладает знаниями о физиологических возможностях подвижности сигментов позвоночника, в материалах дела не имеется.
Таким образом, судебная коллегия полагает, что установленные судом фактические обстоятельства, согласно которым ФИО1 на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, находясь лицом к <данные изъяты>, схватил ее за запястье левой руки и умышленно, с силой, рывком дернул ее на себя, причинив, таким образом, своими действиями потерпевшей тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, не свидетельствуют о наличии у осужденного прямого либо косвенного умысла на причинение потерпевшей тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, а указывают на то, что совершая эти действия, осужденный не предвидел, что от этих действий потерпевшая может получить тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, хотя проявил неосторожность, поскольку при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия - причинение тяжкого вреда здоровью.
При таких обстоятельствах выводы суда о наличии у осужденного прямого умысла на причинение потерпевшей тяжкого вреда здоровью не нашли своего подтверждения и являются лишь предположением.
При изложенных обстоятельствах действия осужденного ФИО1 следует переквалифицировать с ч. 1 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 118 УК РФ, поскольку он причинил потерпевшей <данные изъяты> тяжкий вред здоровью по неосторожности.
Оснований для отмены приговора в связи с неверной квалификацией действий осужденной не имеется, поскольку допущенные судом первой инстанции нарушения в данной части устранимы путем изменения приговора суда.
Доводы жалоб потерпевшей и адвоката о том, что осужденный физически развит, занимается спортом, у него «поставленный удар», он знал об инвалидности потерпевшей, поэтому умышленно рывком дернул <данные изъяты> на себя и тем самым причинил ей указанный вред здоровью, являются необоснованными.
Как установлено судом из показаний потерпевшей и осужденного, во время конфликта они наносили удары друг другу руками и ногами по различным частям тела, однако никто из них не указал на то, что осужденный применял при этом какие-либо приемы, используемые в каких-либо видах спорта, либо на то, что он наносил удары в область шеи потерпевшей.
Не указала на такие обстоятельства и <данные изъяты> которая была непосредственным свидетелем этих событий.
Как установлено судом из показаний потерпевшей, о том, что в результате действий осужденного у нее образовался компрессионный перелом 5-го шейного позвонка, ей стало известно лишь спустя несколько месяцев в результате проведенной судебно-медицинской экспертизы, а из показаний осужденного – ему стало об этом известно еще позже – из материалов дела.
Нельзя признать обоснованными доводы жалоб потерпевшей и адвоката о том, что коррекция позвоночника грудного отдела, которую <данные изъяты> перенесла в детстве, повлияла на формирование компрессионного перелома 5-го шейного позвонка, а также доводы апелляционного представления о том, что осужденный знал об инвалидности потерпевшей, но нанес ей удары и дернул ее рывком на себя, что также свидетельствует о наличии у него прямого умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей.
Из материалов дела следует, что в 1997 году потерпевшей <данные изъяты> была проведена коррегирующая операция с установкой дистрактора на грудной отдел.
Между тем, как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, указанная коррекция сколиотической дуги с установкой потерпевшей дистрактора с фиксацией его на 6-ом грудном – 3-ем поясничном позвонках на грудной отдел влияния на формирование компрессионного перелома 5-го шейного позвонка при совершении описанных судом действий осужденного не оказала, так как указанный перелом сформировался в результате травматических изменений в шейном, а не в грудном или поясничном отделах позвоночника (л.д. 209 том 5).
Оснований сомневаться в объективности выводов экспертов у судебной коллегии не имеется, поскольку заключение составлено экспертами, обладающими специальными познаниями в области судебной медицины, с учетом материалов дела и медицинских документов потерпевшей, при этом эксперты ответили на поставленный вопрос полно и понятно, выводы не носят двузначного характера и мотивированы.
Приведенные обстоятельства свидетельствуют о несостоятельности доводов жалобы потерпевшей и защиты.
Необоснованными являются доводы жалоб и о том, что осужденный совершил преступление с применением предмета, используемого в качестве оружия.
Как установлено судом из показаний осужденного ФИО1 во время конфликта он не использовал никаких предметов и не наносил никакими предметами ударов потерпевшей.
Оценив доводы осужденного в этой части, суд пришел к выводам о том, что они не опровергаются материалами дела.
Вопреки доводам жалобы потерпевшей, суд привел в приговоре ее показания в указанной части и дал им оценку в совокупности с другими доказательствами, обоснованно признав предположительными.
Кроме того, судом установлено, что органами следствия действия осужденного, связанные с применением предмета, используемого в качестве оружия, не конкретизированы.
Учитывая приведенные обстоятельства, суд пришел к обоснованным выводам о том, что совершая преступление, осужденный не использовал никаких предметов в качестве оружия.
Таким образом, оснований для иной квалификации действий осужденного, в том числе по ч. 1 ст. 111 УК РФ и по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, на что ссылаются в апелляционных жалобах и представлении потерпевшая, защита и обвинение, у судебной коллегии не имеется.
Разрешая вопрос о назначении наказания осужденному ФИО1 по ч. 1 ст. 118 УК РФ, судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности преступления, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, данные о его личности, принесение осужденным ФИО1 извинений в адрес потерпевшей в судебном заседании, совокупность установленных судом смягчающих наказание обстоятельств – наличие на иждивении осужденного 3 малолетних детей, совершение ФИО1 иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей, которые выразились в почтовом переводе потерпевшей 175000 рублей в счет возмещения морального и материального ущерба, а также противоправность поведения потерпевшей, явившегося поводом для преступления.
Отягчающих наказание обстоятельств судебной коллегией не установлено.
Оснований для признания смягчающим наказание иных обстоятельств, предусмотренных и не предусмотренных ст. 61 УК РФ, не имеется, как не имеется и исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением во время и после совершения преступления, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного, в связи с чем оснований для применения ст. 64 УК РФ к ФИО1 судебная коллегия также не усматривает.
Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, данные о личности виновного, смягчающие наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, цель восстановления социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений, судебная коллегия считает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде исправительных работ, в соответствии со ст. 73 УК РФ - условно.
Вопреки доводам жалоб потерпевшей, защиты и апелляционного представления, правовых оснований для назначения осужденному наказания в виде лишения свободы не имеется, поскольку ранее он не судим, совершил преступление небольшой тяжести, которое не является преступлением, предусмотренным ч. 1 ст. 228, ч. 1 ст. 231 и ст. 233 УК РФ, обстоятельств, отягчающих наказание не имеется, и санкцией ст. 118 ч. 1 УК РФ предусмотрены наказания в виде штрафа, обязательных работ, исправительных работ, ограничения свободы, и в виде ареста.
Уголовным законом не предусмотрены способы принесения извинений в адрес потерпевших, в связи с чем каждое виновное лицо избирает способ их принесения с учетом субъективного отношения к содеянному и индивидуальных особенностей.
В связи с этим, из материалов дела видно, что, вопреки доводам жалоб, осужденный принес извинения во время слушания дела судом.
Кроме этого из материалов дела видно, что осужденный в возмещение причиненного вреда осужденный перевел в адрес потерпевшей почтовым переводом 175000 рублей, поэтому суд обоснованно признал данное обстоятельство, смягчающим наказание, и также обоснованно учел принесение ФИО1 извинений в адрес потерпевшей.
Как установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ во время конфликта на почве внезапно возникших неприязненных отношений к ФИО1, потерпевшая <данные изъяты> нанесла ФИО1 не менее десяти ударов руками и ногами по рукам и телу ФИО1, удар ногой в область паха, чем причинила ему легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья.
Эти же обстоятельства установлены приговором мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ, который признан обоснованным и вступил в законную силу (л.д. 164-168 том 5).
Суд также установил, что указанные действия потерпевшей явились поводом для совершения осужденным преступления.
В связи с изложенным, вопреки доводам апелляционного представления, указанное поведение потерпевшей являются основанием для признания его противоправным, явившимся поводом для преступления, а потому в соответствии со ст. 61 УК РФ - смягчающим наказание обстоятельством.
Вместе с тем, как следует из материалов дела, преступление совершено осужденным ДД.ММ.ГГГГ. Данное преступление является преступлением небольшой тяжести.
В соответствии со ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести и до момента вступления приговора в законную силу истекло два года.
Согласно п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ во взаимосвязи с ч. 8 ст. 302 УПК РФ в случае истечения сроков давности уголовного преследования уголовное дело подлежит прекращению, и если основания прекращения уголовного дела указанные в п. 1 ч. 1 ст. 24 УК РФ обнаруживаются в ходе судебного разбирательства, то суд продолжает рассмотрение уголовного дела в обычном порядке до его разрешения по существу, выносит обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания.
В связи с изложенным, учитывая то, что основания прекращения уголовного дела указанные в п. 1 ч. 1 ст. 24 УК РФ обнаружились в ходе данного судебного разбирательства, осужденный подлежит освобождению от наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.
Учитывая изложенное, в связи с назначением осужденному наказания в виде исправительных работ, и в связи с применением положений, предусмотренных п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, ч. 8 ст. 302 УПК РФ, оснований для удовлетворения ходатайства потерпевшей о получении информации, указанной в п. 21.1 ч. 2 ст. 42 УПК РФ не имеется.
Из материалов дела следует, что во время следствия ФИО1 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
В связи с изложенными выше обстоятельствами, влекущими освобождение осужденного от наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, указанную меру пресечения ему следует отменить.
Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
определил а:
приговор Советского районного суда города Новосибирска от 12 сентября 2022 года в отношении ФИО1 изменить:
переквалифицировать действия ФИО1 с ч. 1 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 118 УК РФ, по которой назначить ему наказание в виде исправительных работ сроком в 1 год, с удержанием 10% заработной платы в доход государства.
В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание считать условным с испытательным сроком в 1 год, и возложить на ФИО1 обязанность периодически являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного лица.
На основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ ФИО1 освободить от наказания, назначенного за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 118 УК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности на момент вступления приговора в законную силу.
Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 отменить.
В остальной части этот же приговор оставить без изменения.
Апелляционные жалобы адвокатов Ширшова К.А., Коломбет Н.П. удовлетворить, а апелляционные жалобы адвоката Лариной Е.Е., потерпевшей <данные изъяты> апелляционное представление государственного обвинителя Гончарова Е.Н. – оставить без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу.
Председательствующий:
Судьи областного суда: